Ромео

- Вроде где-то здесь. - Вадик кивнул в сторону парка развлечений, где была отведена специальная зона для приезжающего раз в месяц бродячего цирка. Фëдор по-тихоньку начал терять надежду - этот точно было не то место, где он когда-то давным-давно наткнулся на заветный шалаш, который, как ему тогда показалось, принадлежал бродячему цирку. Может, конечно, это была именно та же группа, просто сменившая своë обыденное место на новое, более многолюдное. Однако и то, что ведьма-цыганка, которую и хотел встретить Фëдор, принадлежала членам этого цирка, он также не мог сказать с уверенностью. Возможно, она вообще была сама по себе, путешествовала по разным местам и в каждом из них ненадолго устанавливала свой шалаш, поджидая кого-то, кто нуждается в еë магии... Тогда шанс найти цыганку и вовсе близился к нулю. Логичнее всего было бы, конечно, искать еë именно там, где он еë и встретил в первый раз, но художник попросту не помнил той дороги, которой много лет назад шëл домой от дома своего школьного товарища. - Спасибо тебе, Вадик. - с натянутой улыбкой вздохнул Нечитайло, - Не подскажешь, случайно, по каким дням он обычно приезжает? - Да всегда по-разному. - с безразличием пожал плечами Вадим. - Но как правило, тринадцатого числа. Я не уверен, конечно, мне на этот цирк абсолютно всë равно, поэтому не интересуюсь. Просто на афиши натыкаюсь иногда. Раз пять, по-моему, было написано, что представление будет тринадцатого... Слушай, Федь, я надеюсь, ты по циркам расхаживать не собираешься? Это твоë дело, конечно, только мы уже не дети. - Да мне и некогда, работы много в последнее время. - художник глядел куда-то вдаль, думая непонятно о чëм. - Ага, ты же вроде пейзажист у нас, да?.. - этот вопрос больше походил на утверждение - Ну ладно, я же вроде тебе больше не нужен? Нечитайло почему-то кивнул. - Давай тогда, пока, удачи тебе. - протараторил Вадик, и через секунду его уже не было и видно. - Комиксы. - сам себе возразил Фёдор. - Я рисую комиксы... А не пейзажи... Художник молча поплëлся в непонятном направлении, не думая о том, что он не знает обратной дороги. Странно выходит. Раньше, в подростковом возрасте, он считал Вадима своим самым лучшим другом. И ему как-то даже в голову не приходило, что этот друг никогда не навещал его сам, не предлагал свою помощь в учëбе, когда Фëдор чуть ли не вешался от школьной нагрузки, не интересовался, всë ли с ним нормально, когда Нечитайло постоянно приходил в школу с разным характером и разной внешностью... Да и после десятого класса они особо больше не общались. А когда закончили школу, то и вовсе забыли о существовании друг друга. Фëдор, наверное, сам никогда не пришëл бы к прекращению близких отношений с человеком, которому эти отношения были вовсе не нужны. Но однажды в его жизни появились восемь парнишек. Они были странными, порой трудными в общении. Художнику приходилось следить за ними, как за собственными детьми. Но именно сблизившись с ними, он перестал нуждаться в Вадике. И теперь он обратился к старому "другу" за помощью только потому, что скучал по своим недавно ушедшим настоящим друзьям, которые вместе с тем стали для него и семьëй. Уже темнело. Нечитайло, не заметив спасительную автобусную остановку, прошëл мимо неë. Глядя на художника, можно было бы шутливо заметить, что его взгляд гуляет по асфальту, на который он наступает, а мысли - ориентировочно где-то в параллельной вселенной.                                  *** - Нечитайло, Вы чем вообще заняты?! Фëдор взглянул в пылающее гневом лицо своей преподавательницы. Да уж, в старшей школе он ни у кого из своих учителей не был любимчиком. Особенно у русички, которая выплëскивала на него и других своих "непослушных" учеников весь накопившийся за школьный день гнев во время факультатива. - Ну... мы же вроде письменное задание делаем? За спиной одиннадцатиклассника послышался ехидный смешок, ещё больше смутивший его. Учительница закатила глаза: - Боже, ну почему каждый раз в вашем дурацком классе кто-нибудь да сорвëт мне занятие?! Несмотря на то, что я, если кто забыл, его устраиваю специально для вас, отстающих по программе лентяев! Чтобы вы могли хотя бы нормально сдать ЕГЭ!!! И вот ваша благодарность?! В чëм проблема выполнять то, о чëм я прошу? - Я...извините... Но я же не срывал! - тут у Фëдора ещё и загудел мобильник, лежащий на парте, что в глазах училки явно чести ему не делало. Ученик как бы невзначай положил на телефон руку. - Извините. Ну так вот, вы же сами сказа-... - СКОЛЬКО РАЗ ГОВОРИТЬ, ВО ВРЕМЯ УРОКА МЫ ТЕЛЕФОН ЧТО..? ПРАВИЛЬНО, ВЫКЛЮЧАЕМ!!! - проорала тëтка ему в лицо. - Да, п-простите, пожалуйста, я забыл!.. - Фëдор сбросил вызов и отложил телефон обратно на край парты. - Забыл он, посмотрите на него!.. Ну так вот, к твоему сведению, Федя, мы... Телефон опять зазвонил. Последовал всеобщий смех. Учительница с выражением лица несчастной мученицы закрыла глаза, всем своим видом показывая, что Фëдор, его однокласники, да и вообще вся школа скоро сведут еë в могилу. Нечитайло молча вжался в свой стул и время от времени поглядывал на упрямо гудящий мобильник. У русички уже начало подëргиваться нижнее веко правого глаза. - НУ ВЫЙДИ УЖЕ НАКОНЕЦ, ОТВЕТЬ!!! - ни с того ни с сего рявкнула она. - И передай своей мамке, чтобы не звонила тебе во время уроков! Фëдор поспешно схватил телефон и - естественно, под смех одноклассников - выбежал в коридор, разговаривать с "мамкой". Но он уже догадывался, кто именно так навязчиво ему названивает. Вариантов было ровно восемь. Будущий художник посмотрел в экран мобильника. Так и есть, ему звонили с его же домашнего телефона. Нечитайло шумно вздохнул и помассировал переносицу, стараясь заранее успокоиться. Подумаешь - послужил бесплатным клоуном для всех присутствующих учеников, упал в глазах русички ниже плинтуса, а возможно, уже получил за это дополнительное задание на дом, о котором ему объявят в конце факультатива... Пф, ерунда какая, правда?.. Неудивительно, что после таких позитивных мыслей одиннадцатиклассник, сняв трубку, рявкнул туда пострашнее, чем Пик. - АЛЛО!!! - Привет, Федюш, наконец-то ты ответил! Я уже начал переживать... - послышался в телефоне "елейный голос соблазнителя". - Да блин, Ромео! Я же просил не звонить мне, пока я на уроках! - Ох, прости, пожалуйста. Но это крайне важно... - червовый король явно не испытывал ни сожаления, ни волнения, о которых упоминал, но его слащавый тон, естественно, доказывал обратное. - Ну и что у вас там такого случилось, что подождать не можете? - устало спросил Фëдор. - Это касается конкретно меня. Понимаешь ли, сегодня вечером у меня намечается свидание с одной прелестной дамой. Мы договорились встретиться на улице Кржижановского в семь вечера... - Через полчаса, значит. Ага. Супер. А пораньше ты не мог меня об этом предупредить? - Да ведь мы и познакомились-то только полтора часа назад... - Так, ладно, я понял! Во сколько примерно планируешь быть дома? Седьмой задумчиво помычал в ответ. - Думаю, часов в двенадцать я уже точно... - Ага, разбежался! Чтоб я ещё на ночь глядя вместо уроков волновался за тебя любимого? В пол десятого вечера ты должен быть от квартиры не дальше, чем мой велосипед, который в подъезде стоит, понял? - Ну понял, понял, зачем кричать? - Ромео прекрасно умел скрывать разочарование. - Но я ничего не обещаю... она такая очаровательная! Я вот думаю, как бы она не пригласила меня поночевать у неë в квартире, а то я... - Я тебе дам "поночевать"! - Фëдор мысленно пришëл к выводу, что червовый в отместку решил его выбесить. - Думаешь, я не понимаю, что под этим подразумевается?! Повторяю: в пол десятого чтоб был дома! - Ладушки! - видимо, реакция Создателя действительно обрадовала Ромео. - Тогда я пошëл собираться. И кстати, Фëдор... Хорошего тебе дня в школе!!!)) Ну, тут Рома уж точно издевнулся. Фëдор возмущëнно изогнул брови и раскрыл рот, намереваясь в наименее деликатном виде высказать червовому всë, что он о нëм думает. Но Ромео тоже не идиот - из мобильника послышались гудки, означающие, что седьмой сбросил трубку. Нечитайло тихо выругался и направился обратно в класс с мыслью, что сегодняшний день более нервным стать не может. Оказалось, может.                                              *** - Ромео тебе не звонил? - вот был первый вопрос, который задал Создателю Куромаку вместо какого-либо приветствия, стоило одиннадцатикласснику открыть дверь в квартиру. - Звонил. - устало буркнул Фëдор, - Говорил, что идëт на свидание. По лицу серого кардинала было видно, что он явно очень надеялся на другой ответ. Тут напрягся и Фëдор. - А что?.. - Получается, больше он тебе не звонил? Тут до Создателя начало доходить, что конкретно так насторожило второго. Он беспокойно взглянул на наручные часы. По дороге Нечитайло зашëл в магазин;  к тому же автобус, на котором он обычно ездил от школы до дома, так и не соизволил приехать. Так что домой в этот раз он добрался довольно поздно. Часы показывали без двадцати одиннадцать. - Он... ещё не пришëл?.. - в севшем голосе ученика явно слышался страх. Куромаку с удручëнным видом кивнул головой. - Он ведь ушëл с телефоном? - Да, но на звонки не отвечает! - высунулся из-за спины трефового короля плачущий Зонтик. Фëдор набрал Ромео со своего мобильника. Тут стоит отметить, что в квартире Фëдор всегда оставлял клонам всего три телефона на восьмерых, потому что, покупая для каждого из них отдельный, можно было бы просто разориться. Первый телефон - "домашний" - всегда находился в квартире. Два других существовали на случай, если кому-то из клонов нужно будет уйти из дома. Естественно, с каждого из трëх телефонов можно было звонить на другой. Ну и, само собой, со всех этих телефонов можно было дозвониться до Фëдора. Ромео ушëл с одним из телефонов. Выяснилось, что клоны набирали ему с каждого из оставшихся двух раз по десять, но никакого результата это не принесло. В итоге Фëдор тоже не смог дозвониться до седьмого. После нескольких напряжëнных гудков, когда Зонтик начал заглушать их своими всхлипываниями, а Феликс - нервно подëргивать пальцами рук, Нечитайло понял: этими звонками он ничего не добьëтся. С Ромео точно что-то случилось - клоны звонили ему в разное время и довольно часто, так что он не мог пропустить или не услышать гудков во все эти разы. И пока он, Создатель, сидит у себя в квартире и упрямо названивает седьмому, червовый король уже, возможно, находится в паре шагах от смерти. - Никто не помнит точно, куда он поехал?- Фëдор открыл дверь и снова надел шапку. - Как же эта улица называлась... Каржова... Каржовского?.. - Кржижановского. - каким-то образом чëтко выговаривая все согласные, отчеканил Куромаку. - Отлично. Значит так: мне нужен второй сотовый, а ещë... Точно! Ещë нужно вызвать такси... - Я займусь такси! - живо отозвался Феликс, отходя в сторону комнаты Создателя. Габриэль, подëргав Нечитайло за брюки, дабы привлечь его внимание, подал ему телефон. - Спасибо. Итак, со мной едут Зонтик, Феликс и Куромаку. Будем искать Ромео. Остальным из дома никуда не выходить... Да, Пик? - Белиберда, Фëдор! - рявкнул пиковый король, - Мне в одно место нужно. И это не обсуждается. - Не смей так разговаривать с Федей! - проорал Феликс из комнаты Создателя, где, очевидно, вызывал такси по компьютеру. - Это кто там тявкнул..?! - Ребята, давайте не сейчас, пожалуйста! - повысил голос Фëдор, подавая одевающимся трефовым верхнюю одежду с крючков. Он и так с трудом сохранял спокойствие. - Всë, такси уже едет! - доложил Феликс, подбегая к ним и начиная обуваться. - Отлично. Ребята, всë будет хорошо. - обратился Нечитайло к остальным клонам. - Если что - на телефоне. До встречи. Данте, закрой за нами дверь изнутри, пожалуйста. Надо было хотя бы заставить клонов поверить в то, что он знает, что делать. Но в душе юноши лишь нарастала паника.                                                                  *** Уже спускаясь по лестнице, Фëдор построил на смартфоне маршрут до нужной улици. Так что, когда такси подъехало, он и клоны сэкономили немного времени. Поездка длилась минут двадцать - переживающий за одномастника, а потому довольно-таки нервный Феликс подгонял водителя ором и рычанием перед каждым мигающим зелëным цветом светофором. Собственно, ни Фëдор, ни Куромаку его за это не ругали. В какой-то момент у Создателя зазвонил мобильник. Фëдор посмотрел в экран и обленчëнно выдохнул: на нëм светилась надпись "уличный телефон 2". Первый "уличный" телефон у них с собой - по нему водитель смотрит маршрут. Значит, звонит Ромео. Куромаку, Зонтик и Феликс заметно напряглись. - Алло, Рома, алло! Где тебя черти носят?! - крикнул Фëдор в мобильник, сняв трубку. - Федь, привет... - пропищал в ответ до неузнаваемости тихий и дрожащий голос червового короля. После чего произошло то, чего Фëдор больше всего и боялся. - Алло, меня слышно? - прохрипел из мобильника грубый и сиплый мужской голос, от которого Нечитайло даже вздрогнул. - Значит так. Ваш сын у нас. Если вы хотите получить его обратно живым и...ну...уже более-менее здоровым, то вам придëтся обменять его на денежную сумму. Если же вы этого не сделаете, то своего сопляка больше не увидите. Это понятно? - Понятно. - выдохнул Фëдор, чувствуя сильное головокружение. - Превосходно. Итак, сумма следующая: ... Неожиданно из телефона вместо ожидаемой гигантской цифры послышался приглушённый крик, в котором едва ли различались слова "Ты чë, молокосос придурошный?!", а за этим последовало несколько громких и неприятных звуков, похожих на удары твëрдого тела о металл. Затем вызов автоматически сбросился. Фëдор тут же принялся перезванивать. Однако ответа не последовало. Клоны, видимо, по репликам Фëдора прекрасно поняли, что произошло. Зонтик побелел как мел и безжизненно упал головой на плечо Феликса, которого тоже трясло. Куромаку тихо произнëс: - Фëдор, у нас ещё есть шанс. С вероятностью в тридцать восемь процентов они находятся недалеко от места похищения. - Клянусь, если с Ромео хоть волос упадëт... - Феликс сжал руку Зонтика так,  что тот пискнул от боли и вышел из оборочного состояния. - ДА ПОДНАЖМИ УЖЕ, НЕ ВИДИШЬ, СЕЙЧАС КРАСНЫМ ЗАГОРИТСЯ! НУ ДАВАЙ, ДАВАЙ ЖЕ!..                                   ***  Фëдор сидел на диване и молча перелистывал колоду старых карт. У многих были оторваны кончики уголков, на некоторых немного стëрлись цифры и узоры. Художник с немой лаской и грустью смотрел на эти потрëпанные карты. На них красовались изображения его клонов, таких милых и по-прежнему узнаваемых: грозный и хмурый Пик, широко улыбающийся Феликс, испуганно вжавшийся в самый краешек своей карты Зонтик, с любопытством и удивлением смотрящий на своë оружие Габриэль... - Не думал, что когда-то скажу это вам, ребята... - прошептал Создатель, печально улыбаясь. - Но... я скучаю. Очень. За последние несколько дней он раз по пятьдесят пробовал призвать каждого из клонов с помощью заклинания и обряда, которым его научила гадалка, и с помощью которых он, собственно, и призвал когда-то давно восьмерых парнишек в свой мир. Но прежний магический способ уже не работал. И Фëдор не понимал, почему. Поэтому он и искал старую гадалку. Без еë помощи тут явно было не обойтись. На глаза попалась карта червового короля. Ромео со слащавой улыбкой и зажатой в зубах пышной розой подмигивал своему Создателю. Фëдор снова улыбнулся, но на этот раз с более явной горечью. За всю совместную жизнь с клонами он так и не испытал каких-то особых чувств к Ромео. Наверное, потому, что отношение самого седьмого к окружающим было не негативным, не хорошим, а просто никаким. Он разговаривал со всеми своим вечно слащавым тоном и по большому счëту никого не раздражал, но по нему было видно, что ему абсолютно плевать как на Фëдора, так и на своих собратьев. Червовый король был увлечëн только представительницами прекрасного пола. Да и это его увлечение было мимолëтным и кратковременным, как вдох. Он менял своих женщин, словно перчатки. Если ему не отвечали взаимностью, он тотчас находил замену.  Ну а если и отвечали, до замена всë равно появлялась, просто не так быстро. Ромео непременно нужно было всегда быть любимым какой-нибудь девушкой (да и такой вариант, как зрелая женщина, тоже вполне его устраивал). Но эта любовь никогда не была по-настоящему взаимной. А вот кого седьмой действительно любил, не изменяя и не теряя романтического интереса, так это самого себя. Он не мог прожить и часа, не полюбовавшись на своë драгоценное отражение и не подумав о собственном комфорте. Конечно, Фëдор знал, что в душе каждый человек хоть в какой-то степени любит себя - иначе люди не умели бы плакать или испытывать скорбь и печаль при потере кого-то из близких. Но Ромео - это что-то совсем другое. Художник и не догадывался, что вообще возможно любить себя настолько сильно. В конце концов, такая самовлюблённость делает твою жизнь нереально скучной - ты просто не можешь привязаться к кому-то другому, а так существовать ну просто невозможно. Все остальные клоны - да хоть тот же Пик - по-своему нуждались во взаимной любви и любви со стороны Фëдора. А Ромео этой любви было попросту не нужно. От тëплых "семейно-дружеских" отношений червовый не отказался бы, но его разум попросту не воспринимал эти отношения как что-то, способное придать сил в трудную минуту или утешить. Он хорошо знал и часто произносил слова "любовь" и "отношения", но никогда не понимал до конца, какой смысл скрывается за этими словами. Однако в один день всë резко изменилось.                                     *** Пока Зонтик поспешно расплачивался с таксистом (разумеется, деньгами Фëдора), одиннадцатиклассник и Феликс уже вовсю вопили имя червового короля так, что эхо разносилось по всей улице Кржижановского. На самом деле улица действительно была довольно красивой. Много домов из кирпича с красноватым оттенком и трамвайные рельсы, проходящие вдоль всей улицы, придавали ей какую-то особую, немного сказочную атмосферу. Ну и определëнная доля романтичности, естественно, в этой атмосфере тоже присутствовала - неудивительно, что Ромео одобрил это место и решил встретиться там с девушкой. - Прекратите орать! - сжал зубы Куромаку, дотрагиваясь до висков. - Фëдор, на вас посмотришь, и сразу понятно, что Феликс твой клон! Вы этими криками ничего не добьëтесь - максимум дадите злоумышленникам знать, что мы на месте, и они с вероятностью девяносто семь процентов решат покинуть улицу. Вместе с Ромео. - Здорово, Куро! Ты, как всегда, рассуждаешь подобно гению! - завопив ещё громче, повернулся к трефовому побагровевший от ярости Феликс. - А что же ты тогда предлагаешь? Взять где-нибудь напрокат собак-ищеек и вынюхивать Ромео по всей улице?! А если они уже давно не здесь?! Фëдор не стал дожидаться, чем в итоге окончится назревающая перепалка Феликса и Куромаку. В этот раз ему было абсолютно плевать на ссору клонов. Создатель молча шëл вдоль улицы и в панике мотал головой по всем стронам, не зная, как действовать дальше. Что мог означать тот странный шум, после которого прервался его телефонный разговор с похитителем? Ромео ведь в порядке, да? Ну не могло же произойти так, что один из этих неугомонных клонов вдруг возьмëт и погибнет по вине своего Создателя! В глубине души Нечитайло, конечно, понимал, что такой исход дела вполне возможен, если они не смогут вторично связаться со злоумышленниками. Но это было бы настолько...нечестно, что юноша отказывался в это верить. Он делал всë возможное; довольно неплохо, хоть и с большим трудом, он совмещал образование с заботой о карточных друзьях. Каждый день он терпел какие-то происшествия, не справлялся с ними, но потом поднимался с колен и с новыми силами брался за свои новые и старые обязанности. И если теперь его ожидает смерть седьмого, а заодно и разочарование и презрение по отношению к нему со  стороны других клонов... - РОМЕО!!! - проорал Фëдор в темноту, получая в ответ лишь эхо от собственного крика. "Создатель, создатель"... Громкий титул, не правда ли?! Он обязывает носящего его человека справляться со всеми трудностями при помощи одного щелчка пальцев? Он означает, что Фëдор - божество в этом Карточном мире? Означает, что тот всë может, что его могущество не имеет границ? Но ведь этот Создатель - обычный человек, даже не взрослый! Он просто Фëдор Нечитайло, ученик одиннадцатого класса. - РОМЕО!!! Как и все нормальные люди, он готовится к ЕГЭ и боится не сдать его. Как и все нормальные люди, он не может сделать всю домашнюю работу за один час, тем более когда во всей квартире раздаются одновременно восемь громких голосов. Как и все нормальные люди, он плохо соображает и больше нервничает, когда мало спит. И поэтому он, как любой нормальный человек, не может содержать своих карточных детищ идеально и без промахов. И прямо сейчас он не знает, что делать. Ему нужна помощь. Но он не может оставить всë так. Он не простит себе, если кто-то из клонов лишится жизни по его вине... - Я НЕ ВЫЗОВУ ПОЛИЦИЮ! СЛЫШИТЕ?!! Я ЗАПЛАЧУ СТОЛЬКО, СКОЛЬКО ВЫ ПОТРЕБУЕТЕ! СЛЫШИТЕ, УБЛЮДКИ?!! Я ВСË ЗАПЛАЧУ!!! - Фëдор, опираясь рукой на стену какого-то дома, сполз на землю. В глазах темнело, голова кружилась. Дыхание и сердцебиение участились, пальцы на руках начали подëргиваться. Фëдор ударил кулаком об асфальт, не прекращая орать. - ПРОСТО ВЕРНИТЕ ЕГО! ВЕРНИТЕ МНЕ ЕГО, УМОЛЯЮ...Я ДОСТАНУ ЭТИ ГРËБАНЫЕ ДЕНЬГИ! ПОЖАЛУЙСТА, ВЕРНИТЕ ЕГО!!! Голоса трефового короля и червового валета затихли. Сначала они орали друг на друга. Потом начали пытаться окликнуть Создателя, который, странно шатаясь, шëл прочь от них. Потом они онемели от шока и испуга, когда тот принялся издавать неистовые крики, прерываемые тяжëлыми надрывными вздохами, похожими на всхлипывания. Мимо собратьев прошëл Зонтик, молча и спокойно отстраняя их со своего пути. Шестой подошëл к Создателю и осторожно положил руку на его плечо, дрожащее, как и всë тело. - Зонтик, я... Я не знаю, что делать!.. - хрипло дыша, воскликнул Фëдор. - Мы сейчас теряем время, но... Мы не можем сделать ничего того, что нужно... Всë из-за меня!.. Как я не предусмотрел этого... - Ну что ты, совсем не из-за тебя. - впервые в жизни не заикаясь, проговорил Зонтик. - Как бы я хотел, чтобы вся эта хрень с похищением прекратилась... - от страха  и отчаяния Создатель уже не контролировал количество ругательств, произнесëнных в присутствии клонов. И тут случилось чудо. В ответ на последнюю реплику Фëдора, словно он произнëс какое-то заклинание, впереди послышался шум быстро приближающейся машины. Буквально в пяти-шести метрах от троих клонов и их Создателя резко затормозил автомобиль, из которого чьи-то руки с громко произнесëнными словами "Не забудь, что мы тебе насчëт полиции сказали, тварюга мелкая!" выкинули человеческое тело, которое со стоном грохнулось на асфальт. После этого машина умчалась также стремительно и внезапно, как появилась. Ошарашенные парни проводили еë перепуганными взглядами. Обнадëженный и взволнованный Фëдор, забыв про всë ещë трясущиеся руки и гудение в голове, тяжëлыми и хромающими шагами подошëл к выкинутому. На асфальте,  брыкаясь и переваливаясь с боку на бок и вопя сквозь зажимающюю рот грязную тряпку, валялся связанный тугими верëвками Ромео.                                       *** На то, чтобы описать, что же на самом деле случилось с червовым королëм на его свидании, много времени не понадобится. Он познакомился со своей "очаровательной дамой" на сайте знакомств, которому, как правило, уделял весь свой вечер, подыскивая подходящих ему девушек. На некую Анну Дементьеву он наткнулся так же, как обычно натыкался на всех девушек на подобных сайтах - он внимательно и со зловещей ухмылкой рассмотрел еë аватарку, на которой красовалась фоткающая своë отражение слегка вульгарная с виду девица с идеальной талией и в меру широкими округлыми бëдрами, стоящая перед зеркалом в одном топике и шортах, которые по площади скрытого под ними тела больше походили на нижнюю часть купальника, и решил, что пылким любовным интересом он обеспечен как минимум на две недели. Беседа, незамедлительно начатая седьмым с Анной, сложилась весьма неплохо - девушка не забила на внезапные предложения о дружбе и живо отозвалась. Длилась она где-то час и кончилась договорëнностью о встрече. Ромео тут же понял, что безнадëжно влюблëн, и побежал звонить Фëдору. Вечером он, красиво одетый и с целым запасом сногсшибательных комплементов за пазухой, ожидал свою красавицу на назначенном месте. Анна Дементьева изволила опаздать не хило так, минут на двадцать, чем обеспокоила своего кавалера. После этого она уже была обязана явиться. Но розововолосому пришлось ждать еë до того момента, пока по улице не перестали проходить люди. Наконец Анна явилась слегка замëрзшему пареньку в виде двоих рослых мужиков в тëмной одежде, которые остановили свою машину радом с ним, вышли, молча схватили его и, как водится у всех похитителей, закинули его на заднее сиденье. Стоит заметить, что в соцсетях с червовым беседовал именно один из них, "прикрываясь" фоткой своей красотки-племянницы. Мужики увезли его куда-то в заброшенный гараж, где обчистили по полной, с благодарностью забрав даже букет роз. Ромео лишился всех карманных денег, телефона (на гудки, исходящие от которого, они, естественно, не реагировали), дорогого костюма и аксессуаров, которые нацепил перед свиданием. После этого злоумышленники великодушно собирались его отпустить. Они выволокли его из тëмного гаража, привезли в такой же незнакомый и чужой, как тот же гараж, уголок Москвы и хотели выкинуть из машины уже там, но когда перепуганный Рома попал под свет фонаря, они смекнули: а паренëк-то далеко не взрослый. Значит, наверняка ещë живëт с родителями. А следовательно, за него можно потребовать выкуп. Похитители покопались в куче добычи и в итоге вручили Ромео его телефон со словами "На, звони батьке." Конечно, было бы быстрее, чтобы по своему телефону набрал нужный номер именно сам похищенный, но всë же они допустили огромную ошибку, отдав его Роме. Итак, пока они сами контролировали, чтобы пацан, не дай Бог, не попытался позвонить в полицию, тот дрожащими пальцами набрал Фëдору - первому, чьë имя пришло в голову после  произнесëнного грабителями слова "батька". И в течение всего разговора с Фëдором один из мужчин говорил в трубку, пока телефон держал сам Ромео. И когда похититель затронул темы "более-менее живой" и "вы его никогда не увидите", то бедный червовый не выдержал и начал терять сознание. Телефон выпал из его рук, удирился о мостовую, перевернулся на внутреннюю сторону, изящно проскользил по твëрдому дорожному покрытию, царапая об него экран, и в итоге под дружное грабительское "не-не-не-не-не-не-не-не!!!" свалился в находящийся неподалëку открытый люк. Дальше после кучи ругательств и ударов по лицу они повезли Ромео обратно в гараж, по дороге спрашивая, какой у него адрес. Злоумышленники надеялись хотя бы подложить под дверь квартиры, где жил седьмой, записку с условиями выкупа, хоть это и было довольно рискованно. Но в ответ они получали лишь "Извините, пожалуйста,но я забыл...". И - что самое интересное - Ромео ведь реально забыл. Бывает так, что, например, твои родители снимают квартиру, ты в ней живëшь и можешь дойти до своего дома из знакомых тебе мест. А в какой-то момент тебя спрашивают: "Кстати, какой у тебя адрес?" И ты такой: "Стоп, а в самом деле, какой у меня адрес?.." То есть ты живёшь, ориентируешься на местности, а номер дома или название улицы даже не знаешь. Неправильно, конечно, но такие люди действительно есть, и Ромео относится к их числу. К тому же как тут вспомнишь этот проклятый адрес, когда кто-то угрожает твоей жизни и везëт тебя чëрт знает куда? Грабители, понятное дело, решили, что пацан просто не хочет говорить им адрес. Поэтому на этот раз, привезя Ромео в гараж, они приступили к не самому страшному, но довольно неприятному методу допроса - начали удерживать его голову в кастрюле с водой. К счастью, делать это правильно они не умели, не понимая, сколько держать, чтобы он не захлебнулся, поэтому закончили с этим довольно быстро и решили просто бить его и пинать ногами. Неудивительно, что после этого Ромео стал соображать ещë хуже. Наконец до мужиков дошло, что пацан, по ходу, действительно не помнит адреса, хоть это и было довольно странно. Им ничего не оставалось, кроме как выкинуть его туда, откуда забрали - что, собственно, они и сделали, после чего поехали куда-то в другое место. После всего произошедшего у Фëдора появилась масса причин начать беспокоиться за Ромео. В тот вечер седьмой молчал всë время, не реагируя ни на расспросы взволнованных клонов о произошедшем, ни на извинения Создателя за свою непредусмотрительность. Да и в принципе Ромео почти перестал разговаривать. Он утратил всякий интерес к сайту знакомств и даже начал бояться туда заходить. Из квартиры червовый не мог осмелиться выйти вообще, особенно если уже начинало смеркаться. До того злосчастного дня с похищением он жил буквально для того, чтобы любить себя и наслаждаться жизнью. Теперь же, когда он прошёл через пытки, избиение и угрозы убийства, к нему пришло осознание, что в этой самой жизни есть не только наслаждения, но и много чего страшного. И несмотря на то, что он, Ромео, весь такой красивый и симпатичный, он вовсе не является неприкосновенной особой - ему могут причинить боль, его могут убить, и вообще с ним могут сделать всë, что угодно. И любовь к себе в душе червового короля сменилась жалостью к себе и страхом за свою жизнь. Пока Ромео медленно приходил в себя, он временно перестал обращать внимание на женщин. Зато он смог взглянуть на клонов и Фëдора, которые уделяли ему очень много внимания и заботы, с другой стороны. Небольшие шоколадки от Феликса, ежедневные расспросы Зонтика о самочувствии, ласковая и в то же время взволнованная улыбка Фëдора и мягкие объятия поддержки от остальных клонов дали ему понять, что в этом мире его любят не только девушки. Поэтому, когда он оправился, то переплюнул Вару в привлечении внимания у себе. Он не заставлял никого ухаживать за собой, но постоянно крутился вокруг Фëдора, провожая и встречая его со школы, просился приготовить что-то для всех на обед или на ужин, обходил всех собратьев и спрашивал их мнения о его внешнем виде, когда одевал на прогулку что-то красивое... И когда пиковые или Куромаку посылали его куда подальше, он искренне расстраивался, но не сдавался. Ему было очень важно быть кем-то любимым - плевать кем, главное быть. Самолюбие Ромео постоянно росло, и в итоге он перестал с ним справляться. Необходимо было, чтобы любовь к нему с червовым разделил кто-то другой, и чем больше таких "кого-то", тем лучше. Ромео просто сходил с ума, пытаясь обратить на себя всеобщее внимание. Он хотел быть в центре компании, хотел быть самым любимым Фединым клоном. Он заметил, что Создатель отдаëт предпочтение Зонтику и Феликсу, и пытался копировать их характер и поведение. Фëдор по-тихоньку начал догадываться, что в разуме созданного для любви Ромео произошëл какой-то сбой. - Как ты думаешь, что могло бы вернуть твоему одномастнику его нормальное поведение? Он же с ума себя сведëт! Я ведь не могу уделять внимание только ему - вас восемь, а я один! - иногда говорил Зонтику Фëдор. Однажды трефовый валет нашëлся-таки, что ответить на это: - Может, ему бы стало легче, если его снова полюбили девушки? А если ему нужна своя страна, жители которой будут обожать его? Ведь все подданные в Карточном мире создаются для того, чтобы слушаться и любить своего короля! Может, если он станет таковым, жизнь заиграет для него новыми красками?.. Фëдор так и не узнал, прав ли оказался Зонтик. Он искренне надеялся, что да, ведь в итоге Ромео получил-таки генератор, способный создать целое государство. И только потом Создатель понял - а что, если Ромео действительно разойдëтся, решит оторваться по полной, и растратит абсолютно всю энергию генератора? Тогда его государство очень быстро обеднеет и испортится, а после и вовсе прекратит своë существование! Фëдору оставалось только надеяться, что такого не произойдёт. Да, он так и не испытал какой-то сильной любви или привязанности к Ромео. Но в итоге он понял, что и ему, как бы неправдоподобно это не звучало, эти любовь и привязанность были нужны, хоть и лишь для удовлетворения собственного самолюбия. И художник очень боялся, что ещë один перелом в жизни Ромео, показывающий, что на деле он ни на что не годен и никому не нужен, сломает его и просто-напросто уничтожит прежнего червового короля, породив вместо него нечто новое, сумасшедшее, ненавидящее себя и ещë больше неуверенное в своих действиях, чем Зонтик.                                    *** - Ну же, дамы, не скромничайте! Король исполнит любую вашу просьбу! Чего вы хотите? - кричал Ромео, вертясь в центре кольца, сформированного обожающими его жительницами Вероны. - Красивых камушков! - расслышал Ромео сквозь пелену радостных воплей и восторженного визга. - Всего-то? - хитро улыбнулся он, оборачиваясь на возглас. - Ну что же, желание моих красавиц - закон для меня! Он нажал на кнопку генератора, и в руки возбуждëнных девушек тут же посыпались сверкающие на солнце драгоценности. Ответом на его милость был всеобщий радостный визг, от которого у любого нормального человека заложило бы уши. Но не у Ромео, у которого этот визг вызвал лишь счастливое трепетание в сердце. - Принц Ромео, а можно новые туфли? - раздалось сзади. - Что значит - можно?! - воскликнул червовый король, повернувшись. - Нужно, дорогая моя! На толпу тут же посыпались яркие коробки с шикарной женской обувью самых разных видов и подвидов. Генератор как-то странно завибрировал в руках Ромео, но тот не заметил этого. - Ну же, не остонавливайтесь! Мне нужно больше запросов... я не хочу, чтобы это прекращалось! - добавил король уже шëпотом, скорее для себя. Он тяжело дышал от возбуждения, грудь распирало от невероятного удовольствия. Его любили! Он нëс счастье! Он был в центре внимания! Так было каждый день; и, подобно развлечениям и чревоугодию, в Вероне этому не было конца. Но Ромео и не хотел, чтобы это кончалось! ЕГО ЛЮБИЛИ!!! И этот факт делал его самым счастливым существом в мире. - Ракушек! Мы хотим ракушки для ожерелий! - новая просьба заставила его улыбнуться чуть ли не до ушей. - Принц Ромео, сделаете?.. - ДА!!! - выдохнул седьмой. Уже болящий от сильных нажатий палец вновь надавил на заветную кнопку. Жители Вероны замерли в сладком предвкушении, их король тоже... Но ничего не произошло. Генератор не выполнял приказа. Король в недоумении взглянул на него. - Принц, что-то случилось? - раздалось из толпы несколько обеспокоенных голосов. - Минутку, милые мои! - криво улыбнулся  Ромео своим подданным. - Король сейчас всë уладит!.. Он сердито взглянул на генератор и повертел его в руках. Ещë раз нажал кнопку. И снова ничего не произошло. Тут взгляд властелина Вероны упал на экранчик, встроенный в боковую сторону генератора. На экране горело изображение пустого аккомулятора. На лбу короля выступил пот. Неужели... - Принц Ромео, вам нужна помощь? Он не отозвался. Его глаза расширились, руки затряслись... - Принц, вам нехорошо? Так вот о чëм его предупреждал Куромаку... Но этого не могло произойти!.. Это не могло случиться настолько скоро! - Генератор, миленький, ну пожалуйста... - прошептал Ромео, глядя в экранчик. Ничего по-прежнему не происходило. - Ваше величество... Ромео, ничего не соображая, поднял голову. Девушки смотрели на него с беспокойством и готовностью помочь. Его милые подчинëнные, которых он сам создал и вырастил, которых обеспечивал всем, чего им хотелось, которые любили его больше всего на свете... На что они обречены теперь?.. - Какой же я... Идиот. - очень тихо вымолвил принц. "Что же я наделал?! Что теперь будет?!!" Жительницы уже медленно приближались к нему, чтобы поддержать и не дать ему упасть, успокоить, приласкать... И каково ему будет, когда день за днëм они поочерëдно умрут от лишений - голода, болезней, ещё чего похуже... И он не сможет ничего сделать!.. Смотреть в лица своим подданным уже было невероятно совестно и трудно. Как же он их подвëл... В глазах защипало от выступивших на них слëз. - Простите меня, девочки... Это всë, что он мог сказать им в своë оправдание. А то, что произошло потом, он уже не контролировал. Прижимая к сердцу сломанный генератор, он бросился к воротам Вероны, расталкивая всë и всех на своëм пути. Ему было больно и страшно находиться здесь. Он не знает, что делать. Он жалок, и понимает это. - Принц Ромео, куда же вы?! - Вернитесь, умоляю! - Не оставляйте нас одних! - Мы вас любим, принц! Слëзы жалости к своему народу уже катились по лицу, но Ромео даже не обернулся. Убогий, жалкий трус, ставший противным самому себе за две минуты... Не обращая внимание на разрывающиеся лëгкие, он бежал и бежал, сам не зная, куда. Главное - прочь от них. Прочь от тех, которых он любил чуть ли не сильнее, чем они его. От тех, ради которых он даже меньше, чем через месяц, станет рабом и игрушкой своего одномастника. От тех, ради которых он пожертвует титулом червового короля и станет валетом. И тогда начнëтся эпоха правления Феликса I Великого, червового короля, властелина Фелоны.