Глава 8

— Что не так? Фелиса приподняла уголок рта, несмотря на острое желание сморщить лицо в гримасе отвращения, и покачала головой. Её взгляд был опущен в пол, будто это могло уберечь её от голоса Снейпа и его мыслей, звучавших как-то напряжённо в тишине кабинета, или сумело бы укрепить невидимую стену, воздвигнутую субботним вечером. Прошло четыре дня с того момента, как Фелиса увидела на мосту его и Натали, и она могла похвалить себя за то, что держалась вполне непринуждённо. Она не устроила допрос подруге, когда они воскресным вечером делали домашнее задание в библиотеке, не налетела на Снейпа с упреками во время «индивидуального занятия» в понедельник. Фелиса сделала вид, что ничего не видела, чтобы докопаться до правды с помощью чтения мыслей, но не она одна вела себя так, словно ничего не было. А теперь Снейп спрашивал её, что не так. Спрашивал, потому что Фелиса не язвила и смотрела куда угодно, только не ему в глаза; потому что сдала ему во вторник полностью выполненное домашнее задание по зельям. Он провоцировал её словами, орудуя как колкостями, так и будничными вопросами, а она отвечала безразличием на все попытки пробития невидимой стены. — О чём ты? — в ответ спросила Фелиса, спрятав руки за спиной. — Ты ведёшь себя странно. Снейп сделал небольшой шаг вперёд, и Фелиса прожгла его ботинки неприязненным взглядом, прежде чем отступила на два шага назад. — Ты плохо знаешь меня, чтобы делать такие выводы. Снейп если как-то отреагировал на замечание, то Фелиса пропустила это. Она лишь боковым зрением увидела, как он придвинул к себе стул, сел спиной к ней и принялся ждать следующего шага, к которому ей совершенно не хотелось приступать. Сегодня не было Умиротворяющего бальзама, так как на этом настояла сама Фелиса, поэтому эмоции грозили нахлынуть в полном масштабе через считаные мгновения. Но что-то изменилось, и она это чувствовала. То ли злость помогала ей держать панику в узде, то ли прикосновения к нему стали чем-то привычным — неважно. Фелиса делала упор не на причины, а на следствие, ведь сегодня ей впервые за последние недели удалось положить ладони на его плечи без оглушающего страха. Да, она бы соврала, если бы сказала, что теперь могла свободно воспринимать неприязненные ощущения, но результат радовал прогрессом. Фелиса стояла за его спиной несколько минут, касаясь ладонями плеч, и под конец тревога почти сошла на нет. Стоило отдать Снейпу должное, так как он не двигался и молчал, что значительно облегчало процесс, однако успех грозил обернуться провалом, стоило ей отойти на несколько шагов, а ему — обернуться и спросить: — Получилось? Фелиса не успела отвести взгляд в сторону, поэтому их глаза встретились, из-за чего по спине прошёлся холод. Снейп выжидающе смотрел на неё, с неким удивлением приподняв бровь, а ей захотелось совсем по-детски топнуть ногой и накричать на него. Получилось ли? Да, только совсем не то, что Фелиса ожидала получить. Снейп сделал так, что она доверилась ему, открыла свои страхи, обнажив ту часть души, которую хотелось спрятать даже от себя, а он обратил это в прах, связавшись с Натали. Было глупо отрицать, что это беспокоило её, ведь они оба действовали за её спиной, на что, разумеется, имели полное право, но это не умаляло обиды. Фелиса прекрасно знала, что их сделка была временной, что это не делало её особенной в глазах Снейпа, но он, чёрт возьми, заставил её почувствовать себя особенной, после чего с элегантностью разбил розовые очки. «Получилось, — хотелось выплюнуть ей. — У тебя получилось провести меня, чтобы я большую часть дня думала о тебе». Но Фелиса не доставила бы ему такого удовольствия даже под пытками, поэтому молча пожала плечами и отвела взгляд, наполнившийся привычным холодом. Ей хотелось так много сказать Снейпу, но в пылу злости с языка могли сорваться необдуманные слова, за которые она будет корить себя в будущем. Фелиса и так допустила промашку, доверившись ему, поэтому теперь хотела действовать осторожно. — Раз так, я предлагаю поменяться местами, — сказал Снейп, и она задержала дыхание, подумав вовсе не о том, что ей придётся сесть на стул и терпеть касания, а о том, что будет справедливо отплатить ему той же монетой. Уголок её рта медленно приподнялся в коварной ухмылке, и Фелиса так же медленно перевела на Снейпа недобрый взгляд. — Как скажешь. Она пыталась отвлечься на мысли о маленькой мести, однако контролировать эмоции оказалось сложнее, стоило ей почувствовать его руки на своих плечах. Фелиса крепко сжимала челюсти, жмурилась, врезалась ногтями в ладони, задерживала дыхание или дышала часто-часто, но это не помогало. Паника подбиралась, опоясывая мысли тревогой и страхом, а в разум то и дело проскальзывали воспоминания о ночи после пасхального приёма. То же ощущение чужих ладоней на своих плечах. Тот же страх. Минута пытки длилась целую вечность, и Фелиса подскочила со стула сразу, как Снейп убрал ладони. Она вылетела из его кабинета без лишних объяснений и быстрым шагом направилась в сторону школьной кухни, но замерла, встретив Натали на своём пути. И встреча произошла не так далеко от кабинета Снейпа. Глаза Натали испуганно округлились, стоило Фелисе возобновить движение в её сторону, но к тому моменту, когда расстояние между ними сократилось до необходимого, чтобы слышать мысли, она взяла себя в руки. В её мыслях не было ни единого упоминания Снейпа, и Фелиса с подозрением прислушивалась к перечню заданий на завтра, о которых Натали так усердно думала в этот момент. — Бродишь по замку после отбоя? — с показной небрежностью поинтересовалась Фелиса. — Вспомнила, что оставила в теплице свой учебник по травологии, — солгала Натали, потупив взгляд. — Надеюсь, не попадусь Филчу. — И тебе необходимо идти за учебником прямо сейчас? — недоверчиво уточнила Фелиса. — Иначе я не смогу выполнить домашнее задание. — Ты можешь одолжить учебник у Джилл. Натали вновь испуганно посмотрела на неё, и мысли наполнились тем, что с потрохами сдало её. «Она знает», — эхом пронеслось в голове Фелисы, и ей захотелось рассмеяться от отчаяния, а затем выплюнуть правду прямо в лицо Натали. Хотелось сказать, что она знала о Снейпе, что не было никакого забытого учебника по травологии и что шла она вовсе не в теплицы, а в кабинет зельеварения, откуда так стремительно выбежала Фелиса. Её до сих пор немного потряхивало после встречи со Снейпом, поэтому она всерьёз боялась не выдержать и сорваться, выплеснув на Натали необоснованную злость. Нужно было срочно убраться как можно дальше от неё, чтобы не наговорить лишнего, поэтому она натянуто улыбнулась и недобро прищурила глаза, сказав: — Делай, что считаешь нужным, но будь осторожна. Ещё не хватало попасться с поличным. И она прошла мимо Натали, оставив её думать над скрытым смыслом брошенных слов. Фелиса держала лицо до самого конца коридора, словно кто-то мог уличить её в слабости, но стоило ей оказаться на кухне среди школьных эльфов, и маска затрещала под напором слёз обиды. Это было нечестно. Нечестно по отношению к ней, ведь Натали соврала. Фелиса тоже врала ей, но это было вынужденной ложью, и её можно было расценить как заботу, а не как предательство. Она боялась, что Снейп своим появлением в Хогвартсе разрушил то единственное, что было светлым в этой школе, ведь Натали уже не первый год была её основной поддержкой и верным товарищем. Фелиса не хотела потерять подругу из-за Снейпа. В этом мире и так было мало людей, которым она могла открыться и довериться, а теперь, после разрыва с Регулусом, их стало на пятьдесят процентов меньше. Если трещина в дружбе с Натали пойдёт дальше, то у Фелисы совсем никого не останется, а ей не хотелось оставаться одной. Да, были знакомые, с которыми можно было обсудить что-то незначительное, но та же Кортни недавно дала ей понять, что эти их приятельские отношения были фальшивкой. «Это всё вина Снейпа», — думала Фелиса утром следующего дня, когда сидела на уроке зельеварения и сверлила его недобрым взглядом. Ей хотелось открыть Натали всю правду о нём, чтобы показать, что он был совсем не тем человеком, за которого выдавал себя, но это нужно было сделать предельно осторожно. «Или я могу сделать так, что Снейп сам покажет ей своё истинное лицо», — пронеслось в голове Фелисы, и он, будто почувствовав её недобрый взгляд, поднял голову и посмотрел в ответ. Дольше, чем необходимо. Вдумчивее, чем ей хотелось бы. Фелиса задержалась после урока, коротко сообщив Натали, что та могла не ждать её. Подруга бросила беспокойный взгляд на Снейпа, словно ей не хотелось оставлять их наедине, и это лишний раз подтвердило, что план может сработать. Главное — не навредить себе в процессе исполнения. Около рабочего стола Снейпа вертелась Кортни, которой якобы нужна была помощь с разъяснением учебного материала, однако его взгляд с толикой раздражения говорил о том, что ему известна истинная причина задержки. Фелиса стояла за её спиной, снисходительно улыбаясь, и это, судя по мысленному сопровождению, действовало Кортни на нервы. — Вся необходимая информация содержится в учебнике, мисс Булстроуд, — отчеканил Снейп, старательно делая вид, что не замечал взгляда Фелисы. — Для более подробного изучения материала можете обратиться в библиотеку, раз вам мало той информации, что я даю во время урока. — Но… — Идите, мисс Булстроуд. Я всё сказал. — Его взгляд наконец с неодобрением переместился за спину Кортни и прошёлся по Фелисе. — Вас это тоже касается, мисс Розье. «Мисс Розье», — мысленно передразнила его Фелиса, закатив глаза, а вслух сказала: — У меня нет столько свободного времени, чтобы засиживаться в библиотеке ради одного вопроса. Её глаза угрожающе прищурились, напоминая Снейпу, что он заигрался в профессора, а Кортни воспользовалась случаем, чтобы втиснуться в разговор со своим «У меня тоже нет времени!». — Ты девочка старательная, не глупая, — улыбнулась ей Фелиса, указав рукой на дверь. — Справишься своими силами, в отличие от меня. Да, это было мелочно. Да, упрекать человека за его подслушанные личные мысли — верх идиотизма. Но она уже завелась и не могла отказать себе в особом удовольствии под названием месть. Кортни подумала о том, что Фелиса каким-то образом подслушала недавний разговор с Дженни, когда они обсуждали её скоромную персону, и это лишь усугубило ситуацию. «Значит, они ещё и шепчутся у меня за спиной», — мысленно констатировала Фелиса, прожигая Кортни недобрым взглядом вплоть до самого порога, пока за ней не закрылась дверь. Со стороны Снейпа раздался тяжёлый вздох, в котором сквозило обречение, и когда она обернулась к нему, его взгляд как-то безжизненно был направлен в пустоту. — Что ты хотела? — спросил Снейп, когда Фелиса так и не объявила причину задержки в кабинете. А она всматривалась в его лицо, замечая, что оно было бледнее обычного, из-за чего ярко выделялись тени под глазами. «Плохо спали, профессор?» — хотелось съязвить, но Фелиса так и замерла с приоткрытым ртом, не проронив ни звука. Снейп всего на несколько секунд подумал о том, что она пришла добить его после ночной встречи с Тёмным лордом, а судя по тому, как паршиво он выглядел, добивать было нечего. План пошёл под откос. Фелиса могла бы продолжить, чтобы добиться желаемого, но она не являлась той, кто бил лежачего. Снейп определённо был и продолжал быть придурком, покусившимся на её подругу, но она на своей шкуре знала, каково отбиваться от нападок в полуживом состоянии, поэтому решила отступить. — Я лишь хотела сказать, что не приду сегодня после отбоя, — с неохотой пробурчала Фелиса, решив, что Снейпу будет лучше отоспаться вместо того, чтобы тратить время на неё. Может, это было слишком благородно с её стороны, учитывая первоначальный план, но она хотела быть выше обид, когда дело касалось здоровья. А Снейп был не здоров. — Прекрасно. «Прекрасно?» — мысленно возмутилась Фелиса, недоверчиво моргнув. Да, она не ждала благодарностей в ответ на милостыню, но Снейп мог хотя бы изобразить удивление и ради приличия узнать, в чём загвоздка. Да, он не ведал, что по неосторожности угодил в хитроумный план мести и что Фелиса проявила невиданную щедрость, когда вошла в его положение и отозвала «войска», но… — Это всё, что ты хотела? — спросил Снейп, когда молчание неприлично затянулось. Снейп вёл себя так, словно кто-то отмотал время на три недели назад, когда он только-только приступил к работе в Хогвартсе. До «индивидуальных занятий» и «акромантулов», до шаткого взаимопонимания и провокаций. Ещё вчера Снейп пытался вывести её на ответные колкости и интересовался, что не так, а сегодня желал скорее спровадить её и смотрел с таким же безразличием, как минутами ранее смотрел на Кортни. Будто вновь напоминая, что Фелиса ничем не отличалась от других студентов в его глазах. — Это всё. Её ответ прозвучал хлёстко, как пощёчина, выдавая раздражение и недовольство, но Снейп лишь недоумевающе приподнял бровь и подумал о том, что Фелиса вела себя странно. Однако мысль о ней была короткой и незначительной, словно он на мгновение обратил внимание на то, что пора бы заменить перо, прежде чем продолжил писать, и это подтолкнуло Фелису поскорее убраться из кабинета. «Я ошибалась на его счёт, — думала она по пути в кабинет истории магии. — Снейп лишь исполнял свою часть договора, и ему никогда не было дела до меня». И с чего ему проникаться пониманием к ней? Снейп ясно дал понять, что их отношения построены на деловом соглашении, а остальное Фелиса уже додумала сама, неправильно истолковав слова и действия. Может, ей просто хотелось стать особенной для него, чтобы получить поддержку и внимание, и она неосознанно превращала в слонов всех мух, чтобы не чувствовать себя такой одинокой. Может, Снейп играл с ней, чтобы Фелиса наверняка не сдала его Тёмному лорду. Десятки таких «может» кружили в её голове до самого вечера, пока Фелиса не поймала себя на мысли, что она слишком много думала о том, кто этого не заслуживал. Затем пришла в ужас от осознания, что она порой даже находила оправдания его поступкам и словам, защищая его честь перед собой же. «Какая же ты наивная, Фелиса», — мысленно говорила она себе, пока выводила линии будущего эскиза праздничной мантии. Маггловский карандаш с приглушённым царапающим звуком давил на бумагу сильнее, чем это требовалось, что заставляло её стирать магией весь набросок и начинать работу с самого начала, а порой Фелиса в порыве злости вырывала листы из блокнота. Ей необходимо было перенести все свои самые лучшие работы в один блокнот, чтобы это было похоже на портфолио, и в идеале она хотела закончить с эскизами до субботы, чтобы поскорее попытать удачу. Она хотела попасть на летнюю подработку в «Шапку-невидимку» или в «Мантии на все случаи жизни», чтобы узнать процесс работы изнутри и обзавестись бесценным опытом, а также доказать матери, что она способна не только тратить деньги, но и зарабатывать их, и что с замужеством можно подождать как минимум пять-семь лет. Тем более что список потенциальных женихов опустел после расставания с Регулусом. В субботу утром Фелиса осознала, что за прошедшую неделю от Регулуса не было ни единой весточки. Да, она тоже не писала ему, так как перо в руке начинало дрожать лишь от воспоминания о болезненном разговоре, а чернильных клякс было больше, чем слов в письме. Её хватило только на приветствие и короткое «в жизни происходит полная задница», прежде чем Фелиса здраво оценила свои помыслы и решила повременить с письмом — или хотя бы дождаться письма от Регулуса, чтобы не показаться навязчивой в его глазах. Да и не хотелось ей раскрывать многообразие темы «задница», так как это было бы странно с её стороны — бросить парня, а затем плакаться ему в жилетку о тяжёлой судьбе, от которой хотелось отгородить его. Отношения с Натали по-прежнему были напряжёнными. Фелиса заметила, что за всю неделю им удалось провести лишь два вечера в библиотеке, но если они и нарушали приглушённый скрип пера во время выполнения домашних заданий, то обсуждали что-то незначительное. Складывалось впечатление, что Натали избегала встреч, но при этом держалась неподалеку, а в пятницу на зельях ей показалось, что она обменялась со Снейпом многозначительным взглядом, пока все были увлечены работой за котлами. Натали старательно не думала о Снейпе в присутствии Фелисы, что опять же вызывало подозрения, а он, в свою очередь, не думал о них обеих как на уроках, так и во время индивидуальных пыток касаниями после отбоя. Фелиса заметила, что их встречи стали проходить в напряжённом молчании, будто желание язвить осталось разбитым под ногами около злосчастного моста, но вместо этого каждое касание заменяло все невысказанные слова — нажим пальцев можно было использовать как интонацию, а их скольжение, невесомое и медленное или резкое и грубое, вполне сошло бы за содержимое разговора. Если бы Фелиса видела их со стороны, то наверняка заметила бы, что взгляды обоих метали молнии. Она сообщила Натали после обеда, что у неё есть свои планы в Хогсмиде, и это, как ей показалось, вызвало облегчение у подруги. Фелиса знала, что у неё была назначена встреча с Джилл, но что-то ей подсказывало, что нежелание проводить время вместе было обусловлено сокрытием опасных мыслей о Снейпе. Натали не думала о нём в присутствии Фелисы, и это было подозрительнее любых доводов рассудка. «Сейчас займусь вопросом подработки, а со следующей недели приступлю к активным действиям», — пообещала себе Фелиса. Отговорка звучала убедительно, но в глубине души она понимала, что оттягивала план мести на потом, так как боялась последствий. Фелиса хотела показать Натали, что Снейп никогда не заинтересуется ей всерьёз и что его максимум — это извлечение собственной выгоды, а для этого ей требовалось пробраться так глубоко в мысли обоих, чтобы найти корень их связи и выкорчевать его. Это грозило отнять немало сил, но Фелиса желала докопаться до правды, чтобы выплюнуть её в лицо обоим. «Думай о насущных делах, а не о том, какими способами тебе придётся добираться до правды!» — мысленно ругала себя Фелиса, следуя к камину за продавцом в «Шапке-невидимке». — Роберто сможет принять тебя в своём кабинете, — объяснила ей продавец, и Фелиса кивнула в последний раз, прежде чем отправилась в Косой переулок, где находился офис сети магазинов «Шапка-невидимка». Изначально она надеялась застать владельца магазина в Хогсмиде, но небольшое путешествие в Косой переулок давало ей возможность заглянуть к мадам Малкин и, чем чёрт не шутит, в «Твилфитт и Таттинг». Последний вариант был самым предпочтительным, но, насколько она знала, туда было устроиться сложнее всего. Роберто сначала со скептицизмом выслушал от продавца информацию о девушке, которая ищет работу, но всё же попросил пригласить её к себе в кабинет, пусть и сделал это так пренебрежительно, что Фелиса невольно оскорбилась. Продавец, молоденькая понурая девушка, бросила на неё неодобрительный взгляд, прежде чем передала ей слова владельца магазина, но это не требовалось, так как дверь была приоткрыта и она всё прекрасно слышала. Фелиса с первых же секунд почувствовала неудобство и желание поскорее покинуть кабинет, ведь Роберто расплылся в недоброй многообещающей улыбке, стоило ему увидеть потенциального работника. Владелец магазина был грузным мужчиной средних лет с моржовыми усами и пшеничного цвета редкими волосами до плеч, однако он явно считал, что деньги компенсируют его непривлекательность. Он со всех сторон осмотрел Фелису, будто нанимал её в качестве модели, а не швеи, и даже когда она начала показывать свои наброски и демонстрировать готовые мантии, его внимание по-прежнему было нацелено лишь на её внешние параметры. А от содержания его мыслей Фелисе и вовсе стало не по себе. — Знаете, я решила, что мне не подходит ваш магазин, — заявила она, так и не рассказав Роберто обо всех своих рабочих навыках. Фелиса боялась оставаться с ним наедине, так как мужчина не стесняясь выказывал свои намерения, и даже без чтения мыслей было ясно — дело дрянь. Она собрала все свои вещи в сумку, игнорируя слова о том, что «Шапка-невидимка» как раз таки нуждалась в таком сотруднике, как Фелиса, и едва ли не бегом покинула сначала кабинет, а затем и сам магазин. Следующим пунктом назначения стал магазин мадам Малкин, и Фелиса ненадолго обрадовалась, подумав о том, что ей придётся иметь дело с женщиной, однако всё изменилось после категоричного отказа. Мадам Малкин сообщила, что ей не требуется работник на два месяца, а со студентами так и вовсе не хотелось связываться. Оставался лишь один вариант. — «Твилфитт и Таттинг», — с неким восторгом и страхом прошептала Фелиса, замерев на пороге магазина под витиеватой вывеской. Она вдохнула поглубже и улыбнулась, прежде чем войти в помещение под аккомпанемент звона колокольчика, и сразу же попала под прицел взгляда девушки за стойкой продавца. — Добрый вечер, сеньора! Желаете приобрести мантию или, может, шляпку? — с воодушевлением поинтересовалась она, и Фелиса только сейчас заметила, что рядом с ней находилась ещё одна покупательница с рыжими волосами, о которой продавец тут же забыла, увидев новую цель. — В нашем ассортименте есть чудесная мантия, которая прекрасно будет сочетаться с вашими синими глазами! Фелиса вздрогнула и отошла на шаг назад, когда инициативная Марлин, если верить написанному на бейдже, в мгновение ока появилась рядом с ней, вооружившись измерительной лентой. Рыженькая девушка прыснула в кулак, наблюдая за всем со стороны, и, судя по доносившимся мыслям, она была вовсе не покупателем, а подругой Марлин. Сама же Марлин была кареглазой обладательницей косы золотистого цвета, а задорно вздёрнутый кончик носа словно отражал характер девушки. Фелиса отошла ещё на шаг назад и сообщила, что пришла вовсе не за покупками, и энтузиазм Марлин пошёл на спад. — А-а, ты по объявлению, — протянула она, в один миг перейдя с учтивого «сеньора» на «ты». — Я сейчас позову хозяйку магазина, а ты можешь пока взглянуть на ассортимент мантий. Вдруг что-то приглянётся. Марлин заговорщицки подмигнула и удалилась в помещение для персонала, а Фелиса решила-таки взглянуть на мантии хотя бы по той причине, чтобы ознакомиться с ассортиментом. Она была в этом магазине на следующий день после приёма в Лестрейндж-парке и даже купила мантию на лето, но на тот момент Фелиса витала в своих мыслях и не обращала внимания как на обслуживающий персонал, так и на ассортимент товара. — Ах, мисс Розье, если не ошибаюсь, — раздался мелодичный голос хозяйки магазина, и Фелиса с улыбкой подняла взгляд на Руби Таттинг. Судя по огромному животу, Руби должна была родить в ближайшие недели, и её походка была похожа на утиную, что выглядело довольно-таки мило. — Фелиса Розье, — подтвердила она, сделав короткий реверанс, чтобы избежать рукопожатия. Фелиса зглядывала в «Твилфитт и Таттинг» каждый раз, как была в Косом переулке, поэтому была лично знакома с обоими владельцами магазина. Марлин она видела впервые, что говорило о том, что девушка устроилась недавно, ведь зачастую покупателей обслуживали Руби Таттинг или Кристофер Твилфитт. Руби провела Фелису в дальний зал, заставленный манекенами, что задорно подмигивали и зазывающе демонстрировали наряды, и по пути выслушала цель визита. — Признаюсь, я не готова взять на работу студентку. Нам требуется швея на постоянную основу, и два месяца летних каникул нас не устроит. — Руби поджала губы, и Фелиса сделала вывод на основе подслушанных мыслей, что ей было неудобно отказывать в работе. Она единственная из трёх владельцев магазинов соизволила тщательно рассмотреть эскизы, и что-то её сумело зацепить в работах Фелисы. Поэтому она решила идти до победного конца, сыграв на подсказках, что крылись в мыслях Руби Таттинг. — Я заметила по объявлениям в «Пророке», что вы два месяца не можете найти подходящего работника. — Фелиса слукавила, так как она не следила за объявлениями в газете, а нагло подслушала мысли Руби. — Я могу временно занять должность швеи, а вы до осени сумели бы найти мне замену. Понимаю, что вы наверняка сомневаетесь в моих способностях, поэтому я могла бы выйти в смену завтра или на следующих выходных, чтобы вы увидели меня в действии. И если вам что-то не понравится, то… — Ладно, — согласилась Руби, покачав головой, словно она сама не верила в то, что так легко дала согласие. — Приходи завтра к десяти утра, и посмотрим, на что ты сгодишься. Будет хорошо, если ты вольёшься в ритм работы до того времени, как близняшки совершат побег из моего живота, чтобы я со спокойной душой ушла в декретный отпуск. Фелиса лучезарно улыбнулась, не веря в то, что заветная должность далась ей проще, несмотря на все опасения, и теперь ей оставалось лишь не ударить в грязь лицом во время стажировки. Руби попросила Марлин провести инструктаж, а сама, попрощавшись, удалилась в служебное помещение. — Я тоже пойду, пока Сириус и Римус не напились вдрызг в «Дырявом котле», — негромко сказала рыжеволосая подруга Марлин, но Фелиса всё же услышала её и спрятала улыбку, поджав губы. — Сама знаешь, что они могут заявиться сюда в любую минуту… — Избавь меня от этого, — отмахнулась Марлин, поморщившись. — Я не вынесу, если Блэк заявится в «Твилфитт и Таттинг» и вновь начнёт извиняться! «Блэк? — мысленно переспросила Фелиса, бросив на Марлин заинтересованный взгляд. — Сириус Блэк? Брат Регулуса?». А Марлин тем временем продолжила: — Фелиса, ты же не будешь против, если я ненадолго отлучусь на перекур? Обещаю, что больше не буду отвлекаться и обо всём расскажу тебе… — Да, разумеется, — перебила её Фелиса. — Я пока осмотрюсь. Марлин просияла и выпорхнула из магазина вслед за своей подругой, а Фелиса прошлась вдоль помещения, сцепив ладони за спиной, и задержалась около манекена с лиловой мантией. Она нахмурилась, подумав о том, что манекен занимал неудачное место около окна, так как лучи заходящего солнца могли испортить цвет ткани, и сделала мысленную заметку о том, чтобы сообщить об этом Марлин или Руби. Фелиса не успела отойти от манекена, как за окном раздались грохот и крики, и она, поддавшись любопытству, выглянула на улицу. Её глаза округлились, стоило увидеть людей в масках и чёрных мантиях, орудующих волшебными палочками недалеко от магазина, и через несколько мгновений она увидела противников Пожирателей смерти. Марлин и её подруга. Фелиса наверняка побледнела от страха, увидев, что девушки сражались сразу с тремя Пожирателями, и всего на несколько секунд в её голове проскочила мысль о том, чтобы прийти на подмогу. Однако это не требовалось сразу по нескольким причинам: во-первых, Фелиса в большинстве случаев уступала даже своим однокурсникам во время тренировок на уроках защиты от тёмных искусств, а во-вторых — к девушкам присоединились двое парней. Стоило отметить, что Марлин ловко отбивалась от проклятий и насылала их в ответ, при этом не выпуская сигареты изо рта, а подоспевшие на помощь молодые люди, Сириус и Римус, если её не подводила память, между проклятиями успевали переругиваться с рыженькой девушкой. Она отчитывала их за то, что парни таки добрались до огневиски, а они в свою очередь клялись, что больше не поведутся на её уловки и не позволят шляться по Косому переулку. Фелиса наблюдала за ними, словно завороженная, но не прошло и нескольких минут, как Пожиратели трансгрессировали прочь, а парни поспешили увести рыжую подругу Марлин, пока путь был свободен. Марлин же вернулась в магазин, как ни в чём не бывало заправила за уши выбившиеся из косы золотистые пряди и бросила на Фелису выжидающий взгляд, заметив её настороженность. А затем спросила будничным тоном, словно произошедшее на улице было сущим пустяком: — Что не так?