Пролог

Фëдор проснулся от какого-то грохота. Он подскочил на кровати и по привычке схватил стоящую радом с ней швабру, готовясь в случае чего отразить атаку. И у него на то были вполне весомые причины. - Ну что у вас там стряслось?! - крикнул он в темноту, понимая, впрочем, что ему по-любому придëтся идти на шум, выяснять, что к чему и опять разнимать кого-нибудь из своих сожителей-раздолбаев. Последовал ещë один грохот, и, что довольно удивительно, не сопровождаемый злобными возгласами и ругательствами клонов. Нечитайло встал с кровати и направился к двери. Насколько он понял, шум исходил со стороны кухни. Наверняка кто-то из парней явился туда пошарить в холодильнике в поисках чего-нибудь вкусненького, дабы с пользой провести время, на которое прервался его сон. За этим занятием его, вероятно, и обнаружил ещë один клон, и высказал ему что-то малоприятное по поводу ночных перекусов. Этого обычно вполне хватало для серьëзной драки или чего похлеще. Войдя на кухню, Фëдор включил свет и зажмурился. На полу валялись деревянная доска для нарезки продуктов и несколько ножей и ложек, а на столешнице величественно восседала кошка Сима, торопливо доедающая кусок копчëной рыбы. - А, это просто ты... - с облегчением улыбнулся Нечитайло, - удивительно, что никто из наших ребят на шум не прибежал, правда? И тут он вспомнил. Он вспомнил о том, что никто из пареньков, усложнявших ему жизнь сутки напролёт, больше никогда не устроит на кухне или в какой-то ещë части квартиры кавардак. Ни один из этих недотëп не разбудит его ночью, не помешает работать, не испортит какую-то из его вещей. Больше не произойдëт ни разделения его квартиры на "королевства", ни драки за пульт от телевизора. Потому что ещё совсем недавно клоны исчезли из жизни художника, когда он вернул их обратно в Карточный мир. Нечитайло как-то невесело усмехнулся собственной забывчивости и принялся неспешно убирать посуду с пола. - Эх ты! - с наигранной укоризной обратился Фëдор к кошке, - А ведь Зонтик за тебя ручался! Как он там говорил? "Ну она же такая хорошая, она не со зла, она больше не будет, я обещаю! " И что мы теперь делаем? Лопаем по ночам всë то, что плохо лежит? Да, Сим? Сима в ответ с самодовольным видом облизнула нос, грациозно спрыгнула со столешницы и вышла из кухни, словно говоря: "Ну Федь, что было, то было. Ладно, удачи тебе, я спать." Художник мысленно посмеялся над нагловатой кошкой и продолжил уборку. Конечно, рано или поздно это должно было произойти. Ведь он не мог вечно прятать в своей квартире восьмерых парнишек, тем более что оставлять их одних хотя бы на полчаса было прямо-таки опасно. Фëдор всегда невольно начинал волноваться, поднимаясь на свой этаж по лестнице. А вдруг у них там пожар? Один раз, когда ему пришлось отлучиться из дома, мини-пожар действительно произошëл. Правда, его масштаб ограничился макушкой Данте, не уследившим за луком, который он сам же и жарил. Но мало ли что! Да и разве ничего, кроме пожара, не может произойти в его отсутствие? Безусловно, мы в ответе за тех, кого приручили. Но ведь Нечитайло, будучи ещё школьником, не планировал приютить кучу своих ровесников у себя дома. Ему просто хотелось отдохнуть от учëбы - вот единственная причина, по которой он призвал клонов. Кто же знал, что ему придëтся терпеть их выходки так долго! И когда художник, уже повзрослев, наконец нашëл способ отправить несносных "квартирантов" туда, откуда они пришли, и сделал это, он выдохнул с облегчением. Но в следующую же минуту его облегчение сменилось странным опустошением и непониманием, как это так - теперь в квартире остались только он и Сима, а тех восьмерых он больше не увидит. Никогда. И это почему-то казалось ему... неправильным, что ли?..                                               *** И вот он снова очутился в постели - уже не такой сонный, но и далеко не бодрый; с давно забытым ощущением спокойствия и твëрдым осознанием, что его сон больше не прервут, да и не только в эту ночь. Взгляд Фëдора упал на швабру, оставленную им на полу. Когда-то поздно ночью художник, спросонок до ужаса перепугавшись по ошибке вошедшего к нему в комнату Пика, от души врезал ему этой шваброй по лицу. Пиковый король, конечно, вовсе не балбес, просто Нечитайло удалось окончательно договориться с клоными по поводу их расселения в квартире незадолго до этой самой ночи. Кстати Пика, несмотря на его дикое недовольство, в итоге поместили в прихожей вместе с Данте, утверждавшего, что ему вполне хватит и стоящего у двери пуфа (правда, красноволосому приходилось сворачиваться на нëм калачиком, но, как это прокомментировал он сам, "наслаждение порой зависит не от пространства", так что за мудреца никто особо не переживал). Короче говоря, в распоряжении пикового короля оказался весь пол. И да, когда примерно на первую-вторую ночь после мини-переселения ему приспичило пойти попить водички, то он вернулся не совсем туда. Всë-таки в полной темноте ориентироваться и узнавать комнаты куда сложнее. И пока Пик в задумчивости стоял над спящим Создателем, гадая, каким же образом недавно выданный ему матрац превратился в целую кровать, Фëдор уже успел пробудиться от шороха и распознать прямо перед собой очертания какого-то существа с взлохмаченными длинными волосами, горящими в темноте янтарными глазами, да ещë и с двумя локонами, напоминающими рога дьявола... Ну, мягко говоря, Пика он не узнал. Неудивительно, что спустя секунду Нечитайло испустил такой вопль, какой мог бы заставить подпрыгнуть камень. А пиковый король, собственно, ещë не распознавший, что в кровати в принципе кто-то есть, вторил своему Создателю криком ужаса (который с его-то голосом походил на звериное рычание). После этого у Фëдора уже сработал инстинкт самосохранения, и он схватил первое, что попало под руку - ту самую швабру, оставленную в его комнате Зонтиком после дневной уборки. Так Пик приобрëл фингал под глазом с двумя синяками на лбу в придачу, другие шесть клонов - очередную бессонную ночь, а Нечитайло - около десятка седых волос. Никакого ущерба не получил только Данте, ибо этого недо-мыслителя не разбудишь даже пушкой (Вару подтвердит, он лично проверял). Бубновый король преспокойно продрых на своëм пуфе всю оставшуюся ночь; а на утро, заметив разукрашенное лицо соседа по комнате, пожал плечами и с улыбкой произнëс: "Вижу, друг мой, ночь для тебя выдалась непростой. Ну ничего, как говорится, лучше беда, которая поможет сделать выводы, чем излишний отдых, который ничему не научит. " Это подозрительно малоизвестное изречение он не уставал повторять весь оставшийся день каждый раз, когда бедный Пик невольно вырубался везде, где можно и где нельзя. Итак, пиковый король не тупой, он не виноват. Но почему-то при каждом воспоминании об этом ночном происшествии Фëдор нехотя подолгу хохотал с пиковым валетом на пару. Пика это, естественно, дико бесило. В ход шли всевозможные угрозы, дабы заставить всех забыть о том, что было. Однако даже спустя непонятно сколько времени художник не мог не улыбнуться, вновь видя швабру. Вот и сейчас, лëжа в кровати, он и сам не заметил, как повеселел. - Так, ладно, Фëдор Константинович, - тихо сказал он сам себе, - ты и вовсе не уснëшь такими темпами. Завтра важный день, не хватало тебе ещё как зомби везде ходить. Что было, то прошло. Нечитайло закрыл глаза и улëгся поудобнее. Однако собственные слова никак не выходили у него из головы. "Что было,то прошло." Да. Их было девять в квартире, а теперь остался он один. И это вовсе не временно. Но он ведь не сожалеет, верно? Эти клоны - просто какие-то злые духи из Карточного мира. Они ведь ему жизнь портили и только и умели, что постоянно устраивать балаган и ненавидеть как друг друга, так и его самого. Тем более, что произойдëт с ними в этом чëртовом Карточном мире? Да он им даже генераторы дал! Теперь они смогут создать свои государства, оградиться таким образом друг от друга (раз уж для них так проблемно жить вместе), в любое время обеспечить себя тем, что им больше подходит по характеру и предпочтениям... Они ведь не могут не справиться!.. Или могут?.. Вдруг в руках несмышлëнных подростков генераторы превратятся в настоящее опасное оружие, которое обернëтся против них же самих? А разве эти дуралеи похожи на тех, кому можно доверить целые государства? Не подведут ли их собственные отрицательные качества?.. Нечитайло беспокойно перевернулся на другой бок. Ему часто вспоминался Пик, который, казалось бы, ещё совсем недавно задал ему жутко напрягающий вопрос: "Ты же больше не хочешь от нас избавиться?" Этот вопрос прозвучал, как обычно, с явной угрозой. Однако он сильно отличался от всего того, что говорил Создателю пиковый король в самом начале их знакомства. Вопрос прозвучал совсем не так запугивающе, а скорее... с какой-то надеждой. Пик никогда не показывал своего страха, нет. Но это не значит, что он никогда его не испытывал. А ещё он лучше всех других клонов чувствовал опасность, когда, казалось бы, ею нигде и не пахло. Пускай Пик и очень любил (или просто привык?..) заставлять других себя бояться и казаться всем ходячей угрозой - задавая этот вопрос, он словно забыл об этом. Как будто то, что Нечитайло его по-настоящему боится, уже не казалось ему правдой, как бы пиковый король ни добивался этого страха раньше. Отправление его и других клонов обратно в Карточный мир со стороны Фëдора уже выглядело для него не как очевидная попытка самозащиты, а как предательство. Значит ли это, что недоверчивый, хладнокровный и мрачный Пик привязался к тому, кого он всегда ненавидел как манипулятора и командира, якобы ограничивающего его свободу?.. В тот момент Фëдор сказал ему "нет". Хотя тогда он уже знал правдивый ответ на вопрос пикового короля. На следующий же день Пик со своими товарищами по несчастью уже был в Карточном мире. Может быть, именно поэтому Пик вспоминался художнику куда чаще других клонов? Может, поэтому его  Фëдор больше остальных хотел и одновременно боялся встретить ещë хоть раз?.. Пик...