Голоса из прошлого. Шёпот свободы

      За Ротфронтом было особенно приятно наблюдать со стороны, когда дело шло к сумеркам. Множество автомобилей, что стояли в пробках и свет в окнах образовывали красивое и светлое полотно. Автомобильные фары и ночные фонари, подобно светлячкам во тьме, украшали общую картину. Метель постепенно успокоилась, оставляя за собой слабый снегопад.       Среди автомобильного потока теснилась одна машина с синим проблесковым маячком. Она пролетала в самые узкие проходы и пробивалась в казалось бы, не самые доступные места. На следующем повороте, авто сворачивает в переулок, подъезжая к крупному КПП. Ворота, на которых красовался герб Нации, медленно раскрываются, а оттуда выбегает низенький гештальт, укутанный в лёгкое пальто. Вместе с ним, в качестве сопровождения, вышла реплика Протектор.       Этим гештальтом оказывается ответственная за дежурство девушка-солдат. Оказавшись рядом с авто, гештальт мнётся на месте, продрагивая от холода. Бледная ручонка легонько стучит по запотевшему окошку авто. Окно опускается, а Раух уже ищет своё удостоверение в бардачке. — З-здравия желаю, герр Обер-Лейтенант! – девушка отдала честь, как подобает по уставу, а затем наклонилась к Йенсу, с удовольствием принимая на себя поток горячего воздуха. — Ваше удостоверение, пожалуйста. — Вы тут впервые? – Йенс показал удостоверение гештальту, а затем и Штар, что стояла рядом. — Как вы узнали, герр... Браун. — Потому что ты выбежала меня встречать. Скажу на будущее, тут так никто не делает. Если тебя этому учили на военной кафедре, то забудь. Проверять документы может и одна реплика. — Буду знать... В любом случае, вы можете проезжать! – гештальт повернулась и отдала жест рукой в сторону пропускного пункта. Спустя пары секунд, шлагбаум начал подниматься. — Благодарю Вас. – окошко авто закрылось и Йенс заехал во двор.       Стоило Рауху выйти во двор, как по ушам прошлось громкое "Эй, гляди-ка! Знакомый Трабант!". Обладателем громкого и грубоватого голоса оказался Гюнтер Вайс. Как раз он и нужен был Йенсу. — Время идёт, а Гюнтер прожигает свои рабочие часы на улице. – Раух подошёл к своему товарищу, протягивая руку. — У меня законный перерыв, не начинай. – Вайс пожал руку Рауху. — Что тебя привело сю- Ай, ай! Отпусти ты. Со своим протезом вообще не чувствуешь, как руку мне ломаешь. — А ты думаешь, я случайно? – Йенс рассмеялся, отпуская Гюнтера. — Кхм, так. Мне нужно от пару записей с камер наблюдения в подземной части Сектора С. Желательно такие, которые были записаны с самого утра. — И ты туда же? Ладно, хрен с тобой, дам я тебе эти записи. — В каком смысле? Кто ещё тебя просил об этом? — А ты о ком думаешь? Агенты Национальной Безопасности заходили. Тут тебе не простое хулиганство произошло. Сектор, который достаточно близко находится к столице, ни с того, ни с сего начинает взрываться. Ещё и реплики там с ума посходили. Подумывают, что тут группа Имперских партизан устроили террор с каким-то биологическим оружием. — Ты гляди-ка, даже Штази подняли. Революционерка решила полностью заняться этой проблемой. — И не говори. Внутри штаба всё ещё хуже. Телефоны не замолкают. Распространение этой заразы оцепили, конечно, но надолго ли. — Есть подозреваемые в этом деле? – Раух достал сигареты, понимая, что диалог немного затянется. — Они сегодня поглазели на записи с камер. Там нашли одного гештальта и реплику модели "Шторх". Пока что это всё, что мне известно.       Пачка сигарет выпала из рук Йенса. Тот кинул свой взгляд на Гюнтера, хватая того за руку. — Ты мне сейчас же покажешь, где они видели и кого. Прямо сейчас, пошли. – Раух прыгнул в Трабант, достав из бардачка документы. — Ладно, только успокойся. Ты меня очень пугаешь, Фредерик.       Мужчины прошли в штаб. Гюнтер стянул с себя шинель, отряхивая ту от снега. Йенс предпочёл лишь расстегнуть свою верхнюю одежду и снять фуражку. Внутри действительно кипела активная жизнь. Громкие переговоры между сотрудниками, телефонные звонки, множество реплик и гештальтов, что носились с бумагами. — Я последний раз был у вас несколько циклов назад, но все эти лица для меня в новинку. С чем связаны эти перераспределения? – Раух снял запотевшие очки, протирая их рукавом шинели. — Ну смотри, берём ситуацию с террактом в Секторе С, заражение Сектора D. — Так... — Плюсом на Винете снова война началась. — Ого, да я это, похоже, многое упускаю. Как давно это началось? — Полчаса назад пошли первые сообщения об обнаруженных линкорах Империи в Тихоокеании. Они же обстреляли порт "Ленг" близ "Токио-2". — Я как раз был в картотеке... А как же условия Хайматского договора? — Ха-ха-ха, думаешь, они думали его соблюдать полностью? Да как только делегация вышла из кабинета, я тебе стопроцентно говорю, они эту бумажку выкинули в ближайшую урну.       Гюнтер уселся на табурет, включая компьютер. Аппарат громко пискнул, на нём загорелся красный огонёк. Затем в работу пошел монитор, который медленно выводил изображение. — Браун, около тебя тумбочка стоит. Подай мне оттуда жёлтую и зелёную дискеты. На них сегодняшние даты будут написаны.       Раух открыл тумбочку , где располагались множество дискет разных цветов. Найдя нужные, мужчина передал их Вайсу. — Благодарю, товарищ. Так-с, сейчас я найду эти моменты. Сегодня я записывал около восьми дискет из Сектора С. Но остальные просто были повреждены от последствий терракта. Эти две камеры стоят в Атриуме и столовой. – Гюнтер вставил дискеты в разъёмы компьютера. Обнаружив нужные записи, мужчина начал листать их, подзывая к себе Рауха. — Взгляни сюда. — Пока что я ничего не вижу. — Потому что тут никого и нет. И-и-и... Сейчас. – Вайс нажал на паузу. На экране застыли две фигуры. Со спины тяжело было различить, кто это. Но для того, у кого на руках есть всё, это дело простое. — Реплика модели "Шторх". Вижу. А это у нас... – Йенс начал листать личное дело Изольды. — Нет, не Иза. Та носит косички, значит это... — Ты знаешь, кто это?       Глаза Рауха нервно бегали по фотографиям Эрики, пока его протез ритмично отстукивал по столику. — Ха-ха... ХА-ХА-ХА. Всё сходится, прямо точь в точь. Как я и помню. — Фред, с тобой всё хорошо?? – Вайс осмотрел напарника, на всякий случай отодвинувшись подальше от Йенса и поближе к полке, на которой лежал пистолет. — Со мной? Да. Всё отлично. У меня складывается картина, я счастлив. – Раух встал со стула и сразу же сел на место. В голове мужчины началась адская боль, равная сильному удару.       Йенс посидел с минутку на месте, после чего быстро встал и взял со стола свою фуражку и документы. — Спасибо тебе большое, Вайс. Ты очень помог. Я пойду в уборную, умоюсь и уже отправлюсь. У меня есть дела. — Д-да, конечно... Не за что благодарить, друг.       Обер-Лейтенант быстрым шагом шёл по коридору, сжимая в руках папки. Все эти сны, что приходили в голову Рауха, были не снами. А чем-то иным. Совсем неизведанным. Памятью с прошлых жизней? Столько мыслей формировалось в голове. Мужчина прошагнул в уборную, встав у раковины и набрав в ладони холодной воды. Взгляд Йенса застыл на воде, что была в его руках. Буквально в моменте состояние стало настолько плохим, что в глазах потемнело. Последнее, что видел Раух, это потолок.

"Цикл"

      — Герр Раух, вы в порядке? О чём-то задумались? – владелица довольно знакомого голоса тряхнула мужчину за плечо.       Йенс пришёл в себя, широко раскрыв глаза. Мужчина протёр веки, осмотрев себя с ног до груди. — Стоп, полевая форма? Где мы? Где мой протез? Я опять без руки! – взгляд мужчины пал на двух девушек, которые были ужасно ему знакомы. Зрачки сильно сузились, а на глаз напал нервный тик. Йенс увидел перед собой Лилит Ито и Алину Сео. А это получается, что в данный момент они находились на Винете. — Что?... Что произошло? — Мы обсуждали наши семьи, герр Раух. Вы мне рассказали о вашей, а я начала говорить о своих племянницах. Но стоило вам увидеть их фото, как вы упали на песок. – Лилит протянула в руки мужчины фотографию. На ней были изображены Изольда и Эрика Ито, выступающие на школьном празднике.       Йенс поднялся на ноги, осматриваясь по сторонам. Песок, грязь, окопы. Множество раненых солдат и реплик. Горелая имперская техника. Подняв голову ввысь, мужчина увидел Солнце и тусклую Луну, осколки которой разбрелись по небу. — А что с Тихоокеанией. Где мы? — Как где? Токио-2. Вчера Империя подписала мирный договор. Мы победили. М-да. Похоже, вы сильно ударились головой. – Лилит осмотрела Рауха вокруг. — Со мной всё хорошо. Я уже пришёл в себя, спасибо. Пойду собираться, а то меня уже заждались. Удачи вам. – Йенс медленно побрёл к скоплению палаток, рассматривая всё вокруг. Лилит лишь удивлённо посмотрела в сторону уходящего мужчины, убирая фото в карман.       Нервный тик не прекращался, а только усиливался. — Эрика Ито выжила тогда? Где выжила? Я помню, что она выжила где-то. Ох, моя дырявая голова. Почему я вообще так зацепился за племянницу Лилит?       Раух прошёл в палатку, где к нему спиной сидел солдат. На столе лежала книга, которую парень активно читал. Рядом с книгой стояла необычная зажигалка, с гравировкой в виде трёх звёзд. Йенс подошёл к парню, положив руку на плечо. — Эй, ты случаем не зна-... – Йенс в ужасе отдёрнул руку, попятившись назад. Парнем за столом оказался Пауль Вебер. — Что? Ты что-то хотел, Йенс? — Но... Но... Ты же был мёртв? – голова Йенса снова начала трещать, а в ушах зазвенел хор из голосов. — Умер? Ты совсем с ума сходишь, Браун. Приходи в себя, у тебя почти получилось. Давай! — А? Пауль, ты о чём? Откуда ты.. — Пауль? Это я, Гюнтер. Ты меня слышишь?

"Цикл повторится вновь"

      Йенса обдала яркая вспышка. Мужчина резко вскочил с медицинской койки. Но стоящая рядом Ойле и Гюнтер быстро уложили Рауха обратно. — Лежи, дурной. Не хватало тебе ещё раз хватануть чёртиков всяких. — Ч-что произошло... Я... Всё болит... — Конечно болит. Тебя нашли в уборной без сознания. Ты головой ударился об пол. Из носа кровь шла.       Стоящая рядом Ойле сменила полотенце на лбу Йенса. — Герр Браун, полежите, пожалуйста до утра в нашем медицинском крыле. Завтра с утра мы вас ещё раз проверим и сможем выписать. — До утра? Но у меня дела, которые не могут ждать! — Твои дела подождут до утра. О своём состоянии подумай. Ты, наверное, не спал уже пару циклов, вот тебя и сбило с ног. – Гюнтер положил документы и верхнюю одежду Йенса на прикроватную тумбочку. — Встретимся завтра утром.

***

      Эрика шла позади Шторх, прижимаясь к ближайшей стенке тоннеля, на случай внезапного вагона. Картина на путях метро была довольно неприветливой. Тёмный тоннель освещался техническими лампами, которые отдавали ярко-красным светом. — Я хотела спросить... — М? Что такое, Эрика? — Вы всё ещё придерживаетесь того плана, который был у вас сегодня?       Шторх продолжила идти, обратив свой взгляд назад. — Ты про то, что я собиралась перегруппироваться? — Да, именно об этом. — Честно, уже не знаю. Остался ли там кто-то живой. Рация половину цикла молчит. Мне кажется, что в Секторе С уже всех эвакуировали. — Хотелось бы верить. Хорошо, что наш дом находится в Секторе D. Интересно, как там Иза... — Это нам предстоит узнать.       За поворотом показался застывший вагон метро. Он был достаточно целым, не считая выбитого стекла и следов оксиданта. Так получилось, что состав перекрыл проход вперёд, так как встал диагональю. Шторх потянулась к двери вагоны, с лёгкостью отпирая дверцу. В водительской рубке никого не было, кроме чёрного, как пустота пятна на кресле машиниста.       Эрика заглянула дальше, медленно продвигаясь по сгоревшему вагону. С каждым шагом Ито и Шторх, пепел поднимался всё выше в воздух. — И ни одного гештальта. Лишь сгоревшие корпуса реплик. – Аист ногой перевернула труп Штар, у которой обгорело всё , кроме части бронежилета. В следующем вагоны ещё продолжали тлеть корпуса реплик. Похоже, что вагон разбился не совсем давно. — Ой, а вот, похоже, виновница торжества. – Эрика пальцем показала на останки маленькой реплики, череп которой разбух в ненормальные размеры, а тело сгорело вплоть до самого скелета. — Опа, так это у нас Колибри. Выглядит отвратительно. Думаю, с такой головой она умирала очень мучительно. Мне даже её жалко.       Пока Шторх осматривала Колибри, Эрика оттянула клапан эвакуационного выхода. Несмотря на плачевное состояние вагона, двери распахнулись, пропуская девушек вперёд. — Эй, сюда! Смотри!       Аист закончила смотреть на бедную пташку и выбралась из вагона. Эрика прыгала на месте от счастья, указывая пальцем на тоннель. Вдалеке было заметно снегопад и свет от фонарей. Ито не смогла удержать в себе всё счастье, а потому вцепилась с объятиями в реплику. Шторх немного опешила от такого, но по яркому румянцу на щеках, можно было сказать, что Аист и не против такого хода действий. Тяжёлая и довольно крупная рука реплики приземлилась на спину Эрики, одарив ту ответными объятиями.       Первой на поверхность вышла Аист. Под ногами захрустел свежий снег, а реплику обдало ночным ветром. Рядом оказалась Эрика, что натягивала свою шапку прямо на лоб. От радости совершенного дела, Шторх выкинула карты в ближайшиц сугроб. — Значит, теперь такой план. Нужно будет вернуться за моим автомобилем. Сядем на него и мигом поедем за твоей сестрой. — Поняла! Так, чего мы ждём? Вон там, у забора я вижу отверстие. Мы туда сможем протиснуться!       Так и получилось. Реплика и гештальт пролезли через забор, оказавшись на опустевших улицах Ротфронта. А точнее Сектора С. Тяжёлый побег из заточения уже позади. Теперь ждёт Шторх и Эрику ждала лёгкая прогулка. Возможно лёгкая.