Часть 19

Сьюзанна тяжело вздохнула. — Ладно. За пятнадцать минут я не сдохну, хотя почему-то вдруг захотелось. Я не ела четыре дня. — Еда будет и аспирин, — пообещал я, — и кофе. — Да. Ким Бо На пригласила я. Не смотри так. Ты прав, это была попытка манипуляции. Дело в том, что Филипп мой старый друг, и мы совместный проект разрабатывали… Прямое внедрение мыслей. — Уже это звучит кошмарно. — Ни капли. Мы с Эйлюмом расходились в этом вопросе. Он считал, что нужно промывать мозги массово, я, что можно воздействовать на отдельные ключевые фигуры. И, знаешь, кое-что у Филиппа начало получаться. Поэтому я предложила провести решающий эксперимент. Тут есть важный момент — влиятельных людей тяжело затащить в Автономную койку, поэтому необходимы способы быстрого воздействия. Постепенно не получится, а следующий раз может не случится. Так вот, да. Игра разрабатывалась под тебя, там должен был быть сплошной экшн, море оружия, все убивают всех, загадки вроде призрака и открывание складов с боеприпасами. Эпические взрывы и куча благодарных женщин, отдающихся в прозрачных волнах при свете Вечерней звезды. — Так ты представляешь мои мечты? Я усмехнулся. Посмотрел на Черён, и чуть не рассмеялся, у неё приоткрылся рот и округлились глаза, казалось, что сейчас у неё потекут слюни. Зато обида на Сьюзи внезапно испарилась. Она была чертовски права. Мне именно такое нравится. — Неважно. Неважно, что я представляю. Мы подобрали красивую и талантливую кореянку. Она очень сильно похожа на Ëн Сан. Выстроили целую цепочку из женщин того типа, которые тебе нравятся — раскосые глаза, идеальные ноги, тонкая талия, независимое поведение. Киригири отвели роль убийцы. Во-первых, ты её любил, и это был бы важный рычаг для того, чтобы заставить твое сознание, отторгнуть былые стереотипы. Во-вторых, ты бы действовал в атмосфере симпатии к убийце, что хорошо бы подготовило почву для смены образа мышления. Ну, это как раз старый психиатрический приём из кладовых Голливуда. Так в своё время убили Советский Союз. Для тебя я готовила предложение стать экспертом, причем это был бы не просто предлог — наша экшн игра, действительно, была не очень. Мы давно обсуждали возможности по еë апгрейду. Потому что это огромный пласт населения. Не всем нравятся утончённые способы решения проблем. Сьюзи замолкла. Было похоже, что у неë начинается мигрень. Я скинул верх от пижамы и залез в онсен, чтобы вытащить Сьюзанну, которая начала сползать под воду целиком. Еë тело безвольно болталось, и мне пришлось применить навыки из дзюдо, чтобы подсесть под неё и взвалить на плечи. Выйдя из воды, я устроил Сьюзи в полусидячем положении у того камня, на котором сушилась еë одежда. — Это от голода и стресса, — тоном знатока заявила Черён, — надо поднять ноги выше. Мы переложили Сьюзи и согнули ей ноги в коленях. — Да мне… Да ладно, — забормотала она на английском. — Лежи. Сейчас пойдем пить кофе с аспирином и обедать. Сьюзи прикрыла глаза рукой. Зато у Черен глаза чуть не выпали из орбит. Она с нескрываемой завистью пялилась на грудь Сьюзи. Я решил прервать еë внутренний монолог. — Что, Черён, задумываешься, не сделать ли себе пластическую операцию? — Да, — выдавила она. — Не вздумай. У тебя прекрасное тело. Или сначала хотя бы побудь моей любовницей, а потом можешь калечить себя. — Вот ведь эгоистичные людишки, — просипела Сьюзи, — занимаются прелюбодеянием у одра старой больной женщины. — Не ври, ты моложе меня почти на шесть лет. Вставай. Пойдем пить кофе. Мы кое-как одели еë и усадили в кабину. Старпом, в нашем лагере у дырявый стены, расстарался. Нас ждал настоящий ланч. По мере поглощения кофе с печеньками лицо Сьюзи наливалось красками. Мне подумалось, что для неё эти ужасные события, в конечном счёте окажутся отпуском. Из мира богатства, охраняемого договорами, частными военными кампаниями и ежесекундным онлайн надзором не так-то легко выбраться. Сьюзи не повезло со мной — она была честной и не пыталась скрывать свое богатство. Манипулировала, точнее пыталась манипулировать. Киригири хотела действовать тоньше, но это подразумевало ложь. Я знал, что Кëко не простая японка, но она постоянно твердила про работу, и я думал, что она просто карьеристка, дорожащая дружбой с богатой американкой. Наедине со мной Кëко была милой и нежной, но часто через усталость и нервы у неё прорывались замашки ярой националистки. Это накапливалось, а потом случился инцидент с вертолётом британского МИДа. Мы расстались. И она выбрала очень своеобразный способ сообщить мне о том, что изменилась. Уже после своей смерти. А глядя на Сьюзи, вырванную из своего привычного мира, но обреченную скоро в него вернуться, я понял, насколько тяжело было Киргири находить возможности, чтобы проводить со мной время. С одной стороны, сама виновата — нечего врать, с другой — разве я дал ей возможность вести себя честно по отношению ко мне? Вечная ловушка отношений: оставаясь собой причиняешь боль партнеру, растворяясь в нём, теряешь индивидуальность. Компромисса нет, есть баланс, который отнимает слишком много сил. Когда сахар дошёл до мозга Сьюзанны, к ней вернулась обычная для неё жажда деятельности. — Пойдем вскроем особняк — предложила она без всякой подготовки и вскочила, опрокинув пластиковый поднос с бутербродами. — Погоди, я не сдвинуть с места без хорошего плана. Первое — откуда легче всего проникнуть в особняк? — С крыши — еë переделывали, чтобы возвести радиорубку и метеоцентр. Там обычные бетонные перекрытия. — А вход через который меня впустил Филипп? — Скорее всего заблокирован. У Филиппа была рация. Обычная. Он перестал отвечать, одновременно с этим заблокировались внутренние помещения. — То есть, вероятно, это Филипп их заблокировал? Например, когда на него кто-то напал? — Нет, все он не мог. Это можно сделать с аналоговых пультов в подвале. Там распоряжается Крейс. Распоряжался. Сейчас непонятно, что происходит. — А что было после того, как меня погрузили в койку? — Так, дай вспомнить… Черен напряженно прислушивалась к нашему разговору. Японцы тоже начали пододвигаться ближе. Я решил, что некоторые подробности им незачем знать, поэтому велел: — Старпом! Начинаем операцию по проникновению в особняк. С помощью выдвижной стрелы поднимайте инструмент на крышу. И генератор. Отправьте наверх Ямаду, пусть он оценит, какую дверь легче вскрыть. По памяти: там я видел три металлические двери, они не бронированные, а просто усиленные. Можно просто вырезать замок. — Слушаюсь, господин! — Ага. Ещё… сколько ещё человек экипажа на вашем катере? — Трое матросов и капитан. У него сломана нога и ребро. — А, тогда останьтесь сами внизу, вы будете препятствовать выходу из особняка кого бы то ни было, кроме тех, кто сейчас с нами. Оборудуйте вместе с госпожой Чон Черëн защищённый пункт наблюдения. У тех, кто внутри, может быть огнестрельное оружие. — Так точно! — Черëн, слышала? — Йэ, оппа. Сучка, — я выматерился про себя, но Сьюзи все поняла и, не скрывая радости, ехидно улыбнулась. — Хватит ржать, госпожа олигарх, — я наконец-то перешёл на испанский. — У меня голова болит от бесконечного распутывания ребусов, которые замутила ваша шизофреническая компания. — Ты же ученый, Арчи, твоё призвание — копаться в фактах и выбирать из них непротухшие, чтобы приготовить удобоваримое зелье для понимания окружающего мира простыми обывателями. — Сейчас мне просто хочется всех перестрелять. Сьюзи подошла ко мне вплотную. — Надеюсь, по мне ты промахнешься, — сказала она и взяла мою руку, сжав еë между своих ладоней. — Ты слишком красива, я не смогу по тебе выстрелить. Но Черëн сможет. Убедившись, что старпом правильно понял задачу — я оставил его внизу, чтобы охладить пыл кореянки в случае, если кто-нибудь захочет выйти на переговоры из главного вестибюля. Мы отправились на крышу. Ямада и Акира уже спилили дверь радиорубки и ждали меня. — Господин, — тут же предложил Ямада, — тут есть система видеонаблюдения в помещении, похожим на больницу. Там, возможно, находится толстый человек. Но с ним пока нельзя выйти на связь. — Эйлюм, значит, в порядке, — отреагировала Сьюзи. — Ага, Ямада, а что и на счет этих мониторов? — Этот какие-то технические помещения. — Сьюзи? — Вероятно, там Крейс. — Где могут быть Филипп и Хендсом? — Филипп прямо под нами, скорее всего, а Хендсом… не знаю. — Ямада, в подвале можно включить громкую связь? — Сейчас, господин. Он повозился с тумблерами. Постучал по микрофону. Один из мониторов наблюдения ответил эхом. — Готово! — Вижу. — Эй, Крейс, если вы живы, подойдите к камере у двери с надписью «силовой блок». Пришлось говорить по-английски и от этого у меня снова заболела голова. В зону наблюдения камеры вошёл Крейс. — Чем могу? Это вы, Арчибальд? — Да. — Где остальные? — Не могу сказать. Мне неизвестно, где все. Но я собираюсь установить связь со всеми. Вы должны мне в этом помочь. Насколько я понимаю, тайны особняка для вас — не тайны. — Однако, это не так. Должен вас огорчить. Внешность Крейса соответствовала его манерам и даже тембру голоса. Он был… Чопорным. — То есть для вас сейчас является проблемой выйти из подвала. А, кстати, у вас есть вода и еда? — Не беспокойтесь. Здесь есть все необходимое. Лучше скажите, Арчибальд, как вам удалось попасть в рубку связи? — Я вскрыл арсенал Хирохито и нанял команду японских моряков. Ни один мускул не дрогнул на лице Крейса, но голос выдал его волнение. — Госпожа Михельтаун предупреждала, что вы — настоящий авантюрист, Арчибальд. Краем глаза, я заметил, что Сьюзи хочет что-то сказать и зажал ей рот рукой. — Молчи, — шепнул я ей прямо в ухо. — Арчибальд, из рубки вы можете связаться с Большой землëй. — Да, я думал об этом, но есть некоторые обстоятельства… — я отпустил Сьюзи, но она предпочла остаться рядом со мной. Практически прижалась. — Есть соображения, точнее. Если всех вас выпустить, то останутся нераскрытыми минимум две смерти. — Вы не доверяете японской полиции? — Я не доверяю любой полиции. Потому что она состоит из людей, которые подчиняются начальникам, которые находятся под влиянием крупных чиновников, которые заинтересованы исполнять волю политиков, чтобы иметь возможность безнаказанно присваивать бюджетные деньги. У любого из вас хватит денег и влияния уйти от наказания. Я хочу заключить сделку — ваша свобода в обмен на истину. — То есть, узнав правду, вы отпустите всех, или только тех, кто невиновен? — Я учту так же мотивы. — А... И следователь, и судья, и палач в одном лице. — Нет, что вы, — я не смог сдержать саркастический смех, — только палач. Я предлагаю вам провести следствие самим. И суд тоже. Я просто поработаю модератором. Может быть исполнителем приговора, если это потребуется. — Что же, я готов на это подписаться. Но вам нужно организовать видеоконференцию. Больше часа ушло на поиски Дирка и Хэндсома. Крейс давал указания, я их переводил Ямаде, тот бегал с кабелями. Проще всего оказалось связаться с Филиппом, он просто был за дверью, ведущей из второй надстройки на четвёртый этаж. Решетку, которая блокировала выход, я велел пока не разрезать. Но Филиппу передали воду и пищу. Он был сильно обезвожен. Ямада провёл в его помещение видеосвязь, и мы дали Филиппу отдохнуть. Что интересно, Сьюзи не пошла к нему, хотя он, кажется, был еë союзником. Хендсом появился перед экраном мультимедиа в своей комнате, и нам удалось привлечь его внимание сменой изображений на экране. Звука не было. Поэтому пришлось достаточно долго объяснять ему жестами, что и куда подключить. Наконец, он нас и услышал, и смог говорить. Он сообщил, что от медицинского центра его отделяет решётка, и там кто-то есть живой, но почему-то не желает отвечать на попытки Хендсома связаться. Методом исключения стало понятно, что там точно Эйлюм. Я объяснил Хендсому свой план, и тот достаточно долго отсутствовал, но потом появился снова перед экраном и сообщил, что Дирк подключится через медицинский монитор. Я велел Сьюзи устроится на крыше с отдельным устройством связи для того, чтобы все были в равных условиях. На самом деле, я не хотел, чтобы она лезла в мой монитор и к моему микрофону. Мне действительно было важно управлять процессом. Наконец, Ямада всех вывел на один экран. Крейс восседал на жестком стуле, сам прямой и жёсткий, как стул. Он был внимателен и подтянут. Филипп сидел, прислонившись спиной к стене, на полу, и вяло грыз арахис из пачки, переданной ему Акирой. Хендсом устроился на подушках полулежа. Он извинился за свою фривольную позу и грустно улыбался, показывая всем видом, что слишком стар для таких приключений. Эйлюм, изрядно исхудавший, свободно поместился в офисном кресле, в котором раньше застревал. Дирк выглядел больным, но был сосредоточен, как будто ему предстояли прения в парламенте. Сьюзи энергично вышагивала по крыше, как будто пару часов назад не валялась в обмороке на краю горячего источника. Она то появлялась, то исчезала, соответственно экран то светился, то погружался в тень. Первым слово взял Филипп. — Сьюзи, ты можешь остановиться? У меня от тебя сейчас случится морская болезнь. — Что? Она замерла. — Это бесполезно, — хохотнул Дирк, — еë ничто не остановит. — Начинайте, Арчибальд, чего тянуть, — поторопил Хендсом. — Да, господа! Мне чертовски надоел этот остров. Хоть я и обожаю острова. Дирк может подтвердить. Но вы умудрились изгадить этот прекрасный и живописный клочок суши… — Какова ваша цена? — неожиданно перебил Хендсом. — Вы опоздали, Джеймс, — я погрозил ему пальцем, — если я, вас просто отпущу, сколько я проживу? Вы-то между собой договоритесь. Никаких обид, только бизнес. Я прав? Может быть, Женщина Сьюзи и всплакнëт где-нибудь в тёмной спальне, в своём поместье в Рок Айленде, но Сьюзанна Михельтаун даже не вспомнит про меня через пару дней. Поэтому самый надежный способ распрощаться с вами навсегда — это выяснить истину, а потом придумать удобоваримую официальную версию для полиции, что достаточно трудно будет сделать. У нас есть три трупа. У всех легко устанавливается причина и время смерти. Поэтому объяснить двухнедельное закононепослушание кучки олигархов в японской юрисдикции будет непросто. И если бедняжка Ким Бо На — разменная карта в ваших играх, то японская подданная Кëко Киригири слишком влиятельная фигура, чтобы вас отпустили просто так. Теперь. Должен уведомить вас, что в моем распоряжении небольшой отряд японских моряков, которым я обещал, что к ночи они будут дома. Они злы на вас, потому что из-за ваших игр в безопасность, они не могут связаться с Большой землёй. В любой момент я могу разрешить Чон Черëн, взбешенной смертью любимой сестры, раздать им оружие, или еще лучше противотанковые мины, и просто похоронить всю вашу компанию… — Это будет невозможно объяснить, — попытался одернуть меня Хендсом. — Не тупите, Джеймс! Кучка сумасшедших олигархов устроила маленькую войну, не поделив власть. Никто по вам плакать не будет. Все обрадуются спасению честных японских тружеников, корейский поп-певицы и аргентинского учёного. Короче, заткнитесь! И отвечайте, когда я спрашиваю. И не перебивайте. Кто захочет высказаться, спрашивайте разрешение. Установилось гробовое молчание.