Глава 2: Первые сомнения. Часть 1

«Возможно, всё не так плохо». Кто знает, может вторая женщина не такая уж и противная как кажется на первый взгляд. Цзяо Хуан нетерпелось узнать её получше. Жао Цзюань отошёл от стеллажа и направился к Цзяо Сулань с миской в руках. — Вы как раз вовремя. Цзяо Хуан ударилась головой, из-за чего ничего не помнит, но со временем всё вернётся в норму. Однако, первые пять дней придётся принимать это снадобье, — мужчина протянул ей миску. — Приготовить его совсем не сложно. Ложку трав добавить в кипячёную воду и оставить остывать. Пить два раза в день. — Мгм, я поняла, — Цзяо Сулань небрежно взяла миску и с каменным лицом взглянула на дочь, — Чего застыла? Пошли домой! Лекарь поспешил жестом указать женщине немного подождать, чем заслужил ее брюзгливый взгляд, и осторожно обратился к Цзяо Хуан: — А-Хуан, ты узнаешь маму? Девушка недоверчиво посмотрела на Цзяо Сулань, ее не покидало чувство, что что-то не так. Ей было трудно поверить в то, что мама оказалась такой противной женщиной. Приподняв бровь, недоверчиво прошептала: — Мама? Женщине будто соль в глаза насыпали: — Сколько раз я тебе говорила! Не называй меня мамой!! — сморщилась та в лице. Её крик раздался по всему дому, после чего нависла тишина; даже мух не было слышно. Цзяо Хуан растерянно запнулась и малыш А-Юн испугавшись, вцепился ей в руку. Девушка пробежала взглядом по лекарю и его жены — те выглядели не менее растерянными, но промолчали. В деревне всем было известно, что у Цзяо Сулань мозги набекрень, от чего всем оставалось только жалеть ее детей. Цзяо Хуан то открывала, то закрывала рот, не зная чего сказать. Поняв всю абсурдность ситуации, спросила: — Как мне тогда обращаться к тебе? — Зови матушкой, — фыркнула та и, развернувшись, ушла прочь, даже не удостоившись проверить, следует ли дочь за ней. Девушка уже который раз за день встревает в неловкую ситуацию. Матушка даже не поблагодарила лекаря, от чего ей стало стыдно. С пунцовым лицом, Цзяо Хуан встала, дабы хотя-бы самой отблагодарить. Не успела это сделать, как А-Юн вновь потянул её за руку: — Не уходи, шицзе! Как же игра? — В следующий раз обязательно поиграем, — смущённо протянула улыбку и обернувшись к старшим, сложила руки вместе и поклонилась. — Премного вам благодарна за спасение! Жао Цзюань озадаченно улыбнулся, снова поражаясь доброте и искренности этой девушки, хоть и воспитать ее толком не было кому. Лекарю даже показалось, что узрел в ней некого величия, чего раньше не замечал. Здесь же никто так не говорит, простое “Спасибо и досвидания!” вполне достаточно; разве что только знать из высших классах, которых не видать в этих землях. И где только успела нахвататься этих манер? — Не стоит благодарности, — махнул руками лекарь. — Не забывай про лекарство и поправляйся скорее! — Тогда ещё свидимся! — Цзяо Хуан поспешила выйти из комнаты. «Наконец-то!» Желала этого ещё когда только очнулась и покинув комнату, обрадовалась лёгкости во всём теле. Однако, ей нужно поспешить за матушкой, не хватало ведь ещё и заблудиться! Немного побродив по дому, девушка нашла нужную дверь. Оказавшись подле неё, услышала разговор семьи Жао за спиной: — Она немного изменилась, не думаешь? — озабоченно спросил Жао Цзюань. — Тебе показалось, — ответила жена. *** Осенние листья хрустели под тяжестью ног и ничто больше не тревожило слух. Матушка молча шла впереди с миской в руках. Цзяо Хуан медленно волочила ноги за ней. Казалось, она пришла забрать её домой только из чувства собственной важности; дочка потеряла память и если бы отказалась прийти за ней — наверняка потеряла бы авторитет в глазах остальных. Хотя, лекарь вполне мог проводить девочку до дома. А что насчет авторитета, так его давно уже нету. Без понятья что в голове у этой женщины. Вскоре Цзяо Сулань дошла до высокого, обветшалого дерева, возле которого и был их дом; положив руку на калитку, обернулась. Девушка же, медленно подходила, находясь на расстоянии десяти шагов. — Шагать быстрее не умеешь? Я не буду тебя целый день ждать, пока до двери допользёшь! — скривившись в лице, рявкнула та. Матушка с силой толкнула калитку, да так, что она с грохотом ударилась о забор на противоположной стороне, и проскочила в дом. Цзяо Хуан дернулась и молча шагнула быстрее, однако вид дома совсем не вызывал желание заходить. Калитка еле держалась на петлях; ещё один такой толчок и точно рухнет. Да и двор окружал столь же старый забор, как и само дерево. Он давно уже выполнил свой долг в ограждении дома и сильно наклонился под тяжестью своих лет. Девушка нехотя зашла в двор, оставив калитку открытой. Побоялась сдвинуть её с места, небось упадёт ещё. Весь двор был устлан густым покровом из листьев и сам дом находился в ужасном состоянии. Дом лекаря был в совершенно ином виде, как и дома которые повстречала по пути. Должно быть, от вредности матушки и жизнь здесь течет иначе. Ей не особо хотелось снова слушать ругань Цзяо Сулань, поэтому поспешила к дому, но не успела зайти, как дверь сама отворилась и к ней прибежала незнакомая девушка. Цзяо Хуан застыла, в то время как её крепко сжали в объятья. Цзяо Хуан было неуютно, поэтому аккуратно отстранилась. Но увидев слёзы на глазах и опухшее лицо, засомневалась что это незнакомка. Однако никак не припоминала её. — Извини, но… ты кто? — В смысле? — нахмурилась та, — Если это шутка, то она не смешная. — Это не шутка. Девушка в недоумении посмотрела ей в глаза, затем спросила: — Что ты хочешь этим сказать? Ты меня не узнаешь? — Не пойми неправильно, я, скорее всего, ударилась головой и потеряла память, — Цзяо Хуан отвела взгляд, растянув неловкую улыбку. — То есть? Насовсем? — обеспокоено спросила та. Цзяо Хуан пожала плечами. — Лекарь сказал, что скоро всё вернётся в норму. Девушка промолчала немного, встревожено скользнув взглядом по её грязной одежде, затем вздохнула: — Ну, ничего страшного, главное что ты жива, — после аккуратно взяла её за руку и потащила внутрь. — Пошли в дом, умоешься. Их ждал узкий коридор с одной, переполненной накидками, вешалкой. Однако, они не остановились тут; Цзяо Хуан потащили дальше по коридору, где им влево открылась небольшая, полупустая комната, представляя из себя кухню. В центре стоял стол и вокруг четыре стульчика. В одном углу шкафчики и полки с кувшинами, а в другом углу еще один стол, заваленный тазиками. На стене так-же висели столовые приборы, рядом котёл и соломенная шляпа что-то там забыла. В центре стены же была заделана печь. Справа были два узких прохода с круглыми углами и впереди еще один, закрытый красной шторкой. — Пойдём, — вновь потянули её вперёд за руку, но так и не успели затащить куда хотели: — Куда это ты её ведёшь? — раздался снисходительный голос матушки, что вышла из другой комнаты, — Решили прохлаждаться от работы?! Девушка замешкалась и поспешно отпустила руку Цзяо Хуан. — Нет, мама, — опустила та глаза, — Шицзе вся испачкалась и я хотела увести ее умыться. Цзяо Сулань посмотрела из под тяжелых век оценивающим взглядом на Цзяо Хуан и пренебрежительным тоном, сказала: — Зачем ей мыться, если все равно снова испачкается, пока будет работать? Только воду попусту истратим, — затем перевела взгляд на вторую девушку, — Обед лучше идите готовить. Девушка молча кивнула и направилась к печи. Цзяо Хуан не видела какой у неё тогда был взгляд, но явно не радостный. Старшая продолжала в смятении стоять на месте. Подняла взгляд на матушку, но в её глазах был столь испепеляющий мрак, что холодная струйка скатилась по спине. Дабы избежать этого взгляда, торопливо подошла к сестре, делая вид якобы тоже что-то делает. Когда матушка ушла, спросила: — И что будем готовить? — Ничего, я уже всё сделала, — выдохнула та и потянувшись, с шарканием вытащила котёл из печи. — Тогда почему она так строга ко мне? — озадаченно изогнула бровь Цзяо Хуан. — Да, мама всегда распределяет работу на всех и не терпит отлыниваний, — девушка разложила еду по тарелкам. — Говорит, для чистого дома, каждый должен что-то вкладывать в нём. «Вкладывает каждый, а дом всё равно выглядит как заброшенный.» — подытожила Цзяо Хуан, но не осмелилась произнести вслух. — Ты не голодна? Давай поедим, — обратилась девушка и взяв две миски, села за стол. — Ты лучше напомни мне как тебя зовут, а то хожу и гадаю до сих пор, — Цзяо Хуан выдохнула и села рядом. Девушка с широко раскрытыми глазами посмотрела на нее, будто что-то вспомнила. — Ах, да! Совсем забыла! — рассмеялась та и легонько ударила себя по голове, — Я Цзяо Лэй. — И…? — пристально взглянула на неё Цзяо Хуан, но Цзяо Лэй понятия не имела что от неё хотят, поэтому девушке пришлось задать вопрос напрямую. — Кем ты мне являешься? — Ты даже это не помнишь? — удивилась та. — Я вообще ничего не помню, — осеклась Цзяо Хуан, закинув кусочек риса в рот. Цзяо Лэй вздохнула и принялась рассказывать: — Я твоя младшая сестра, но мы от разных матерей. — То есть? — озадачились старшая, приметив что это самый невкусный рис на свете. — Ты от первого брака нашего отца, — Цзяо Лэй опустила глаза, — но твоя мама умерла, вот и женился во второй раз. Цзяо Хуан задумчиво слушала сестру и опустила палочки. Теперь понятно почему Цзяо Сулань запрещает называть её мамой. Хоть и поженились, матушка так и не приняла её как свою дочь. — А где сейчас отец? — спросила старшая. Цзяо Лэй поднимала палочками кусочек риса, но услышав вопрос сестры, застыла. Сжала губы и опустила кусочек обратно в миску. Как бы не хотелось, ей пришлось это, с горечью, произнести: — Отец умер от болезни два месяца назад. Нависла тишина и ни одна из них больше не желала продолжать трапезу. Но Цзяо Лэй понимала что не скоро ещё предоставится возможность поесть, потому насилу запихивала в себя. По щекам текли слёзы от утраты, но продолжала есть. Цзяо Хуан тоже испытывала пустоту внутри себя, но ей не хотелось плакать. Может быть, потому-что совсем не помнит своего отца. Когда младшая закончила свою порцию, вытерла слёзы рукавом и взяв миску, поспешно поднялась. Опустив глаза, взглянула на сестру, которая так и не притронулись больше к еде. — Ты не будешь больше есть? — спокойным, но уже более тихим голосом спросила Цзяо Лэй. — Нет, — подняла старшая свою миску и протянула сестре. Та взяла её и принялась мыть посуду; порцию Цзяо Хуан положила обратно в котёл. Старшая захотела чем-то помочь и где-то откопав тряпку, вытерла стол. Впереди раздались шаги и подняв взгляд, вновь увидела раздраженную матушку, с скрещенными руками на груди. Казалось, она ещё никогда не видела не нахмуренные брови матушки. Цзяо Сулань смотрела на старшую дочку сверху-вниз с предельной неприязнью. Застав Цзяо Хуан с тряпкой, перевела взгляд на младшую дочку, которая уже закончила мыть посуду и расставляла миски в шкафу. — Уже закончили есть? Нужно ещё и в поле сорняки убрать, так что берите инструменты и пошли. Цзяо Сулань бросила ещё один мрачный взгляд на Цзяо Хуан и вышла из дома. Девушка молча сжала тряпку в руке; её хорошенько выводил из себя взгляд матушки. — Пошли, мама не любит долго ждать, — смиренно сказала Цзяо Лэй, с скрипом закрыла шкаф и вышла на улицу. Цзяо Хуан не было выбора, приходилось следовать за ними. Во дворе дул слабый ветер, от чего собранные ленточкой волосы старшей залезли в рот. Повезло же Цзяо Лэй, у неё они заплетены в косичку. Младшая пошла в хижину за домом, и взяла три кетменя. Цзяо Хуан шагнула к ней, чтобы помочь их нести, но тут матушка всунула ей в руки кувшин с водой. Хоть ничего и не сказала, её действия были крайне грубыми, столь что часть воды пролилась на девушку. Но все молчали, будто так и должно быть. Даже лекарь с его женой — они тоже промолчали при виде каким образом относится матушка к своей старшей дочери. «Но почему я должна это терпеть?!» — Цзяо Хуан с желчью покосилась на матушку.