Часть 4. Звон

Ровная гладь зеркала. В отражение тёмная комната со стоящей посредине неё девочкой лет десяти в голубой ночнушке. Тёмные глаза изучающе прищурены, губы обижено поджаты. — Пусти. Тишина. Где-то вдалеке слышен шорох шагов проводящих ночную уборку слуг. На стене тикают часы. Катя постучала по зеркалу. Не пускает. Значит только так. Правая рука поднимается на уровень глаз. В левой зажата выпрошенная у одной из молодых и пока что неопытных горничных иголка. Короткий укол, на пальце выступает капелька крови. Девочка слегка морщится и тянет руку к зеркалу, но на пол пути останавливается. Папа ведь запрещал. Рука опять опускается. Ей так охота узнать какого это... Может всё таки... Нет. Катя обещала. Слово надо держать... Девочка с тяжёлым вздохом отвернулась от рамы. Она часто стоит вот так возле зеркала. Часто всматривается в этот таинственный и такой притягательный предмет. Как же сильно ей хочется войти в него, также как это делает Алекс. Кузен в последнее время приходил редко. Катерину это сильно расстраивало, а вот отец был рад. Не то чтобы ему так уж и сильно не нравился Грановский, он просто боится что кто-то о нём узнает. Девочка знала это точно и то что мужчина предпочитает при виде Алекса ворчать: «Опять явился. Всю казну на тебя истрачу...» её не переубедит. Он ведь всё это не со зла. Катя знает. Созерцателей не любят. Или любят, но лучше бы не любили. Девочка поёжилась вспомнив один из взглядов, брошенных на неё Повелителем Кукол. Холодные тёмные глаза источали какой-то жуткий и опасный интерес вперемешку с чем-то, что Динара назвала «вожделением к необычной жертве». После этого девочка старалась мало контактировать с князем. В его присутствие ей до сих пор становилось страшно... Все Властелины в общем-то чем-то да пугали. Дама Теней со своей доброй улыбкой за которой Кате чудились острые звериные клыки и горящие алым глаза. Оракул Червей в неизменном плаще, из рукавов которого то и дело показывались шипящие чёрные змеи. Мастер Зеркал за радушием и ехидством которого пряталось что-то чёрное, особенно ярко вспыхивающее при взгляде барона на других членов Флеш-Рояля. Кажется это называется завистью... Не пугал девочку только отец. Катерина чувствовала — он не злой. Совсем. Просто запутался. Очень сильно запутался и вряд ли сможет выбраться самостоятельно. Как же Кате жаль, что она не знает чем ему помочь. Может быть когда повзрослеет поймёт? Динара же часто говорит с грустной улыбкой на губах: «вырастешь поймёшь». А когда она вырастит? Может когда станет как Дельфина? Что-то она расхотела взрослеть... Девочка, зябко передёрнув плечами, отошла от зеркала и села обратно на кровать. Дочь Шадурского была красивой и... нет, не жуткой. Противной. Всё её заискивание перед наследницей Императора... Попытки набиться в друзья... Откровенное презрение к слугам... Неужели когда-то и Катя станет такой же? Это будет просто ужасно... Вдруг зеркало как-то неуловимо изменилось. Девочка застыла, уставившись в отражение. Что это… Катерина резко подняла руку. Отражение повторило действие с небольшой запинкой. Алекс вроде говорил что это означает переход... Неужели кто-то сейчас... Но брат обычно никогда не приходит по ночам. Неужели кто-то другой? Рука сжала иголку. Это единственное доступное девочке оружие. Но перезвона хрусталиков с которым обычно выходил брат не раздалось. Отражение, будто испугавшись, вновь стало нормальным. Кате точно надо рассказать об этом отцу...

***

На улицах постепенно зажигаются фонари. Люди торопливо направляются по домам. Через пару часов начнётся комендантский час. Сменивший свою внешность с помощью порошка Корнелиуса Александр расположился за одним из столов в какой-то таверне, названия которой даже не потрудился запомнить. Напротив мужчины сидит Марго. — Я хотела поблагодарить тебя за всё, что ты сделал для Алекса, — наконец разрушила тишину Грановская, разглядывая порождённую магией блондинистую шевелюру Державина. А с ней и этими плавными чертами лица он выглядит гораздо лучше. На Николая чем-то похож… Не о том мысли. — А что я сделал для Алекса? — с усмешкой спросил Державин. — Твой племянник вроде как сам всё, что ему нужно для себя же и делает. В замок как к себе домой ходит. Ничего и никого не стесняется. Даже Императора. — Он немного… — Маргарита задумалась, находя подходящее слово. — самонадеянный. — Немного? — иронично уточнил Александр, приподнимая бровь. — Чуть-чуть, — улыбнулась в ответ женщина. — Кстати, давно хотел спросить... — Державин, испытующе прищурившись, взглянул в сторону Марго. — Почему ты больше не повторяешь свои попытки убийства? Созерцательница замерла на месте. Её лицо как будто потемнело. Александр прекрасно помнил, что подобное у ходящей сквозь зеркала означает грусть. Кажется зря он так откровенно... — Я никогда бы подобного не сделала, — тихо ответила женщина. Державин тяжело вздохнул. Марго никогда не умела врать, и сейчас он прекрасно понимал, что Созерцательница говорит правду. Император и ранее не сильно верил в то что она на такое способна... Хотя нет, верил. В первые годы после перехода в Зерцалию весь разум самозванца был забит размышлениями по поводу поступка жены, порождая различные кошмары с её участием. Лишь позднее мужчина стал пытаться взглянуть на ситуацию здраво. Зачем той, что так сильно любила свою дочь, пытаться её убить? Да и почему Марго больше не пыталась этого делать? Сейчас размышления Державина получили подтверждение. Тем не менее остаётся вопрос, кем была та неотличимая от Грановской женщина в зеркале? Созерцательницу подменили? Но кто? Стеклянная нечисть? Кто-то применивший порошок Корнелиуса? Ещё какого-то плана двойник? — Кто это сделал? — озвучил волнующий его вопрос собеседнице Александр. Ему нужно это знать не столько для мести, сколько для того чтобы понимать, откуда придёт следующая опасность. Мало ли, вдруг покушение было организованно допенгангером какого нибудь Закревского. Нужно знать откуда ждать удара, чтобы вовремя его отбить. — Помнишь, я рассказывала, о том что у меня есть брат и сестра? — спросила Марго — Помню, — нахмурился мужчина. Кажется брата Маргариты зовут Дмитрий, а сестру... — Стой, это сделала Кристина? — Да, — просто кивнула женщина, отпивая какой-то напиток из принесённой трактирщиком деревянной кружки. «Значит нельзя доверять каждому кто выглядит как Марго. Интересно... а я смогу отличить близнецов? Лучше не рисковать...». Державин поднял взгляд на всё ещё пьющую тёмную жидкость Маргариту. Хм... какой знакомый запах, да и цвет тоже… Брови Александра взметнулись вверх. Это же… — И давно ты с красного полусладкого на пиво перешла? — изумлённо спросил самозванец с интересом рассматривая жену. — А тут больше ничего и не наливают… — слегка смутившись, пробормотала Марго. Видевший меню Император собирался поспорить на тему того, что ещё как наливают, но уже открыв рот, замер. До слуха Державина донёсся тихий перезвон хрусталиков. Созерцательница похоже тоже его услышала, и быстро поставив кружку на стол, опустила руку вниз, сжимая рукоятку длинного стеклянного ножа. — Это ещё что… — начал Александр. Стоящее в углу зеркало заколыхалось. Трактирщик в старом фартуке с подозрением покосился в сторону стола занятого двумя единственными посетителями, которые, не смотря на угрозу скорого комендантского часа, почему-то никуда не спешили. Протирая стаканы у барной стойки и благодаря чему имея возможность беспрепятственно следить за мужчиной и женщиной, он уже давно понял, что дело тут не чисто. Вышедший из колыхающегося зеркала индивид в стеклянных доспехах только подтвердил его догадки...