74. Новые старые знакомые

      Эден честно пытался быть полезным. Вот только весь уклад храма, сложившийся до этого момента, рушился на глазах, а он ничего не мог сделать, и от того чувствовал себя виноватым. Ходить он уже мог, пусть и прихрамывая: заклинания и нечеловеческая природа сделали свое дело. Вот только убедить в этом Фрезию было очень проблематично. Она даже слушать химеру не стала, заявив, что больной должен лежать. Перечить убийце полукровка не решился. Вот только без него наперекосяк шло абсолютно всё! Дети рассказывали ему, что график приема пищи абсолютно сбился, кто-то из младших чуть не утонул в тазике, а ещё (это они рассказывали по большому секрету и на ухо Эдену) что от коллег химеры они услышали много новых ругательств. Говорили об этом не только дети, но взрослые, в лицо все же не решались высказать всё, что думают. А думали они по большей части о том, что Эден их подвёл, своим поведением скинув на чужие плечи кучу работы. Фрезия и Второй старались пресечь эти шепотки, но это было непросто.       Но все пустые разговоры стихли, когда ко входу подошёл человек с алыми волосами в сопровождении нескольких рыцарей. Детей выстроили в несколько шеренг сразу перед входом и они хором поздоровались с приехавшим Святым. На этот раз торжественное приветствие вышло не в пример лучше точно такого же для принца. Хэнитьюз мягко улыбнулся, поздоровался в ответ и обвел всех присутствующих мимолётным взглядом… Который остановился на лице Эдена. На секунду в нем промелькнуло что-то, от чего сердце химеры ушло в пятки. Но быстро Кейл вернулся к мягкому и доброжелательному выражению.       — Я привез небольшие подарки. — сказал Кейл.       И вся видимая дисциплина обрушилась.       Дети ринулись к Кейлу и облепили его со всех сторон, со счастливыми возгласами принимая от него по немногу сладостей и по пёстрой атласной ленте. Они сидели рядом с ним, слушая об империи Могору, и прогнать их смог только призыв пообедать. Глядя на улепетывающую кучу детей, Кейл мягко улыбнулся, но стоило им скрыться, как лицо его стало серьезным, но не враждебным.       — Эден, тебе уже лучше? Не думал, что после перелома ты так быстро сможешь передвигаться.       — Мне намного лучше, Ваше Преосвященство. Тем более, что я маг, и при желании могу перемещаться без помощи больной ноги.       — Отлично. Тогда, будь добр, зайди ко мне.       — Хорошо. — поклонился химера и последовал за Хэнитьюзом.

***

      [О! А вот и Эден, там, скраю. Странно, я не думал, что он сможет выйти и встретить меня.] — сказал Кейл, входя в храм.       [Кейл …]       [Что? Ты его знаешь?]       [Знаю. Это тот самый архимаг, который… Которого ты называл Светом Смерти]       …Который убил Мэри — вот, что хотел сказать Чхве Хан, но вовремя вспомнил, что Кейл не знает никакой Мэри, да и сам он, если честно, лишь раз слышал о ней. Впрочем, он немало слышал о загадочном архимаге Света, психе, не жалеющем ни врагов, ни союзников, который наводил ужас на целые армии… И был убит своими же по неясной причине.       Кейл почувствовал, как внутри всё сжимается. Он знал, что Эден неслабый маг, но чтобы этот робкий паренёк оказался шпионом?! Да ещё и грозным воином, слишком страшным и сумасшедшим даже для Руки?!       Хэнитьюз улыбался и говорил с детьми, но внутри у него копились мысли совершенно иного толка.       [Хан, ты уверен?]       [Я не спутаю эту ауру Света. И всё же… Теперь я чувствую его куда полнее. От него пахнет Светом, магией, кровью… и драконом. Но как-то странно… Полукровка?]       [У драконов не может быть полукровок]       [Тогда не знаю. И откуда у него эти шрамы на лице? Я не помню, чтобы у него такие были. Он был вполне приятен внешне… Сейчас покажу.]       В голове Кейла всплыл порожденный чужим сознанием образ молодого человека, почти что подростка, со светлыми волосами, отливающими золотом, и похожими глазами. Аккуратные черты лица и изящное телосложение позволили бы назвать его красивым, если бы не искаженное злобой выражение.       [Я тоже знаю его.] — внезапно сказал Кейл — [Но не как Свет Смерти.]       [Что?! Где ты его встречал?]       [Лично — нигде. Но это лицо сложно забыть. Оно смотрело на меня с сотен листовок и плакатов. Жители Бесконечного королевства почитали его как героя.]       [Серьезно?! Но… Как?!]       [Помнишь, я рассказывал тебе, что лидера вампиров Фредо фон Эджелана и его семью Белая Звезда казнил за измену, и в дальнейшем это спровоцировало нехилый такой бунт, в следом и раскол темных существ?]       [Да, было такое.]       [Так вот, это Нару фон Эджелан, приемный сын герцога Эджелана, который был чуть ли не лидером сопротивления.]       [Я слышал о нем! Вот только… Ты хочешь сказать, что это один и тот же человек? Я имею в виду… Ну, знаешь, сумасшедший архимаг, убивающий своих же, жертвующий собой революционер и забитый мальчишка жрец — один и тот же человек?]       [Всё может быть… В любом случае, сейчас нужно разобраться с этим…]       — Эден, тебе уже лучше? Не думал, что после перелома ты так быстро сможешь передвигаться. — улыбнулся Хэнитьюз, мастерски скрывая свою нервозность.       — Мне намного лучше, Ваше Преосвященство. Тем более, что я маг, и при желании могу перемещаться без помощи больной ноги. — ответил черноволосый.       — Отлично. Тогда, будь добр, зайди ко мне.       — Хорошо. — поклонился жрец и последовал за Хэнитьюзом.       [Что делать будем?]       [Для начала, оценим опасность. Нам же лучше, пока он не догадывается, что его уже раскрыли. И если что… У меня в столе есть блокирующие ману оковы.]       [О, это прекрасно, можно… Стоп. Откуда они у тебя?]       [Я их из тюрьмы стащил.]       [Эх… Ладно, всё к лучшему. Если будут силы его обезвредить…]       Эден открыл дверь и пропустил Кейла вперёд, ведь не раз видел, как делают это слуги. Кейл мягко улыбнулся, но внутренне напрягся, считая, что таким образом ему куда легче всадить в спину нож.       — Хочешь шоколадного печенья? — спросил Хэнитьюз, доставая оное из пространственного мешка.       — Нет, спасибо. — покачал головой Эден.       — Присаживайся. Тебе, наверное, всё ещё тяжело стоять.       — Спасибо, но я бы хотел постоять. Устал уже от лежания.       — Эден… Кости так быстро не заживают.       Тон Кейла все ещё был мягким, но химера явно услышал в нем вопрос.       — Я наложил заклинание исцеления.       — Ты имеешь в виду одно из самых сложных и энергозатратных заклинаний, которые требуют максимальной точности, а любые ошибки в нем приводят к летальному исходу?       — Да… — опустил глаза полукровка.       — Впредь будь осторожнее — решил сыграть роль «доброго дяди» Хэнитьюз — Я могу обеспечить тебе хорошее лечение, не обязательно так рисковать.       — Я постараюсь.       — Эден… — сказал Кейл таким тоном, каким обычно обращаются в попытках успокоить маленького зверька, и даже черный туман, обычно игнорирующий все актерские порывы, если его не контролировать, без всяких команд осторожно заклубился вокруг жреца. — Прошу, помни, ты находишься под защитой здесь. Никто не причинит тебе вреда и не обидит. Я понимаю, что ты пережил не самые приятные вещи, но хочу донести до тебя, что всё это в прошлом. Да, по мановению руки это не пройдет, но первый шаг — почувствовать себя в безопасности. В стенах храма никто не посмеет сделать тебе или любому другому ничего плохого. А если что-то подобное случится, обращайся ко мне. Помнишь ведь, почему участь жреца так страшна?       А вот это уже была угроза, и поняли это оба. Нет, тон Кейла не поменялся, а внешний вид всё ещё выражал заботу и участие, но… но химера давно научился слышать эту чуть прикрытую опасность в мягкой речи. «Зови меня отцом. Ты ведь будешь полезен мне?» — слова, сказанные почти что ласковым голосом, навсегда врезались в память. Это был один из немногих раз, когда Белая Звезда пытался быть с ним мягким. Эден уставился на половое покрытие, боясь поднять взгляд. Ведь если он встретится глазами с Кейлом, он может снова увидеть ту зияющую пустоту… Или ненависть. И тут уж неизвестно, что хуже.       — Самосуд, Ваше Преосвященство. — ответил он на вопрос.       — Правильно. Как ты думаешь, какое наказание положено для предателей?       Кейл улыбнулся. Эден попытался улыбнуться в ответ, но вышло у него странно. Все же шпион из него был весьма посредственный.       — Смерть?.. — слабым голосом предположил он.       Хэнитьюз ничего не сказал, но этого было достаточно для подтверждения.       — Помни, я всегда рядом. — мягко сказал Святой.       Была это поддержка или же угроза — всё может быть.       В этот момент темный туман лег на плечи Эдена как пушистый плед. Химера крупно вздрогнул и попытался отстраниться, сдерживая рвущийся наружу крик. Было больно. Не нестерпимо, но достаточно, чтобы причинить значительный дискомфорт. Спину и плечи жгло, а магия внутри конфликтовала с проявлением противоположного атрибута.       Кейл подошёл к Эдену и положил ему руку на плечо в успокаивающем жесте…       И вот тут уже химера закричал. А точнее, завизжал на какой-то высокой ноте, а тело сжалось от пробежавшей по мышцам судороги.       Одно дело — контактировать с проявлением Тьмы, черным туманом, и совсем другое — с сосудом пусть и новорожденного, пусть и запечатанного, но божества Тьмы. Приятного, конечно, мало: Эдену казалось, что кто-то со всей силы ударил его по плечу раскаленной сковородой. В ушах зазвенело, а зрение помутнилось — и вот уже он падает, проваливаясь в толщу темного тумана, а Кейл в шоке отскакивает от него, растерянно глядя на свою руку.