Глава четвёртая, в которой начинают проявляться некоторые неожиданные обстоятельства

3 августа Прошёл четвёртый день моего пребывания в доме Поттера. Мальчишка странный до невозможности. Я привык видеть в нём взбалмошного подростка, который дерзит взрослым и специально лезет в неприятности, нарушая правила. Сейчас же он… другой. Кидает на меня неприязненные взгляды и иногда огрызается, но в тоже время безропотно выполняет все поручения этих магглов. Никогда не наблюдал за ним такой покладистости. Тонкс окончательно взяла на себя роль его няньки, а Поттер и рад обществу этой мисс-неиссякающий-оптимизм. Надо отметить, что мальчишку не нагружают чем-то сложным, скорее это просто мелкие домашние обязанности. Сын Петунии избавлен от необходимости их выполнения и после утреннего нытья (избалованного ребёнка посадили на диету) он уносился в неизвестном направлении и возвращался точно к ужину. Вчера, столкнувшись с ним в коридоре, мне в нос ударил сильный запах сигарет, но я никому ничего не сказал. Сами разберутся. Но ничего не произошло, как бы я не прислушивался к звукам на кухне. Просто поразительное семейство. Если бы мой отпрыск начал заниматься подобным непотребством, то был бы как минимум отлучён от прогулок до конца каникул. Вчера день прошёл самым бестолковым образом. Я занимался Аконитовым зельем, Поттер работал в саду, а Тонкс восхищалась растущими там цветами. Было бы чем. Ни одного мало-мальски полезного растения. Вечером эти двое играли в маггловскую настольную игру. Какие-то дурацкие цветные карточки, я не особо вникал, когда Тонкс рассказывала мне о планах времяпрепровождения с Поттером. Это входило в её обязанности по анализу поведения мальчишки. Правда, я так и не понял, почему нужно в конце игры выкрикивать uno, но оставил эту деталь на совести производителя. Мы с Поттером почти не пересекаемся, хотя живём в соседних комнатах. Наверное, это к лучшему. При всём желании я не смогу вызвать у него доверия, которое нам необходимо, а Тонкс справляется с этим превосходно и её наблюдения идут вразрез с моими. Вчера вечером она поделилась со мной мыслью, что Поттера недавно избили, но я всё списал на маггловскую драку в подворотне. Подростки часто дерутся и Поттер явно что-то с кем-то не поделил. Ещё Тонкс отмечала излишнюю для тринадцатилетки худобу. Она говорила об этом ещё после прогулки по городу, но я не обратил и не собираюсь обращать на это внимание. Это легко опровергнуть: Поттер может быть очень избирателен в пище. В Хогвартсе я не замечал за ним подобного, но возможно Петуния не лучший кулинар? В любом случае мальчишку не могут лишать пищи или давать её в очень ограниченном количестве. Ребёнок просто привередливый. Поттер почти не знает популярных маггловских игр. И что? Высокомерный мальчишка считает ниже своего достоинства заводить дружбу с магглами. Поттер ходит в обносках брата. Мне тоже показалось это странным и именно поэтому я попросил Тонкс за ним следить. Я не хочу верить, что Дурсли не в состоянии купить мальчишке подходящую по размеру одежду и скорее всего Поттер сам выбрал не носить свою одежду, играя бедную сиротку. Конечно, вызывать жалость и восхищение Поттер умеет отлично, чего не скажешь о его академических достижениях. Ленивый и посредственный ребёнок. Пока что не давало мне покоя относительно мальчишки — это его отсутствие на семейных фотографиях. Впрочем, даже в школе он не выказывал особого рвения быть запечатлённым на снимках первокурсника Криви, но тут скорее дело в самом фотографе. Слишком уж первогодка был активен. Также мне очень интересно, какого Мерлина вещи Поттера делали в чулане. Если там они находились и в прошлом году, то неудивительно, почему его домашняя работа оказалась такой посредственной. Мальчишка слишком очарован волшебным миром, чтобы добровольно сложить свои вещи подальше, скорее это было актом наказания за подростковые выверты маленького привереды, но даже если и так, то палочка всегда должна оставаться рядом с волшебником. Можно предположить, что Поттер специально отложил учебники. Но тогда почему бы ему не забрать палочку и метлу к себе в комнату? В конечном счёте можно допустить, что Дурсли действительно забирали у него чемодан на лето, тогда возникает вопрос, почему Золотой мальчик не устроил истерику и не потребовал вещи обратно? Впрочем, как я уже писал, поведение Поттера вызывает у меня когнитивный диссонанс, что невероятным образом раздражает. Я люблю хорошие головоломки и жизнь мальчишки, к моему неудовольствию, разжигает мой интерес. Раскладная кровать, на которой я сплю, досталась мне из чулана. Есть у меня одна очень бредовая мысль и я хочу её проверить сегодня ночью. Конечно, я не верю, что мальчишка спал или даже жил в чулане, это абсолютно смехотворно и противоестественно. Даже мой папаша был не настолько садист и идиот, чтобы выделить мне кладовку в качестве комнаты. «Дурсли ненавидят магию и мои вещи держат в чулане» — вспомнил я фразу Тонкс, когда она пересказывала мне свой первый день с Поттером. Невольно в голову полезли сравнения с собственным отцом. Тоже страстно магию ненавидел, меня и мать. Но моё детство разительно отличалось от поттеровского, взять даже то, что у моих родителей действительно не было денег, чтобы приобрести мне одежду. Но если вчера Тонкс только сделала предположение, что Поттера избили, то сегодня она это уже утверждала. Она развлекала мальчишку до его отхода ко сну и теперь вернулась в нашу комнату, кипя от гнева. Рухнув на кровать, Тонкс закрыла ладонями лицо и что-то пробормотала. — Если вы планируете разговаривать со своими руками, то, уверяю вас, сделать это можно не обременяя себя моим присутствием. — Засуньте свои остроты себе… куда-нибудь! Дело в Гарри и вам необходимо вмешаться. — Что случилось? — с усилием воли проговорил я и отложил книгу, которую читал до её прихода. Всё ещё сидящая на кровати Тонкс прижала к себе подушку и теперь с отсутствующим взглядом рассматривала дверцу шкафа. — Мы с Гарри играли во Взрывного дурака, одна карта упала с кровати, он потянулся за ней, футболка задралась и я увидела его поясницу в огромных длинных синяках. — В голове у меня зашумело и последующие слова Тонкс практически не долетали до моего сознания. Видимо, с таким звуком рвутся шаблоны и встают на места недостающие кусочки мозаики. Отсутствие мальчишки на фотографиях, худоба, одежда и очень много чего ещё, что я не желал замечать. Кто бы что ни говорил, а я не сторонник телесных наказаний и жестокого обращения с детьми, пусть они будут трудными и обозленными на весь мир, никто не заслуживает подобного. Я встал с кресла и направился в комнату Поттера. Следует проверить сначала его, потом чулан. А если мои догадки подтвердятся, то, Мерлин свидетель, я сделаю всё возможное, чтобы вытащить мальчишку из этого ада. Лили не для того пожертвовала собой, чтобы её ребёнок был уничтожен собственной тёткой с моржеподобным мужем. Рывком открыв дверь, я замер. Мальчишка сидел на полу, а около его ног лежала большая маггловская коробка из-под обуви, доверху набитая всевозможной выпечкой. Поттер застыл с испуганным выражением лица, измазанным кремом, в руке он держал пирожное. На секунду я подумал, что Тонкс просто выдумала про синяки, решив подыграть мальчишке. — Профессор, это подарок Рона, я… — мальчик встал и торопливо начал прятать коробку под половицу, вытирая руки о штаны. Я закатил глаза и закрыл дверь. — Мне неинтересно, откуда у вас такое непомерное для ребёнка количество сладостей. Меня больше интересует, зачем вам прятать пирожные, если вы вполне можете сходить на кухню и поискать более здоровую пищу для растущего организма. — Поттер сел на кровать, подтянул к себе ноги и зло посмотрел на меня. Разумеется, я уже построил свои догадки такого поведения, но мне бы хотелось послушать мальчишку. — Может, я просто пирожных захотел, а не поесть основательно, сэр, — буркнул он, всё ещё не отрывая от меня взгляд. Я молча протянул ему платок. Смотреть на розовый крем на мальчишеской физиономии мне было неприятно. Поттер взял платок и послушно вытер рот. — Разберёмся с вашими пищевыми пристрастиями позже, Поттер. Мне нужно вас осмотреть. -в глазах ребёнка промелькнул страх, но он тут же взял себя в руки. — Зачем это? Я здоров. Мадам Помфри уже осматривала меня этим летом после схватки с василиском. — Я выполняю просьбу директора. Видите ли, он хочет удостовериться, что я не пустил вас на ингредиенты, — я скривил рот и достал палочку, — будьте любезны, лягте на живот. Мальчишка не шелохнулся. — Вы слышали, что я сказал? — меня начинало это раздражать. Мерлин, этот осмотр в его интересах. В голове тут же раздался ехидный голос: «а сам бы ты добровольно пошёл и показал свои шрамы?». Я потряс головой и предпринял ещё одну попытку осмотреть упрямца. — Я могу применить силу. Ну же, Поттер, не испытывайте моё терпение. — Мальчишку даже не нужно было читать с помощью легилименции, настолько чётко его отвращение было написано на лице. Но всё же он лёг на живот, оглядываясь через плечо. — Снимите футболку. — Нет! Мадам Помфри не снимала с меня одежду при осмотре! — На вас была больничная одежда, а она не препятствует проникновению диагностических чар. Видите ли, наша повседневная одежда слишком плотная для магии такого уровня. — Это совершенно не так, но мальчику лучше об этом не знать. Я хочу своими глазами увидеть то, что так взволновало Тонкс. Поттер что-то прошипел и принялся стягивать свою отвратительную жёлтую футболку, в которой я его видел в первый день приезда. — Откуда у вас эти… отметины? — мне стоило больших усилий держать безразличное лицо. Тонкс оказалась права — такие полосы мне были очень знакомы. До сих помню чёрный кожаный отцовский ремень с тяжёлой металлической бляшкой. Не дожидаясь ответа, я провёл палочкой по спине подростка и произнёс заклинание. Тут же возник пергамент с пером, которое быстро скользило по бумаге, записывая многочисленные травмы. Почему Помфри не обратила на это внимание? Ладно, подумаю над этим потом. Но Поттер резко вскочил с кровати и стал быстро одеваться. — Нравится, да? Давайте, расскажите своим змеям какой знаменитый Золотой мальчик слабак и тряпка, раз позволил магглам… — от стихийной подростковой магии в комнате стало холодно, но мальчик, казалось, этого не замечал. А вот меня в тонкой рубашке ледяной воздух пробирал до костей. — Прекратите и выпейте это, Поттер. — Зачем? — Затем, Поттер, что мне не нравится ваш тон. Это Успокаивающее зелье, — я бы и сам с удовольствием выпил бы пузырёк, но захватил с собой только один и мальчишке он сейчас нужнее, — или вы хотите, чтобы на вашу маленькую истерику прибежали посмотреть остальные обитатели дома? — Не нужно мне никакое зелье! — зашипел мальчик и в комнате стало теплеть. — Я не уйду, пока вы не выполните все мои указания, Поттер. И я настаиваю, чтобы даже за стенами школы вы обращались ко мне «сэр» или «профессор». — Не нужно мне ваше зелье, профессор. — с нажимом произнёс Поттер и демонстративно отвернулся. Мне это надоело окончательно и я позволил своему гневу частично вырваться наружу. — Прекратите изображать пятилетку! Ведёте себя хуже ребёнка. Вы прекрасно знаете, что если бы я хотел вас отравить, то сделал бы это ещё несколько дней назад! Мне неинтересно смотреть на ваши жалкие бравады и дальше я не собираюсь прыгать перед вами с уговорами. Вы сейчас же выпьете зелье. Акцио, Заживляющий бальзам. — через пару мгновений в плотно закрытую дверь застучала баночка с зельем. Я поймал её и протянул уже выхватившему у меня из рук успокоительное Поттеру. Мышцы его расслабились и он уже не так злобно взирал на меня из-под упавшей на глаза чёлки. — Это мазь для ваших синяков. Нанесите на все видимые повреждения. — Я положил мазь на прикроватную тумбочку и взял в руки всё ещё висевший в воздухе пергамент, сложив его в карман брюк. Прочитаю позже, сейчас лучше дать мальчишке отдых, а не нагружать расспросами. — Поговорим завтра. И лучше вам не лгать мне. Поверьте, правду я узнаю в любом случае, но хотелось бы её услышать от вас. Спокойной ночи, Поттер. С этими словами я вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Проступила ноющая головная боль и я, стиснув зубы, стал спускаться по лестнице. Нет времени обращать внимание на такие мелочи как мигрень. Наконец я добрался до чулана. Открыть его с помощью отпирающих чар мне не составило труда, но как только я потянул за верёвочку и при тусклом свете рассмотрел содержимое кладовки, тут же захотелось метнуть бомбарду и взорвать всё к Мордредовой матери. Голова болела всё сильнее, боль давила на глаза, но я упорно старался не замечать её, сдавив пальцами виски. На двери висела пожелтевшая от времени бумажка, на которой голубым маггловским карандашом было выведено корявым детским почерком «Комната Гарри». Толстый слой пыли покрывал полки, на которой аккуратно стояла маленькая стопочка детских книг, а в коробке из-под обуви лежали сломанные солдатики и различные фигурки. Серые стены облюбовали пауки, оплетая своей паутиной ступеньки. В углу стоял крохотный стол, на котором теснились коробки с различными моющими средствами и тряпками, а также парочка пыльных мягких игрушек, зашитых разноцветными нитками. Меня замутило от этого зрелища и я поспешил уйти в комнату. Голова уже буквально раскалывалась на части. Тонкс ждала меня и мне пришлось пробормотать «всё потом», потому что ни с кем категорически не хотелось разговаривать. Я отгородился ширмой, насколько хотелось побыть одному. Слишком много мыслей, догадок, обвинений… Почему-то мне кажется, что это моя вина. Не досмотрел, не защитил… Хорошая головоломка, как же! Радуйся, Северус, нашёл ключ к разгадке, но вот только сил радоваться у меня нет. Надо принять успокоительное и поспать, а завтра… Завтра и придумаю. Мальчику сейчас ничего не угрожает.