Приключения ведут в неизведанные места

Вновь наступили вечерние сумерки, но буря не утихла. От нечего делать, они построили импровизированное место для отдыха: используя шкуру и спальные мешки. Попивая чай, прислонившись спиной к сундуку, они вслушивались в треск огня, который согревал их. Шисуи закрыл глаза, прикидывая, сколько времени займёт дорога домой. Плата за миссию была отличной, иначе бы они не ввязывались в это с самого начала, поэтому он не роптал. Всё же, прямо сейчас, ему ничего так сильно не хотелось, как вернуться домой, к приветливым лицам за обеденным столом и, в конце концов, соединиться со своей кроватью в собственной комнате. Он вздохнул и взглянул на Изуми. — О чём ты думаешь? — слова выскользнули, прежде чем он успел закончить свои размышления. Она подтянула колени и обхватила их руками. — О доме в основном. Надеюсь, завтра всё успокоится и мы сможем добраться до гавани, — пробормотала она, сонно положив голову на скрещенные руки. Шисуи кивнул. — Даа, я тоже на это надеюсь. Но, ты, должно быть, немного счастлива находиться здесь. Она подняла голову и одарила его скептическим взглядом. — Почему? Он ухмыльнулся, положил руку ей на голову и взъерошил волосы. — Потому что это своего рода приключение, не так ли? Изуми моргнула, сощурила глаза. Осмотрела его с ног до головы, словно исследовала и сканировала. Он склонил голову, его нахальная улыбка стала неуверенной, когда он задался вопросом, что она задумала. — Возможно, — отрезала она, и её взгляд задержался на его лице, — может стать. Шисуи пристально посмотрел на неё, повёл бровью, пытаясь понять смысл её слов, и нерешительно улыбнулся. — Что? Со мной? Она ответила ухмылкой, как ни странно, гораздо более уверенной. — У нас есть что-то поинтереснее? Он усмехнулся, почёсывая затылок, ни на что не намекая. Внезапно его сердце забилось немного быстрее, независимо от его первоначальных намерений. — Думаю, нет. Но я не знаю, разумно ли это, Изуми-тян. Она опустила колени, вытянула ноги на спальных мешках, беззаботно наклонила голову, и её плечо задело его руку. — Какое же это переключение, если превалирует разум? Даже звучит скучно? Шисуи взглянул на неё, убрал руку со своей головы и задался вопросом, тихо посматривая: насколько тщательно она всё продумала. Изуми никогда не стеснялась проявлять свои чувства к людям, это стало очевидно десять лет назад, когда она была безумно влюблена в Итачи. Это привлекло внимание Фугаку и положило начало их запутанным отношениям. Он предположил, что она действительно имела в виду то, что сказала: что хочет испытать нечто большее, прежде чем решит, хочет ли она договорного брака с наследником клана или нет. Если это действительно так, то возможно, нет ничего плохого в потворстве. Он был бы лжецом, если бы пытался утверждать, что она не выросла в привлекательную женщину — и не в ту распутную, с которыми он обычно проводил время. — Хм… если развлечение — это всё, что тебе нужно… — пробормотал Шисуи, с большим интересом наблюдая за её реакцией. Пульс участился, ему стало жарко, впервые за всю миссию. Тело напомнило, как давно он ни с кем не уединялся… а об интимных отношениях не было и речи. — Я сказала тебе вчера — я хочу знать, что значит выбрать кого-то только потому, что я этого хочу. — И тебе неважно, что всё это основывается на догадке? — мотнул он головой. Она повторила его движение и перекинула волосы через плечо. — Догадке? Пропустив прядь её волос между пальцев, он предложил ей ещё одну причину отступить, прежде чем кто-либо из них пожалеет об этом. — Мы даже не знаем, устроим ли друг друга в этом плане. Я не такой, как Итачи, я не сдерживаю себя ради блага… и мне не нужно время для выяснения влюблён ли я в кого-то, прежде чем заявить о своих интересах. Изуми на мгновение опустила глаза, а затем уверенно посмотрела на него. — Я не говорю об отношениях с тобой и не боюсь потенциальных неудач, даже не попытавшись. Не в плане миссий и уж точно не… в этом. Она коснулась его лица, провела кончиками пальцев по его нижней губе. Прикосновение было мягким и чувственным, оно вызвало приятную дрожь по телу. Он сглотнул, во рту пересохло. Шисуи ответил ей, наклонившись ближе, положив руку ей на бедро, и остановился как раз в тот момент, когда у неё появилась причина закрыть глаза. — Да, я в курсе. Мне это в тебе нравится, — прошептал он, чувствуя, как инстинкты и опыт толкают успокоить её, прежде чем заходить дальше. — Если сомневаешься, только скажи. Она довольно замурчала. Давя на её бедро, он не закрывая глаза, мазнул губами. Изуми улыбнулась и игриво подалась вперёд. Он ухмыльнулся, отклонился и поцеловал её розовую щеку, нежно и осторожно провёл к уху. Терпеливо она позволила блуждать по её лицу и наклонила голову так, что её волосы рассыпались, открыв шею. Он провёл по ним рукой, размышляя, стоит ли ему что-нибудь сказать. Волосы не были такими же шелковистыми, как у Итачи, но были длиннее и имели прекрасный цвет. Приложив губы к мочке её уха, он понизил голос до мрачного шёпота и спросил: — Скажи мне, что тебе нравится… что ты хочешь, чтобы я сделал. Она слегка вздрогнула, взволновано вздохнув. Её рука скользнула за его спину, а пальцы обвили его шею сзади. Он немного отстранился, чтобы посмотреть ей в глаза, и она решительно посмотрела на него в ответ. — Почему бы не начать с поцелуя? Изуми толкнула его вперёд и уверенно завладела его ртом. Шисуи резко привлёк её, сжал бедро и наполнил лёгкие воздухом, прежде чем она перекрыла кислород. Ее рот был мягким, но далеко не нежным. Скорее, голодным. Он не мог не улыбнуться и позволил коснуться зубам её губ. Он наклонил голову, зажав её нижнюю губу своей. — Изуми-тян… — пропел он с нежностью, желая увидеть, как она заведётся. Она подпрыгнула ближе, обхватила его ногами и передвинула руку, лежащую на бедре, к ягодице. — Да? — пробормотала она в ответ. Пальцы пробрались под его тесную тёплую майку, её рука была слишком холодной, чтобы приносить наслаждение, но тело интригующе покалывало.Он открыл рот и двинулся вперёд с большим напором, поскольку возбуждение, которое он ждал от неё, очевидно, росло в нём быстрее. Изуми застонала, когда он сжал её ягодицы и прижался к её языку, пробуя на вкус. Он провёл свободной рукой вверх по её спине и сжал волосы на затылке. — А ты нетерпелива. Она фыркнула ему в лицо. — Здесь ты по секрету признаёшься, что плохо ладишь с женщинами или что-то в этом роде? Он прервал поцелуй только для того, чтобы увидеть её чертовски озорную улыбку. Его ничуть не задело, ему понравилась лёгкая издёвка, но не настолько, чтобы позволить ей сойти с рук, но достаточно, чтобы подстегнуть его. Шисуи провёл рукой по ягодице, вниз по ноге, за коленом и используя, как рычаг, опрокинул на спину. Удерживая рукой, крепко прижатой к шкуре рядом с её головой, он наклонился, чтобы ответить на острый взгляд и сказал: — Я никогда ни в чём не был плох. Смеясь, она выгнула спину и позволила ему прижаться губами к шее. Забравшись на неё, его тело тут же дало о себе знать. Мозг плавал в дофамине, сердце учащённо билось, а лёгкие делали более короткие и поверхностные вдохи. Он смаковал близость, не давая возбуждению одержать верх. Его мужское достоинство затвердело, борясь с трико за большее пространство. Её руки пробежали по ногам, бёдрам и спине. Двинулись вниз и обхватили его задницу. Шисуи отодвинулся, наслаждаясь ощущением того, как она сжала его удивительно сильными руками. Его возбуждение разожгло в ней интерес: одна рука погладила его бедро, твёрдую выпуклость, которую не могли скрыть никакие узкие штаны. Он застонал ей в шею, оставив пару засосов, и снова захватил её губы. Наслаждаясь прикосновениями, чувствовал, как её рука движется под трико, чтобы обхватить его член. С тех пор как он покинул дом, никто его там не касался. Тёплое соприкосновение вокруг его члена окатило волной возбуждения. Он толкнулся ей в кулак и закатил глаза от сладостного ощущения. — Изуми-тян, чёрт, — Шисуи застонал, просунув большой палец под эластичный пояс, и стянул трико настолько, чтобы освободиться. — У меня… уже давно я не… — он вздохнул. Она водила вверх и вниз с нежностью и в то же время с напором, что приносило больше удовольствия. Изуми облизнула его нижнюю губу, слегка сжав его. — У меня тоже, Шисуи-сан… Когда он открыл глаза и взглянул на неё сквозь тяжёлые веки, как голодающий, она была под ним: розовая и взмокшая. Он не мог припомнить ни одного момента в своей жизни, когда бы она выглядела прекрасней, чем сейчас. Шисуй обвил руку вокруг её шеи и приблизил к лицу, открыл её для себя. Тёплый, влажный жар наполнил его рот, язык скользил и усиливал ощущения между ног. Голова стала чистой, как нетронутый снег. Давление нарастало, грубое наслаждение накрыло его бурей, совершенно противоположной, что была снаружи. Тёплой, влажной, человеческой, вместо беспощадной и сухой. Мягко толкнув, она усадила его обратно и встала на колени, прежде чем взять его в рот. Совсем потерявшись во влажном тепле, он запустил руки в её волосы и дёрнул на себя. Бёдра судорожно дёргались, дыхание стало неровным, сбитым. Чтобы наблюдать за ней, он заставил себя открыть глаза и тут же был сбит бурей, что разбушевалась внутри него. Чувства переполняли и, стиснув челюсть в отчаянной попытке сохранить рассудок, излился на её язык, что был за голодными губами. Шисуи задохнувшись, стянул волосы в кулак. Если это причинило ей боль, она не показала ему. Кончив, он перевёл дыхание, наблюдая за ней усталыми глазами, пока она медленно отстранялась. Он отпустил её волосы и нежно взял лицо в свои руки. Изуми вытерла рот тыльной стороной ладони и невинно улыбнулась ему, пока он натягивал свою одежду. — В итоге я первая поцеловала тебя, Шисуи-сан. Лёгкий смех вырвался у него через нос короткими и быстрыми порывами воздуха. — Ага. Она села, на четвереньках подползла к нему и с любопытством стала наблюдая за ним. Он ухмыльнулся, дёрнул прядь её волос сказав: — А ты хороша в этом. Дерзко улыбнувшись, она пошутила, что впервые почувствовала вкус того, что значит быть одарённой от природы. Шисуи тут же насторожился. — Подожди, это ведь не первый раз, не так ли? — вырвалось у него. Она усмехнулась, откинулась назад и покачала головой. — Нет. Я имела в виду, что мне ни разу не пришлось практиковаться. С облегчением вздохнув, он притянул её к себе, одной рукой обхватив её плечи. — Слава богу, если бы Фугаку-сан узнал, что я лишил тебя невиновности, то я, вероятнее всего, драил бы туалеты всю оставшуюся жизнь. Изуми пихнула его локтем под ребро. — Звучит так, словно он мой отец. — Он хотел бы им быть, разве нет? — вздохнул Шисуи. Он подумал, что ей, вероятно, не нравится думать об этом, но это было неизбежно, даже находясь вдали от дома. Какими бы ни были их личные чувства, интересы клана постоянно нависали над Итачи и Изуми. Оно нависло и над Шисуи, хотя и не так, как над двумя его ближайшими друзьями. Она прижалась к нему, лицо скривилось. — Но это не так. Я все ещё помню своего отца, — выражение её лица смягчилось, и её тут же окутало тёплое облако. — Незадолго до смерти, он говорил, что девушки должны быть сильными и уметь постоять за себя. Раньше я думала, он просто хотел, чтобы я умела защитить себя от плохих людей, но сейчас… может, было что-то ещё. Шисуи слегка наклонил голову, обнял крепче. Он никогда не видел отца Изуми, но предполагал, что этот человек, должно быть был впечатляющим, раз её мать добровольно покинула клан ради него. Он немного позавидовал тому, как она хорошо отзывается о своём отце, но потом порадовался за неё, забыв о своей печали. Шисуи с отцом мало разговаривал, особенно ближе к концу. Она прижалась к нему, потёрлась щекой о его плечо. Её тёплое тело было для него сладким утешением. Шисуи провёл ладонью по её предплечью. Она подняла голову и позволила ему поцеловать. Казалось забавным, что на вкус она всё ещё была такой же, как он, даже после того, как наполнила рот нежными словами о прошлом. Он коснулся её бёдра, провёл по нижней части живота. — Разрешишь мне вернуть должок? — прошептал ей в губы, приоткрыв глаза, увидел, как она кивнула. Осторожно просунув правую руку между ног, он поглотил слетевший тихий вздох своими губами. Ткань плотно прилегала к её лону, но он мог чувствовать слегка выпуклые изгибы под ней. Она начала извиваться от прикосновения его пальцев. — Мм… — промурчала она, приоткрывая рот и раздвигая ноги. Шисуи погладил её, сильнее нажимая на мягкую вульву под термолеггинсами. Когда она приподняла бёдра, он переместил руку, просунул под колготки и обычное нижнее белье, которое она носила. Под его пальцами она была мокрой и скользкой. На ощупь он нашёл твёрдый бутон, который всегда приносил удовольствие женщинам, с которыми он спал, и провёл по нему двумя пальцами. Изуми глубоко вздохнула, и одобрительно приподняла бёдра. Он уткнулся лицом в её волосы за ухом и сосредоточился на влажной плоти под кончиками пальцев. Дыхание Изуми сбилось, и его прикосновения вызвали сладкие вздохи удовольствия, слетающие с её губ. Очарованный Шисуи прижался носом к голове, закрыл глаза и прислушался к звукам её тела, которое общалось с ним. Счастливые вздохи, хриплое дыхание, натянутые стоны и мучительно-сладкие всхлипывания, восторженной песней звенели в его ушах. Изуми напряглась, сжимая спальный мешок под собой, и вскрикнула, когда он увеличил темп, лаская её нежный клитор мягкими настойчивыми движениями, заставляя её испытать оргазм от его руки. Её голова откинулась назад, длинный стон сорвался с губ, бёдра подпрыгнули вверх и вниз, касаясь маленького плюшевого гнёздышка, которое построила его рука. Под кончиками его пальцев ощущалась знакомая пульсация, и в ответ на спазмы мышц он замер на мгновение, а затем начал нежно ласкать, пока она изливалась на руку. Изуми положила руку ему на затылок. Он наклонился. — Шисуи-сан…тебе будет сложно? Остановившись, Шисуи открыл глаза. — Что сложно? Изуми повернулась к нему и посмотрела вниз. Он неохотно вытащил руку из колготок. — Быть друзьями. Я имею в виду, когда мы вернёмся домой. Шисуи цинично улыбнулся несмотря на то, что немного была задета его гордость. Он отстранился чуть дальше. Одна рука всё ещё обнимала её, а вторая, которая только что доставила ей такое удовольствие, прошлась по её колену. — Это ты так вежливо сообщаешь мне, что я плох? Она хихикнула. — Нет, это было великолепно! Я бы повторила с удовольствием, — она откашлялась и добавила: — Я имею в виду: ты пообещаешь не влюбляться в меня? Он нахмурился с недоверием, хоть она и казалась искренней. — Почему? Мне нельзя? Она свела брови. — Шисуи-сан…я не наивна. Я знаю, что случается с дружбой после секса. И как бы сильно я ни хотела насладиться этим с тобой, я… Я не хочу причинить тебе боль. Как ты сказал до этого: мы не знаем, что будем чувствовать, и тебе не нужно ждать, чтобы это выяснить, прежде чем начать действовать. Что, если мы в результате обнаружим, что несовместимы? Он почувствовал, что смягчается. Маленький укол по гордости слегка усилился, но это было больше похоже на неприятное понимание, чем на боль. — Если это произойдёт, я всё равно не позволю разрушить нашу дружбу. Он сжал плечо, прежде чем отнять от неё руку и отпустить. Ухмыльнувшись ей изо всех сил, он сжал кулак и ударил по её руке. —Я не думаю, что Итачи был бы рад нашей вражде. Лицо Изуми потрескалось от улыбки. Веселье росло, беспокойство угасло. — Ты прав. И я тоже.