0. Снежные шары (интро)

За столетия своей жизни мистер Хаус многократно убеждался в том, насколько полезно иметь подробное досье на каждого своего союзника и врага. Функция будет работать лишь тогда, когда в ней известны все переменные. Чем больше у него информации о людях, входящих в его расчёты, тем точнее эти расчёты становятся. Отлаженная система редко давала сбои — в большинстве случаев функции действовали именно так, как и было предсказано. Поведение большинства людей на пустошах довольно легко просчитать. Разумеется, бывали исключения вроде Бенни, информации о котором оказалось недостаточно, чтобы предсказать его аферу. Однако женщина, занявшая его место в качестве протеже, беспокоила Хауса куда больше. 43% его расчётов касательно её действий оказывались неверными, и это был веский повод для беспокойства. Пока что ничего страшного не происходило — она безоговорочно выполняла все его поручения и даже проявляла дружелюбие, более того, за короткое время она успела стать самой полезной из всех его подчинённых. Хаус не хотел потерять столь ценного помощника, а без точного прогноза её действий он очень рискует упустить момент, когда её лояльность перетянет на себя НКР или того хуже — Легион. От неё можно было ожидать чего угодно… Больше всего Хаус опасался получить от своей лучшей помощницы нож в спину, именно поэтому он раз за разом просматривал её скудное досье в надежде найти недостающую переменную для её функции — хоть что-то, что сделает его расчёты более точными. Кейт «Призрак» Хенли, происхождение неизвестно, как и возраст. Прозвище получила за умение убивать врагов прежде, чем они её заметят. Худощавая... нет, скорее тощая рыжая девушка, которая заставляет всех гадать, как можно управляться со снайперской винтовкой, если её вес ненамного меньше веса самой Кейт. Однако Виктору как-то раз повезло лицезреть её «перестрелку»... если это можно так назвать, ведь огонь был односторонним и практически бесшумным. Тогда Хаус лично убедился, что работает она по-настоящему профессионально. Возможно, имеет дело со снайперкой большую часть жизни, но сама ничего об этом не рассказывала. Всегда передвигается в одиночку, преимущественно по ночам. Несмотря на подвешенный язык и умение ладить с кем угодно, одинока. Казино не интересуется, лишь изредка наведывается в «Гоморру», когда сильно напивается — что-то похожее на приступ отчаяния. Но большую часть свободного времени проводит либо в своём люксе, либо в коктейль-баре, иногда берёт читать художественную литературу из пентхауса. В основном, конечно же, пропадает на пустошах. Хорошо разбирается в технике. Судя по всему, любит вещи Старого мира — расставляет по номеру всякие сувениры и предметы, давно утратившие ценность. Принесла в коллекцию на удивление много снежных шаров... И появилась сейчас на камерах, легка на помине. Держит ещё один в руках. Похоже, поиск недостающей переменной придётся отложить. Или же перенести его в иную плоскость — в конце концов Хаус не терял надежды найти эту переменную в одном из разговоров.

***

— Это же наш любимый гость! — донеслось от секьюритрона возле лифта пентхауса. Кейт едва заметно улыбнулась. Хоть сам Хаус был скуп на эмоции и не высказывал к ней своего личного отношения, она прекрасно знала, что реплики всех роботов программировал лично он. Джейн поблизости не оказалось, поэтому Кейт сразу направилась к зелёным мониторам. — Я принесла тебе пополнение в коллекцию. — Она помахала тщательно отмытым и начищенным снежным шаром, спускаясь по лестнице. — Отлично. — По тону Хауса едва ли можно было понять, рад он этой вещице или слишком занят какими-то подсчётами, чтобы отвлекаться на такую ерунду. — Вот твои крышки. У подножья лестницы её уже ждал секьюритрон с полным мешочком звонких крышечек. И откуда они так быстро их берут... Кейт окинула робота равнодушным взглядом и прошла мимо. — Не нужно. Это подарок. Прямиком из Зайона, кстати. На несколько секунд установилось удивлённое молчание. После чего из динамиков раздалось неуверенное: — Спасибо... Прозвучало так непривычно, будто Хаус не говорил это слово минимум лет двести. Наслаждаясь его реакцией, Кейт опустилась в кресло перед его портретом. Этот мягкий удобный знак гостеприимства появился здесь в тот вечер, когда их разговор затянулся непривычно долго, и Хаус впервые предложил ей присесть. С тех пор это кресло стояло перед его мониторами всегда, и если Кейт в него усаживалась, Хаус на время откладывал свои дела, потому что знал, что его ждёт интересная беседа со своей лучшей протеже. — Не стоит благодарности, — отмахнулась Кейт. Шокирующий эффект был достигнут, и теперь можно было смачно его растоптать. — Просто твои крышки уже не помещаются у меня в сейфе. Я почти потеряла надежду их пересчитать, так что не надо усложнять мне задачу. — Очевидное преимущество работы на меня, не так ли? — заметил Хаус с едва заметным облегчением. Денежный вопрос вернул разговор в привычное русло. За стеной из денег так удобно прятаться от личных связей и лишних эмоций, всё упрощается до цифр, которые легко вставить в уравнение. Кейт снова ощутила позыв спутать Хаусу все расчёты и коварно улыбнулась: — Я работаю на тебя не из-за денег. Это чистая правда. Он сразу это уловил и сухо осведомился: — Тогда из-за чего? Кейт повертела снежный шар в руках. Взболтнула его, поглядела на медленно закружившиеся блёстки. Помолчав, ответила вопросом на вопрос: — Так почему снежные шары? — Она уже спрашивала об этом, но внятного ответа не получила. — Есть много занятых вещиц для коллекции. Полезных вещиц, в конце концов. Но ты собираешь их. Они напоминают тебе настоящий снег? — Да. С ним... связаны приятные воспоминания. Довоенные, разумеется. — В его голосе послышались нотки ностальгии. — В реальности снег был таким же красивым? — Намного красивее. Каждая снежинка была произведением искусства. Если не было ветра, они падали очень медленно и сверкали в свете фонарей. Хаус звучал тепло и печально одновременно. Кейт не помнила, чтобы он хоть о чём-то говорил таким тоном. Она перевернула шар ещё раз и поставила маленький снегопад на панель перед одной из его камер. Хаус молчал — возможно, просто любовался, но в этом молчании она всё ещё различала ожидание ответа на его вопрос в обмен на то, что он ответил на её. Он всегда дожидался ответов на свои вопросы. Но она здесь не для того, чтобы оправдывать чьи-то ожидания. — Я работаю на тебя, потому что мне нравятся твои усы, — сказала она с лёгкой усмешкой. — Люди с усами вызывают доверие, знаешь. Как и люди с именем Роберт. Хаус с негодованием вздохнул. Похоже, сегодня ему эту загадку разгадать не удастся.