Орден Мерлина

Оставшаяся неделя пролетела незаметно. И вот уже над ними нависло вручение Ордена Мерлина. Гарри был совсем не в восторге от этой перспективы. Он действительно не хотел, чтобы его ставили в один ряд с такими людьми как Петтигрю, Локхарт и Дамблдор. Но Флер убедила его в том, что это может принести им пользу в будущем, и вот он здесь. Он удивился, что Дамблдор не попытался пресечь церемонию, но Флер предположила, что он не хотел тратить свое политическое влияние еще больше. Гарри полагал, что не исключено, что она права. Однако отсутствие Дамблдора на предстоящем мероприятии, прямо указывало всем заинтересованным на то, что он его не поддерживает. Гарри это не волновало; на самом деле он предпочел бы, чтобы все оставалось именно так. Церемония проходила в атриуме Министерства магии. Хотя Гарри находил это странным — разве у них нет бальных залов или чего-то подобного? — вдоль одной из стен была установлена импровизированная сцена, а этот особенно неприятный фонтан располагался в стороне, видимо что-бы не мозолил взгляд гостям. Слава Мерлину за небольшие милости. Сама сцена была задрапирована белой тканью, на ней стояла трибуна, ожидающая речи министра. Гарри почти ожидал, что позади и по обе стороны от него будут стоять стулья, чтобы их с Флер можно было выставить напоказ, но к счастью обошлось без этого. Вместо этого они сидели в первом ряду зрителей, и их должны были вызвать вперед. В зале было много людей, в основном из высших слоев общества, сгрудившихся вокруг различных столов, уставленных яствами. Гарри знал немногих из них, но легко узнал бабушку Невилла, разговаривающую с мадам Боунс. Другие были гораздо менее знакомы, хотя многих он смутно узнал как членов Визенгамота присутствовавших на судебном процессе Снейпа. В любом случае это не имело большого значения; он не был заинтересован в том, чтобы общаться с кем-либо. Пристальное внимание окружающих было крайне неприятным, и только присутствие Флер рядом с ним позволяло ему переносить его более-менее спокойно. Он ненавидел свою известность, он ненавидел внимание, и он действительно не чувствовал необходимости быть выставленным напоказ, чтобы получить красивую безделушку только за то, что защитил ту несчастную девушку от злобного идиотизма Снейпа. И эта невезучая молодая женщина только что нашла их. Она была худенькой, среднего роста, типичная соседская девчонка с каштановыми волосами, карими глазами и дружелюбным лицом. Ее волосы были собраны в пучок, что придавало ей строгий вид, как у профессора МакГонагалл, и это было единственное, что хоть как-то скрывало тот факт, что она, вероятно, совсем недавно закончила Хогвартс. - Мистер Поттер? - тихо позвала она. Гарри слегка улыбнулся ей, но в остальном молчал, пока она приближалась. На первый взгляд она казалась достаточно милой, но толпа, сейчас несколько раздражала и давила на него. Из-за этого ему, не хотелось ни с кем разговаривать. - Я Дженис О'Коннор, - продолжила она. - Я просто хотела поблагодарить вас. Если бы не вы, я... я бы, наверное, умерла. - Не за что, - мягко ответил он. - Хотя, вероятнее всего, если бы меня там не было, Снейп вряд ли бы вообще стал кого-либо проклинать. О'Коннор озадаченно моргнула, а Флер хихикнула. - Не обращайте внимания на ворчание моего мужа, - ухмыльнулась она. - Он слишком скромен для своего собственного блага. О'Коннор искренне улыбнулась Флер. - Никогда бы не подумала, - сказала она, покачав головой. - При всей его известности, о нем никто ничего толком не знает. Разговор мог бы продолжаться, но глаза О'Коннор внезапно расширились, когда она посмотрела на что-то через плечо Гарри. - Извините, мне нужно идти, - вдруг резко сказала она. - И миссис Поттер, прошу вас простить меня за это. Молодая женщина вдруг потянулась и крепко обняла Гарри, завершив жест поцелуем в щеку. - Спасибо, - прошептала она. А потом она исчезла, прежде чем он успел ответить. Взгляд на Флер показал, что она, к его облегчению, улыбается ему, но у него было мало времени на раздумья. О'Коннора явно что-то спугнуло, и это что-то, вернее, кто-то, сейчас приближался к ним. - Одной женщины вам мало, Поттер? - прозвучал шелковистый голос не кого иного, как Люциуса Малфоя. Мужчина появился из-за их спин с тростью в руке, ведя себя так, будто он, как всегда, хозяин этого места. Гарри выругался про себя: он должен был догадаться, что старший Малфой будет здесь, и следовало бы подготовить стратегию, как с ним взаимодействовать. Однако он этого не сделал. Единственный ответ, который пришёл ему в голову, звучал довольно по-детски: «Завидуешь, Малфой?» Но он не хотел, чтобы его воспринимали таким образом. Поэтому он лишь поднял бровь, глядя на отца своего, самоназванного школьного врага. - Мы можем что-нибудь сделать для вас, мистер Малфой? - просто спросил он. В отдалении, вероятно, услышав начало разговора, к ним направлялся репортер из «Ежедневного пророка». - О, мне просто интересно, как вы убедили свое существо мириться с тем, что у вас есть настоящие женщины на стороне, - легкомысленно ответил Малфой. - Вейлы склонны быть довольно территориальными. К несчастью для Малфоя, он просчитался. Вокруг раздались возгласы, вызванные смелостью оскорбления, и Гарри заметил, как расширились глаза репортера Пророка, которого Малфой, очевидно, не заметил, торопясь оскорбить Мальчика-Который-Выжил. Да, это дорого обойдется старшему Малфою, если Гарри решит воспользоваться его оплошностью. Он легко почувствовал напряжение Флер по их сцепленным рукам и не собирался оставлять это без ответа. Он слегка сжал ее руку, чтобы дать ей понять, что он с этим разберется. Многие люди думали, что Гарри не способен оказывать давление на других, но они сильно ошибались. Даже Гермиона, которая являлась сильной личностью, не могла противостоять ему, когда он был сильно расстроен. Это было бы неразумно и не привело бы ни к чему хорошему. И он очень остро переживал оскорбления в адрес своей жены. Гарри никогда не выставлял себя в лучшем свете, но сейчас нужно было быстро ответить. Он решил, что лучший способ справиться с этим - способ, который будет наиболее болезненным для Малфоя - это сыграть на культурном, респектабельном аспекте, который Малфой так стремился поддерживать. Если Малфой хотел вести себя как засранец, то, возможно, все должны знать, каким засранцем он был на самом деле. Обдумав все это, Гарри медленно покачал головой в явном разочаровании. - Правда, мистер Малфой? - фыркнул он. - Вы не можете найти ничего, чем можно меня оскорбить, поэтому пытаетесь оскорбить мою жену? - Тут он на мгновение отвел взгляд и смахнул с плеча воображаемую соринку. - Как... по-плебейски, - продолжал он, в отчаянии качая головой. - Теперь я знаю, откуда в Драко эта черта. - Как ты смеешь?! - зарычал Малфой. Хотя Гарри был уверен, что Малфой не будет настолько глуп, чтобы напасть здесь, он все же постарался держать руку ближе к своей палочке, попутно поглядывая на свою жену которая смотрела на Малфоя прищуренными глазами. Перьев пока не было, но это был лишь вопрос времени при том направлении, в котором он двигался. - Драко бы сейчас сказал: "Когда мой отец услышит об этом!", - доверительно сообщил он явно притворным шепотом. - Я почти ожидаю слов: "Когда моя жена услышит об этом!". В конце концов, она бывшая Блэк, так что это несколько более впечатляюще, чем просто Малфой. Неожиданный смех вырвался из растущей толпы вокруг них - такой, который говорит, что шутка была еще смешнее, потому что она была правдой, и все это знали. Гарри потребовалось немалое усилие воли, чтобы сдержать ухмылку и сохранить вежливо незаинтересованный вид. Флер едва не дрожала от смеха, но тоже прекрасно справлялась с этим. Малфой сначала мог только стоять в шоке, а потом перешел в кипящую, бессильную ярость. Костяшки его пальцев, обхвативших трость, побелели, а глаза сузились в злобные щели. Гарри мысленно накинул себе очко, хотя был уверен, что только что заимел изрядную долю неприятностей на будущее. И тут появился Себастьян. Он подоспел как нельзя вовремя. - Ну разве это не интересно, - сказал он, легко протискиваясь сквозь толпу, которая начала образовываться вокруг них. - Пожиратель смерти пытается оскорбить волшебника, победившего Темного Лорда. Надеюсь, авроры обратили на это внимание. - Не смей называть меня так! - снова зашипел Малфой, теперь еще более яростно. - Я был под контролем Империуса! Все это знают! - Все знают, что ты слабовольный дурак? - возразил Себастьян, заставив толпу на этот раз коллективно вздохнуть в шоке. - Это само собой разумеется, - продолжал он беспечно. - Но на самом деле, месье Малфой, если вы хотите, чтобы я поверил, что вы не являетесь действующим Пожирателем смерти, то вам придется заявить об этом под Веритасерумом или магической клятвой. После короткой паузы Себастьян продолжил: - Чего вы никогда не делали, могу добавить. Не желаете? - Жестом указав на высокого темнокожего аврора в красной одежде, который приближался с той же стороны, что и репортер, он закончил: - Я уверен, что один из присутствующих здесь доблестных авроров будет рад вам помочь. И Гарри сразу же понял, что правила игры только что радикально изменились. Если раньше он просто пытался выставить Малфоя дураком и мерзавцем, каким он и был (желательно перед прессой), то теперь Себастьян собирался вскрыть ему яремную вену. Учитывая историю этого человека, Гарри полностью одобрял действия Себастьяна и, конечно же, не собирался отсиживаться в сторонке. Он определенно не забыл свой второй учебный год в Хогвартсе. - Я даже покрою расходы, если вы решите воспользоваться Веритасерумом, - предложил он с предельной серьезностью. - Если вы действительно невиновны, то общество не должно сомневаться в этом, мистер Малфой. Мы же не хотим, чтобы люди думали, что вы с начнете пытать или убивать их, если они в чем-то с вами не согласятся, не так ли? Ведь, как вы без сомнений знаете, именно так поступали Пожиратели смерти. Цвет лица Малфоя становился все бледнее - Гарри не думал, что это возможно для этого альбиноса - по мере того, как они с Себастьяном вдвоем наседали на него. Похоже, никто еще не осмеливался публично оспорить его слова о том что он находился под контролем Империуса. - Ты встретишь жалкий конец, мальчик, - внезапно прорычал Люциус, глядя на Гарри, - как и твои родители до тебя. Толпа снова ахнула, и Гарри почувствовал, как напряглась Флер рядом с ним. Но Себастьян был начеку. - Аврор - спокойно обратился он к человеку, подошедшему сзади Малфоя - этот человек только что угрожал жизни моего зятя. Я хочу выдвинуть обвинение, а поскольку мой зять не достиг совершеннолетия и находится под моей опекой, я имею на это право. - Я слышал, - хмыкнул аврор. - Люциус Малфой, вы арестованы за угрозу смерти главе Древнего Дома. Сдайте свою палочку. Гарри решил, что обвинение Себастьяна было довольно шатким; слишком легко было выкрутиться из него с помощью словесных игр. Не то чтобы он считал, что Малфою не удастся избежать задуманного, но попробовать стоило. Раз уж выпал такой шанс... - Добавьте обвинение в покушении на убийство два года назад, - добавил он. - Он пытался наложить на меня Убийственное проклятие, но домовой эльф отбросил его прежде, чем он успел закончить. Я бы раньше выдвинул обвинение, но вы же знаете, как это бывает в Хогвартсе. Гарри - и большинство собравшихся вокруг них импровизированных зрителей - ожидали от Малфоя лишь неприятной ответной реплики. Если им повезет, то за этим последует то, что Малфоя утащат на ночь в камеру. Гарри был уверен, что к утру он снова будет на свободе. Однако они получили совсем не то, что ожидали. Совсем не то. - Так и есть, мистер Поттер, - согласился аврор. - Однако нам нужно, чтобы вы пришли и дали официальное заявление об инциденте. - Конечно, - кивнул Гарри. Разговор мог бы продолжаться, если бы не Малфой, которого так и не удалось задержать, внезапно выхватил свою палочку из рукояти трости и, взмахнув ею, направил на Гарри. - AVADA... - Stupefy! Все это время Гарри был на взводе и готов к конфликту с того самого момента, как увидел этого человека. Они также загоняли его в угол - что, хотя и было вполне заслуженно, было опасно. Малфой был убийцей, в этом он был уверен. И поэтому был наготове. Так получилось, что оглушающее заклинание было наложено гораздо быстрее, чем Убийственное проклятие - и Флер, очевидно, тоже ожидала нападения; она применила заклинание вместе с ним. Он улыбнулся ей в знак благодарности, а она лишь обняла его одной рукой, держа палочку в другой. Тем временем в комнате воцарилась тишина, сменившаяся тихим шокированным ропотом, по мере того как все больше людей понимали - или им сообщали - о том, что только что произошло. Люциус Малфой только что пытался - и не смог - убить Мальчика-Который-Выжил! Публично! - Полагаю, это уже два случая покушения на убийство, - спокойно размышлял вслух Себастьян. Гарри только кивнул в знак согласия со своим тестем. В кои-то веки он мог быть спокоен посреди очередного шторма. Как хорошо, что у него есть семья, которая его прикрывает! Потребовалось некоторое время, чтобы Малфой был схвачен и отправлен в камеру, и Гарри провел это время, обдумывая события прошедшего вечера - и не мог отделаться от ощущения, что ему чего-то не хватает. Малфой не был полным идиотом, и то, что он только что сделал, было откровенно идиотским поступком. Он только что попытался прилюдно наложить Убийственное проклятие без веской на то причины. - Зачем ему это делать? - спросил он ни к кому конкретно не обращаясь. - Я уверен, что он смог бы выпутаться из всего, что мы бы могли ему предъявить. - Вообще-то, нет, - сказал аврор, подняв взгляд от блокнота, в котором он что-то быстро писал, только что закончив допрос Себастьяна. - Несовершеннолетний вы или нет, но вы глава Древнего Дома, мистер Поттер. Хотя чистокровные освобождаются от применения Веритасерума при большинстве обстоятельств, это не относится к тем, кто обвиняется в преступлениях против наследников или глав древних или благородных домов. Это одно из немногих исключений из этого закона. - Аврор Шеклболт прав, - согласился Себастьян. - Я собирался использовать это исключение, чтобы при допросе под Веритасерумом вывести его на чистую воду. Кстати, именно из-за этого закона Волан-де-Морт почти всегда сам нападал на наследников или глав домов во время войны. Шеклболт кивнул в знак согласия со словами Себастьяна. - Именно поэтому Беллатриса Лестрейндж и ей подобные оказались в Азкабане, а многие другие - нет. - Затем он пояснил: - Если только вы не обвиняете его голословно, Малфой отправился бы в Азкабан. Поскольку он решил уйти с шумом, я могу сделать вывод, что ваше обвинение было правдой. Гарри только покачал головой. - Я действительно хотел бы, чтобы люди объясняли мне такие вещи. Я бы действительно разобрался с ним два года назад, если бы знал. - Ты научишься, 'Арри, - успокоил его тесть. - Просто на это потребуется время. - В конце концов, всё получилось, - усмехнулась довольная Флер. - Малфой точно не рассчитывал так подставиться из-за своих оскорблений. Гарри не смог подавить ухмылку при этой мысли. Переполох после ареста был на удивление недолгим. Малфоя просто оттащили в камеру (из которой он теперь вряд ли сможет выбраться с помощью взяток, учитывая столь публичный характер преступления), коротко опросили нескольких человек, и на этом все закончилось. Гарри, Флер и ее отец отнеслись ко всему этому настолько беспечно, как во время, так и после, что все это превратилось в нечто не стоящее внимания. Флер воспринимала это как исключительно благоприятное событие. Благодаря ему Малфой почти гарантированно пойдет ко дну, и остальные Пожиратели смерти утратили если не лидера среди них, то одного из самых влиятельных своих сторонников. Малфой был известен как один из самых опасных членов организации. Однако, вероятно, пройдет некоторое время, прежде чем будет ясно чем обернутся сегодняшние события. Нарцисса Малфой, с другой стороны, не была наивной. Она держалась в стороне от конфликта, а после его завершения осторожно подошла к Гарри и Флер. От имени всего Дома Малфоев она искренне извинилась за поведение своего мужа. Гарри, конечно же, принял извинения, хотя и с лёгким предупреждением для её сына: пусть знает, что ситуация изменилась. Гарри явно не собирался больше терпеть хамство Драко Малфоя, а в данном случае как говорится в одной поговорке которую он где-то услышал: " Яблоко от яблони не далеко упало"... Даже Флер знала это, будучи всего лишь гостьей в замке. Комментарий Гарри по поводу слов: "когда мой отец услышит об этом!", как любят говорить англичане, был в точку, и каждый студент из Шармбатона и Дурмстранга уже не раз слышал эту реплику. Министр Фадж прибыл с опозданием, как это часто бывает, всего через десять минут после того, как Малфоя вывели из атриума. Он сразу же узнал о произошедшем и был крайне удивлён произошедшим. Более того, он не мог обвинить Поттера в оскорблении его давнего союзника, так как тот на протяжении всего разговора сохранял вежливость, в то время как Малфой начал с оскорблений в адрес жены Поттера. В высшем обществе волшебников это считалось основанием для дуэли, так что в случившемся был виноват исключительно Малфой. Однако Фадж оказался чуть менее некомпетентным, чем Флер могла предположить из рассказов Гарри. Он быстро сориентировался в ситуации - «Случившееся повергает в шок! Я никогда бы не ожидал такого от Люциуса! Конечно, он ответит по справедливости!» - и в конце концов продолжил церемонию. Она не заняла много времени — они были единственными двумя награждаемыми, — а затем перешли к приему. Возможно, Фадж поступил мудро, не попросив их произносить речи. Флер, со своей стороны, не отходила от мужа ни на шаг. Она хорошо помнила, как тяжело ему было во время свадебного приёма, и сейчас всё было очень похоже. Она старалась быть как можно ближе и поддержать его любым способом. Все хотели пожать им руки, а значительная часть собравшихся, включая многих членов Визенгамота, также хотела поздравить их с успешным арестом Люциуса Малфоя. Этот человек пользовался дурной славой, и у него было очень мало друзей. Мадам Боунс тоже остановилась поболтать (и поздравить их с инцидентом с Малфоем, чему она была искренне рада), а заодно коротко представила Августу Лонгботтом, хотя Гарри уже знал ее, по крайней мере, в лицо. Ей стало жаль мальчика: Августа Лонгботтом как нельзя лучше олицетворяла понятие железной леди, несмотря на уродливое чучело стервятника, которое она носила на шляпе. Однако только почти к концу церемонии министр Фадж наконец нашел возможность побеседовать с ними без посторонних. - Мистер Поттер, - сказал он, его осанка выдавала искреннее раскаяние, - я искренне сожалею о том, что произошло ранее. Я не знаю, что нашло на Люциуса, но будьте уверены, что справедливость восторжествует. Если я могу что-то сделать для вас.... Флер не заметила расчетливого взгляда, промелькнувшего на лице Гарри, и она сомневалась, что Фадж тоже. У нее было подозрение, куда он пойдет с этим, и, конечно же... - Вообще-то, есть кое-что, с чем вы могли бы помочь, министр... - проговорил задумчиво Гарри. - О? - спросил Фадж, внезапный приступ нервозности проявился в том, как он начал крутить пальцами свою шляпу-котелок. - Вы, конечно, помните, что случилось в прошлом году, - тихо сказал он. Затем он поднял руку, чтобы остановить Фаджа, прежде чем тот успел вставить слово. - Я знаю, что вам откровенно лгали Снейп и, возможно, Дамблдор, - продолжил он, - но теперь мы знаем об этих двоих больше, не так ли? Выражение лица Фаджа перешло от удивления к глубокой задумчивости при этом заявлении. Котелок так и остался в его руках. - Снейп ненавидел Сириуса еще со школьных лет, и по какой-то причине ненавидит меня, - объяснил он, - так что нет ничего удивительного в том, что он солгал о том, что видел. Что касается Дамблдора, то ему нужно было убрать его с дороги, чтобы сохранить контроль надо мной, потому что Сириус Блэк - мой крестный отец и получил бы опекунство. - Мы сказали вам правду, - тихо сказал Гарри. - Петтигрю жив. Сириус невиновен. Если вы действительно хотите мне помочь, то помогите мне устроить суд над Сириусом. У него его никогда не было. - Суд? - спросил Фадж с искренним удивлением. - Конечно! - подтвердил Гарри. - Так Сириус Блэк сможет доказать свою невиновность и не у кого не останется никаких сомнений в его виновности или невиновности. "В отличие от Люциуса Малфоя" - это не было произнесено, но Флер - и, вероятно, министр - прекрасно это услышали. Это была хорошая мысль; помилования было бы недостаточно, чтобы удовлетворить общественность. А учитывая, что Магическая Франция все равно настаивает на суде... Флер заметила, что министр колеблется, и решила слегка подтолкнуть его, хотя и позаботилась о том, чтобы ее очарование было заперто так крепко, как только возможно. Она не хотела, чтобы ее обвинили в одурманивании Британского министра, и даже не думала об этом. - Это было бы великолепно, не так ли? - рассеянно размышляла она. - Исправление судебной ошибки, допущенной... как бы это сказать? - предыдущей администрации, не так ли? Это пошло бы на пользу вашему имиджу и репутации! - Действительно, - улыбнулся Гарри. Но затем он снова стал серьезным. - И хотя я не уверен в этом наверняка, я допускаю, что Дамблдор причастен к тому, что его вообще отправили в Азкабан без суда и следствия. Фадж медленно кивнул, и было заметно, как в его голове зреют мысли. - Возможно, ты прав, Гарри, - произнес он. - Позволь мне изучить, что можно сделать в этой ситуации. Я полагаю, что мистер Блэк находится во Франции, так что, думаю, мы сможем доставить его сюда для судебного разбирательства. - Я буду очень благодарен, министр, - улыбнулся Гарри. После этой беседы с четой Поттеров министр Фадж решил, что этот день не такой уж и неудачный. И потеря такого мутного союзника, как Малфой, стоила того, чтобы обрести другого, в потенциале куда более влиятельного.