Игра на желание

      Прошли дни, но ходить было по-прежнему больно. Ходьба продолжала сопровождаться раскачиванием и выворачиванием передних частей стоп внутрь. Жгло подошвы. Несмотря на оказанную Реном помощь, Стрейд всё равно решил тоже поучаствовать в Вашем лечении. Воспоминания душевно подавляли. Большая мужская рука тянулась к Вашему лицу, покрасневшему и утомлённому. А пальцы сжимали изогнутую медицинскую иглу, пробирающуюся под Вашу кожу и уносящую за собой нить. Ощущение проникновения маленького острия. Сосредоточенный взгляд того, кто выше Вас, кто возвышался над Вами при свете бледной лампы ванной комнаты. Конец небольшой операции и вполголоса сказанное «Fertig». Ваш медленный поворот к зеркалу. Распахнутые глаза от собственного отражения. «Это я», — неестественно холодно прозвучало в Вашей голове.       Пребывая в одной из спален, Вы стояли у высокого зеркала, находящегося на дверце светло-серого шкафа. Впервые наблюдали себя во весь рост. Крепкие руки медленно опустились на Ваши плечи, Стрейд стоял позади Вас. Он тоже осматривал Ваше отражение с некой заботливой и чуть жуткой улыбкой. Вы не улыбались. Вы смотрели. Своё тело, покрытое тёмными синяками и светлыми шрамами, своё бледное лицо, будто испуганное, свои спутавшиеся распущенные волосы. Обнажённые груди, из одежды лишь мужское нижнее бельё, на шее металлический электрический ошейник. Так хотелось сказать, что нет, что это не Вы. Вы никогда так не выглядели. Почему Вы не узнаёте себя? Впервые собственные черты лица кажутся такими чужими, словно не принадлежащие Вам. Находясь в этом доме, перестаёшь быть самим собой. Меняешься так, как хочет его хозяин. Как хочет теперь Ваш хозяин. В тот момент Вы закрыли своё лицо ладонями, мучаясь от осознания, что с этим придётся смириться. Его большие пальцы потёрли Ваши трапециевидные мышцы, раздалось: «Что случилось? Ты не хочешь видеть себя?», — таким спокойным, миловидным голосом. Если внутри, в сердце, постепенно растёт тёмное угнетение, тихо поражающее и убивающее хоть какие-то маленькие остатки положительных чувств, то эта душевная смертность отражалась во внешности. Особенно в глазах — зеркалах Вашей души. Наклонившись, Стрейд уже посмотрел на Вас настоящую, и Вы отстранили свои руки от своего лица, подняв взгляд на него. Вы готовы были поклясться, что никогда не видели его таким удивлённым и по-настоящему не понимающим, что случилось и почему Ваши глаза порозовели, увлажнились.       Больше Вы не следили за дверью, ведущую в подвал. И не будете. Стрейд запомнил, как Вы «выполнили» его поручение, и отныне сидеть у стены было необязательно, за исключением тех случаев, когда он считал, что Вы заслужили цепь на лодыжке. Например, если Вы делали что-то не так, как он этого хотел, или же когда бездействовали. Посылал Вам разряды тока и бил. Порой за малейшие оплошности. «Кто разбил мою кружку?», «Сколько можно шуметь посудой?», «Почему пол плохо вымыт?», «Где мои сигары?», «Кто тебе разрешил смотреть телевизор?», «Долго будешь в ванной сидеть?», — слышали Вы, после чего следовали громкая немецкая ругань и крики: «Ты должна подчиняться!», «Ты должна быть мне благодарна!», «Если что-то не устраивает, то быстро на том свете окажешься!», «Совсем страх потеряла!», «Будешь спорить со мной и окажешься снова в подвале!», «Ты ничего не можешь сделать правильно!». И многое другое. На Ваших пальцах и ладонях успели образоваться мозоли от вечных стирок вручную и мытья полов. Стирали его рубашки и штаны, затем отпаривали и вешали на плечики в гостиной. Был случай, когда Вы, уставшая и думавшая о своём, резко испугались, когда раздражённый он, Стрейд, быстро метнулся к Вам и стал трясти одну из своих рубашек с возмущениями, мол, что за складка и почему плохо отпарено. А когда Вы пытались объясниться, то перебивал Вас, оскорблял и по-иному унижал.       Редко поздними вечерами он смешивал пиво с коньяком, сидя на диване перед телевизором, и спустя время уходил в опьянение. Становился утомлённым и легко раздражительным. Тогда к нему было лучше даже не попадаться на глаза. Включал на большом экране порнографию и, когда оказывался достаточно возбуждённым, начинал громко звать Рена или Вас, чтобы совершить половой акт. Иногда ему не нравилось на диване, так как было мало места, и шёл на второй этаж. Схватив и прижав Вас к себе, поднимался наверх, говорил: «Сейчас потрахаемся, и я отпущу тебя», — после насильно вёл Вас в свою спальню. Заставлял Вас смотреть с ним видео эротического характера и приказывал Вам повторять происходящее с экрана. Однажды ночью в его тёмной комнате Вы наотрез отказали ему, за что он прижал Вас к кровати и стал душить. Прилагал силу достаточно долго. Асфиксия была невыносима по ощущению. Вы начали терять сознание, и, стоило Стрейду это увидеть, как отпустил Вас. Но не сама боль и удушье. Они не отпустили Вас на следующий день. Казалось, будто у Вас повысилась температура. Болела шея, и вечно появлялось головокружение. Вы сочли, что у Вас возникла травма после той ситуации.       Ночевали всегда вместе с Реном на полу, укутавшись в одеяло, под тихие разговоры из аниме на ноутбуке. Так было чуть спокойнее. Часто он и Вы прижимались друг к другу, потому что было холодно: внизу дуло прохладным воздухом, так как наступила осень. Рен укрывал Вас сверху, помимо одеялом, своим хвостом и, спрашивая разрешение, клал руку на Ваше тело, чтобы немного обнять. На утро будил Вас не словом, а прикосновением: осторожно гладил ногтями по Вашей коже или вилял хвостом перед носом. И Вы просыпались, открывали глаза и слышали: «Хочешь кофе? Или завтрак?». Видели перед собой на его лице спокойный, сдержанный интерес и отвечали так, как хотели. Со временем Вы стали замечать, что каждый раз, когда Вы уходили из его комнаты, он начинал ходить за Вами. «Ой, ты куда?», — оборачивался Рен, испуганно посмотрев на Вас, и затем: «Окей, я с тобой». Вы не совсем понимали, зачем он так поступал. Может, чтобы снова заступиться за Вас, когда Стрейд был не в духе. Или, может, ему теперь грустно быть одному в комнате и не хочется расставаться с Вами. Но вскоре его «преследование» стало слишком навязчивым. Приходилось отталкивать его от двери, чтобы просто уединиться в туалете, или просить не находиться рядом, когда Стрейду было нужно воспользоваться в сексуальных целях. Вы и так очень устали и физически, и тем более психологически. Рен без конца ходил за Вами по пятам, и это, очевидно, утомляло. Как и слежка. Следил, как Вы едите, как спите, как моете посуду, как расчёсываете волосы. Но Вы не могли винить его за это: он так же, как и Вы, встревожен своим положением. Он так же терпит. Скорее всего, его поведение можно оправдать желанием находиться с человеком, который не применяет к нему насилие и отвечает дружелюбием.       Вы чистили зубы в ванной комнате, глядя на себя в зеркало. Наклонились, сплюнули и поднялись. Заметили Рена, наблюдающего за Вами, в дверном проёме. Кажется, то, что Вы его обнаружили, его никак не смутило. Не моргая, он продолжал смотреть на Вас. Убрав пену зубной пасты со рта, Вы спросили, всё ли с ним в порядке.       — А? Да, всё хорошо. Просто жду тебя.       Умываясь, Вы задали вопрос, хочет ли Рен в туалет.       — Нет, я жду только тебя.       Вы вздохнули и спустя несколько секунд вытерли лицо полотенцем. Далее вышли из ванной комнаты и, прихрамывая, пошагали по коридору.       — Ты в последнее время очень грустная… — Рен сказал это с неловкостью.       Разумеется, Вы были «грустная» с учётом того, где находились.       — Может, бой подушками? Я обещаю, что, так уж и быть, буду тебе поддаваться! — на этот раз радостно воскликнул он, идя за Вами.       Помотав головой, Вы промолвили, что не хотите.       — Жаль. Может, во что-нибудь поиграем? Хочешь в карты?       Сначала Вы сказали опять нет, но потом резко остановились и передумали.       — О, отлично!.. В гостиной под телевизором есть.       Он приобнял Вас, чтобы вместе спуститься вниз по лестнице. Когда оказались в гостиной, Вы сели на пол перед столиком, находящимся рядом с диваном, а Рен метнулся искать карты на полках. И нашёл их, подняв в руке.       — Вот, нашёл.       Подойдя ближе, он сел напротив Вас и разложил карты на столике.

***

      Вы положили несколько карт перед Реном.       — Ты снова выиграла! Наверно, мне просто не везёт. Всегда попадаются маленькие масти. Сыграем ещё?       Заметив Вас и Рена, Стрейд подошёл ближе, положил свои руки на спинку дивана, начал наблюдать за действиями каждого и спросил:       — На что играете?       — А?.. Ни на что… просто играем, — ответил Рен.       — Aber es ist nicht interessant, — Стрейд поднял бутылку пива и немного отпил. — Какой смысл от игры, если ничего не получишь за выигрыш? Тогда нет мотивации вообще играть.       Вы спросили, на что тогда можно играть.       — На желание.       Стрейд обошёл диван, сел перед столиком и поставил бутылку на пол. Рен посмотрел на свои карты, почесал шрам на груди и встретился с Вами взглядом.       — Любое… желание можно?       После его слов Стрейд выхватил у Рена и у Вас карты из рук и вернул в колоду, начав тасовку и довольно проговорив:       — В пределах разумного, mein Lieber. Если попросишь сорвать тебе с неба звезду, то даже не надейся.       Вы поняли, что это означает: просить Вас отпустить на свободу или прекратить использовать для соития бесполезно. Он, Стрейд, всё равно будет это делать.       Рен несколько секунд раздумывал.       — В таком случае я хочу, чтобы ты перестал пить коньяк.       — Ещё чего! В пределах разумного!       — Тогда что мне загадать?.. Я хочу, чтобы у неё был свой компьютер.       — Ну, нет уж. Иначе не ты получишь награду, — Стрейд удивился в тихом возмущении, затем обратился к Вам: — Если выиграешь ты, то у тебя будет вознаграждение. А если Рен, то опять-таки ты получишь вознаграждение! Нет, мы не можем так играть. Каждый загадывает что-то для самого себя.       Некоторое время Вы думали над тем, что можно пожелать. А потом сказали, что хотите следующее: Стрейд больше никогда не сажает Вас на цепь, а Рен теперь будет отпаривать одежду. Так решатся две ненавистные Вам проблемы. Услышав Вас, Стрейд прищурился и пробормотал:       — Мне так не нравится.       После чего Вы ответили, мол, желания могут разниться с желаниями игроков. Между Стрейдом и Вами промелькнула искра подозрения и недоверия. Долгое затишье прервали его последующие слова:       — Хорошо. Пусть будет так. В таком случае я хочу, чтобы вы оба участвовали в моём видео.       Рен заметно забеспокоился, испуганно глянув на Вас.       — М-мне кажется, что это…       — Желания могут разниться с желаниями игроков.       Вы точно были уверены, что видео будет о чём-то плохом. Учитывая характер Стрейда, нетрудно было догадаться о содержании ролика, который он запланировал с участием Вас и Рена. На Вашем лице отразилось отвращение с каплей ненависти.       Нервно потирая руки, Рен чаще заморгал и поджал уши.       — Я хочу замок на своей двери… — он повернулся к Стрейду.       — Was? Зачем это тебе вдруг надо запираться у себя в комнате? Ты что, что-то скрываешь у себя там?       — Н-нет! Просто нужно. Ты можешь сделать это для меня?..       — М-м-м… Ладно. Это несложно.       Рен обратился уже к Вам:       — А с тобой надо отойти.       — Минуточку! Что это у вас за секреты от меня? — Стрейд заулыбался и прислонился к спинке дивана. — Замок на двери. А теперь вы уходите, чтобы договориться наедине? Oh, was für eine Intrige! Кажется, я плохо вас двоих знаю!       Раздался смех Стрейда, и Рен, поднявшись, взял Вас за руку и отвёл в коридор. Вы заметили, что он, очевидно, волновался и стеснялся сказать своё желание. Он держал Вас за обе руки и наконец-то набрался смелости.       — В общем… только… — Рен вздохнул и поднял на Вас взгляд, — только не отталкивай меня, хорошо?.. Честно… я хочу, чтобы ты стала моей девушкой.       Сказать, что Вы удивлены, означает ничего не сказать. Наступило смятение: Вы просто стояли в ступоре, пока не зная, что ответить. Но с другой стороны было давно очевидно, что Рен проявлял к Вам признаки внимания и добродушия. Он всегда старался Вам помочь по возможности, пытался сделать Ваше пребывание здесь, в доме Стрейда, более «уютным», если можно так выражаться, и менее угнетающим. Вы смотрели на Рена как на мальчика, такого небольшого роста, часто беспокоящегося, но искренне нуждающегося в любви. Он так не хочет быть одинок. Он так не хочет расставаться с Вами.       Открыв рот, Вы уже хотели сказать, что не против, но потом передумали, так и ничего не произнесли. Вы просто задумались, почему Рен решил сделать это не предложением стать его девушкой, а условием. То есть, по сути, он даже не спросил Вас, хотите ли Вы этого. Он утвердил, что если выиграет, то Вы должны стать его девушкой. Вне зависимости от Вашего желания.       — Поэтому если я выиграю… ты поняла. Я обещаю, что тебе со мной будет лучше всего. А ты должна пообещать, что будешь любить меня. Я не хочу, чтобы Стрейд знал об этом… Теперь пойдём.       Он повёл Вас обратно в гостиную. Стрейд сделал глоток пива.       — Ну как, договорились там?       — Да-да… — Рен сел на своё место, как и Вы.       — Сначала две пробные игры. Чтобы разогреться. А потом как планировали.

***

      Сначала выиграл Стрейд, лишь затем — Рен. Осталась последняя третья игра.       Поднялся дым от сигар Стрейда. Каждый сидел в этом маленьком тумане, рассматривая свои карты. Рен положил некоторые из своих на стол.       — Сердечки.       — Это черви, — поднял бровь Стрейд.       — Умв… не очень красивое название. На червей совсем не похоже. Кстати, у меня кончились куриные сердечки!..       — Уже? Я же покупал тебе много упаковок.       Вы старались не слушать этих двоих и очень сосредоточились на своих картах. Вскоре Вы практически не слышали, о чём те говорили: в голове шли ясные рассуждения и воспоминания, кто какие карты бросил. Вы сделали предположение, что может быть у Стрейда и Рена.       Стрейд положил карты, и Вы только убедились в том, что были правы. И вернулись к своим.       А потом до Вас дошло, что прямо сейчас игра может закончиться, вследствие чего чьё-то желание сбудется. Теперь ситуация зависела от Вас. Вы хорошо сыграли, поэтому могли выиграть, сбросив карты. Однако Вы также задумались, что можно было поддаться Рену или Стрейду. Если Рену, то Вы станете его девушкой. Если Стрейду, то придётся сняться в видео. Или же выиграть самой. От Вашего решения пойдут очевидные последствия.       Вы решили…