Глава 6. Рождество в Аду

      — Ну пожалуйста, ну Хён!       Семеро парней кружились вокруг лидера, смотря на него щенячьими глазами.       — Нет. — Вздохнув, отрезал Бан, продолжая печатать. — Вы и сами понимаете, мы не можем отменить концерт в день Рождества. — Он устало прикрыл глаза. Ему самому не нравилась идея выступать в праздничный день и, тем более, лишать своих детей праздника и отдыха. — Мы выступим завтра и точка. И это решение зависит не от меня, а от индустрии. — Заключил Чан. Мемберы неодобрительно застонали.       — Опять? Ну Хён, мы уже какой год без праздника… — Обиженно, но смиренно простонал Чанбин.       Чан промолчал. Он был согласен, ему так же хотелось праздника. Просто отвлечься и отдохнуть. Но увы, это уже было не в его силах. Мировой звезде оставалось только смириться с таким плотным графиком.       Мемберы слегка отошли от Чана, давая ему пространство. Все семеро молчали, но на их лицах читалось смирение и желание расслабиться в праздник. Хотя бы, на один день.

***

      Словно ребёнок, обиженная девушка упала на диван.       — У него снова концерт! Прям в Рождество! — С обидой воскликнула Миён, сложив руки на груди.       — У Ким Сынмина из Стрэй Кидс? — Поддразнивающе, уточнила Дзиндзю.       — Нет, блин, у Ким Техёна из БТС! — Фыркнула Миён, закатив глаза.       Дверь балкона резко открылась, запуская декабрьский мороз в комнату и Гундзэ. Тут же, здесь повеяло табаком и ментолом. Девушка быстро закрыла дверь балкона, падая на кресло.       — Опять курила? — Вздохнула Дзиндзю. — Ладно, в одной футболке в -20. Н выо блин... — Взмолилась младшая. — Ты обещала бросить… — Добавила младшая.       — Прости… Нужда… — Промолвила старшая и подняла глаза на младшую. — Чего такие поникшие? Случилось чего?       — У парней завтра рождественский концерт! — Буркнула Миён.       — Айдолы, что поделать… — Пожала плечами Гундзэ. Младшие болтали без умолку, пока Со лазила в телефоне, уже подумывая написать Бану.

Гундзэ. 19:42

Приветик, Чанни-оппа!

Я не отвлекаю?

Бан Чан. 19:43 Привет). Да нет, в целом. Я в студии один. После тренировок. Завтра ведь концерт.

Гундзэ. 19:45

Ох, точно!

У вас же завтра

концерт.

Как тренировки? Всё

хорошо? Вы готовы?

Бан Чан. 19:46 Это будет самое огненное выступление за всю историю к-поп индустрии🔥)!

Гундзэ.19:46

Хах, верю).

Тогда удачи).

Обязательно буду

смотреть запись.

      Получив весёлый стикер в ответ, девушка отложила телефон и вернулась к ноутбуку. Снова этот наркотик. Снова сотни жертв из-за, единственного в своём роде, вещества в пулях пистолетов. Снова множество вопросов остаются без ответов. Это всё за последние несколько дней. По идее, любая информация о главаре наркоимперии должна помочь Гундзэ отыскать его и благородно поставить крест на его карьере и его чёрных, как сея натура, деньгах. Но, она прочла лишь море бесполезного текста, от которого плыло в глазах.

***

      Улыбка какое-то время не сходила с губ парня. До безумия глупая улыбка. Его сознание было далеко от реальности. Чан откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Мечтательный вздох сорвался с его губ. Бан был далёк от реальности, мечтая и фантазируя об исполнение своих самых откровенных желаний. Рука слегка сжала телефон, а другая — мышку от ноутбука. Такая детская мечтательность и наивная любовь Он, словно, готов к вечному погружению под воду. Даже обладая способностью плавать, сможет ли Бан не утонуть в этом океане чувств?       Чан забылся, не замечая ничего, что происходило вокруг него. В дверь студии кто-то постучал, но Бан даже не услышал. Следующий стук раздался слишком резко и громко, чем заставил Криса вздрогнуть на месте и наконец вернуться в реальность.       — Кто там? — Крикнул парень, но тишина в ответ заставила его нахмуриться. — Открыто. Заходите! — Он попробовал снова, но ничего. Парень поднялся с места и подошёл к двери. Открыв её, он не увидел никого в коридоре. Глаза уловили коробочку у входа, которую Чан, неохотно, поднял.       Вернувшись в комнату за стол, он осторожно открыл алюминиевую крышечку. Взгляд зацепился за пару серых таблеток и бумажечку под ними, что пальцы осторожно достали и раскрыли.       «Ожидаю нашей встречи больше, чем Рождества, Бан… Как жаль, что тебе она не понравится… А может, станет и последней… Уверен, что концерт будет превосходным?»       Сердце пропустило удар в груди от последней пары строк. Послание было без подписи, что ещё больше заволновало парня. Чан напрягся, поджав губы. Почему-то в этот раз угрозы его по истинне пугали. Да, он получал их каждый божий день, но почему-то именно сейчас они пугали как в первый раз. Теперь идея мемберов отменить концерт не звучит такой уж и плохой. Но он знал, что концерт им всё равно придётся провести.

***

      В концертном зале каждый гость, отчаяно пытается найти своё место по билету. Огромное помещение всё больше и больше заполняется гулом. Наконец, свет выключается, заставив фанатов замолчать и устремить свои озабоченные взгляды на сцену. Софиты загорались в заданной очереди, освещая восемь силуэтов. Но мысли заставляли Чана фокусироваться не на движениях, музыке и партиях, а на странной записке и паре серых таблеток в коробочке из металла, к чему айдол не решился больше притрагиваться и спрятал подальше от себя же в студии. Ошибка за ошибкой. Тело не слушало такт. Подстраиваясь под Чана, мемберы пытались сделать так, чтобы это выглядело как задуманное. Ведь, здесь ошибаться слишком опасно…       — Чан, ты чего сегодня в облаках летаешь? Да у тебя ошибок сегодня в хореографии было больше, чем за всю жизнь айдола.       Возмутился Минхо, когда после выступления парни, наконец, зашли в гримёрную. Чан не сразу услышал друга.       — А? Да так, не выспался просто… — Отмахнулся Бан, повалившись на диван.       — Правильно! Мы ведь тебе говорим — не сиди до утра с наушниками и ноутбуком, потом свои песни допишешь! Нет, блин, зачем своих детей слушать и нормально спать? — Фыркнул Джисон рядом. Чан же ничего не ответил.       Парни вернулись в общежитие, свалившись на кровати после душа. Но желание отдыха взяло верх, заставляя лидера уснуть.

***

      — Осторожно…       Девушка еле успела поймать пьяную старшую, что, пошатнувшись, чуть не упала в снег.       — Да не упаду я. — Пьяно усмехнулась Гундзэ, отстраняясь от Дзиндзю. Она вскинула голову, допивая остатки вина в её банке.       — Я бы не была так уверена… Обычно, так сильно алкоголь на тебя никогда не действовал… — Младшие девушки выпили почти столько же, но сегодня накрыло их не так сильно, как их лидера.       — Ну и что? — Пьяная ухмылка растянула уголки рта. — Ничего ведь не случится. — Махнула старшая, слегка уходя вперёд.       — Надеюсь… — В унисон тихо вздохнули обе в надежде, что всё будет в порядке.       До Рождества оставались считанные минуты. Девушки гуляли по ночному Сеулу в более тихой местности. Под ногами путались сугробы снега, иногда мешая нормально стоять и ходить в местности недалеко от города. Их троих охватил алкогольный угар, но старшая совершенно не отдавала отчёт своим действиям, в отличие от младших, что было для неё совершенно несвойственно.       — И уносит меня, и уносит меня В звенящуюю снежную да-аль Три белых коня, эх, три белых коня - Декабрь, Январь и Февраль!       Подпевала звонко Гундзэ, слегка эмоционально подпрыгивая.       — Нас-то подожди! — Отозвалась Миён сзади, подбегая к подруге и придерживая за плечи, чтобы Со не свалилась в ближайший сугроб. Дзю пришлось их догнать.       — Тебе на сегодня хватить, онни… — Девушка отобрала пустую банку, смяная и пряча за спину. Кажется, старшая её смело проигнорировала. — Ты обещала совсем немного.       Гундзэ не слушала, снова слегка ускорив шаг и готовясь выкинуть очередную глупость. Но Миён толкнула девушку в спину, заставив ту упасть лицом в сугроб. Снег запутался в ярко-красных волосах без шапки на голове, пробираясь под куртку и кофту и касаясь горячей кожи под одеждой.       — Эй! — Недовольно простонала Со, пытаясь подняться. Она пожмурилась от неприятного холода под кофтой. В глазах плыло, что заставило её снова чуть не упасть в снег. Но руки пытались удержать тело, пока они рисковали получить обморожение из-за отсутствия перчаток и будучи в снегу.       — Пока не протрезвеешь — мы тебя не поднимем. — Твёрдо и холодно выдала Миён, останавливая младшую, что ринулась помочь. — Я сказала - стоять! — Рыкнула она на Дзиндзю.       -Но… Она ведь замёрзнет… В снегу… — Тихо и обеспокоенно говорила Шин.       — Да её ни одна пуля не берёт. Уверена, что с ней хоть что-то случится? — Холодно отозвалась Миён.       И снова старшая повалилась в сугроб. Голова крутила пируэты, а дыхание становилось тяжелее.       — Да всё… В порядке… — Уверяла Гундзэ. Алкоголь в крови не давал ей так просто встать на ноги. Но всё же она выбралась из сугроба, слегка пошатываясь. — Ладно, давайте по до-…       Гундзэ не успела довести мысль до конца, тут же, её тело пронзила острая боль. Выстрел со стороны заставил старшую рухнуть обратно в сугроб. Дзиндзю и Миён ринулись в рассыпную и скрылись за ближайшими деревьями, держа пистолеты на готове.       — Засада… — Тихо фыркнула Миён. Паника охватила подруг, взгляд бегал по улице в поисках стрелка. Тело Гундзэ окружили двое мужчин. Поняв, что старшая не сможет оказать наёмникам никакого сопротивления, они мёртвой хваткой вцепились в её конечности и потощили обессиленную в неизвестном направлении.