Телепередача "Ваш сад и огород"

Ужинали они за столом на кухне, которая соединялась с гостиной. Благодаря этому, можно было с легкостью смотреть телевизор, не отрываясь от трапезы. Хотару чувствовала себя слабо, но все же намного лучше. Ей удалось еще поспать перед тем, как хозяин квартиры пригласил ее за стол. На ужин была жареная соба, и, на удивление, в исполнении Мидори-сана она была очень вкусной. Девушка уплетала лапшу за обе щеки со здоровым аппетитом, присущим мальчикам-подросткам. Но Хотару была девочкой. Мидори-сан зачарованно смотрел, как приготовленное им блюдо таяло с тарелки гостьи на глазах. – Здоровый аппетит – это прекрасно, но сбавь темп, – посоветовал он, протягивая салфетку, которую девушка с благодарностью приняла. На ее лице расцвела счастливая улыбка, при виде которой сердце доктора пропустило удар. – Не могу, Мидори-сан! Ваша соба такая вкусная, что я не могу остановиться. Спасибо большое за угощение! – и она снова зарылась в тарелку чуть ли не с головой. Мидори не стал разочаровывать Хотару и говорить ей, что эта соба была лишь разогретой замороженной заготовкой, которую предусмотрительно положил в морозильник Фуджимон в свой очередной визит. – На самом деле, я не силен в готовке. А что обычно кушаешь ты, Хотару? Тачибана призадумалась и, не вынимая палочек из закрытого рта, посмотрела куду-то вверх. – Ну, я в еде не прихотливая. Могу есть все. Но больше всего, наверное, люблю карри. А Вы, Мидори-сан? – на последнем вопросе она перевела свой ясный взгляд больших зеленых глаз на собеседника. И, признаться честно, выглядела она сейчас реально мило. Лидер «Хошиширо» был готов ударить себя за такие мысли, но совладал с собой и лишь переключил свой взгляд на включенный в гостиной телевизор. – Ничего не имею против карри, но собу я люблю больше. В этот момент по центральному каналу показывали передачу «Ваш сад и огород», где фермеры со всей страны хвастались своими достижениями в аграрном искусстве, делились лайфхаками и рассказывали, что можно приготовить из самых обычных овощей и фруктов. Мидори сам не заметил, как стал вслушиваться в то, что вещали по телевизору. Он частенько смотрел эту передачу, когда выдавался выходной, а иногда приходилось ее даже записывать, чтобы ознакомится потом. Судя по тому, как внимательно врач погрузился в процесс подокучивания позднеспелых сортов капусты, который происходил на дисплее домашнего кинотеатра, у Хотару возник вполне логичный вопрос. – Мидори-сан, у Вас есть дача? – Ч-что? Он не сразу понял, о чем его спрашивают, потому что на тяжелых, глинистых и увлажненных грунтах рекомендовали почаще рыхлить и подокучивать посадки. Когда же Тачибана заметила тень непонимания в его глазах, она повторила свой вопрос. – Вы так внимательно смотрите эту передачу. Я подумала, что у Вас есть дача. Дача? У него? Мидори раздался громким смехом. – Нет, дачи у меня нет. Хотя у моей бабушки и дедушки было свое поле, когда они еще жили в провинции. – Ух ты! Свое поле! Это куда круче обычной дачи! – Хотару просияла энтузиазмом, отчего ее и без того большие глаза засветились озорным любопытством. – И Вы там бывали? Такой натиск наивной женственности уважаемый педиатр выносил с трудом. Он редко, практически никогда и никому не рассказывал о своей жизни и уж тем более о детстве. Только перед любопытством Хотару устоять не мог. – Да, в далеком детстве. Но я не очень хорошо помню те места. – А хотели бы снова туда поехать? – не унималась девушка, проглатывая очередную порцию собы. – Хм, даже не знаю. Моя семья уже давно не владеет там землей, поэтому возвращаться туда нет смысла. – Ну, а дачу Вы бы хотели иметь? Мидори искренне не мог понять, зачем она задает все эти вопросы. Неужели он был так похож на человека, который хотел обзавестись соткой-другой земли и выращивать там сад и огород, применяя на практике все советы и лайфхаки известных японских фермеров? Пока Мидори ушел в глубокие раздумья, Хотару добавила: – Просто, Вы очень похожи на человека, который бы хотел иметь кусочек земли, где мог бы экспериментировать с огородом в свое удовольствие. Почему-то, мне кажется, что Вам это понравится. Она это сейчас реально сказала? Мидори стоило неимоверных усилий не выставить напоказ свое чрезмерное удивление. Хотару практически прочла и озвучила его мысли. Не может быть, чтобы она так чутко могла его понимать. – Не выдумывай, – усмехнулся врач, стараясь пропускать мимо ушей доносящееся с гостиной телевещание о том, что количество обработок и состав смеси для опрыскивания летом сада зависят от вида вредителя или типа заболевания, а также от кратности обработок, рекомендованной производителем препарата. – Лучше допивай свой чай и иди в ванную. Хотару неловко опустила взгляд на чашечку перед собой. – Я не могу воспользоваться Вашей ванной, Мидори-сан. Бровь доктора элегантно изогнулась в немом вопросе. – Это почему же? Тебе стоит принять душ после пляжа перед сном. – Но у меня нет с собой сменной одежды. Мидори замолчал, и молчание его длилось заметно долго. Ему и самому стоило бы подумать о вопросе сменной одежды для Хотару, но это, почему-то, выскользнуло у него из головы. Впрочем, одно решение все же было. – Могу одолжить свою пижаму, – как можно спокойнее предложил доктор, вставая из-за стола. – Правда? Спасибо, тогда, я, наверное, приму Ваше предложение, – учтиво ответила Хотару, допивая свой остывший чай. Проблема со сменной одеждой была решена наполовину. У Мидори действительно оказалась запасная чистая пижама синего цвета, но девушка в ней выглядела, словно рыбка в бескрайнем море. – Спасибо большое за душ и за пижаму, Мидори-сан! – развивая на ходу свои только что высушенные белокурые волосы, проговорила Тачибана, присаживаясь на край кровати. Глядя на стоящего посреди спальни лидера вражеской команды, тоже одетого в пижаму, она поинтересовалась, – Вы не пойдете в ванну? – Нет, я успел принять душ, пока ты спала. Нужно готовиться ко сну. – Мне уже лучше, я могу поспать на диване в гостиной. Судя по ее бойким речам, Мидори отметил мысленно, что ее самочувствие действительно улучшилось, но… – Исключено. Ты будешь спать на кровати. Тачибана замотала головой и замахала руками. – Нет-нет! Я не могу позволить Вам спать на диване в Вашей же квартире. Губ Мидори коснулась игривая хитрая улыбка. Он обошел постель с другой стороны и присел на ее край. На недоуменное лицо этой девушки он был готов смотреть вечно. – Кто сказал, что я буду спать на диване? Это же моя кровать, и я решаю, кто на ней будет спать. Глаза Тачибаны расширялись все больше и больше с каждой секундой. – П-подождите! Мы не можем спать вместе! Но на ее прогрессирующую истерику Мидори лишь ухмыльнулся и лег на свою половину, накрываясь легким летним одеялом. – Я твой лечащий врач, и мне так будет удобнее наблюдать за твоим состоянием. Так что, прекращай панику и ложись спать. У меня двуспальная кровать. Тесно нам не будет. Сказав это, педиатр демонстративно повернулся к ней спиной и выключил светильник, погрузив комнату во мрак. Хотару еще какое-то время что-то пыхтела себе под нос и боролась с непреодолимым желанием врезать Непобедимому Королю по его самодовольному лицу, но все же постаралась остепениться. Ведь Мидори-сан заботился о ее здоровье сегодня весь день. Он заслуживал хороший отдых и крепкий сон, который можно было получить лишь спя на кровати. Она это все понимала, и была благодарна и за помощь, и за еду, и за душ с пижамой, и даже за предоставленную половину кровати для сна, но…но… Но спать с ним в одной постели было сверх всякого приличия! Хотару зажмурилась и скользнула под легкое одеяло, которое ей приходилось делить сегодня ночью со своим «лечащим врачом». Смущению не было предела, но девушка постаралась улечься и побыстрее уснуть. А в этом ей, как ни странно, помогли звуки ритмичного и спокойного дыхания, доносящиеся с другой стороны постели.