37. Stolen memories.

      11 февраля, 2008 год.       6:34, графство Суррей.       Вновь перепроверив адрес с той записки, которую дал им Николас, Драко осмотрел двухэтажный коттедж, прятавшийся во тьме ночи. Он уже заметил около пяти охранников, находившихся на самой территории. В доме их было, как минимум, трое.       Устраивать бесчинства и кровавую бойню напарники не могли, так как находились в маггловском районе, в окружении множества домов, где также велось наблюдение. В этот раз они готовились действовать тихо и без лишних жертв.       Гермиона крутила у себя в руках самодельную газовую гранату, эффект которой позволит ненадолго усыпить охрану. Несмотря на некоторые знания Малфоя в химии, он поражался способностям девушки. Из имеющихся у них в доме ингредиентов и волшебства эта ведьма смогла создать магический усыпляющий газ, а также придумала контр-заклятие, чтобы они спокойно двигались в дымовой завесе.       — Идём?       На вопрос Грейнджер мужчина кивнул, повыше натягивая балаклаву. Она вывела несколько рун, применяя созданное заклинание. И в следующее мгновение события начали набирать обороты с небывалой скоростью. Всё нужно делать чётко и слаженно. Работать не в паре, а являться единым целым.       Драко забрал гранату. Сорвал чеку, и с размахом закинул её на территорию коттеджа. Он с нужной точностью попал в кусты, скрывая снаряд. Прозрачный газ, похожий на туманное облако начал обволакивать территорию, а вместе с ней и охранников, загоняя их в принудительный сон. Бессознательные тела падали по одному на землю с глухими ударами. Грейнджер начала перебирать ногами, пригнувшись и скрывшись под тёмной мантией, первой пересекая границы улицы и частной собственности. Малфой же следовал за ведьмой, страхуя и осматривая пространство.       Один из мужчин, что лежал на земле, хрипел и пытался дотянуться до палочки для подачи сигнального знака, но быстрый и точный удар Лиса носком ботинка окончательно вырубил его.       Гермиона бросила гневный взгляд, но не замедлялась.       Перед самой дверью она достала вторую гранату. Малфой выбил стекло, и в ту же секунду ведьма бросила снаряд вглубь дома. Поначалу там слышались шорох и перебранка, но уже через две минуты всё стихло. Драко подал знак, и напарники заклятием открыли дверь, пробираясь во внутрь.       Кромешная тьма и дымка от сонного газа окутали Лиса и Саломею, но не пугали. Они помогали скрыться, стать частью этого места, провожали до хозяина дома. У них не было времени на детальный осмотр. Быстро поднявшись на второй этаж, напарники уверенными шагами направились в главную комнату. Малфой уже держал палочку наготове. Как только дверь с грохотом ударилась о стену, несколько лучей полетело в сторону проёма, но Гермиона с лёгкостью их отбила. А вот защититься от Малфоя Ксандер не смог.       Заклинание попало чётко в грудь помощнику Тени, заставляя его пошатнуться, и уже в следующее мгновение потерять сознание. Левитационными чарами Саломея подхватила Ксандера, оставляя его парить в воздухе.       Драко сделал глубокий вдох. Сейчас ему нужно найти в себе те эмоции, что разжигали внутреннее синее пламя, переходящее из души в реальный мир. Что могло уничтожить всё живое и магическое, мешавшее своему хозяину. Он сбросил перчатки и закрыл глаза, стараясь выровнять дыхание. Начал прокручивать в голове самые сложные и жёсткие моменты из своей истории, от которых челюсти сжимались, а по коже бежали мурашки, словно это происходило сейчас.       Время нихера не лечило.       И лёгкие завитки синего пламени, мелькавшие на концах пальцев Лиса, были тому доказательством. С каждым новым отрывком из прошлого, отголосками криков боли матери, Саманты и Гермионы, с воспоминаниями их слёз и отчаявшихся взглядов, огонь становился ярче.       Малфою нужно лишь вовремя себя остановить. Вот только эта гадкая пучина затягивала на самое дно. Заставляла забыть о реальности и хрупкости положения напарников. Но Грейнджер, стоявшая рядом была его маяком. Одним лишь своим присутствием она помогала не утонуть. Словно говорила: «Я рядом, со мной всё хорошо».       В самый последний миг, когда ещё одна капля и чаша оказалась бы переполнена, Лис сделал вдох, направляя всё пламя на магический купол, что защищал территорию Ксандера. Языки огня ползли по магическим стенам, разрушая их до самого основания. И когда антиаппарационные чары иссякли, Малфой сжал кулаки, отчего огонь исчез, словно никогда не существовал.       Подхватив перчатки, он прижал Грейнджер к себе.       — Валим.       И раздался хлопок. Трое человек исчезли в ворохе магии.

***

      Смесь зимнего и морского холода резко ударили по напарникам, как только они с грохотом приземлились на ржавые переплёты посреди моря. Порты Маунселла уже казались Малфою по-своему родными и ненавистными одновременно. Здесь он проводил встречи с Оружейником, и здесь же уничтожал людей Тени, что посмели посягнуть на жизнь Саломеи.       — Лис! — Гермионе приходилось кричать из-за гуляющего ветра, и это помогло мужчине опомниться.       Подхватив бессознательного Ксандера, Малфой направился ко входу одного из портов. Там уже стоял подготовленный стул со всеми крепежами и небольшой столик, на котором были разложены самые разные инструменты для пыток.       Драко небрежно усадил помощника в его временное пристанище, начиная закреплять ремни. От резких движений Ксандер начал приходить в себя. Его рыжие локоны задевал ледяной ветер, проходивший через порт насквозь. Мужчина вертел головой, смотря себе под ноги и пытаясь осознать — где он.       — Ты не дома. И больше никогда там не окажешься, — с лёгкой насмешкой сказал Малфой после того, как закончил. Он отошёл от стула, рассматривая итоги своей работы.       Ксандер сидел перед ними дезориентированный, растерянный, в лёгкой одежде, что никак не спасала от холода. Его зубы уже начинали стучать друг о друга, но взгляд оставался осознанным. Он не смотрел на них с испугом. В его тёмных глазах зияла пустота.       — Не дурно, — хриплым голосом хмыкнул Ксандер, поднимая голову вверх, чтобы осмотреть своих похитителей.       — У тебя всё же есть выбор, — Драко в несколько медленных, но широких шагов подошёл к столу, забирая оттуда один из кинжалов. Он начал прокручивать его в руках, не разрывая зрительного контакта с помощником Тени. — Ответить на вопросы и умереть быстро, или же… прочувствовать на себе весь опыт в искусстве пыток, и узнать почему именно нас стоит бояться.       — Думаешь, я не знаю, как это проводится? — сжимая челюсти, чтобы не выдать слабость своего организма от холода, прошипел Ксандер.       — Вы, — Малфой указал остриём ножа в сторону мужчины, — всегда даёте ложную надежду своим жертвам. Я же ставлю перед правдивым выбором.       На этот выпад мужчина не нашёл ответа и решил просто смолчать. Гермиона, что всё это время стояла в тени, достала палочку, накладывая утепляющие чары на всё помещение. Она изначально сказала, что не сможет принимать прямого участия в пытках, и будет стараться избегать самых болезненных процессов. Но готова помогать в моменты передышек, когда и Малфою, и Ксандеру понадобится отдых.       — А что, твоя Саломея не будет марать ручки? — с ощущение тепла помощник начал оживать и нападать словесно на Лиса, желая задеть его за живое.       — На это у неё есть я, — без страха в признании слабости ответил Малфой, ведь знал, что отсюда живыми выйдут лишь двое. И Ксандер не входил в этот список.       — Это что, любовь, Лис? Разве ты на такое способен? — снова подначивал Ксандер.       Но вместо ответа на его вопрос, мужчина подошёл к пленнику, проводя лезвием кинжала по его щеке. От лёгкого, и одновременно точного движения по коже начала течь кровь. Послышалось сдавленное шипение.       — Сними чары. Мы начинаем, — с хрипом в голосе от предстоящего шоу проговорил Малфой, чуть поворачивая голову в сторону Гермионы.       И уже в следующее мгновение по помещению вновь начал гулять пронизывающий до костей морской ветер. Ксандер тут же сжался, стараясь сохранить накопленное за короткое время тепло. Но новый порез, оставленный Драко теперь за ухом, помешал. Помощник Тени шипел, извивался, стараясь избежать следующего увечья. Отчего Малфою становилось лишь веселее.       Его тёмная сторона ликовала. Лис слишком долго бегал, защищался, не имел возможности нанести ответный удар. И вот сейчас он восполнял пробелы. С блядским наслаждением смотрел, как алые струйки крови стекали по пленнику, впитывались в футболку. Как он трясся от холода, пытаясь скрыть свою боль и слабость. Как корчился от нового удара. Малфой знал, что давно перешёл за грани морали. И уже не сможет замолить свои грехи. Отчего пускался во все тяжкие при данной ему возможности.       — Появилось желание ответить на пару вопросов? — Малфой сделал несколько шагов назад, осматривая результаты своих трудов. Ксандер наклонился вниз, рвано дыша и не переставая дрожать от адского холода. Но вместе с тем молчал. Сукин сын, решил бороться до последнего.       Взяв с небольшого столика молоток, Драко лёгким движением перекрутил его в своей руке. Он чувствовал прожигающий взгляд Гермионы. И та часть души, что могла испытывать любовь, обливалась кровью от того, что девушка видела его тёмную сторону. Саломея знала, на что шла, соглашаясь с планом Лиса.       — Нет… значит, продолжим, — и он замахнулся, попадая точно по пальцам. Крик боли и отчаяния прошёлся по всему помещению, заглушаемый лишь звуками волн, что неистово бились о металлические сваи.       Фаланга, по которой ударили, тут же распухла и изогнулась в неестественном положении. Ксандер прикусил губу, стараясь сдержать вой, что до сих пор рвался из груди. Теперь его тело била дрожь не только от холода, но и от раздирающий изнутри боли.       Сейчас мужчина сконцентрировался на физических ощущениях. Драко подал знак, и палочка Грейнджер взметнулась вверх. Уже через мгновение она погрузилась в транс, стараясь проникнуть в сознание Ксандера.       — Не вы… выйдет, твари, — шипел помощник, даже имея силы чуть посмеиваться. Малфой увидел, как Гермиона чуть отшатнулась, хватаясь рукой за ржавую стену. Её глаза были распахнуты, а грудь ходила ходуном.       Лис не стал показывать разочарования. Что же, им придётся остаться здесь надолго.

***

      В небе уже начали сгущаться тучи, скрывая собой отблески лунного света, а Малфой и Грейнджер всё никак не покидали порты. Несмотря на внешнюю слабость, внутри Ксандер оказался чертовски стойким. За время пыток Драко успел сломать ему несколько пальцев, кисть, раздробил коленную чашечку и оставил множество порезов, мелких и глубоких, на всём теле. Что-то Грейнджер успевала залечивать, но большая часть ранений сохранились.       И, несмотря на все мучения, пленник оставался верен своему начальнику, скрывая все его тайны. Даже ценой собственной жизни.       Гермиона наложила заглушающий щит, аккуратно прикасаясь к Лису. Его тело била мелкая дрожь от переутомления, но показывать это наёмник не хотел до последнего.       — Нам стоит взять перерыв. Ты еле на ногах стоишь, а меня от запаха крови блевать тянет.       — Мы не можем оставить его здесь одного, — прохрипел Малфой, часто моргая, чтобы избавиться от чёрных пятен перед собой.       — У меня есть одна идея… мы можем обосноваться в соседнем порту, а на этот наложить отслеживающие чары и… — девушка сглотнула, словно не верила, что озвучивала эту мысль вслух. — Наложить заглушающие чары. Ни один звук не будет проникать. И уже через пару часов Ксандер начнёт слышать даже звуки того, как кровь бежит по венам. Это может вывести его из равновесия.       От такого предложения глаза Малфоя расширились. Он с неверием посмотрел на свою Саломею, что до последнего не хотела лезть в процедуру пыток и отчасти противилась им. По интонации, с которой ведьма излагала свою идею, мужчина понимал, что она и сама не в восторге от этого. Но желание поскорее покончить с Ксандером и свалить из портов перевешивало её относительно благие намерения.       — Хорошо, так и поступим. Сможешь его подлечить? Я пока проверю заклинанием округу.       Гермиона кивнула. На этом их разговор был окончен. Ведьма сняла щит и подошла к помощнику Тени, который что-то бормотал. Несмотря на свои же слова, Малфой неотрывно следил за каждым действием Грейнджер. Оберегал. Был не в силах оставить наедине, ведь липкий страх того, что он не сумеет защитить её, душил. Он ведь помнил все мгновения, когда оставлял Грейнджер одну, и с ней что-то случалось. Больше Лис не мог позволить такого. Даже сейчас, когда перед ними сидел измученный, обессиленный и безоружный Ксандер.       — Я закончила. Ты осмотрел? — голос девушки вывел Драко из транса.       — Нет… задумался. Сейчас.       Мужчина в несколько широких шагов добрался до проёма, вышел в открытое пространство и почувствовал ветер, что карабкался под одежду, пробуждал и дарил немного сил. Выведя несколько рун, Драко внимательно осматривал все близстоящие порты, в которых они могли заночевать. И лишь самый дальний оказался пригодным для этого.       Из груди вырвался выдох, смешанный с разочарованием. Малфою не хотелось настолько далеко находиться от Ксандера, ведь люди Тени не дремли, и их босс так просто не оставит похищение своего самого ценного человека.       Гермиона аккуратно прикоснулась к щеке Драко, словно желая вывести его из вороха мыслей, в котором он затерялся. Она смотрела на него так, будто понимала и ощущала все переживания наёмника. Неуверенность в принятом решении, но одновременно с этим ощущение усталости.       Собрав внутри последние силы, Лис выпрямил спину, проясняя взгляд. Он понимал, что не сможет даже вздремнуть спокойно, находясь в другом порту, но и страх оставить Гермиону одну вновь волнами топил мужчину.       — Я знаю руны, которые снимают действие заглушающего купола, — шёпотом сказала Грейнджер. — Мы можем остаться здесь, если тебе так будет спокойнее.       — Определённо, — с неким облегчением выдохнул наёмник. Часть напряжения спала с тела после предложенной альтернативы.       Саломея выбрала один из углов и, вытащив из ножен кинжал, начала вытачивать нужные руны. Драко же всё это время неотрывно следил за пленником, который уснул после череды пыток. Организм не выдерживал физических и моральных ударов. Некогда пушистые рыжие волосы сейчас походили на скатавшийся клок, перепачканный в крови и поту. Бледное лицо скрывалось за чередой синяков и багровых следов. Кисти рук распухли от ударов и ремней.       Ещё утром Ксандер походил на представителя знатного рода, а уже к ночи — на мученика.       Отголоски тьмы внутри Лиса ликовали, при виде такой удручающей картины. Но крохи света, что поселились внутри души с приходом Грейнджер в его жизнь, жгли, отдаваясь болью и отвращению к самому себе.       Лёгкое касание Саломеи дало понять Драко, что она закончила.       Вновь выхватив древко из портупеи, он начал накладывать самый плотный заглушающий купол, на который только был способен. Ощущал, как рядом с невидимой завесой меркли любые, даже самые незначительные звуки. Магия равномерным слоем легла на весь порт, обходя стороной лишь небольшой клочок, который подготовила для них девушка.       Неприятное ощущение пустоты и тишины заставило напарников как можно скорее перебраться на свой «островок» безопасности.       — Спать будем по два часа, сменяя друг друга. Внимательно следи не только за Ксандером, но и общей обстановкой, — отчеканил Драко, и на его приказы Гермиона понимающе кивнула. Поджав ноги под себя, девушка легла на плечо Лиса, прикрывая глаза. Мужчина же, наложив ещё несколько защитных и утепляющих чар, принялся терпеливо дожидаться результата от идеи, что предложила ведьма.       Он умел ждать. И добиваться своих целей.

***

      Резкий толчок вырвал Малфоя из беспокойной дрёмы. На автомате схватив нож и палочку, мужчина распахнул глаза, направляя оружие в сторону, откуда почувствовал движение. Но увидев родные карие глаза, тут же спрятал всё снаряжение обратно, облегчённо выдыхая.       Такой выпад девушку совершенно не удивил. Она даже не стала заострять на нём внимание. Лишь кивком головы показала в сторону Ксандера.       Устремив свой взгляд в центр порта, через тьму Драко начал разглядывать рваные движения мужчины. Он метался по стулу, словно сумасшедший. Старался шевелить сломанными руками и повреждёнными ногами, тем самым принося самому себе новую порцию боли.       — Он пытается вызвать хоть какой-то сторонний звук, потому что мозг не выдерживает, — прокомментировала Грейнджер.       — Это сильно помешает при проникновении в его разум?       — Главное не переусердствовать. Ещё около получаса, и я смогу, — Грейнджер полезла в один из своих карманов, а уже в следующее мгновение держала в руках небольшую пробирку со стеклянной пробкой. — Вытащить все нужные нам воспоминания. Ксандер постарался над защитой своего мозга.       Драко не смог сдержать ухмылки. Его Саломея вновь смогла перехитрить даже Лиса. Они не обсуждали возможность кражи всех воспоминаний, лишь поиск настоящего места проживания Тени. Но эта ведьма стремилась к своей первоначальной цели, никогда не забывая — упечь Картера за решётку, без возможности освобождения или уменьшения срока.       — Ты голодна? — впервые с самого утра Малфой понял, что они так и не ели. И если мужчина мог выдержать такие длительные периоды без пищи, ведь долгие годы тренировал свою выдержку, то вот Гермиона…       — Успела перекусить, пока ты дремал. Я взяла пару бутербродов с собой, — с лёгким смущением ответила девушка.       Но вместо насмешки, которую она скорее всего ожидала, Малфой притянул Грейнджер за плечо ближе к себе, оставляя лёгкий поцелуй на макушке. Тьма скрывала напарников и их порывы нежности даже в таком положении, где любовь могла стать их слабостью.       Ещё некоторое время они просидели молча, наблюдая за сходившим с ума Ксандером. И если в душе Драко это зрелище не вызывало бурных эмоций, то вот Гермиона иногда вздрагивала от особо резких движений мужчины за куполом. Магия заглушала его крики, но открытый рот и напряжённая шея говорили всё за себя.       — Мне, кажется, пора.       Малфой подозревал, что с каждым разом Грейнджер становилось всё больнее смотреть на эти мучения, но возражать он не стал.       — Я сниму чары, и ты сразу же должна проникнуть в его разум, найти нужные нам воспоминания и вытащить.       На слова Лиса девушка подняла взгляд, безмолвно спрашивая: «Думаешь, я не знаю?»       Напарники встали на ноги и, быстро стряхнув конечности после продолжительного сидения, приступили к своему плану с надеждой, что в этот раз у них всё получится.       Глубокий вдох. Малфой направил конец древка, шепча отменяющие чары. Купол покрылся рябью и уже через несколько секунд пропал, словно его никогда и не существовало. Звуки ветра, волн, дыхания и шагов тут же нахлынули на пространство, а вместе с ним по порту раздался крик Ксандера. Он граничил с тем, что издавали сумасшедшие, в порыве отчаяния, люди. Кожа неосознанно покрывалась мурашками и хотелось закрыть уши, чтобы не слышать.       Но напарники не могли медлить. Как только магия спала, Драко услышал тихое:       — Легилименс.       И стал наблюдать за Гермионой, что стояла совсем рядом с бездушным взглядом. Сейчас она находилась не здесь. Гуляла по разуму чужого человека, выискивая жизненно необходимую им информацию. Он также следил и за Ксандером. Мужчина стиснул челюсти, отчего на лице, даже с тусклым лунным освещением, виднелись желваки. Несмотря на все пытки и шоковое состояние после множества часов, проведённых в абсолютной тишине, он продолжал бороться. Но с учётом достаточно долгого молчания Грейнджер, в этот раз помощник Тени проигрывал.       — Нашла! — вскрикнула ведьма, нарушая тишину порта.       Спустя мгновение она уже стояла возле Ксандера.       — Держи его голову, — приказала ведьма, ловким движением перехватывая пробирку.       В несколько шагов Малфой оказался у пленника, хватая его за челюсти мёртвой хваткой. Он пытался брыкаться, но его вялые усилия походили на то, что он должен делать, но уже никак не хотел. Мужчина, скорее всего, смирился со своей кончиной.       Из его виска появилась тонкая серебряная нить, освещающая всё пространство. Она плавно погружалась в стеклянный сосуд, иногда поблёскивая и расходясь рябью по всей длине. Но не прошло и пары мгновений, как девушка захлопнула пробирку, убирая конец древка с виска Ксандера.       Информация у них. Лис и Саломея справились.       — Он твой, — бросила Гермиона, уходя подальше от мужчин в свой относительный уголок безопасности.       Малфой убрал руку с лица пленника, делая пару шагов назад. Осмотрев измученного Ксандера, Драко неожиданно осознал для себя, что не хочет устраивать долгую и показательную смерть. Словно неожиданно внутри него появился какой-то блок. Мужчина пытался оправдать своё нежелание тем, что помощник Тени рьяно боролся за сокрытие правды, но это казалось таким жалким.       Подавив внутренние препирательства, Лис вынес палочку вперёд, вызывая огненное заклинание «Инсендио». Ярко-оранжевый огонь, словно хищник, напал на Ксандера, забирая остатки жизни. Жар обдал лицо Малфоя, а вместе с ним по помещению начал распространяться запах горелых волос и кожи, мешаясь с криками неистовой боли и отчаяния, от которых желчь поднималась по горлу в порыве вырваться наружу.       Но интенсивное огненное заклинание и сильный морской ветер уже совсем скоро оставили лишь прах, который развеялся над водной гладью. Остатки Драко поднял магией, выбрасывая подальше от порта. Вместе с пеплом исчезли кресло и весь пыточный инвентарь. Лис не любил оставлять после себя следов.       Вот так и закончилась жизнь Ксандера — в заброшенном порту, с ощущением боли и пульсирующих ран в последние часы существования.       — Домой? — с надеждой в голосе спросила Гермиона, пережидавшая всю казнь в углу.       — Да, — кратко ответил Малфой, убирая последние признаки их пребывания и наконец-то покидая порты Маунселла.

***

      В этот раз аппарация далась тяжело. Измождённые напарники рухнули в снег, даже не пытаясь сразу встать с него. Лёгкая прохлада тушила жар, распространившийся по всему телу. Не успев окончательно прийти в себя после перемещения, Драко почувствовал покалывания по всему телу. Он уже знал, что это может значить — кто-то или что-то находились подле территории дома. Мужчина поднялся на ноги, стараясь сохранить равновесие и не рухнуть в снег, и выхватил палочку, выводя перед собой проекцию территории, на которой заметил небольшой свечение у самого края защитного купола.       Голубой огонёк мог означать лишь одно — патронус.       — Мне нужно уйти. Отправляйся в дом.       — Зачем? — прохрипела Гермиона, которая также пыталась восстановиться после тяжёлого перемещения.       — Кто-то прислал патронус.       — Это мог быть Гарри. Так что мне лучше пойти с тобой.       Сил на то, чтобы спорить или пытаться всё же заставить Грейнджер уйти в дом для отдыха, не было, поэтому Малфой лишь обречённо кивнул и направился в сторону, где ждал их патронус. По хрусту снега он слышал, как ведьма поспевала за его широкими шагами. Оказавшись у забора, отделявшего территорию недостроенного многоэтажного дома от улицы, мужчина увидел синего оленя, который бил копытом и бодал защитный купол.       — И правда Поттер, — на выдохе с нотами обречённости сказал Драко. — Сними защиту и впусти его.       — Я? — в голосе Грейнджер слышалось самое настоящее удивление.       — Учись пользоваться всеми заклинаниями, наложенными на дом.       Девушка не стала отвечать. Она достала палочку и начала выводить линии, которые ей показывал Лис. Медленно, плавно, с толикой осторожности, словно одно неверное движение — и их настигнет смерть.       Совершив несколько неудачных попыток, у Гермионы наконец-то получилось. И гордый олень, с высоко поднятой головой, смог пройти на территорию Лиса и Саломеи.       Взмахнув древком, ведьма позволила ему передать сообщение от хозяина. Тишину разрезал знакомый, но одновременно с этим забытый и, как на миг показалось, чужой голос Гарри.       — Гермиона, привет. Знаю, я опять появился неожиданно, в отделе завалы… — на несколько секунд речь прервалась, словно Поттер, при передаче сообщения, всё никак не мог подобрать слов. Следом послышался нервный выдох. — В общем, убийцу Луны так и не смогли найти. Никаких зацепок. Начальство приказало закрыть это дело. Прости…       Грейнджер сжала руку в кулак, где находилась палочка, стараясь скрыть напряжение. Гарри вновь резал по больному месту, но и он не мог знать, что для его подруги известны заказчики убийства. Она совсем недавно начала принимать смерть подруги, и вот вновь.       — И ещё… мне нужны от тебя хоть какие-то сведения. Квартал уже давно прошёл, а отчётов и даже весточки от тебя нет. Я переживаю, и Робартс недоволен, что ты так долго на этом задании, а результата ноль. Постарайся отправить мне что-нибудь, и дальше мы вместе разберёмся. Но, молю Годрика, найди момент, чтобы встретиться.       Как только прозвучало последнее сказанное слово, очертания оленя начали растворятся в воздухе, вскоре оставив после себя лишь отголоски голубого свечения.       — Пойдём в дом, и всё обсудим, — в половину голоса проговорил Драко, не желая больше оставаться на холоде, когда тело уже начинало давать сбой в функционировании.       Они в полном молчании вошли в квартиру и занялись обычными делами. Сбросили одежду, переодевшись в домашнюю.       Стоя под струями горячего душа, Драко с особым усердием тёр руки, желая смыть кровь, несмотря на то, что она уже давно пропала с тела. Словно самые мелкие частицы впились в ладони, будто занозы. Вместе с водой пропадало и чувство стянутости кожи от морской соли в воздухе, что окружала его на протяжении почти суток.       Несмотря на ощущения того, что в каких-то местах мужчина ещё не смыл кровь, он чувствовал себя значительно лучше. Когда Грейнджер сменила его в ванной, Драко направился на кухню, желая съесть хоть что-то. Плевать на глубокую ночь за окном. Организму требовалась энергия.       Резкими и чуть рваными движениями, Малфой смог приготовить лёгкий овощной салат. Вскоре к нему присоединилась ведьма, выходя из душа также посвежевшей. Поначалу они сидели молча, даже не смотря друг на друга. Но мужчина чувствовал назревающую бурю, что вот-вот достигнет своего апогея. Так оно и случилось.       — Мне нужно с ним встретиться, — отбросив вилку в сторону, сказала ведьма.       Драко посмотрел на неё исподлобья, продолжая есть. Он, с удивлением для себя, заметил, что его перестали раздражать такие эмоциональные всплески Грейнджер. Мужчина даже уже не мог назвать их неожиданными, ведь минутой ранее смог предугадать один из. Это осознание заставило Малфоя внутренне усмехнуться, в то время как внешне он сохранял совершенно безразличие.       — Я разве запретил тебе?       Заданный вопрос немного смутил Гермиону. Скорее всего, она уже готовилась отстаивать свою идею и необходимость очередной вылазки, как всегда привыкла делать. Вот только сегодняшний диалог пошёл не по сценарию.       — Нет, но… — ведьма прикусила нижнюю губу, сбавляя напор на Малфоя. Она откинулась на спинку кресла, о чём-то раздумывая.       — Мы должны прийти не с пустыми руками к Поттеру.       — Мы? — Грейнджер посмотрела на Малфоя с нескрываемым удивлением. Понимая, что этот разговор скоро не закончится, мужчина отложил приборы в сторону.       — Я не собирался пускать тебя одну. Напомню, что за нашими головами охотятся. И если ужасную Саломею увидят в компании сотрудника Аврората, то путь в Азкабан тебе заказан. Пойдём вместе, просто я буду прикрывать. И это обсуждению не подлежит. А вот что мы принесём Шрамоголовому…       На старое прозвище, появившееся ещё со школьных времён, Гермиона закатила глаза, но при этом не смогла сдержать улыбки.       — Я изучу подробно воспоминания Ксандера, и мы уже из них выберем. Думаю, там будет большой ассортимент.       — Кстати об этом, — Драко поднялся с места, забирая тарелки и отправляя их в раковину. — Ты уверена, что у меня есть омут памяти?       Отвернувшись спиной к Грейнджер, мужчина постарался сдержать свою глупую улыбку. То ли усталость так сказывалась на его разуме, то ли радость от удавшейся операции — он не знал, но позволял себе улыбаться и подшучивать над Саломеей.       — Если бы у тебя его не было, то ещё в порту моя идея оказалась забракована, — с самодовольством в голосе противостояла ему Гермиона, вставая из-за стола следом.       В несколько мелких шагов девушка оказалась позади Лиса, обнимая его со спины и оставляя на ней же несколько поцелуев.       — Не думай, что я настолько глупа. А теперь забудь посуду и пошли спать. Иначе я разобью тарелки.       Закатив глаза и радуясь, что ведьма этого не видела, Драко заклинанием очистил посуду, всё же не желая оставлять её грязной, а в следующее мгновение он уже забросил ведьму к себе на плечо, и под её визгливые протесты, направился в сторону кровати.       После тяжёлого дня и ночи такое завершение ему определённо нравилось.