Глава 2. Castle

Прошло четырнадцать лет. Время течёт настолько быстро, что Северус Снейп и не заметил, как его дочь Аглая выросла и её пришлось в одиннадцать лет отдать в школу чародейства и волшебства Хогвартс. Аглая поступила на факультет Слизерина, как когда-то и отец. И вот она уже четвёртый год будет учиться в этой прекрасной школе. Несмотря даже на то, что она поступила на Слизерин, она прекрасно подружилась с Гарри, Гермионой и Роном. Даже несмотря на то, что они были с разных факультетов. Также девушка очень хорошо подружилась с Драко Малфоем. Он её защищал от всяких дураков, которые выступали против неё. В то же самое время у Аглаи появились подруги Астория Гринграсс и Пэнси Паркинсон, а также друг Блэйз Забини. Вообще, Аглая подружилась практически со всеми, но эти друзья были её лучшими. Она им больше доверяла. Внешностью Аглая всё больше походила на маму. От отца достались чёрные волосы, которые девушка решила перекрасить в пепельный блонд, настолько ей был ненавистен черный, и лишь некоторые черты лица, такие как уши, нос. Но вот зеленые, чистые, как отполированный изумруд, глаза; упрямый, ворчливый, но в тоже время теплый и заботливый характер, — всё это были черты Лили. Впрочем, характер Аглаи был куда сложнее. Она умудрялась сочетать в себе заботу с безразмерным эго и вселенской усталостью от чужих «драм». Снейп частенько ловил себя на мысли, что воспитал не просто дочь, а ходячую катастрофу с фирменной усмешкой, но безумно её любил. Жила девушка у отца, изредка выбиралась к Драко в дом, иногда они с его мамой общались. Порой Аглае иногда не хватало этой материнской любви, теплоты. Отец, конечно, её очень любил и любит, поддерживает во всём, но это всё не то… Всё-таки любовь матери и отца отличается друг от друга. Аглая в основном всё чаще думала о своей матери — Эмме МакЛауд. Северус каждый день хотел рассказать дочери правду о её рождении, а особенно после того, как увидел, что Аглая находит много общего у них с Гарри. А уж тем более, как девушка сказала, что она считает Гарри не просто своим другом, но и как брата. Мужчина знал, что чем дольше он тянет с правдой, тем сильнее завязывается этот невидимый узел вранья и лжи. Он понимал, что она, возможно, не примет правду так, как ему хотелось бы, но всё же рассказывать не спешил.

* * *

Сейчас Аглая шла по вагонам поезда и искала свободное место. На ней уже была школьная форма: чёрная юбка немного выше колен, копрошки, лаковые ботинки на невысоком каблуке, белая свободная блузка, сверху зелёная жилетка со значком их факультета и поверх всего чёрная мантия также со значком. Ноги уже порядком ныли. Мало того, что сегодня была непростая репетиция перед предстоящими выступлениями на пуантах, так ещё и приходилось битый час искать свободное место. Пассажиров было, как обычно, больше, чем сидений. Драко, Астория, Блэйз и Пэнси сидели в другом вагоне, а девушке не хотелось идти туда, потому что далеко, а она уже выдохлась. Идя по трясущемуся поезду, находящемуся в пути в школу, она заглядывала в каждую открытую кабину. Наконец, она зашла в оставшуюся кабинку и ей попались Гарри, Рон и Гермиона. — О, привет. Ребята, можно к вам? Все места заняты, — сказала Аглая, прислоняясь к дверному косяку с таким видом, будто одно только путешествие по поезду было личным оскорблением всей её персоны. — Привет, Аглая. Да, конечно, входи, — сказала Гермиона, и девушка вошла, садясь на мягкое сиденье. — Слава Мерлину. Я дошла, — сказала с облегчением Аглая, откинув голову назад и драматично прикрыв глаза. — Если бы мне пришлось сделать ещё шаг, я бы, наверное, просто испарилась. Или испепелила этот поезд. Второе — звучит более правдоподобно. — А почему ты не пошла к Драко? — спросил, посмеявшись, Рон. — Он в другом вагоне, а он дальше. Поэтому. — Понятно, — ответил парень, не сдерживая смеха. — Не разделяю твоего юмора, Рон! — съязвила Снейп, открыв один глаз и наградив его взглядом, способным заморозить адское пламя. — Я бы на тебя посмотрела, каким бы ты был после репетиции балета, а после ещё хождений по поезду час целый! — Ах да, балерина. Забыл совсем. Как с тебя они ещё не слетело. — вновь сшутил Рон. Аглая закатила глаза и поправила волосы, которые были, как иголки у ежа. Аглая взглянула на Гарри и увидела, что он трогает свой шрам на лбу. Девушка знала, что недавно на чемпионате по квиддичу на волшебников напали Пожиратели смерти — сторонники Волан-де-Морта. Она выпрямилась и, лениво поведя рукой в воздухе, словно рисуя очевидную мысль, обратилась к нему: — Поттер, лицо такое, словно тебя на горшок приспичило сесть. — пошутила девушка, вызывая новую волну смеха у сидящего рядом Рона. Девушка улыбнулась, взглянув на Гермиону, которая также не сдержалась. — Что с тобой? Шрам ноет опять? — Чепуха! И вообще, Глай, хватит уже издеваться надо мной. — Да ну! — сказала, хмыкнув, Аглая. — Значит, ты отрицаешь, что ты был на чемпионате по квидичу, где произошло нападение пожирателей смерти? Извини, не верю в этот поганый, льющийся из твоего рта, бред. Скажи честно, тебе идёт страдание, да? Добавляет драматичности образу? — Аглая права, Гарри, — сказала Гермиона и наклонилась к парню. — Ты должен написать Сириусу письмо. О том, что ты видел на чемпионате и во сне. — В каком сне? И что ты видел? — спросила Аглая, мгновенно теряя шутливый тон. — Мне снится Он. Мне кажется, что он скоро вернётся. Я не хочу этого признавать, но этот сон неспроста, — рассказал Гарри. — А ты кого-то ещё видел во сне? Ты их знаешь? — Нет. Их было двое. Одного я знаю — это был Хвост…. — О, старый добрый Хвост! Давно же гаденыша не слыхать, с тех пор, как он умотал с какой-то старой книжкой в руках. — перебила Аглая парня, с отвращением поморщившись. — Предатель-крыса. Люблю животных, но этому я бы с удовольствием наступила на хвост. — Да, но другого… Я видел на чемпионате, когда все уже убежали. Он пустил в небо метку. — Интересно… — сказала, задумавшись, Аглая. — Я думаю, что Гермиона права. Напиши крёстному письмо. Может быть, он поможет. А если нет — у тебя всегда есть я, чтобы напомнить, какой ты героический болван. Бесплатно. Гарри так и поступил. Он написал в дороге письмо и отправил его Сириусу через свою сову — Буклю. Всю дорогу ребята смотрели друг на друга и болтали о различных вещах.

* * *

Через час ребята приехали на станцию и слезли с поезда. Аглая принимала свою сумку с мелочами и даже не заметила, как к ней сзади подошли. — Скучала без меня? — спросил Драко и резко кинул свои мускулистые руки на хрупкие плечи девушки, отчего та от неожиданности вздрогнула и подпрыгнула. — Малфой, ты обалдел?! Ты что совсем?!! Я чуть коньки не отбросила! — начала возмущаться Аглая и бить Драко по плечу. — А если я тебе сейчас дам по голове пуантами, мозги у тебя прибавятся?! — Ну всё-всё, — сказал парень, посмеиваясь и уворачиваясь от ударов, а потом они обнялись. — Скучала? — вновь спросил Драко, смотря в голубые глаза девушки. — Очень… — ответила Аглая, выдохнув, и, схватив парня за галстук, поцеловала его, чуть дольше положенного. — Но если ещё раз так подкрадешься, я за себя не ручаюсь. Ты хочешь получить в наследство мои пуанты? В качестве смертельного проклятия? — Давай помогу… — сказал Драко и принял сумку Аглаи. — А что могло быть иначе? — усмехнулась девушка. Парень закатил глаза, пока Аглая держала в руках пуанты. — Ты невыносима. — усмехнулся Малфой. — Я знаю, милый. В этом моё очарование, — самодовольно бросила она, и они отправились до кареты, на которой вскоре добрались до школы.

* * *

Большой зал был всё также усыпан многочисленными свечами на потолке, горящими ярким, красно-оранжевым пламенем. Аглая часто смотрела на них, думая о хорошем и о том, чтобы каждое её выступление прошло великолепно. Преподавательский состав сидел позади неё, а остальные студенты сидели на своих местах за большими, длинными столами, бурно обсуждая прошедшие летние каникулы, как прошли их поездки на море, за границу и многое другое. Разговоры были смешанными, где-то был слышен смех, где-то просто ровный тон, а где-то издёвка. Мало кто смотрел на Снейп, и ещё трёх ребят, что стояли рядом с ней. Они вчетвером выжидали, когда широкие, огромные двери со скрипом отворятся и впустят сюда новых студентов, пришедшие учиться в их школу. Профессор Макгонагалл была за дверьми, чтобы проводить первокурсников в зал. Аглая с нетерпением ждала их прихода, ждала, когда они наконец-то встанут перед ними и познакомятся со вторым домом, коллегами, преподавателями. Слизеринка вздохнула, поджимая губы, а после её тонкие пальцы, проскользнувшие по груди тонкой полоской ногтями, коснулись маленькой подвески, отчего сердце девушки сжалось. Она очень хорошо помнила, когда ей отец подарил этот кулон. Тогда она толь-только начинала заниматься балетом. Но после несчастного случая, когда она при неправильном движении, сломала ногу, она боялась надевать пуанты. В какой-то момент сердце стало ныть по таланту, который она оставила из-за страха. Северус это заметил тогда, и в тот же вечер, пока Аглая долго смотрела на свои чёрные пуанты, держа их в руках, он тихо зашёл к ней и застегнул подвеску с маленькими золотистыми пуантами. Девушка взглянула на него и они не сказали ни слова. Просто обнялись так крепко, что Аглая почувствовала тогда то отцовское тепло. Впервые в жизни не его каменное лицо, а лицо отца. И она вновь стала танцевать. Даже сейчас, сидя с красивыми локонами на голове, залаченными литрами лака, и накрашенная в фиолетовые палетки, Аглая была благодарна отцу, ведь если бы не он, она бы сейчас не предвкушала скорое выступление перед другими школьниками и гостями из других школ. Об этом выступлении Дамблдор рассказал ей примерно за неделю до начала учебного года, на что Аглая согласилась и немедленно начала разрабатывать новую хореографию и давать своим любимым — Тори и Пэнси, текст песни, вновь написанной ей же. Внезапно, Аглаю вывел из мыслей громкий стук дверей о каменные стены. Скрип, отдавшийся от них, заставил её открыть, слегка прикрытые, глаза и увидеть новых учеников одиннадцати лет. Собравшись духом, Аглая выпрямилась в спине и с каменным лицом стала наблюдать за каждым вошедшим. Кто-то был самоуверенным, смелым, в ком-то горел яркий интерес в глазах, а в ком-то полное безразличие, словно таких привели сюда насильно. Макгонагалл остановила первокурсников возле двух ступеней, ведущих наверх. Слизеринка дёрнула уголком губ в ухмылке и посмотрела вперёд, уже видя краем глаза, как некоторые первокурсники начинают её разглядывать. — Итак, дорогие первокурсники, — начал, позади вставший со своего места, профессор Дамблдор, являющийся директором их школы. — Я очень рад вас приветствовать в нашей огромной школе, как и наши студенты, преподаватели. Сегодня вы не просто станете частью этой большой семьи, но и распределитесь на четыре факультета, к которым вас смогут подготовить и немного рассказать о них, ваши наставники: Студентка четвёртого курса факультета Гриффиндор — мисс Гермиона Джин Грейнджер. — рыжеволосая девушка с кудрявыми локонами мило улыбнулась принимая аплодисменты не только со столов преподавателей, но и других студенток и первокурсников. — Студентка четвёртого курса факультета Пуффендуй — мисс Мелисса Захария Трэй. — на лице блондинки также появилась улыбка, от грядущих аплодисментов. — Студент четвёртого курса факультета Когтевран — мистер Корэн Бенджамин Шварц. — аплодисменты вновь оглушили ярко улыбающегося парня с маленькими веснушками на лице. — И наконец, студентка четвёртого курса факультета Слизерин — мисс Аглая Северус Снейп. — плечи Аглаи дрогнули, когда она услышала громкие аплодисменты в её сторону. Они были громче, чем прошлые три. Наставники широко улыбались ей, а она им в ответ. В какой-то момент, Корэн, стоящий рядом с ней, стал её подгонять, чтобы она встала со стула и поклонилась. Аглая ухмыльнулась, будто принимала вызов, и, встав со стула, поклонилась, как балерина, уже обутая в свои зелёные пуанты. Присев на место, Аглая широко улыбнулась, мысленно выдыхая. — Вот они, ваши наставники. Вы знаете, к кому если что обращаться, вы знаете их в лица и знаете, что они вас не бросят в трудную минуту. Спасибо. А теперь, прошу Вас, профессор Макгонагалл. Женщина с высокой, остроконечной шляпой на конце, развернула не очень длинный свиток и стала читать: громко, с выражением. — Амара Фэйр. —Аглая взглянула на толпу первокурсников и увидела, вышедшую из толпы брюнетку. В её взгляде читалась уверенность, не было страха или неудобства, лишь полная Вера. Шляпа мягко и медленно легла ей на голову, а после раздался громкий, слегка раздражённый голос шляпы: — Хм, Амара. Твоя душа горит огнем, есть желание проявить свои таланты, рассказать многое, что ты сама знаешь. Можешь дать другим волю на слово, не перебивая его. Это достойный поступок для... Пуффендуя! — девочка весело улыбнулась и побежала к столу, где были Пуффендуйцы. — Ева Стоун. — теперь из толпы вышла девочка, которая так пристально рассматривала Аглаю из толпы, хоть та и не особо этого замечала. Она уже было хотела уйти из зала, чтобы переодеться в платье для выступления, как вдруг, притормозила. Девушка с интересом стала наблюдать за Евой, а после стала слушать шляпу. — Хм... С каждым годом всё труднее и труднее. — призадумалась шляпа, будто сканируя мозг маленькой девочки. — Я однажды видел уже подобное. Три года назад здесь сидела такая же маленькая девочка. Ты похожа на неё. В тебе, как и в ней, скрыто многое... Храбрость, достойная для Гриффиндорца; доброта для Пуффендуйца; стремление к спорту, как у Когтевранца; и острый ум, хладнокровность, очень похожая на достойного Слизеринца. — Снейп подняла брови вверх и неотрывно наблюдала за Евой. Девочка перебирала тонкие, бледные пальца, смотря на них, будто боясь конечного исхода. — Неужели... — от этого громкого, внезапного отголоска вздрогнула не только Ева, но и другие присутствующие. — А впрочем... Решено. Слизерин! — Ева с яркими, горящими от счастья глазами, понеслась быстрыми шагами к столу Слизерина, перед этим, снова наблюдая за Аглаей. Их взгляды на момент пересеклись и девушка успела увидеть в глазах маленькой первокурсницы не просто Слизеринку, а себя, тремя годами раннее. Снейп хмыкнула и убежала готовиться.

* * *

Как только торжественная церемония распределения первокурсников закончилась, наставники сели за свои места, Аглая выглянула из шторы, за которой была дверь, через которую она убегала переодеваться. Как только она подбежала к своего месту и села, директор Дамблдор встал на их месте и махнул руками. — Итак, дорогие студенты. Теперь, мы знаем, куда были распределены наши первокурсники, мы знаем куда их определила судьба. Это была первая часть нашего вечера, и прежде чем мы начнём наш ежегодный ужин, я бы хотел пригласить сюда гостей, которые уже заждались за этими широкими дверьми. Поприветствовуйте наших друзей с севера. Гордых сыновей Дурмстранга и их наставника Игоря Каркарова! Громко произнесенные слова словно пробудили жизнь. Двери распахнулись и через них вбежали студенты Дурмстранга. Все высокие, могучие волшебники размахивали смело посохами, стуча им по полу, от которых отдавались яркие искры, как огонь. Следом вышли: Игорь Каркаров и знаменитый ловец Виктор Крам. Многие девушки, а в том числе и парни, неотрывно наблюдали за появившийся спортсменом, не отводя глаз. Язык пламени перед директором завершил яркое шоу, а после Каркаров пожал руки старому другу и обменялся с ним крепкими объятиями. — Теперь, поприветствовуйте, очаровательных девушек из Шармбатонской академии и её директора Мадам Помфри́т. Большая часть мужской половины студентов была увлечена вбежавшими в зал девушками, одетыми одинаково в голубые формы, шляпки. Их грациозные поклоны словно дарили жизнь, но это не заставило Аглаю как-то отреагировать, наоборот, внутри было какое-то странное чувство выпендрёжа со стороны студенток. Как только она увидела, как Драко ухмыльнулся, смотря в зад одной из студенток, тут же её брови поползли наверх. — Малфой, а ты так рано не радуйся. Или уже забыл, что у меня тяжёлые туфли? А ещё, — она подалась к его уху, почти нежно, — я знаю заклинание, которое заставит твои волосы выпасть. Будешь сиять, как бладжер. — Драко ухмыльнулся и крепче обнял её, поцеловав в щеку. — Глупышка ты, Снейп. Но любимая моя. — Аглая усмехнулась, продолжая наблюдать за гостями. Бабочки разлетелись после них, встречая высокую, ростом с егеря Хагрида школы Хогвартс, даже чуть выше. Девочка, немного младше всех остальных студенток завершила выступление кувырками и стойкой, рядом с ней встала одна из студенток и они ответили синхронный поклон. — Отлично! А теперь, когда мы поприветствовали наших гостей, я хочу пригласить на эту сцену наших чудесных певиц: Асторию Гринграсс и Пэнси Паркинсон, а также нашу знаменитость и гордость школы, балерину, — Аглаю Снейп. Троица дружно переглянулись и они встретились на своих местах. Свет в Большом зале погас, и воцарилась тишина, нарушаемая лишь гулом любопытства. Астория и Пэнси встали по бокам от центра, а Аглая замерла статуей в центре, опустив голову. На ней было завораживающее платье из тёмно-зелёного фатина, которое переливалось в лунном свете зачарованных свечей, словно паутина, покрытая росой. Платье доходило до колен, оставляя открытыми её ноги в атласных пуантах того же глубокого изумрудного цвета. Раздался вступительный ритм — медленный, вкрадчивый перебор гитары, похожий на шаги крадущегося зверя. Астория начала низким, гипнотизирующим вокалом первый куплет, растягивая слова, словно заклинание. Это была песня Аглаи, её личный гимн, в который она вложила всю свою суть. «Castle» — Halsey Тишина. Аглая застыла статуей в центре сцены. Медленно поднимает голову. Астория запела низким, тягучим шёпотом, почти акапелла, только эхо. — Sick of all these people talking, sick of all this noise... Аглая сделала первое движение — медленный, ломаный арабеск, пальцы рук дрожат, как от сдерживаемой ярости. В такт песне вступил минималистичный бит, похожий на стук сердца. — Tired of all these cameras flashing, sick of being poised... Wear 'em down, wear 'em down, wear 'em down, oh... — Продолжала Астория. Аглая двигалась резко, угловато — современная хореография пополам с балетом. Она «стряхивает» с себя невидимые оковы, плечи ходят вверх-вниз в ритм. В пение подруги. — Now my neck is open wide, begging for a fist around it... Already choking on my pride, so there's no use crying about it... Девушка проводит ребром ладони по своему горлу — жест одновременно угрожающий и уязвимый. Зал замирает. В куплет вступила Пэнси, её голос взлетел резко, требовательно. — I'm headed straight for the castle! They wanna make me their queen! — пропела она мелодично, с вызовом. Аглая взрывается серией фуэте, но не классических — она добавляет резкие повороты корпуса, как боец, уворачивающийся от ударов. — And there's an old man sitting on the throne. That's saying that I probably shouldn't be so mean! На последнем слове, Аглая замерла в четвёртой позиции и бросила в зал ту самую фирменную ухмылку — надменную, всё-знающую. Взгляд скользнул прямо на преподавательский стол. Паркинсон и Гринграс сделали плавное движение руками, разойдясь по разным сторонам. Их голоса полились в унисон. Бит был тяжёлый, маршевый. — I'm headed straight for the castle! They've got the kingdom locked up! Прыжки — гран-жате по диагонали сцены. Аглая буквально летела, как птица, раскинув руки, словно они были её крыльями. — And there's an old man sitting on the throne. That's saying I should probably keep my pretty mouth shut! Straight for the castle! Аглая приземлилась в глубокое плие, голова опущена. Тишина на долю секунды. Астория запела почти шепотом, словно она подзывала других к действию. — Oh, all these minutes passing, sick of feeling used... If you wanna break these walls down, you're gonna get bruised... Аглая поднялась медленно, как марионетка на нитях. Движения становятся плавными, но не «нежными», а зловеще-текучими. Змеиная пластика. — Now my neck is open wide, begging for a fist around it... Already choking on my pride, so there's no use crying about it... — I'm headed straight for the castle! They wanna make me their queen! — темп подхватила Пэнси, он стал ритмичнее, смелее, в нём была ярость. — And there's an old man sitting on the throne, That's saying that I probably shouldn't be so mean! — I'm headed straight for the castle! They've got the kingdom locked up! And there's an old man sitting on the throne. That's saying I should probably keep my pretty mouth shut! — запели девушки хором, отчего многие в зале дрогнули, завораживаясь их русалочьему пению. — Straight for the castle! They wanna make me their queen! And there's an old man sitting on the throne. That's saying I should probably keep my pretty mouth shut! Аглая сделала серию стремительных пируэтов, затем — финальный прыжок, приземляясь на одно колено. Платье опадает вокруг неё тёмным облаком. Голова гордо поднята. И вот, в песне наступило Аутро — бит стал постепенно затихать, оставляя только эхо и тяжёлое дыхание, которое подхватила Астория. — Straight for the castle... Аглая медленно выпрямляется в финальную позу: одна нога отведена назад в арабеск, руки опущены, пальцы расслаблены. Голова чуть наклонена набок. Она смотрит в зал сверху вниз, хотя стоит на уровне пола. Студенты взорвались. Это был не просто успех — это был триумф. Дамблдор аплодировал стоя, вытирая уголок глаза. Северус за столом преподавателей сохранял каменное лицо, но в уголках его губ играла тень гордости, которую Аглая безошибочно считала. Пэнси и Астория, сияя, вышли из-за стоек и втроём они поклонились. Аглая поклонилась со скупой грацией, быстро утащив подруг со сцены, подальше от этого шума, который она, конечно, обожала, но в котором не призналась бы и под пыткой. Дамблдор также поддерживал девушек и, продолжая хлопать, встал на их место. — Аплодируем юным талантам! — сказал он громко. — Итак, дорогие студенты. Теперь мы переходим к следующему событию. В этом году Хогвартс избран не просто как второй дом для наших с вами гостей, но и как местом проведения важного события. — Директор выждал небольшую паузу, оглядывая каждого присутствующего в зале. — Турнира трёх волшебников! — Зал тут же наполнился гулом. Аглая закатила глаза, услышав их, ведь не понимала, что хорошего в этом турнире? Погибнуть? Героическая смерть? Какая глупость. — Но, сразу должен предупредить, эти состязания не для молодушных. Объяснить его суть мы попросим главу Департамента по магическим действиям — мистера Бартемиа Крауча. — стоило этим словам быть услышанными на весь зал, так сразу появления мужчины, не слишком высокого роста, с черными волосами и шляпой на головой, одетым официально, на потолке свечи стали издавать звук грома, а молнии заискрились. Ученики стали кричать, прикрывая головы руками. Аглая с округленными глазами, посмотрела в сторону и увидела молнию, выпущенную из чьей-то палочки. Как оказалось потом, она принадлежала полноватому мужчине, стоявшем возле стены рядом с преподавателями. Многие студенты стали перешептываться, даже нагибаясь, чтобы рассказать об увиденном человеке. — Это что, Аластор Грюмм? — вдруг послышался голос смугловатого парня неподалёку. Снейп повернула на него голову и встретилась с ним взглядом, коротко кивнув. — Да, — подтвердила она, вновь смотря на одноглазого, с которым уже обнимался Дамблдор. — Это он. — Охотник на черных магов? — нахмурилась блондинка. — И никто другой. — заключила Аглая, откидываясь на спинку стула. — Что ж, вечер становится всё интереснее. Может, и не усну от скуки. Наконец, встав на место Дамблдора, Министр Магии также вытянул руки в стороны и стал крутить запястьями. — Как вы все знаете, в этом году стартует всеми известный турнир трёх волшебников, именно поэтому Хогвартс вновь избран для принятия гостей из других школ, чтобы определить участников этого события. Дабы избежать несчастных случаев, тщательно всё взвесив, министерство пришло к заключению, что каждый студент, не достигший семнадцатилетнего возраста, не может принять участия в турнире. Со стороны всех студентов послышались недовольные возгласы, которым Аглая была равнодушна. Участие в турнире — огромный риск. Если даже ты туда и попал, разве можно выйти? Нет. — Началось, — протянула она, усмехнувшись. — Спортивные драмы. Мой любимый жанр. — Тихо! — рявкнул появившийся директор и взмахнул рукой. Будто по его велению, тот час к нему приблизился каменный кубок, что зажёгся ярким синим пламенем, прямо таки веющим тревогу. — Это кубок огня. Любой семнадцатилетний студент должен бросить в него своё имя, написанное на куске пергамента. Отнеситесь к этому серьёзно. С этого момента, турнир трёх волшебников начался.