Часть 11

      Несколько недель спустя…

      Саске недовольно рыпался, царапался и кусался.       В общем, вёл себя, как тот самый наполовину дикий ребёнок, коим по сути своей и являлся, прожив последние годы своего существования именно, что в лесу.       Сам себе он напоминал того самого Маугли из сказки, которого насильно выперли из джунглей. Только куда как более реалистичную версию. И сейчас они пытаются научить его как нужно вести себя в обществе. Хотя точнее было бы сказать — приручить.       Он разве что еду с пола не ел и не заляпывался, как-то было во времена бытия в тушке розоволосого мага огня, но там реально не стать Маугли проживая подле дракона было очень и очень сложно. Учитывая, что батя-дракон в человеческом социуме шарил постольку поскольку. Ибо полудохлой ящерице это вообще нафиг не нужно было, а у него самого были знания о других мирах, но никак не о тамошнем крае.       Конечно…       В смысле, зачем возиться с человечками, если детёныш, взятый под крыло, прекрасно совсем справляется самостоятельно?       Главное пинать его в нужную сторону. И периодически выдавать порцию новой инфы по магии, с которой он тащится не хуже своего старшего братца в молодости. До того как у того вся семья на тот свет отправилась. И у него на этой почве немного потекла кукуха. Из-за чего один индивид так сильно ушёл в магию, что домагичился вплоть до того, что в процессе своих изысканий довольно интереснейшим проклятьем успел разжиться.       К тому же, в случае чего у одной чешуйчатой морды, да и у остальных драконов с их воспитанниками, на подхвате была одна блондинистая особа. Ну, а то, что она мелких драконьих зверёнышей за всего каких-то несколько месяцев не смогла всем тонкостям людских взаимодействий обучить, то не страшно.       И вообще это подвиг! Учитывая, что за всё время их обучения она ни к одному из детишек, даже в воспитательных целях, силовые методы не использовала.       Для сравнения, это почти также, как попытаться приручить дикого зверя. Маленького, миленького, но все равно способного обломать рога так, что и желание лезть пробовать снова у многих попросту отобьёт напрочь.       Конечно, нельзя было забывать о страховке в виде других драконов, способных даже в своем аховом состоянии намылить шеи обидчикам своих детёнышей. Но там и детёныши не пальцем сделанные. Вот и получается, что это вот вообще не о чем.       Кстати, от чего от чего, а от формы атронаха сейчас бы Саске не отказался. А то что-то не очень весело. Стоило бы «уровнять» шансы.       Сбежать от медицинского персонала Саске пытался точно так же, как и в лесу от той группы АНБУ. То есть, больше развлекался и доводил бедняг, во всю напрягая свою детскую тушку.       Ну и довел до того, что его посадили… В красивую такую палату с решётками на окнах и охранными фиговинами, построенными на местном аналоге рун, но на чакре.       Зря, наверно, Саске напал на доктора после пробуждения. Но хей, кто вообще будет таким идиотом, чтобы подойти, пускай и к маленькому, но убийце, пока он пытается уснуть? Только дебил, или тот, кто не осведомлён, что у этого ребёнка убийство других людей уже вошло едва ли не в рефлекс.       В своё оправдание извиняться он не будет. Саске и так был паинькой, когда в его мозгах рылись и не вынес вторженцу мозги, хотя мог бы.       Его пытались, правда, ещё приковать к кровати. Но когда поняли, что это гиблое дело, когда пациент дружит с различного рода замками, как вор с награбленным добром плюнули. Серьёзно, какой смысл, если практически любой замок он вскрывает за считанные секунды? И то без магии, если с магией… О, берегитесь ребятки, Саске идет наносить добро и справедливость.       Шутка.       В общем, после этого они, как уже упоминалось, решились плюнуть, а потом в чью-то гениальную голову пришла идея связать его. Если бы Саске сдавал нормативы в их этой академии шиноби, то ему, наверное, присудили бы наивысший бал. Вот просто за его хитрожопость. Но никаким экзаменом это не было, так что хорошие оценки по подобного рода предметам махали ему ручкой. Пока не пойдёт в академию «ни-ни».       Зачем только пытались, если всё равно заперли, считай практически в карцере.       От верёвок Саске естественно тоже освободился. Ну и пошёл мстить… Ага, прям ща и попёрся на адреналиновой тяге. Просто запомнил и внёс в свой мысленный списочек, где находились все, кому стоило напакостить. Именно, что «НАПАКОСТИТЬ», а не «убить», «затролить до смерти», «испугать до седых волос и мокрых штанов» и всё в таком духе…       Не, в принципе, пакостить возможным будущим коллегам было не самым умным решением, учитывая то, как Саске мотал нервы всем окружающим с самого своего пробуждения. Но как тут было внутренне не беситься, если у него отобрали его домашних питомцев и так тех и не вернули. Серьёзно, на данный момент это лучшие из имевшихся у него образцов.       А ещё поперёд оравы всей снова вылезла какая-то ХРЕНЬ.       Для Саске не было в новинку, когда воспоминания бывшего владельца тушки влияют на эту самую тушку. Вот только, когда то же самое начинает происходить в уже другой тушке, это простым словом «ПИЗДЕЦ, ТОВАРИЩИ!».       Вот нахрен ему в его новой жизни психические травмы какого-то там пацана-раба, который от своей собственной кабалы смог освободиться не иначе, как каким-то чудом и тонким расчётом?       Ну, а то, что в процессе этого самого освобождения тот умудрился скопытиться, а на его месте открыл глаза уже новый владелец тушки виновата чужая тупость. Тот чисто из жалости полез спасать маленькую «невинную» девочку. Во всем вина этого лоха, Саске вам отвечает. Этот парень рассчитал все так, что там всё было чуть ли не поминутно расписано, но ему просто самую малость не повезло и вот он результат.       Не самая плохая смерть у того парнишки выдалась, но о форме атронаха всё же стоит подумать, огоньку для курения мануалов, несколько часовой медитации и повторному курению мануалов тут что-то не наблюдается.       Ну, что был весь из себя прекрасный костерок разжечь. Так нечему тут гореть, кроме разве что постельного белья и самого Учиха. Но ему его новая тушка дорога как память и полезный ресурс.       В общем, нужно было чесать репу, и из говна и палок делать конфету, подгоняя уже существующую связь с огненным планом. Точнее огонёк от туда, так чтобы его можно было чуть ли не на постоянной основе включить в уже существующий круговорот энергий и не превратиться в пару угольков, где-то по тернистому пути изобретательства.       Тогда и жизни, но тогда придётся следить, чтобы случайно не эволюционировать в непонятную хрень. Ну, там не обзавестись парой стильных дополнений вроде крылышек, сменившей свой цвет кожи и рожек.       Эх… И где теперь все его громкие заявления по поводу того, что только чакра, только хардкорд, когда у него что не случай, то… Ну, да пиздец полнейший, учитывая, что он уже использует инномировые техники культивации для своего развития, строит свои иллюзии едва ли не на чисто духовной энергии.       Если так и дальше пойдёт, то в этом даже не будет особой необходимости. Все ограничения, которые он сам на себя навесил, полетят коту под хвост.       Саске устало вздохнул, обнял одну из ужасно мягких подушек, не чита свёрнутым шкурам, и сплёл ещё одну невероятно тонкую паутинку к вороху всех тех иллюзий, что уже весели в воздухе.       Скучно.       Сидеть взаперти, без каких-либо развлечений было скучно. Не то, чтобы это было чем-то новеньким. По крайней мере у него было зарешеченное окно, из которого можно было увидеть деревню с четырьмя знаменитыми ликами Хокаге. У него была чакра, которую почему-то не заблокировали должным образом.       Возможно, не смогли или учитывая его странное подвешенное положение не смели. В конце-то концов Саске всё ещё был ребёнком. Не всё препараты или техники детский организм был способен воспринимать без какого-либо вреда для себя. Но что-то он сомневался, что у такой деревни, где собралась горстка убийц, а так же жила и растила новое поколение, кто-то излишне мозговитый не придумал технику сдерживания, способную подавить чужую чакру.       — Хааа. — он устало вздохнул, ощущая какое-то даже глухое раздражение, смешанное с жаждой крови, готовой вырваться наружу.       Привычка убивать проблема сама по себе. До сих пор Саске справлялся с этой проблемой просто охотясь на зверей в лесу, добывая себе пропитание.       Сейчас же…       Он уже несколько недель никого не убивал, вынужденный мириться с этим глупым похищением и «домашним арестом».       Он как следует, потянулся, откладывая подушку в сторону.       — Боже. Вот это везение. — кровожадно улыбнулся Саске, оглядывая свою будущую жертву, коей стала фигура в маске, напоминающей маски АНБУ.       В принципе, сейчас ему было плевать. Даже если этот кто-то действительно был кем-то из местных служителей.       Он был на грани.       У него не было хозяина, который остановил бы его в случае чего. Это всё с большой долей вероятности могло привести его к срыву.       Саске действительно не хотел быть пристреленным, как бешеная псина или заперт где-нибудь в одиночестве, терзаемый своими собственными внутренними демонами, нанося вред своей физической оболочке в попытках хотя бы немного, но облегчить свою собственную ношу.       Он набросился на застывшую жертву, погруженную в обилие разбросанных то тут, то там иллюзий, стремясь убить того как можно эффективнее. Не замучать иллюзиями, сводя с ума, а после и вводя в заблуждение, когда человек уверившись в иллюзии, что он умер, умирает в реальности.       На самом деле он просто перерезает чужую глотку острыми ногтями, не позволяя жертве даже осознать, что она мертва. Прежде, чем тело взросло… Почти взрослого, возможно даже подростка, в темноте не так хорошо видно, чтобы можно было подчеркнуть подобные детали, плюс он вовсе не спец в подобном. Да и плевать.       На свою «добычу» Саске набрасывается с неистовостью оголодавшего дикого зверя, стремясь вынуть чужие кости, вырезать на них руны и превратить те в недолговечные, но всё же артефакты.       Работа это грязная и неблагодарная. Столько драгоценной крови потерянно в процессе, что заставляет его заливаться метафорическими слезами на натёкшую лужу, вырисовывая «лапу курицы», называемую Альгиз — руной защиты. Хотя, вовсе и не уверен, что та будет действовать.       А после продолжает своё грязное дело, доставая чужие кости из трупа, попутно заляпавшись по самое не могу.       Ему действительно нужна ванна.       Он не должен был заваливаться в подобном виде на кровать, даже зная, что когда кровь засохнет от неё, будет слишком проблемно избавиться простыми методами. Но этот «инцидент» слишком сильно поднял ему настроение, чтобы он мог думать о чём-то столь незначительном, как необходимость привести себя в порядок или о том, что стоило прибрать труп, пока никто это не увидел.