I. Пролог

19 ДБЯ   Вейдеру оставалось только кричать и с яростью смотреть на исчезающую вдали спину Кеноби. Если бы мужчина хоть немного ясно мыслил в этот момент, то осознал бы, что в своём нынешнем положении виноват только он сам. Он бы понял, что собственноручные действия привели к этому: его решения заставили бывшего учителя вступить с ним в бой, и только по своей глупости он потерял левую ногу.    Однако, как бы то ни было, всё, что он мог сделать сейчас — обвинить Кеноби во всех неудачах.    Кеноби настроил Падме — его ангела! — против него. Кеноби заставил её привести к нему сюда, чтобы убить. И Кеноби оставил его лежащим на берегу лавовой реки.    Его бывший мастер всегда завидовал ему и его способностям, никогда не доверяя по-настоящему, но даже Вейдер не мог ожидать от него подобной жестокости. Всё-таки убить его было одним делом, но бросить вот так?   Это был лишь вопрос времени, когда силы покинут тело, после чего он свалится в магму и сгорит заживо.    Но хуже всего, Вейдер знал, что Кеноби предпримет дальше: он заберёт Падме, украдёт её и ребёнка, тем самым, отнимая у него шанс показать девушке правду — заставить её понять! Более того, забрав Падме, Кеноби приговорит её к смерти. Только он и его новые силы могут спасти её, чтобы не позволить своим видениям сбыться.    Вейдер ненавидел Оби-Вана Кеноби, ненавидел его со страстью, сравнимой со светом тысячей звёзд и жаром двойных татуинских солнц в разгар лета, но ещё больше бывший джедай презирал себя.  Если бы он был чуть быстрее, сильнее или хотя бы умнее, то смог бы достичь всех своих целей. Он спас бы жену, убил Сидиуса, а затем, правил галактикой со своей семьёй рядом, как ему всегда было предначертано.    И теперь, оказавшись среди бескрайних лавовых просторов Мустафара, окружённый лишь пламенем, выжженной землёй и смертью, он закричал.     

***

 

11 ДБЯ   Бейл наблюдал за тем, как дочь приставала к их пилоту, с ласковой, хотя и немного болезненной улыбкой.    С самого раннего детства Лея всегда обожала летать. Она была капризной и плакала намного чаще обычных детей, но всегда улыбалась, стоило ему взять её с собой в город на спидере. В какой-то момент они даже установили в её комнате радиоприёмник, на котором по ночам проигрывались звуки двигателя, ведь по какой-то причине это успокаивало девочку лучше всяких колыбельных, что очень забавляло его жену и прислугу.   Другие родители ещё долгие годы смеялись бы над этим на семейных праздниках, вспоминая с нежной улыбкой, но мужчина не мог избавиться от неприятного привкуса во рту, всякий раз обнаруживая, как она смотрит на звездолёты и спидеры своими яркими, карими глазами.    В конце концов, он знал, откуда у неё подобная страсть.    Падме никогда не интересовалась такими вещами.    Однако Органа не позволял этому знанию влиять на его отношение к дочери, — а она была его дочерью, не Вейдера. Если она любила полёты и звездолёты настолько сильно, что ж, так тому и быть. Миллиарды детей по всей галактике разделяли такой же интерес, и он предпочёл бы, чтобы она унаследовала именно это от человека, родившего её, чем любые другие черты, которыми тот мог обладать.    Впрочем, от этого напоминания о её происхождении легче не становилось.   — Бейл, ты в порядке? — спросила супруга, оторвав его от размышлений и заставляя повернуться к себе, сидя по левую руку от него. — Ты выглядишь так, будто съел что-то кислое.   Он слабо улыбнулся ей, стараясь, чтобы это не выглядело вымученно.   — Ничего особенного. Просто немного нервничаю перед предстоящим празднованием, вот и всё.   Это не было ложью, он тоже волновался по этому поводу. Всё-таки он хорошо помнил предупреждение магистра Йоды. Будь его воля, он бы никогда не привёз Лею на Корусант, ни сейчас, ни когда-либо ещё. За годы, проведённые с ними, она, может быть, и не проявляла никаких способностей к Силе, но всегда оставалась вероятность, что Вейдер или Император всё равно узнают в ней ту, кем она была на самом деле. К сожалению, совокупность уговоров Леи и нежелания Брехи оставлять дочь на длительное время, перечеркнули всю решимость, которая у него была.   Говоря о жене, Бреха взглянула на него так, что стало понятно — женщина ни разу не купилась на его оправдание.    — Мы женаты уже почти два десятка лет, Бейл, и тебе уж следовало бы это знать. А теперь, расскажи мне, что тебя действительно беспокоит.    Её слова заставили улыбнуться. Это была правда: несмотря на то, что должность сенатора вынуждала его учиться скрывать свои истинные мысли за маской, ему никогда не удавалось обмануть её.   — Разве мужчине нельзя иметь свои секреты?   — Можно, — легко отозвалась она с улыбкой, копирующей его собственную, — и, если ты не хочешь говорить мне, не страшно. Только не нужно лгать, отвечая, что всё в порядке, когда это явно не так.     — Ты права, — произнёс он. — Прости. Просто, ну, ты знаешь, что я думаю насчёт интереса Леи к пилотированию.    В её глазах отразилось понимание, но в то же время, он уловил и нотки неодобрения.   Бреха никогда не была особенно близка с Падме, встречавшись с ней, может быть, полдюжины раз, и, насколько он знал, она ни разу не встречалась со Скайуокером. Поэтому, хотя женщина в какой-то степени понимала его дискомфорт от увлечения их дочери, ей было гораздо легче, чем ему, отделить Лею от людей, которые являлись её кровными родителями.    — Бейл, мы…    — Знаю, знаю, — перебил он, — я не жалуюсь, и, безусловно, не скажу ей об этом в лицо, но и не могу изменить то, что чувствую.    Бреха собиралась что-то сказать, но хотела ли она согласиться с ним или укорить, он так и не узнал, потому что на помощь ему пришла дочь.    — Папа, ты слышал это?    Внутренне благодарный за то, что его прервали, Органа обернулся к восьмилетней девочке с искренней улыбкой на лице.    — Боюсь, что нет, дорогая. Случилось что-то хорошее?    Лея широко улыбнулась, обнажив два отсутствующих зуба, и показала на пилота, сидящего на переднем сиденье рядом с ней.    — Берсоль сказал, что Империя по запросу бесплатно выдает школам лётные тренажеры, и все дети с восьми лет могут ими пользоваться! Как ты думаешь, нам тоже дадут такие?    Он изо всех сил старался сдержать гримасу на лице.    Император объявил о своём намерении сделать это несколько месяцев назад при одобрении большинства и молчаливом сопротивлении немногих, включая самого Бейла. С тех пор он старался оградить Лею от любых новостей, чтобы она не узнала об этом, понимая, как девочка обрадуется, услышав о такой возможности, но, видимо, этого всё равно оказалось недостаточно.   Для него и его союзников в Сенате было ясно — это просто уловка, чтобы с юных лет отбирать талантливых пилотов для имперского флота, среди которых, — если Лея унаследует талант Скайуокера к полётам так же, как и его интерес к звездолётам, — будет и его дочь. И хотя положение принцессы Альдераана защищало её от призыва в армию, он хотел, чтобы она не привлекала ничьего внимания, насколько это было в его силах.    — Не знаю, — ответил он наконец как можно более извиняющимся тоном. — Видишь ли, такие тренажёры достаточно большие. Я не уверен, что в твоей школе достаточно места для их размещения.    — Но, наверняка, они могли бы разместить хотя бы один, верно? — если бы они говорили о чём-нибудь другом, то драматическое отчаяние в девичьем голосе заставило бы Бейла улыбнуться.    — Возможно, но…    — В подвале всё равно ничего нет, так что они могут поставить его туда!   — Вероятно, хотя я не думаю…    — А если нет, то мы можем дать им немного денег для переоборудования подвала, чтобы освободить место, так ведь?   — Я не…   — И…   — Милая, — Бреха прервала дочь с мягкой усмешкой, — почему бы нам не поговорить об этом, когда мы вернёмся домой? Тогда мы сможем сходить и самостоятельно посмотреть, достаточно ли там места или нет. Предполагать об этом, когда у нас нет возможности подтвердить что-либо, ничем не поможет сейчас, не так ли?    Лея, казалось, размышляла над этим несколько секунд, после чего нерешительно кивнула.    — Наверное…    — Прекрасно, — отозвалась королева. — В любом случае, я думаю, мы уже на месте.    Как по команде, их спидер остановился, а пилот объявил о прибытии в посольство Альдераана. Их апартаменты здесь, возможно, не были такими большими и роскошными, как те, что предоставлялись всем сенаторам и их семьям в Королевском дворце, однако Бейл с радостью согласился на них, лишь бы не подпускать Лею настолько близко к Императору, когда это совершенно не было необходимо.   Забыв уже весь их предыдущий разговор, Лея молниеносно выпрыгнула из спидера, едва не доведя отца до сердечного приступа тем, что приземлилась так близко к краю платформы.   Органа на секунду задумался, чтобы отругать девочку за такой поступок, однако вместо этого решил поговорить с ней об этом позже. Лее необходимо было вести себя как подобает приличной маленькой принцессе во время церемоний, начинавшихся со следующего дня, поэтому сейчас мужчина мог дать ей небольшую поблажку. Одной Силе известно, как она заслуживала этого.    Его жена захихикала рядом с ним.   — Вечно она как крошечный ураган, да?    — Представляешь, насколько хуже будет, когда у неё начнётся половое созревание?   — Тише, мой дорогой. Я пока не хочу даже думать об этом.     Он мягко рассмеялся, хотя внутренне был согласен с Брехой. Размышление о времени, когда его малышка не захочет быть уложенной им спать или начнёт встречаться с мальчиками — или девочками, в зависимости от её предпочтений, — было кошмаром, который он разделял со многими родителями по всей галактике, и воплощение которого в жизнь, в конечном счёте, он не смог бы избежать.    «Лучше буду наслаждаться настоящим, — подумал Бейл про себя. — Всё равно ничего другого я сделать не смогу».   К сожалению, этот момент идиллии должен был подойти к концу.   Он только успел спуститься со спидера и сделать пару быстрых шагов, чтобы нагнать Лею, пока она не начала докучать кому-нибудь ещё, когда интуиция заставила его оглянуться через плечо на Бреху, которая также сошла на платформу. Их глаза встретились на секунду, и на обоих лицах расцвела улыбка, наполненная одинаковым удовольствием по поводу проделок их дочери и любовью, которую они делили на протяжении многих лет, — пока до его слуха не донесся свистящий звук.    У него не было времени даже подумать о том, что это могло быть, не было времени прийти к ужасающему выводу в какой огромной опасности они находились.    Он ничего не успел сделать, кроме как улыбнуться своей жене, наблюдая за беззвучно раскрывающимся ртом, где все её слова потонули, обрывая сказанное, — в спидер позади неё с «бумом» влетел какой-то предмет, — и взрыв охватил и его, и её своим голодным пламенем.    Жар ударил ему в лицо со свирепостью дикого зверя, а взрывная волна отбросила назад, как куклу, но мужчина не почувствовал боли. По правде, Бейл вообще ничего не ощущал, так как у мозга просто не было возможности осмыслить происходящее.    Единственное, что занимало его мысли, — уверенность в том, что он больше никогда не увидит свою любимую. Не будет ни смеха посреди ночи, когда они оба работали над тем или иным проектом вместо сна как положено, ни разговоров во время завтрака на балконе под лучами восходящего солнца на горизонте, ни украдкой брошенных улыбок на скучных государственных церемониях.    А ещё он никогда не узнает, какие последние слова она хотела сказать за несколько мгновений до своей смерти.    Лея, чьи крики в этот момент сопровождали его в мягком оцепенении бессознательного состояния, во второй раз лишилась матери.     Если действительно существует всемогущая Сила, управляющая всем во Вселенной, как верят джедаи, то она является по-настоящему жестоким наставником.     

СРОЧНЫЕ НОВОСТИ!

 

«Королева Бреха Антиллес Органа убита в результате террористического нападения!»

 

«Празднование Дня Империи откладывается?»

 

«Император Палпатин обещает, что справедливость восторжествует!»

 

«Власти объявили о планах по увеличению военного присутствия в Системе Кор для защиты её граждан!»