55. Компромиссы

      Встреча с драконами прошла очень хорошо. Рашиль рассказал о том, как потушил огонь в Джунглях, выглядя при этом весьма свирепо. Серому дракону очень не нравилась мысль о том, что кто-то пытался уничтожить такую значительную часть Джунглей. Мила и Додори сумели найти целых три базы Руки, но не трогали их. Кейл же рассказал о русалках и Китах, получив в ответ изумлённые взгляды практически всех драконов. Практически, ведь Раон не видел в подобных буднях ничего удивительного, а взгляд Эрухабена был полон какого-то странного смирения.       После небольшого чаепития все разошлись по своим делам. Эрухабен и Мила перенесли всех за несколько километров от города Дождя. После этого золотой дракон забрал с собой Раона и котят, чтобы вплотную заняться их обучением пока Кейл занят. Хэнитьюз был не против: древний дракон внушал доверие.       Кейл уже предвкушал, как будет в тишине спать в своей комнате, наслаждаясь абсолютным молчанием: дети не дома, а Чхве Хан до самого вечера ушел общаться со Смертью.       Но не тут-то было…

***

      Когда Лили с хитрющим видом сказала, что брата ждёт сюрприз, Кейл наивно подумал, что сегодня к чаю будет тортик. Или, возможно, в саду высадили новый вид цветов.       Когда это сказал Басен, Кейл решил, что в библиотеку завезли новые книги. Или, может быть, в гостиной появился новая картина.       Святой Тьмы почувствовал неладное лишь когда про сюрприз заговорили родители.       Но даже тогда он не мог догадаться о том, что его ждёт…       А ждал его, не много не мало, храм. И не «сарай с табличкой», а самое настоящее здание, что темным монолитом возвышалось среди трущоб, где раньше был пустырь вокруг дерева людоеда. Храм не кричал о роскоши, но выглядел более чем надёжно. И Кейл не мог не признать, что ему нравится.       — Надо поработать над освещением и отоплением, да и мебели пока нет, но в остальном… — нервно перебирая ткань юбки, заговорила Виолан.       — Это… Восхитительно — затаив дыхание, сказал Кейл.       И он не соврал. Вряд-ли он мог бы придумать и осуществить нечто подобное сам.       Хэнитьюзу даже стало жаль, что Чхве Хан не видит всего этого. Ну ничего, как только Тьма вернётся, он обязательно покажет ему всё…       Но ведь не может быть все так хорошо. Храм — не только здание, но и люди, что живут в нем и обслуживают его. И вот с ними вышла накладка. Ведь жрец Тьмы имелся лишь в единственном экземпляре. В большинстве случаев жрецами становятся выходцы из храмовых приютов, но даже их не было, ведь церковь появилась совсем недавно. А люди были необходимые: те, кто проводят службы, те, кто смотрит за детьми из приюта, те, кто поддерживает в порядке здание… Но их нужно было где-то искать. И далеко не каждый человек хочет посвятить себя служению богу. Тем более, такому малоизвестному. А из тех, кто хочет, не каждый подойдёт. Кейл не настолько безответственный, чтобы оставить сирот на какого-нибудь негодяя. А вопрос с сиротами даже не рассматривался — Кейл считал, что без храмового приюта и храм не нужен. Но чтобы принять детей под свою крышу, нужно найти тех, кто будет следить за ними и заботиться… И снова всё упиралось в недостаток кадров.       Кейл мало представлял, что с этим делать. Поэтому, гуляя по пока ещё пустым комнатам храма, он гадал, как бы набрать нужное количество людей.       От раздумий его отвлек звук ритмично приходящейся по полу щетки. Заинтересованный внезапным нарушением тишины, Кейл пошёл в том направлении.       В комнате был человек с черными волосами, орудующий коротким веником.       Кейл негромко постучал по стене, оповещая о своем присутствии. Темноволосый человек вздрогнул и повернулся. Они увидели друг друга и несколько секунд стояли в молчаливом ступоре. Незнакомец с веником — из-за того, что перед ним сам Святой Тьмы, а Хэнитьюз — ведь лицо человека перед ним было жутко изуродаванно.       — Я думал, все уже разошлись — заметил Кейл.       — Я хотел закончить с уборкой, Ваше Преосвященство. Мне оставалось совсем немного… Но я могу уйти, если…       — Не надо.       Кейл ещё раз оглядел незнакомца. На этот раз куда более тщательно. Пожалуй, сложно было найти человека более подходящего для храма Тьмы: черные глаза и волосы, шрамы, выставленные напоказ… В какой-то степени этот юноша напоминал Чхве Хана, хотя телосложение было совсем другим. Этот человек был значительно уже в плечах, явно недоедал, а меч, судя по всему, даже не держал в руках.       — А не хочешь стать жрецом, а? — ухмыльнулся Кейл, ожидая, что его вежливо пошлют.       Лицо черноволосого приняло очень озадаченное выражение.       — А что, можно? — затаив дыхание, спросил он.       На этот раз Кейл даже удивился для разнообразия. Не так уж много людей хотят быть жрецами. А из тех, кто хочет, множество является опасными ублюдками, которых нигде больше не принимают.       — Ты умеешь обращаться с детьми? — спросил Кейл.       Весь энтузиазм на изуродованном лице пропал.       — Нет. — грустно ответил темноволосый человек.       — Обучен грамоте?       — Да! — сразу же загорелся юноша, поняв, что отсутствие опыта — ещё не приговор.       — Смог бы обучить других?       — Да. — пришёл уверенный ответ.       — Хорошо… А теперь к важному. Откуда ты такой взялся и почему хочешь стать жрецом? Это не самая завидная участь: работы много, условия проживания ниже среднего, зарплаты почти нет, как и свободы воли. Зачем человеку, у которого вся жизнь впереди, идти в жрецы?       На Кейла уставились два тёмных омута.       — А разве мне есть, куда ещё пойти?       Кейл снова смерил черноволосого юношу взглядом. С таким телом мешки на складах не потаскаешь. А с таким лицом его никто не возьмёт ни в слуги, ни, тем более, в подмастерья. Найти другую легальную работу человеку без всяких средств нелегко. А если ещё предположить, что он насолил кому-то из криминального мира, заполучив эти шрамы… Возможно, у паренька действительно нет выхода.       — Скажи мне честно, ты убивал? — вздохнул Кейл.       — Да — сухо ответил ему юноша.       — Для самозащиты?       — Не всегда.       — Мне нравится твоя прямота. Но ты должен понимать, что становясь жрецом ты буквально ставишь крест на остальной жизни. Вряд-ли ты сможешь завести семью, хоть это и не запрещено. Жалованье есть далеко не у всех, да и оно маленькое. А работы действительно много, как физической так и умственной. Вот что. Подумай до завтра. Только хорошо подумай. И если решишь, что хочешь быть жрецом Тьмы, то приходи сюда… Скажем, в семь вечера. Ясно?       — Да, Ваше Преосвященство.       — Ну вот и отлично. А сейчас иди, здесь и так чисто.       Черноволосый человек ушел в обнимку с веником, а Кейл продолжил думать, где бы ему найти жрецов. Допустим, этот юноша согласиться. Но нужно ещё хотя бы человек восемь. А ещё в ближайшее время нужно разобраться с Папой, а точнее, его отсутствием.       Но где, где ему найти надёжных людей?!       Эти мысли занимали Кейла когда он шел по городу, улыбаясь и мило кивая каждому встречному-поперечному. Нет, ему определённо необходима маскировка, иначе Святой Тьмы просто не выдержит всего этого потока людей.       — Ваше Преосвященство, попробуйте орехи в шоколаде…       — Молодой господин Серебряный Щит! Позвольте угостить вас…       Кейл вежливо отказывался, стараясь побыстрее пройти мимо злополучных торговых рядов. Эх, а ведь было прекрасное время, когда от него шарахались как от огня!       Но внезапно Кейл остановился, зацепившись взглядом за небольшой ларек со скульптурами.       — Добрый день, Ваше Преосвященство.       — Добрый — кивнул Хэнитьюз.       Уж кого-кого, а Фрезию он не ожидал здесь увидеть.       Работать с миловидной женщиной с не самой милой профессиией убийцы Кейлу доводилось нечасто, но достаточно, чтобы он мог сказать, что хорошо знает Фрезию. Она сбежала из гильдии убийц, ведь отказалась идти против принципов, и теперь за её головой шла охота.       Фрезия скрывалась от убийц, так какое же место подходит этой ответственной и хозяйственной женщине лучше, чем храм? Ведь гильдия убийц не трогает жрецов, как и большинство преступных группировок. В общем то, именно поэтому Кейл волновался, что к нему придут только беглые преступники. Но Фрезию он знал, как и то, что на нее можно положиться.       — Не могли бы мы поговорить наедине? — улыбнулся Хэнитьюз.       — Конечно.       Они наверняка найдут компромисс друг с другом…       …Ведь ничто так не способствует ему, как наличие компромата.