6. Слишком самовлюблённая, чтобы быть женой

Некоторое время Сергей и Холера жили в гармонии, потом опять началась «гонка вооружений». Когда кто-либо из них получал грант или диплом серьёзной конференции, второй радовался, но в душе всё же завидовал. Снова начались бессонные ночи за компьютером, едкие слова и ссоры. Когда Холера была его девушкой, Сергей пропускал мимо ушей её агрессивные комментарии. Прожив с ней несколько лет, он истратил весь запас невозмутимости. Когда-то Сергей восхищался, до чего они с Холерой похожи. Теперь он начал думать, что проще быть разными — например, как Вова и Карина Чумаковы. Сергея не раз приглашали работать в Москву, но жена не спешила туда ехать. Холере казалось, что местный центр вирусологии ничуть не хуже московского, она не хотела оставлять квартиру и друзей. Чем хуже становились отношения с женой, тем чаще Сергей задумывался о столице. Ему казалось, что там будет проще реализоваться, что всё самое интересное происходит именно там. — Хочешь ехать — скатертью дорога! — заявила Холера в пылу очередной ссоры. — Сделай только, чтобы эта квартира осталась целиком моей. Жить с людьми — гиблое дело. Я так больше не могу. Две подписи под свидетельством о разводе поставили точку в истории супружеских отношений Сергея и Холеры. Оба радовались свободе: им казалось, что теперь-то всё точно станет как надо. Сергей уговорил начальство не выселять бывшую жену из квартиры. Холера многих раздражала как человек, но она была одним из ведущих работников и заслужила хорошую жилплощадь. Столица встретила Сергея приветливо. Его разместили в уютной студии, местные специалисты рады были знакомству. Сергей быстро влился в коллектив и исследования. Сергею нравилось жить в одиночестве: никто не комментировал его действия, не требовал чрезмерной чистоты. Иногда ему по привычке хотелось обсудить что-то с Холерой, но стоило вспомнить ссоры последних лет, как желание пропадало. Новая жизнь увлекла Сергея. Он работал в московском НИИ вирусологии, гулял по столице, заводил друзей и любовниц. С коллегами из родного города он иногда переписывался по интернету. Местные вирусологи не были так дружны, все праздники встречали сами по себе. Иногда Сергей думал съездить на Новый год к своим бывшим коллегам, но всё не складывалось. Родители приезжали к нему сами: им тоже хотелось посмотреть столицу. Осознание потери пришло не сразу. Сергей жил в своё удовольствие, встречался с женщинами, но ни одна из них не стала для него «той самой». С далекими от вирусологии избранницами нельзя было обсудить новости с работы, коллеги казались недостаточно женственными или просто скучными. Чем дальше, тем больше Сергей скучал по Холере. Это было совершенно иррациональное чувство. Ещё недавно он радовался, что Холера исчезла из его жизни, теперь их разногласия казались ему глупыми. Сергей вспоминал, насколько похоже они видели мир и своё место в нём, как идеально совпадало их чувство юмора. Холера, со всеми её резкими чертами, всё же была для Сергея по-настоящему родственной душой. Сергей навёл через друзей справки, как дела у бывшей жены, узнал, что она встречается с каким-то химиком, разозлился и приказал себе не думать о ней. Все мосты были сожжены: они оба спалили их без жалости, бросая в огонь всё новые спички. Сергей выбрал Москву — и новые возможности. Холера предпочла то, что уже имела, пожертвовав отношениями с мужем.