Апатия

Данные и информация, отчет зафиксирован в базе данных: новая фракция "Сопротвление" успешно стартовала несколько дней назад. Происшествия Орден Золотой Короны пока что находятся под контролем. – Как вы додумались до этого?! – Асори размахивает руками в разные стороны в полном недоумении. Джейд и Чиро переглянулись в легком испуге. Конечно испугаешься, когда ни с того ни с сего в подзабытый бар врывается сам Слон и прямо с порога осыпает двух испанцев сорокаэтажным восхищением. Свет здесь по-прежнему горит слабо, создает вечернюю атмосферу, хотя на улице только настал полдень. Чиро сидел на возвышенности в виде небольшой сцены за спиной Джейд и наклонился вперед, когда заметил в зеленых волосах Асори живность. Ду-Ту выпрыгивает на парня, но Асори ловит его раньше, чем он успел кончиком волос коснуться кожаной жилетки Чиро или большой шляпы со свисающими стеклянными капельками Джейд. Тануки не остановился и все равно тянет свои лапы в сторону музыкантов. *** Что, что, а появления Слона мы не ожидали. И она приперлась сюда по той же причине, как и остальные: просто спросить нас. Мы вам кто, информаторы? Я взглянула краем глаза на Чиро, свесивший ноги со сцены рядом со мной. Его выражение лица отражало мои мысли. Он тоже не рад причине посещения Слона. Чиро махнул мне рукой, ладонью вниз. Хочет, чтобы я ответила? Ну, спасибо. Я откидываюсь назад, упираю локти о сцену рядом с сидящем на ней парнем. Показываю открыто свое недовольство к этой теме, но зеленоволосую смесь, кажется, это не волнует. А вот тануки перестал вырываться из рук Слона и наклонил голову набок. Я не буду ничего говорить и игнорирую осуждающий взгляд на себе от Чиро, гордо отворачиваю от обоих голову в другую сторону и скрещиваю руки на груди. – Примерно полторы недели назад к нам зашли выгоревшие и уставшие постояльцы. – все-таки заговорил Чиро, тяжело вздохнув, показывая этим, что выдавливает из себя все слова из-за капли уважения к Асори, вышке ордена. – После наших выступлений они взбодрились. Все. – Все? – Асори наклонила голову набок в замешательстве. – А что еще? – Почему вы такие обиженные? – спрашивает Ду-Ту. Потому что мы не хотим, чтобы нас использовали. Мы хотим, чтобы к нам приходили просто так или для прослушивания наших выступлений, а не для добычи информации! На опыте, если рассказать им что-то по собственному делу пару раз, то потом начнут подключать к работе. Далеко-далеко, еще на Земле, еще задолго до ее смерти к нам таким образом подлизывались агенства. Но к славе мы пошли трудным путем... Музыка – это наше хобби, а не работа. С колледжа образовалась компания друзей из десяти человек, совпали вкусы и интересы. Но сейчас осталось от той компании только двое: я и Чиро. Честно говоря, с ним отношения у меня не сразу заладились, зато Чиро предложил создать собственную труппу. Очень долго у нас не получалось сдружиться, так как он был из параллельного курса с половиной нашей компании и мы просто не знали друг друга. Все дружно забросили учебу после создания "Алого быка" и зациклились на развитии сразу нескольких навыков. Убили на это достаточно лет, прежде чем начали выступать. Объездили практически всю Испанию и пару раз смогли выехать за границу в соседние страны. Наша слава незначительно росла, но этого было достаточно. Мы не стримились достигнуть мировой популярности, а просто развлекались сами по себе. Ностальгия ударила кулаком. Наши достижения пополнялись в копилку с быстрой скоростью году... в две тысячи шестнадцатом. Те дни мне несомнено нравились больше. Краски жизни были ярче, счастья не было края, жили в полностью свое удовольствие. До сих пор помню нескончаемые поездки на хонде цивике, которая летом была вся в пыли, а стекла при касании ассоциировались с горячим свинцом. На верхнем багажнике груз, в прицепе – тоже. И, раз нас было десять, то и часть отсиживалась в прицепе. Знаете, не всегда удавалось с двух сторон поймать одну волну. Бывало так, что ночью мы еще едем по нескончаемой прямой дороге, за городом. Пока в автомобиле все веселились, словно на дискотеке, снаружи было тихо, но комфортно. Глянешь вверх – красивое ночное небо с мерцающими звездами. С минимальным освещением все в небе становится ярче. Рукав Ориона, что невооруженным глазом виден диагональю на всем небе, будто делит нас пополам. Где-то, недалеко от него, маленький беловатый овал. По словам члена нашей компании Никалоса – это тумманость Андромеды. С другой стороны красуется Полярная звезда. Мне всегда раньше казалось, что мы являемся песчинкой в этом огромном пространстве. Но является ли причиной нынешней тусклости одна ситуация? Была подобная ночь в девятнадцатом году. В авто не все, прицепа и большого хлама с собой нет. Мы возвращались в Толедо, город недалеко от Мадрида, по эстакаде. Практически все спали или боролись со сном. Ночь обещала быть тихой, несколько автомобилей – впереди и сзади. Было прохладно, около пятнадцати градусов Цельсия. Дорога с хорошим освещением и видимостью, погода ясная. Белый снег тонким покровом лежал по бокам, в местах, где не едет транспорт. Но что могло пойти не так? Внезапно в нашу сторону, на нашу полосу, направилась огромная фура. Ее заносит, водитель не справляется с управлением? Мне все равно, но я готова проклинать его до самой своей смерти. Габаритная машина шатается то к одной полосе, то к другой. Переполох на дороге. Он качается между своей полосой и встречной. А со встречной стороны было больше автомобилей. Фура резко свернула в совсем другую сторону и врезалась в ограждение, немного помяв нижнюю часть тягача. А вот остальные автомобили начали резко поворачивать в другую сторону, дабы избежать дтп. Но один из автомобилей столкнулся с нами в тот самый момент, когда грузовая машина повернула на полосу противоположного потока. Передом ударило по центру боковой части. Удар был настолько сильным, что хонду откинуло, как в вальсе, и он вылетел с эстакады, перевернулся. Прошли считанные секунды. Вряд ли кто-то из пассажиров смог осознать произошедшее. Даже я не знала, что же было на самом деле. Никто не выжил. За исключением меня и Чиро, а в автомобиле было семеро, так как двое ради веселья уселись на пол за передними сиденьями. А потом очнулись в другой эпохе. Попали в кому на года, и, удивительно, что нас не отключили. К тому времени наших друзей и знакомых не было в живых. Мы пришли в себя за два-три года до гибели нашей планеты... Предпочла бы я умереть, чем иметь такую удачу? Не знаю. Мы с Чиро долго думали насчет будущего и решили продолжить деятельность труппы, хоть нас и осталось только двое из десяти. Вроде неплохо, а вроде... **Так трудно улыбаться, когда все так плохо, как сейчас.** **Так трудно помогать даже с нестандартной идеей поднятия боевого духа, когда нам никто не сказал даже простейшее "спасибо"** **Я трачу свои силы на помощь другим. Да, через музыку. Да, весело. Но я снова ощущаю себя скованой, словно нахожусь в агенстве, где нельзя и пальцем пошевелить, как меня готовы казнить.** **Скованость делает мое хобби работой. А работа убивает.** Видели же, что произошло неделю назад на борту ордена от излишней работы? Все выгорели, все угасли, все устали. И я тоже **устала.** И Чиро **тоже устал.** Либо оставьте нас в покое, либо скажите нам, что мы по-прежнему радуем зрение и слух выступлениями, как в родном месте, доме, в Испании, где мы действительно радовали прохожих и самих себя. *** Джейд слабо качнула головой, свисающие шторкой со шляпы хрусталики зазвенели от столкновения друг с другом. Одна капелька сверкнула на свету. Она отразила что-то такое же прозрачное. Чистая слеза размером меньше свисающих капель медленно и незаметно скатывается по смуглой коже, по щеке и прячется за темными каштановыми волосами, где парочка волосинок приобрело седой цвет за все время войны. Соленую дорожку прикрыла свисающая набок большая темная шляпа с узорами ярких лиловых астр. Коричнево-белая челка упала на глаза смотрящей в никуда, поникшей Джейд.  Чиро обходит подругу и встает перед двумя недотепами. Джейд слышит неразборчивое бормотание, так как ее разум находится еще в другом "измерении", в счастливом и травмированном прошлом. Тоски полно, печали туча, но слез больше нет. Даже если бы очень хотелось. Девушка чувствует прикосновение к плечу тонкой сиреневой и сверкающей ткани ее платья. Чиро успел уйти и вернуться. – Что ты сказал? – с хрипотой спросила Джейд. – То, что хотели слышать. – ответил Чиро. – Подробности рассказа. Джейд и Чиро молча и без эмоций спотрят друг другу в глаза, разглядывают собственное, кривое отражение, которое постепенно размывается и пропадает. Одновременно у обоих глаза перестали, зеркало души, перестали отражать всякий свет. Будто мертвые, но Джейд и Чиро по-прежнему живы. Оба неспешно отстраняются до тех пор, пока молча не разойдуться в разные стороны. Лучше сейчас побыть одному. *** – И потом вот так вот! – закончил Ду-Ту, шагая по ограждению на балконе. – Неплохо у них получилось, да? – Да-да. – вяло отмахнулась Иасонд. Тануки взглянул на хозяйку с непониманием. Иасонд, кажется, не слушала его рассказ, увелеченная разбором автомата. Инайнг разобрала его почти целиком и собирает обратно все детали, лениво и неохотно. – Ты зачем его так? – спросил Ду-Ту, сунув нос в одну из дыр автомата, но он не пролез. – Изучаю строение. – отвечает Иасонд с интонацией робота. Сопротивление пока развивается неплохо, даже не имея отдельного здания фракции. Но груз неимоверный, что было ожидаемо. Иасонд в первые дни разбора различных моделей огнестрельного оружия для выбора наиболее подходящего разбирала и собирала одну штуку максимум за двадцать минут с учетом его изучения. А последние сутки возится с одним автоматом несколько часов. По виду Иасонд самой надоело этим заниматься, но говорит, что не может бросить дело на половине. Грохот снаружи, вибрация в здании. Светло-фиолетовые стены задрожали, а белые шкафчики у них пошатнулись. Ду-Ту подпрыгнул от страха, шерсть распушилась и сделала из тануки пушистый полосатый мячик с хвостом. Иасонд совершенно никак не отреагировала ни на грохот, ни на носящегося по всей комнате Ду-Ту. Она ударила по оружию и в охапку взяла все детали от него с пола. Некоторые части заедали от не до конца вставленного куда надо места, что приходилось отбить ладонь, прежде чем все придет в норму. Но при этом Иасонд собрала огнестрельное оружие за пятнадцать секунд и быстрым, но неуклюжим и усталым шагом, направилась к балкону перед ней. Она глянула вниз и хмыкнула. – Дюжина мертвецов из неоткуда. – апатично доложила самой себе девушка. Иасонд зарядила автомат и с первого раза попадала по источникам хаоса. Пули не успели закончится, как все было устранено. Иасонд скучающе вздохнула и положила локоть на ограждение балкона, а на ладонь опустила щеку. Другая рука покачивала тяжеленный автомат, свисающий под ногами. – Ну и дрянь. – комментирует она скучающе. Ду-Ту запрыгнул на ограждение и взглянул на лохматые, нерасчесанные волосы светловолосой девушки. Иасонд вяло взглянула на тануки глазами темного сапфира, под которыми красовались темно-серые полосы. Тело просто уже не может стоять ровно, вот Инайнг и стоит, почти лежит на балконе. Иасонд ничего не сказала и взглянула вперед. Слишком тихо. И слишком громко выскочила голограмма с профилем Ладьи. – Ферзь уходит на второй план. – сказала Амфелия и быстро отключилась. – Наконец-то! – воскликнул Ду-Ту и чуть не свалился от радости. Иасонд закатила глаза. На большее не хватило сил.