Глава 4

— Всё собрал? — спросил Элис у голого мужчины с мешком на голове и кляпом во рту. — М-м-м, — утвердительно промычал раб. — Хороший мальчик, получи угощение. — Элис снял с него кляп и налил в собачью миску особую смесь, что так любили его питомцы.       Почуяв знакомый запах, раб бросился лакать своё лакомство с такой жаждой, словно неделю пробыл в восточной пустыне. Просто поразительно, каких эффектов можно было достичь с помощью телесных жидкостей монстров плоти. Элис мог озолотиться на одном только этом наркотике, что превращал людей в послушных рабов, но на этом нельзя было останавливаться.       Те немногие учёные мужи, населявшие Ноэр до катастрофы, либо умерли как его отец, либо сбежали на Новую землю, не осознавая своей удачи. С тех пор, как эти чудесные создания заполонили остров, он превратился в настоящую кладезь для исследований, не ограниченных такими глупостями, как мораль и гуманизм. Элис был уверен, его исследования станут новой вехой развития в медицине, что прославят его на века. У него аж сосиска привстала при мысли о том, какие хвалебные оды будут писать о нём в учебниках. «Можно было бы приказать моим питомцам помочь сбросить напряжение, но я уже опаздываю», — сказал про себя Элис, натягивая рюкзак.       Ему и так с ночи до утра приходилось экстренно проводить аборты и вызвать преждевременные роды всем своим пациенткам на случай если они разродятся в его отсутствие и передохнут вместе с детками без посторонней помощи, оставив его без коллекции. Тем же, кто только собирался поступить к нему в ближайшую неделю, придётся выкручиваться самим.       Малышей в яслях также пришлось перебить или сдать в арену раньше обычного. В конце концов, этот поход может продлиться дольше запланированного, а эти замечательные формы жизни, будь то оркоиды или демоны плоти, известны не только тем, что быстро рождаются, но и взрослеют. Последнее, что ему нужно, чтобы его клиника стала новым очагом чёрного тумана или гнездом оркоидов. Конечно, по его расчётам особи в подвале были не способны породить катастрофу таких же масштабов, — источник чёрного тумана в Сибарисе был намного могущественнее, — но проблем всё равно не оберёшься. Конечно, у него бы появилось больше образцов для исследований, но Росендо за такую халатность могут урезать ему финансирование.       Надев маску, повесив на спину походную сумку, а на пояс магическую книгу, доктор схватил свой посох и отправился на выход. Снаружи его уже ждали глупая девчонка и этот водяной дылда с собакой. Не лучшая компания для сопровождения в лес столь важной персоны, но других вариантов у него не осталось. У солдат и наёмников хватало других забот. К тому же, среди тех и других редко встретишь женщин, а это важно для его исследований. «Моих настоящих исследований», — с усмешкой подумал Элис. К счастью, наёмники не могли видеть его лица за маской чумного доктора. — Итак, док, давай повторим, — начал Крид. — Мы помогаем тебе отыскать место обитания гоблинов на севере, и ты платишь нам три больших медяка. — Да, нашим текущим пунктом назначения является лагерь беженцев, выстроенный рядом с церковью Святого. Там мы расспросим людей и решим, где пройдут мои исследования. Кстати, если работа окажется продуктивной, я вам доплачу. — Мы совсем недавно наткнулись на отряд оркоидов неподалёку от северных врат, — заметил водяной. — Обязательно идти так далеко? — Среду их обитания вокруг города я уже изучил вдоль и поперёк, — махнул рукой доктор. — Благодаря патрулям солдат и наёмникам они не успевают особо загнездиться и размножиться. Меня же больше интересует, как обстоят дела на территориях за пределами горного пограничья.       Элис достал карту острова и обвёл рукой непроходимый горный массив, что огораживал окрестности Ноэр-тауна с севера по восток. По суше их можно было пройти только тремя путями, один из которых вёл на восток к топям, и две дороги на север. Северо-западная выходила через перевал к западному краю острова, где до располагались мелкие городки, в которых промышляли фермерством, охотой, рыбалкой и вырубкой леса. Северо-восточная же через долину вела к глубинке острова Ноэр, где располагались шахтёрские городки и даже, по слухам, горный монастырь, где проживали орден жрецов-лекарей. — Монастырь и лагерь беженцев вокруг него располагаются впритык, — продолжил он. — Это вам не Обречённая Крепость, далеко идти не придётся. — Хорошо, но если хочешь выжить слушайся нас во всём, — начал свою лекцию Зидан, затем поглядел на вооружение доктора. — Надеюсь, этот посох и книгу ты носишь не для красоты и осознаёшь все риски. — Да-да, предупреждать вас об обстреле и не атаковать вблизи или в засушливых местах, — пробормотал Элис. — Я бы не дошёл до Ноэр-тауна, если бы не знал, как с этим обращаться. — Хорошо, не хватало ещё, чтобы вместо оркоидов нас убил дружеский огонь, — сказал дылда, поправив очки. — В путь.       В первый день дорога прошла без происшествий, если не считать нападения бандитов, которую девчонка и дылда с их собакой благополучно отбили. Элис почти не участвовал в битве и старался не высовываться. В конце концов, это он здесь платил за защиту.       От него не укрылась некая неловкость между Лоной и Даном. Они общались всё также непринуждённо со своими "Длинным" и "Мышкой", но иной раз как-то странно отводили взгляд. Если бы во время одного из привалов Элис не видел, как девчонка выбрасывала в кусты кровавую тряпку, он бы подумал, что дылда присунул ей свой морской огурчик, и теперь оба жалели об этом. «Или к этому всё стремится», — угрюмо подумал Элис.       Он-то надеялся, что эта тупая девчонка рано или поздно в своих приключениях угодит в лапы монстров и вернётся к нему с симпатичным монстриком в подоле, как кучка других самонадеянных наёмниц. Но нет, теперь этот водолей позволит такому случиться только через свой труп, а колдует он слишком толково, чтобы дать себя убить. «Может, хотя бы на отлов малышей сгодятся», — утешил себя Элис. От наёмников и солдат в этом вопросе не было никакой надежды, они либо сердобольно оставляют молодняк на произвол судьбы, либо беспощадно его добивают вместе со взрослыми особями.       На следующий день эта парочка облачилась в какие-то грязные лохмотья и заставила Элиса надеть поверх своей одежды то же самое, чтобы перебить запах. У оркоидов очень хорошее обоняние, и их особенно привлекал запах женщин и детей, коими они все трое и являлись, особенно Лона. Занятный способ маскировки. Элис не был привередлив и согласился, но всё же предупредил, что в случае, если дело дойдёт до драки, им будет лучше сбросить с себя это тряпьё. Очищать открытые раны от попавших в них фрагментов одежды или другой материи крайне сложно.       К вечеру они пересекли горную границу и добрались до огромного лагеря беженцев, обустроенного вокруг Монастыря Святых. Здесь царили полное уныние, разруха и антисанитария. Но люди не унывали и продолжали бороться за жизнь. Мужчины собрали ополчение и смогли организовать какую-никакую оборону лагеря от оркоидов. Головы существ были насажены на колья вокруг лагеря, а всё остальное пускали на еду. На самом деле мясо оркоидов было не самой полезной пищей, но этим людям было некуда деваться. Элис хорошо их понимал, он сам вдоволь познал голод, когда был беженцем.       Прибыв в лагерь, они решили найти место для ночлега и расспросить людей о том, как они управляются с нападениями оркоидов. — Главное, держаться подальше от них, — настаивала Лона, настороженно глядя на священника, что взывал беженцев каяться Святому за свои грехи и отдать церкви последнее, чтобы спасти свои души. То же самое его собратья делали в Ноэр-тауне — Боишься, что они оставят нас без штанов? — в шутку спросил Крид, проследив за её взглядом. — И не только, — ответила девочка. — Я показывала тебе дневник Фейры. Не удивлюсь, если местные святоши занимаются тем же самым, что и сибариские. — Это точно, они все любят это дело, — весело воскликнул Элис, приподняв маску, чем привлёк внимание обоих спутников. — Я не особо религиозен, родители каждую неделю водили меня в церковь. Священники такие славные ребята, они дарили мне конфеты, чтобы я позволял им трогать и лизать свою письку и никому об этом не говорил. Ой, я же проговорился…       Девчонка и дылда странно на него смотрели. Неужели у них такого не было? Ничего удивительно, Элис всегда был хорошеньким и миленьким, так все говорили. Эта парочка тускнела на его фоне. — Я вообще должен удивляться? — задал риторический вопрос Зидан. — И что, их совсем не смущало то, что ты парень? — Напротив, радовались, когда понимали, что я мальчик, — с гордостью ответил Элис, гордо вздёрнув палец вверх. — Это делало меня угодным Святому, а ещё благодаря мне они могли добыть ещё больше святой воды. — Святой воды? — не поняла Лона. — Это та белая светящаяся жидкость, которую продают священники? — Белая жидкость… — пробормотал Зидан и вдруг схватился за голову, очевидно, осознав из чего производят святую воду. — Которую они не только продают, но ещё и окрапляют своих прихожан, заставляют её пить и умываться ей. И даже окунают, когда крестят... — Фу… — скривилась Лона. — И они утверждают, что это наши грехи привели к катастрофе. Неудивительно, что родители растили нас "Невинными".       Для верующих люди делились на четыре сорта: сами Верующие, душой и телом преданные Святому; Лжецы — последователи ложных богов, коим не являлся Святой; Последователи — верующие, но всё ещё грешники, поскольку не могут отдать вере всё, что имеют, и рискуют в любой момент поддаться порокам; и Невинные — не верят ни в кого, но ещё имеют шанс вернуться в лоно в Святого или стать Лжецом. Когда-то последних можно было посчитать по пальцам, и тех обычно сжигали на костре, если они открыто выражали свою позицию, но в настоящее время Вера начала постепенно сдавать свои позиции перед атеизмом и вероотступничеством, особенно в колониях. — Нашли из-за чего переживать, — рассмеялся Элис, — можно подумать, у вас нет проблем посерьёзнее. — Единственный плюс этой катастрофы, — вздохнул дылда, странно поглядывая то на Лону, то на Элиса, — сильнее нас уже не травмировать. — И вообще, чтоб вы знали, — продолжил доктор наставническим тоном, — сексуальная активность женщин обычно повышается во время беременности, а это значит, что наши отцы омывали нас своей "святой водой" куда раньше. А то и вовсе кормили. — Спасибо, утешил, — простонала Лона. — Давайте просто закроем эту тему, — заявил дылда. — В любом случае не думаю, что они попробуют открыто покуситься на девочку с оружием и двумя магами, один из которых ещё и доктор. Здесь должно хватать и тех, кто отдастся им добровольно за еду, и за кого не хватятся Росендо.       Это он верно подметил. Торговая компания слишком ценила Элиса и вложила в его работу слишком много денег, чтобы позволить ему стать чьим-то секс-рабом. — В городе похищением людей занимаются бандиты, — напомнила им Лона. — Здесь тоже хватает подозрительных лиц, которым церковники могут доплачивать. — Тогда нам стоит быть настороже, — согласился Зидан. — Люди в этом лагере находятся в отчаянном положении, и готовы на всё за кусок хлеба или пропуск в Ноэр-таун.       На том и порешив, они принялись расхаживать по лагерю и расспрашивать его обитателей, в основном ополченцев и охотников, занимающихся охраной и добычей пропитания. Как выяснилось, чаще всего им приходилось сталкиваться с гоблинами в тропическом лесу на востоке.       Некоторых гоблинов даже удалось поймать и притащить в лагерь живыми. Не ради допроса, но ради мести. Их крепко связывали по рукам и ногам к двум столбам, оставив беззащитным всё самое ценное, и за деньги позволяли людям бить их по яйцам. Это развлечение быстро обрело популярность среди беженцев, особенно женщин, которым довелось стать жертвами плена оркоидов и даже дать некоторым жизнь. По словам охотника-помеси, что приглядывал за пленными, месть быстро помогала этим несчастным прийти в себя. Он даже предлагал поразвлечься Лоне всего за один медяк. И хоть это звучало заманчиво, глупая девчонка отказалась, заявив, что не хочет запачкаться. Можно было подумать, что в данный момент она была воплощением чистоты.       В итоге они решили провести расследование в восточном лесу, но лишь на следующее утро, поскольку ночью оркоиды были намного опаснее, ведь они видели в темноте лучше людей, чем не брезговали пользоваться. — Если в горах к северу и востоку от лагеря есть пещеры или заброшенные, но не заваленные шахты, это идеальное место для их гнезда, — высказал своё мнение Крид, пока они сидели за картой острова в своём импровизированном убежище в одном из заброшенных домов с проломанной крышей. — Рядом прилегают тропические леса, где можно заниматься охотой и собирательством, и тропы, где можно перехватывать беженцев и похищать женщин для размножения. — Тогда бы охотники давно их выследили, — ответил Элис. — Иначе этот лагерь попросту сметут. — Меня больше беспокоит другое, сколько бы их ни убивали и сколько бы гнёзд ни очищали, меньше поток оркоидов не становится, — заметила Лона. — Мне кажется, всё это время мы сталкивались лишь с разведкой и передовыми отрядами, тогда как основные гнёзда для размножения расположены где-то ещё, откуда они продолжают поступать. — И я знаю где. — Элис ткнул пальцем в Сибарис. — Самый густонаселённый город на острове. — Думаешь, там ещё кто-то жив? — спросил Зидан. — Мы с вами были лишь в одной из первых волн беженцев, нахлынувших Ноэр-таун, но из Обречённой Крепости и Пиратской Погибели до сих пор поступают вести о новых выживших. Не у всех была возможность или желание покинуть город сразу, кто-то и вовсе до сих пор может отсиживаться в подвале своего или чужого дома в надежде на спасение. Выжившие утверждают, что сейчас оркоиды и демоны плоти борются за территории и людей. А людей для им хватит надолго. Женщины в плену у оркоидов и глубинных обычно мрут от антисанитарии или когда очередные роды окончательно их истощат, но до того момента породить они могут немало. Тем более, что в семени оркоидов и глубинных содержится некое наркотическое вещество, что не только оказывает на них антисептический эффект, но и при длительном принятии делает их зависимыми и безвольными рабынями похоти, жаждущими только одного. С демонами плоти всё сложнее, но не похоже, чтобы им нужны были живые и здоровые люди, им даже пол неважен. Одних они используют для размножения, других как материал, а третьих превращают в зомби и щупальцевидных монстров.       Объясняя всё это наёмникам, Элис не мог скрывать своего восхищения. Лона и Зидан не разделали его мнения, судя по их бледным лицам. Небось представили, что среди этих монстров могут находиться их родные. Своих отца и мать он похоронил лично, и точно знал, что они мертвы. Если только мерзости их не вырыли и не использовали для своих нужд, почём ему знать. Копал Элис не так уж и глубоко. — Хм, — первым подал голос водяной, — предположим, что ты прав, и все приходят из Сибариса, по северной и болотной тропе они пройти не могли, их патрулируют и охраняют солдаты, леса на острове далеко не такие обширные, да и там обычно обитают разбойники, а в топях вокруг Пиратской Погибели им приходится иметь дело ещё и с глубинными. Значит, остаются только горы. Идеальный вариант. Они непроходимы для людей, но наши враги — не люди, а их самым серьёзным препятствием может быть разве что природа и нежить. К опасным условиям они могут адаптироваться, а нежить по-настоящему опасна и многочисленна только по ночам. К тому же, один раз они уже прорыли туннель из пещеры в прилегающей горе до самой канализации Ноэр-тауна. Что мешает им сделать такие же по всему острову? — Вы правда наёмники? — ворвалась к ним женщина-помесь в залатанном грязном платье, прервав беседу. — Прошу вас, помогите! Мой сын! Они забрали моего сына! — Кто забрал? — спросила Лона. — Последователи Святого! — зарыдала она. — Я знала, что от них не следовало ожидать ничего хорошего!       Лона и Зидан переглянулись. Глубоко вздохнув, слово взял дылда. — Мне жаль, но мы сейчас выполняем задание доктора, — он кивнул в сторону Элиса. — И мы не работаем за бесплатно. — Я… я понимаю, мне нечем заплатить, кроме… разве что… — она выпрямилась и поправила платье, старясь подчеркнуть свои формы и посмотрела на Зидана. — Я… Я уже не так хороша и молода, как до рождения Томми, но мой покойный муж никогда не жаловался. И я чиста… правда. Ради Томми я готова пожертвовать своей честью…       Зидан замялся и, казалось бы, действительно задумался о такой перспективе, но затем быстро глянул на хмурую Лону и ответил: — Я бы предпочёл деньги или что-нибудь ценное, мы хотим покинуть остров, пока не поздно. Док, — он вдруг обернулся к Элису. — может ты за неё заплатишь? — Это с какого перепугу? — насупился доктор. — Зрелая женщина, уже рожала, и здесь полно связанных беспомощных гоблинов, — начал перечислять её достоинства Зидан. — Тебе же понадобятся новые подопытные малыши-оркоиды. — Хм, — задумался Элис. — Я и так не страдаю от недостатка мамочек и детишек, ну да ладно, почему бы и нет. — Родить от гоблина? — ужаснулась женщина, но быстро взяла себя в руки. — Хорошо, только спасите Томми. — Спасут, — ответил Элис, — но только на обратном пути.       Это удивило всех вокруг. — Может, сейчас? — предложила Лона. — Мало ли что они сделают с мальчиком? — За наше отсутствие они не сделают ему ничего такого, чего ещё не сделали, — пытался подбодрить Элис. — Даже если он что-нибудь подхватит, или его очко станет шире положенного, я вылечу. — О, мой Томми! — зарыдала женщина, очевидно, представив, что эти люди делают с её сыном. Нашла из-за чего переживать. — Понимаю, спасать его сейчас будет рискованно, — согласился Зидан. — Даже если мы вытащим его по-тихому, этот побег не останется незамеченным, и путь обратно через этот лагерь может сильно нам аукнуться. Меньше всего нам нужна безумная толпа, желающая сжечь нас на костре как Лжецов. — Меня и без того разрывает от желания пополнить их ряды и перебить всю эту шайку фанатиков-извращенцев, — злобно пробормотала глупая девчонка, но затем попыталась утешить глупую мамашу. — Не волнуйтесь, сейчас мы не можем ворваться в монастырь и вытащить вашего сына, но зато мы могли бы отправиться на разведку и проведать его. — Хорошая идея, Мышка, — похвалил её Дан. — Только нам нельзя вызывать подозрений и напрямую спрашивать, где они держат похищенных.       В итоге Лона и Зидан вошли в монастырь как обычные наёмники, желающие предоставить свои услуги, и их направили в лазарет, где лекарям вечно что-то нужно, тогда как Элис был обычным прихожанином, желающим покаяться в своих грехах. А ему было, чем поделиться с добрым тучным священником с белым колпаком на голове, сидя у него на коленях в исповедальне. И о том, при каких обстоятельствах умерли его родители, о том, как он выживал, о том, как делал женщинам аборты и ставил эксперименты на эмбрионах, младенцах и на своих "питомцах". Во время всех этих откровений у него довольно скоро привстал, что не осталось незамеченным для толстяка. Тот улыбнулся, обливаясь слюной с потом, и стал поглаживать его промежность. — Не буду таить, прелестный юноша, ты самый большой грешник, что мне приходилось видеть за свою жизнь, — сказал священник. — Но Святой учит прощать, а ты слишком прекрасен, чтобы тебя осуждать. Твоя внеземная красота и невинность воистину благословение Святого. — Знаю, ваши братья всегда так говорили, — с гордостью сказал Элис. — Видит Святой, ты невинен в своих грехах. Оставайся с нами, мальчик, у тебя будет еда и крыша над головой. Уверен, в будущем из тебя выйдет отличный священник. — И где я буду жить? — спросил Элис. — Я не видел других воспитанников в ваших кельях. Или у вас тоже есть ясли в подвале, как у меня? — Верно, там безопасно. Там тебя не найдут ни чудовища, ни лжецы, ни другие грешники.       И всё, что он должен делать ради этого, так это позволять регулярно себя доить и, возможно, подставлять свою задницу. Заманчивое предложение, Элис даже мог бы согласиться раньше, когда был беженцем, но у него уже были защитники, которые не только обеспечивали его всем необходимым, но и давали больше свободы, чем можно было ожидать от тех, кто зарабатывает на работорговле. Здесь же ему пришлось бы безвылазно сидеть в четырёх стенах, пока он не станет полноценным жрецом. И даже проводить исследования ему наверняка запретят, потому что они богохульны. — Извините, дяденька, но, боюсь, лорд Мило не сможет меня отпустить, — ответил Элис. — Но если вдруг мои исследования окажутся ему не нужны, и мне перестанут за них платить, я обязательно подамся к вам.       Разумеется, Элис врал. Даже если Росендо перестанут ему платить, клиника уже давно стала приносить ему хороший доход. Но разрывать отношения с лордом Мило себе дороже. В лучшем случае его клинику сожгут вместе с ним, а в худшем его участь будет не сильно отличаться от того, что творится с обитателями местного подвала. Его будут держать в плену, кормить, трахать и заставлять работать на них дальше. — Лорд Мило… — тут же отпрянул от него толстяк. — Что ж, мы не можем отнять тебя у Росендо.       Ещё бы, эта семейка и их торговая компания очень тесно сотрудничали с Верой, даже на их гербе помимо трезубца и кальмара был изображёно распятие с рогатым нимбом Святого. Росендо обеспечивает Святой Престол деньгами и молодыми рабами, и получают в ответ оправдание их тёмных делишек перед народом и даже Святым. Довольно крепкий симбиоз для тех, кто торгует опиумом для души и опиумом для тела.       Элис узнал всё, что ему было нужно, а святоши не стали его держать. Зидан и Лона ожидали его на выходе. — Идти не так уж и далеко, но выйдет слишком большой крюк, — пробормотал Крид. — В гильдии не развешивали заданий в том районе? Могли бы совместить, когда вернём Элиса в город. — Я видела задание о пропавшем караване с беженцами, — сказала Лона. — Кажется, они должны были направляться по северо-восточному тракту. — Всё равно может выйти крюк, — заметил водяной. — Особенно если эти беженцы ещё живы, и их нужно будет сопроводить в город. Ладно, всё равно не хочется лезть в горы ради кучки святош, даже если они лекари. Много обещали за задание? — Нам только необходимо разведать, поэтому всего лишь один большой медяк, — разочарованно сказала Лона. — Маловато… — О чём болтаете? — наконец вмешался в их беседу Элис.       Оказалось, что в лазарете их попросили отправиться в горный монастырь с просьбой прислать в лагерь побольше лекарей и припасов. Дорога будет непростой, а щедрой награды им даже не пообещали. Пустая трата времени по мнению Элиса, и наёмники его всецело разделяли. — Я выяснил, всех своих рабов они держат в подвале, — сменил он тему, как только они отошли подальше от монастыря.       В ответ наёмники нахмурились. — Жрецы утверждают, что мать Томми продала его за еду, — сказала девчонка. — И теперь она, видимо, закончилась, и у мамаши проснулась совесть, — фыркнул дылда. — Я бы не стал во всё это лезть. Здесь парня хотя бы кормят. Каковы шансы, что мать снова его не сдаст? — А каковы шансы, что оркоиды или мерзости не наводнят это место через несколько месяцев или лет? — задала риторический вопрос Лона. — Она уже согласилась на сделку. Что будет дальше, не наша забота. — И как мы узнаем, что она расплатится? Получит ребёнка, и смоется по-тихому. — Всё просто, заставим её расплатиться со мной сразу, — сказал Элис и направился к связанным гоблинам.       Он чувствовал себя ребёнком в кондитерской лавке, полной сладостей, когда выбирал подходящую особь, чьи причиндалы ещё были боеспособны. Элис тщательно присматривался к каждой их черте, чтобы подобрать лучшего донора. Вдруг его внимание привлёк гоблин с одной довольно занятной мутацией — три яйца. Раньше доктору не попадались оркоиды с полиорхизмом, поэтому ему не терпелось узнать, какое потомство он принесёт. Охотник согласился продать его всего за пару грошей, примерно по такой цене продаётся мясо оркоида его веса. Глупец даже не подозревал об истинной ценности данного экземпляра.              У гоблина так всё онемело, что он почти не сопротивлялся, когда его отвязали от деревянных столбов и потащили за собой. Когда мамаша-кукушка увидела их, то сразу поняла, что от неё требуется, и попросила всех выйти. Похоже, она действительно раскаивалась за содеянное, раз не стала сопротивляться их условиям. Но кто-то должен был остаться и приглядеть, чтобы монстр не причинил её вреда во время зачатия, а потом прикончил, когда всё закончится. Элис быстро вызвался добровольцем. Доктор довольно часто имел дело с беременными, но почти никогда ему не удавалось посмотреть на процесс зачатия. Заодно было бы на что потеребонькать свой пиструнчик. Но глупая девчонка его отговорила, утверждая, что он может причинить вред кукушке своей огненной магией. Зидан её поддержал и потащил Элиса на выход. Когда всё закончилось, наёмники оттащили труп гоблина с перерезанным горлом в кучу других тел, что готовили для разделки, пока Элис осматривал женщину. Из неё вытекало столько паразитического семени оркоида, что беременность была ей гарантирована. Элису уже не терпелось пополнить свою коллекцию, но придётся немного подождать.       На следующее утро они направились в лес, где быстро нашли охотничьи угодья оркоидов. По запаху, который Элис ощущал даже в своей птичьей маске. — Сюда! — позвал своих спутников Элис. — Они были здесь недавно! — Мы заметили, — сказал Зидан прижимая нос. — Наш пёс должен выследить их в два счёта. — Гав, — подтвердила псина. — В этом нет нужды. — Элис достал из подсумка кожаный бурдюк и протянул его Лоне. Настал момент истины.— Мисс, выпейте это. — Что это? — с подозрением спросил Крид. — Вода! Просто вода! Обыкновенная вода! — уверял их доктор. И это была правда, на 99.1%. — Пей давай! — Почему именно она? — не унимался дылда. — Нет времени объяснять, мы их упустим… — настаивал раздражённый Элис.       Как смеет этот четырёхглазый срывать его эксперименты? Ещё слово, и Элис спалит к чертям! — Хватит, я выпью, — сказала Лона и опустошила бурдюк на глазах Элиса и Зидана. Один смотрел в выжидании, другой в напряжении. Выпив всю воду, она как ни в чём ни бывало вернула бурдюк Элису. «Никаких видимых эфффектов. Занятно, раньше такого не было. Неважно, ещё успею провести ей вскрытие. Увеличим дозу!» — В туалет хочется? — спросил доктор и достал другой бурдюк. — Если нет, выпей ещё!       Лона не стала сопротивляться. Даже удивительно, как спокойно и послушно эта глупая девчонка исполняла его приказы. Её напарнику стоило бы подучиться. «И снова никакого эффекта». — Чего ты добиваешься? — продолжал свои расспросы дылда. — Не мешай! — рявкнул Элис и заставил Лону выпить ещё. — Ещё глоточек. — Всё я хочу в туалет, — сказала девчонка. — Отлично, а теперь сядь там и пописай, — указал Элис на место рядом с пеньком. — Хорошо, только отвернитесь, — попросила Лона. — На эти формальности нет времени, — поторопил её Элис. Он должен был увидеть, что из неё выйдет. — Я доплачу один большой медяк, если поторопишься. — Хорошо… — неохотно согласилась Лона и приспустила штаны, выбросив очередную кровавую тряпку.       Вопреки ожиданиям Элиса, цвет и запах мочи ничем не отличался от обычной. Будто она действительно выпила самую обычную воду. Это особенности её организма или вещество может влиять только на мужчин и при прямом введении в мозг? Ещё изучать и изучать. «Надо будет взять образцы для изучения», — подумал Элис и начал апллодировать. — Мисс сделала это! Ты станешь героиней, что спасла остров Ноэр! — Уф-ф… — Лона не разделяла его энтузиазма, как и Зидан, судя по его прожигающему взгляду. — Они идут, прячемся! — Элис повёл всех за деревья, откуда можно наблюдать за помеченной территорией.       Пока доктор рассказывал наёмникам, как устроены оркоиды, и каким образом из них получаются гоблины, хобы и орки, на место прибыли сами зелёные, учуявшие запах девичей мочи. Один хобгоблин в лохмотьях и копьём в руках, и ещё три голозадых гоблина, двое с дубинками, один с коротким примитивным луком. После этого Элис стал тихо объяснять, что оркоидам всегда удавалось выслеживать людей именно благодаря запаху их испражнений. А уж когда людей собирается целая толпа, будь то города, деревни, караваны или лагеря, выследить их не составит труда. Будь то рабы, крестьяне, ремесленники, купцы, бандиты, воины, маги, духовники, аристократы, срут все!       Вдруг, когда они собирались обсудить способы договориться с оркоидами посредством добровольной передачи женщин, появился ОН! Он был прекрасен, какое личико, какие зубки, какие глазки! А размеры! Из него определённо вырастет целый хоб. «Хочу! Хочу! Хочу!» — Хочу его! — сказал доктор вслух. — Поймаете малыша, и я надбавлю ещё два больших медяка!       Он уже увеличил итоговую сумму, и ни один здравомыслящий наёмник не откажется от удвоенной награды. Так и эти ребята вместо споров стали планировать, как им забрать малыша. — Можно было бы напустить на них волну, да ребёнок пострадает. Он ведь нужен тебе живым? — спросил Зидан, и Элис утвердительно кивнул. — Хорошо, поступим иначе. Первым делом нужно устранить лучника и хоба, — сказал Крид и обратился к девчонке. — Лона, попробуй обойти их и снять лучника метательными ножами. Как только они обернутся к тебе, я избавлюсь от копейщика. Избавиться от остальных не составит проблем, но на всякий случай я натравлю на них пса. Вперёд!       Всё прошло без сучка и задоринки, девчонка забралась в тыл врага и убила лучника необычными метательными ножами листовидной формы и с кольцом на рукояти. Как только остальные монстры увидели смерть товарища и хотели уже броситься на Лону, четырёхглазый выстрелил в хобгоблина мощным снарядом кипящей воды. — Фас! — крикнул он затем, и здоровая рыжая псина набросилась на гоблинов с дубинками.       Одного из них собака повалила, вцепившись тому в глотку. Второй уже хотел обрушить на пса дубинку, как ему в шею вонзился ещё один метательный нож, а в спину ударил ещё один водяной снаряд.       Добив противников, и забрав малыша, они как можно скорее поспешили обратно, пока ещё не подоспели. Дорога до лагеря не заняла много времени, и до захода солнца было ещё далеко. Они не стали задерживаться и как-либо светиться в лагере, лишь забрали с собой мамашу-кукушку.       Новым местом для отдыха стал перевал, откуда можно было наблюдать за лагерем с высоты. Здесь они стали планировать спасение Томми, рисуя палкой на земле примерный план монастыря и все возможные пути к отходу. По итогу было решено, что на спасение мальчика Лона отправится в одиночку, как начнёт темнеть. Криду не хватало её ловкости и сноровки, и он мог ненароком наделать много шума. Кроме того, кто-то должен был охранять Элиса, иначе они рисковали остаться без награды. Дылда неохотно согласился отпустить свою подругу одну в стан жрецов-извращенцев. Когда девчонка ушла, а мамаше назначили ухаживать за маленьким оркоидом, между Элисом и Зиданом завязался неприятный разговор.        — Знаешь, эта задание с самого начала дурно пахло, — начал водяной, холодно глядя на Элиса. — Выйти далеко за город лишь затем, чтобы поссать, понаблюдать за реакцией оркоидов и забрать младенца. Можно подумать, сам ты не мог сделать всего того, не заходя за стены Ноэр-тауна! — Я же говорил, мне нужно было… — пытался объясниться Элис, как Зидан его прервал. — Элис, признаю, ты умный парень, хоть и довольно эксцентричный, умнее меня, возможно, даже умнее всех на этом проклятом острове. Мне жаль, что мы не были знакомы до катастрофы, хотя, казалось бы, жили рядом. Мы могли бы стать друзьями, даже если ты стал таким, какой сейчас, задолго до всего, что мы пережили. Я хочу донести, что уважаю твой интеллект, твои старания на благо острова и людей, поэтому не стану бить, требовать объяснений и даже просить прекращать так откровенно пиздеть. Лона не пострадала, и этого мне достаточно, чтобы вздохнуть с облегчением. Уверен, случись непредвиденное, ты бы сделал всё, чтобы ей помочь, иначе бы я заставил тебя горько пожалеть. — Он сделал выразительную паузу, приподняв посох. — Можешь выдавать нам сколько хочешь опасных заданий по поиску ингредиентов, похищению монстрят или поиску других подопытных, сопровождению в их места обитания, мы возьмёмся за хорошую плату, но больше не смей обращаться с нами, как с подопытными кроликами. Мы взялись за эту работу лишь затем, чтобы свалить отсюда ко всем чертям, а не отправиться в твою коллекцию. Тебе всё ясно? — Иначе что? — усмехнулся Элис. — Убьёшь меня? Станешь полагаться на зелья и жрецов каждый раз, как заболеешь или окажешься ранен? Или будешь сам доставать ребёнка из своей подружки каждый раз, когда её обрюхатишь? — Нет, убивать я тебя не буду, твоя смерть была бы большой потерей не только для нас с Мышкой, но и для всего Ноэра. — На лицо Зидана наползла усмешка. — Я попросту уничтожу тебя и твоё наследие. Уничтожу твою клинику, твою коллекцию, твои ясли, твоих рабов, все твои записи и все результаты твоих исследований, и заставлю тебя за всем этим наблюдать. И тебе придётся начать всё с нуля, имея лишь то, что удалось сохранить в голове, а это не самоё надёжное хранилище информации — вечно что-то теряется, перемешивается, а то и вовсе всплывает такое, чего быть попросту не могло... Та ещё свалка, не находишь?       От его слов Элиса прошиб холодный пот, но страх быстро сменился яростью. Эта водяная крыса ради своей гордыни готова пожертвовать всеми его трудами, что могут продвинуть медицину и всё человечество на десятки, а-то и сотни лет вперёд! Воображает себя зазнайкой, даже очки надел, а на деле такой же невежественный варвар, как и все! — Сукин сын! — Элис уже потянулся к посоху, чтобы спалить четырёхглазого своим огненным шаром, как вдруг его сбило с ног волной ледяной воды. — Остынь уже, — пошутил Крид, отбросив ногой огненный посох, пока Элис стучал зубами от холода. — Если хотел убить меня, то мог бы сначала отбежать подальше, чтобы самому не пострадать от взрыва. Но всё же давай признаем, ты нуждаешься во мне и Лоне не меньше, чем мы в тебе. Хоть мы ещё новички, но для твоих нужд годимся лучше многих забулдыг в Горячем Бочонке, иначе бы ты не стал нанимать нас лично. На Росендо тоже мало надежд, не то бы они давно выделили тебе хотя бы пару солдат, а им и так не хватает людей, чтобы растрачивать их ещё и на твои капризы. — … — Элису нечем было крыть, да и вечерний ветер в горном перевале тоже не располагал к ответам, когда тебя всего обмочили.       Внезапно Зидан осушил его и протянул руку. — Давай так, мы продолжаем платить тебе за услуги и помогаем чем сможем, ты же платишь нам за задания, — через гильдию или напрямую, на своё усмотрение, — и даёшь разрешение свободно пользоваться своей лабораторией. Никаких уловок и обманов и уж тем более попыток убить. Говорим обо всём прямо и открыто. Идёт?       Элис нехотя протянул руку в ответ. — Идёт, — согласился он, как только Крид помог ему подняться, затем усмехнулся и честно выразил своё отношение к нему: — Мудак. — Конченый, — столь же честно своё отношение к Элису Зидан.       Ещё около часа обменивались любезностями, пока не начали обсуждать подозрительные сходства, что Элис обнаружил среди мерзостей, оркоидов, рыболюдей и их одичавших родственников глубинных, пока глупая девчонка наконец-то не вернулась, приведя с собой мальчишку-помесь. После скучной и унылой сцены семейного воссоединения, они отправились в путь. Пропажа не осталась незамеченной, и теперь святоши прочёсывали весь лагерь. Стоит ещё отметить, что дополнительной наградой для наёмников стал серебряный дилдо.