Кошки-мышки

В какой-то момент Драко чуть не поддался панике. Он резко затормозил, от чего машина ушла в крен, и встал на обочине. Ему понадобилось около минуты, чтобы прийти в себя. Нужно сделать пару глотков свежего воздуха. Он был уже около часа в пути, но даже не представлял до сих пор, как далеко он от автобуса. Парень даже не имел понятия, сколько машин на дороге. До этого момента он не обогнал ни одну, хотя спидометр показывал стабильно шестьдесят пять-семьдесят миль в час. Периодически набирая на предсказуемо недоступный номер, он отчаялся дозвониться. Дороги было почти не видно, и только благодаря мощным фарам, отражающим свет от ограждений и маяков, Драко ориентировался в направлении. Скорее всего, они уже отъехали от первой стоянки у Шабли. Ему до него оставалось ехать пару миль. Мысли сбивались. Что бы ни произошло с момента, как Герми с Луной расстались, до отправления этой смс, Драко понимал, что девушка приняла решение убежать. И определённо, она узнала что-то о нём — иначе не игнорировала бы его очевидное желание с ней пообщаться. Что-то, что заставило её просто собрать вещи и уехать на первом же подходящем автобусе. Может, она узнала о Дрейе? Едва ли это должно было стать такой новостью, от которой хочется тихо исчезнуть. Ну, закатила бы скандал, ну назвала бы его лжецом, да просто послала бы куда подальше, но убежать… От этих мыслей у Драко на глаза навернулись слёзы. Она была бы права — он лжец, он трус, он эгоист, он просто недостоин такого отзывчивого и доброго человека. Даже в отъявленных мерзавцах она видит что-то хорошее и относится к ним по-человечески. А он так бессовестно предает её доверие… Он заслужил её гнев, и даже её ненависть. И он бы всё это стерпел, даже полное прекращение общения. Но зачем же она подвергает себя такой опасности, совершая совершенно опрометчивый поступок?! Уехать в никуда, да ещё и такой погодой… Если с ней что-то случится, Драко себе этого не простит. Версию о том, что именно он — причина скоропалительного отъезда Гермионы, парню было принять гораздо легче, чем ту возможность, что девушка просто убегает от него, потому что ей неловко говорить ему в лицо, что он ей больше не интересен. Может, она встретила кого-то, кто без промедления впустил её в свой мир, свои объятья, кто не срывается на срочные встречи в выходные по вечерам, кто просто готов быть рядом с ней без всяких «но». Однако этот вариант он просто не мог, не хотел рассматривать. Глаза застлала пелена слёз, резко исчез воздух из лёгких, стена дождя за пределами салона не давала возможности рассмотреть хоть что-то. Парень резко надавил на тормоз, и авто встало, как вкопанное, пройдя юзом пару метров. Драко вышел из машины. В одно мгновение он вымок насквозь, но стало легче дышать. Он никак не ожидал такой реакции от своего натренированного тела и не менее тренированной психики. Он ведь умел справляться со стрессом. А сейчас, как мальчишка, запаниковал, что в принципе происходит не так уж и редко, когда речь идёт о Герми. В нём просыпается ребячество. А в настоящий момент оно совсем не к месту. Вернувшись в машину, он включил обогрев сиденья и печку, чтобы согреться и хоть чуть-чуть просушить одежду. Вновь выехав на дорогу, он, стараясь не думать о причинах, гонимый одной лишь идеей найти её, надавил на газ и через десять минут был уже на станции Шабли. Автобуса не было, конечно. Он заскочил в кафешку, спросив, как давно ушёл автобус, и взял жуткий кофе с собой. На фото Герми никто не откликнулся, что узнал её. Казалось, в такую погоду никто не хотел выказывать нос на улицу, а в кафе она не заходила. Драко только оставалось надеяться, что он выбрал верный маршрут. Рейсовый огромный белый автобус он догнал через двадцать минут отчаянной погони. Иногда он сам себя одёргивал, что если он хочет найти Герми, ему нужно быть хотя бы живым. Немилосердный ливень прогнал с дороги практически всех, кроме самых отчаянных. Выехав на встречную полосу, он попытался рассмотреть в окна лица пассажиров. С таким дождём задача была не из лёгких, но он готов был поклясться, что Герми была на заднем сидении. Она ехала, прислонившись лбом к окну, по которому то и дело стекала вода, будто автобус поливают из ведра. Лицо её освещалось вспышкой молнии, и через секунду она вздрагивала, когда слышала раскат грома. Образ был размыт из-за дождя и темноты, но Драко знал, что это она.

***

Гермиону разбудил треск динамиков. Осмотревшись, она поняла, что опять заснула, очевидно пропустив остановку. Ноги ещё сильнее затекли. Она попробовала пошевелить пальцами, отчего по телу пробежалось стадо мурашек. Водитель говорил о том, что они приближаются к пробке и пассажирам нужно сохранять спокойствие. В провинции объявлена оранжевая тревога — разыскивают пропавшую девочку, и автобус будет досмотрен. Следующая остановка в пятидесяти милях от границы провинции, и далее автобус будет следовать до Ровелля без остановок. Динамик опять захрипел и затих. В этот момент Герми показалось, что она увидела что-то в окне. Стараясь всмотреться в темноту, она сосредоточилась на дороге, и вдруг она услышала громкий гудок, звук удара, ей показалось, что визжали шины. Но за очередным раскатом грома все звуки растворились. Девушка пожалела, что не использовала остановку по назначению. Ей не хотелось пользоваться уборной в автобусе, да и мешать мадам рядом с ней отдыхать тоже. Она постаралась снова уснуть.

***

Драко увидел яркую вспышку света. Потом ещё и ещё одну. Ему показалось, что голова сейчас взорвётся от напряжения. Когда же закончится этот дождь? Опять перед глазами вспышка света, но что-то не так — его глаза закрыты. Он ещё несколько минут приходил в себя, пытаясь осознать своё тело. Голова жутко болела. Он поднял её с руля и ощупал лоб. Сухая корка крови возле виска помогла ему понять, что произошло. Он опять вспомнил вспышку света. Только сейчас он понял, что это были фары другой машины. Она выехала на встречную полосу, также как и он, и водитель, видимо, увидев автобус, вернулся в свою полосу движения, неминуемо надвигаясь на машину Драко. Парень вжал ногу в тормоз и встречное авто проехало мимо, едва зацепив внедорожник отца, но от резкого торможения машина ушла в занос, крутанулась вокруг своей оси и съехала с дороги, врезавшись в маяк. Вспышками света, заставившими придти Драко в себя, были отсветы от проезжавших мимо машин, но видимо, его не было видно с дороги. Драко попытался выйти из покалеченного авто. Тут же утонув почти по щиколотку в грязи, он обошёл машину по кругу. Чудом уцелевшие фары, хорошая вмятина на кенгурятнике, но двигатель всё ещё мягко урчит. Подушка безопасности почему-то не сработала. Драко вернулся на водительское сиденье и взялся за телефон. Конечно. Нет сети. Кто бы сомневался. Время показывало 22:30. Он был без сознания час двадцать. Как это вообще возможно?! Голова болела, плечо немного сводило, и шею жгло, но в целом, он в порядке. Оглянувшись и не увидев следов второго авто, он облегчённо вздохнул. Его безрассудство чуть не стало причиной аварии для ещё одной машины. Конечно, если бы она ехала по своей полосе, то Драко вовремя её увидел бы. Но она всё это время двигалась по встречной. В такую погоду не только полосы можно перепутать, но и педали… С третьей попытки ему удалось выехать на дорогу. На этот раз он вёл машину гораздо более сосредоточенным на дорожном полотне. Последнее, что он помнил перед аварией, это то, что нашёл её. Значит, осталось только ещё раз догнать этот автобус, доехать с ним до следующей остановки и забрать Герми. Пусть она ненавидит его и не разговаривает всю дорогу. Если понадобится, он её свяжет, но привезёт домой. Судя по маршрутной карте, остановка должны быть только через два часа после Шабли. Учитывая погоду, все три часа. Так что он успевал доехать до пункта назначения примерно вместе с автобусом. Стараясь ни о чём не думать, превознемогая головную боль, он следил за спидометром — шестьдесят миль в час — это гораздо быстрее, чем было разумно, но всё же гораздо медленнее, чем ему хотелось. Гермиона была самым замечательным человеком в его жизни. И он разрывался в отчаянии, потому что каким-то неведомым для себя образом спровоцировал её на побег, и злостью, что она так глупо, неблагоразумно убежала от него, подвергнув себя опасности. На дороге стали различимы красные и белые огоньки, подъехав ближе, он увидел очередь транспорта, и проблесковые маячки служебных машин. Через десять минут медленного продвижения к посту Драко увидел полицейского, приближающегося к его машине. Ещё через несколько мгновений он увидел собаку, которую буквально сносило шквальным ветром от хозяина. Наконец, подойдя к машине, он знаком показал Драко открыть окно. — Что случилось, офицер? — Оранжевая тревога, пропала девочка. Мы досматриваем любой транспорт, без исключения. Драко открыл заднюю дверь и собака сразу же прыгнула в спасительный салон от ветра. — Фу, Дакар! — офицер со злостью одёрнул собаку, но увидев, что Драко улыбнулся, вернул ему усмешку. — Он уже два часа на посту. Замёрз … — Я понимаю. Но у вас такая работа. Я могу открыть багажник, если нужно, — парень с готовностью потянул за ручку двери, но офицер остановил его. — Объясните мне, лучше, что с вами случилось, — он посветил фонариком на лицо Драко, явно указывая на запёкшуюся кровь. — Мы с трудом разъехались с одной машиной, минутах в тридцати езды отсюда, — не нужно признаваться офицеру, что у молодого человека ушло на эту поездку от силы двадцать минут, нарушение скоростного режима нигде не приветствуется. — Второй водитель выехал на встречную, не заметив меня. Но он не пострадал. Я тоже вроде в порядке. Но мне нужно торопиться, поэтому я не стал в такую погоду отвлекать служителей порядка на свою мелкую проблему. Да и сети нет… Офицер кивнул, осмотрел бегло салон и опять потянул Дакара за поводок: — Ну, ты уже даже обсохнуть чуток успел. Пойдём, там уже много машин. Кивнув Драко и пожелав ему спокойного пути, он показал зелёный сигнал своему коллеге на посту, указывая на белый внедорожник Люциуса, и ушёл. Проехав не больше нескольких минут от поста, Драко увидел загоревшуюся лампочку топливного бака. То ли в аварии он пострадал, но сигнала о повреждении систем не было, иначе Драко не смог бы вести машину, то ли мальчик на заправке не налил полный бак, честно списав с карты за 40 литров, но ситуация требовала скорейшего разрешения. 23:07 на часах. Сказывалась усталость, и голова всё ещё сильно болела. Проехав ещё пару минут, он увидел огни заправки, сильно потускневшие из-за дождя, и уже хотел свернуть, но увидел двигающийся по дороге автобус. Тот самый, рейсовый, который он уже так долго ищет. Слава богу дорога здесь была не под стать лесной двухполосной. Она расширялась в четырехполосную, разделённую барьером, хорошо освещённую магистраль, с хорошей видимостью даже в такой ливень. Догнав автобус, Драко стал всматриваться в окно, где видел Герми несколько часов назад. И видел только темноту. Несмотря на все разряды молнии, лампы уличных фонарей, на месте у окна на последнем ряду никого не было видно, там никого просто не было. Сердце Драко разбилось и двумя умирающими частями упало куда-то в пятки, а голова взорвалась острым приступом. Но слёзы на глаза навернулись не от боли. Он выбрал не тот маршрут. Он ошибся. Ему нужно было найти разворот и ехать напрямую до Ровелля, без этих объездных путей. Но сердце не давало сделать и вдоха. В голове мелькнула отчаянная мысль не сдаваться. И он нажал на газ. Объехав автобус, он стал сигналить и притормаживать, водитель ругался и то и дело нажимал на газ, пугая неадекватного водителя на джипе тараном. Но Драко не сдавался. Он не давал автобусу свернуть и его скорость неумолимо падала. Наконец, автобус остановился, съехав к краю защитного ограждения и открыв двери прямо под фонарем. Драко моментально вскочил в салон, не дав водителю возможности выйти. — Да ты совсем ненормальный, парень? — месье хотел было схватить его за шкирку, но не успел. Драко увернулся, и пробежал по салону в самый конец. — Никто не видел девушку на этом месте? Красивую, грустную, длинноволосую… — Драко почти ничего не видел, из-за головной боли. Его покачнуло, и он едва не упал на немолодую уже даму. Она подняла на него испуганный взгляд и отстранилась. Драко дотронулся до головы. Видимо от эмоций кровь снова стала сочиться, а рану слегка щипать. Но все его мысли были о том, что он ошибся и всё это время Герми была в другом автобусе. Она могла уже несколько раз сойти с него непонятно где, так и не доехав до Ровелля, и теперь ему будет её не найти. Отчаяние захлестнуло его, глаза опять наполнились слезами, а водитель уже взял нерадивого «пассажира» за шиворот, чтобы выволочь из автобуса. — Надо же, — сказала та самая дама, на которую Драко едва не упал. — Здесь чья-то сумка… Парень вывернулся из захвата и одним слитным движением оказался у последнего сиденья. Выхватив из рук женщины рюкзак, он открыл его и увидел красную ветровку Гермионы. Этот запах он ни с чем бы не спутал. — Герми? — Драко стал озираться по сторонам, крутиться вокруг своей оси. — Где ты? Герми? Водитель вырвал из рук парня рюкзак и буквально вытолкнул его к двери: — А ну пошёл вон! Итак из-за погоды опаздываем, так ещё ты! Драко схватился за рюкзак и потянул: — Это рюкзак моей девушки. Она пропала. Вы видели её? Красивая, с длинными волосами… Мне нужно найти её! — Была такая. Но видимо сошла на одной из остановок. Ты же видишь, тут её точно нет. Забирай рюкзак и вали наконец отсюда!!! — и Драко опять испытал весьма ощутимый толчок в грудь, от которого потерял-таки равновесие и упал к ступенькам. Рёбра пронзила боль, и он невольно вскрикнул и застонал. — Не притворяйся, я чуть тебя тронул… — Водитель выглядел слегка растерянным. — Это не вы, — выдохнул молодой человек. — Я попал в аварию, и ещё не обращался к врачу. Мне нужно сначала найти Герми… — Так или иначе, нам с тобой не по пути, — на Драко были обращены глаза практически всех пассажиров, и чувствуя сожаление и беспокойство за парня, исходящее от них, водитель тоже немного смягчился. — Тут её нет, значит она вышла раньше и либо осталась там, либо пересела на другой автобус. В Шабли вместе с нами стояло ещё два рейсовых. — он помог Драко встать и совсем легонько похлопал его по плечу. — Удачи в поисках. Драко вернулся в машину и опустил голову на руль. Что делать, он даже не представлял. Самочувствие ухудшалось, он больше не мог игнорировать саднящую шею и жгучую головную боль. Глаза резало от яркого света и постоянного напряжения от вглядывания в дорожный просвет, беспрестанно покрывающийся новыми порциями воды. Он посмотрел на указатели. Разворот по объездной дороге. Нужно заправиться, непонятно, сколько ещё миль ему придётся проехать до следующей заправки, и выпить кофе. Иначе он не сможет продолжить поиски. А после чашки кофе и пятнадцати минут отдыха он решит, что делать дальше, и куда именно лучше ехать.

***

— Боже, какая же я дура!!! — Гермиона выкрикнула это так громко, что все посетители небольшой кафешки разом обернулись и уставились на неё. От этого внимания её прошиб озноб. А может от того, что она не взяла ветровку из автобуса, и была насквозь мокрой. Ей очень хотелось тёплого чая и чего-нибудь перекусить. После горячего шоколада у неё и маковой росинки во рту не было. Собирая вещи дома, она не подумала о еде, и поняла, что зверски голодна только, когда вышла в туалет и услышала запах горячих тостов. Встав в очередь в уборную, она поняла, что просто не вытерпит так долго. Прошлую остановку она проспала и сейчас ей экстренно нужно было облегчиться. Она осмотрелась и побежала через парковку к забегаловке, откуда так приятно пахло. Заказав блинчики с кокосовым сиропом с собой и большую кружку зелёного чая, она уточнила, можно ли ей, как посетителю, воспользоваться уборной. Мужчина за стойкой, лет сорока на вид, улыбнулся и указал на дверь с заветным символом. Несмотря на очевидный уровень кафе, в туалете было чисто. И была горячая вода. Девушка не могла достать руки из-под крана, так ей было приятно погреться под тёплой струей. Немного расслабив плечи, она даже забыла, зачем она здесь. Пока мочевой пузырь ей не напомнил. Выйдя из уборной, она заплатила за заказ, и взяв его в руки уже стала прикидывать, как она донесёт это всё до автобуса, когда её взгляд уловил кое-что очевидное. Автобуса не было. Она растерянно оглянулась на мужчину за прилавком. Он показал ей на часы. — Уехал минуты три назад. Несколько раз погудел и уехал… Ровно десять минут стоянка. Хотя обычно автобусы к нам не заезжают… В этот момент и вырвалось у неё восклицание, привлёкшее всеобщее внимание к её персоне. Несмотря на крупную дрожь от прикосновения холодной майки к телу, она села на диванчик, и принялась распаковывать еду, завёрнутую с собой. Есть хотелось больше, чем плакать. И тёплая кружка чая согревала лучше, чем мысль о самокопании. Покончив с одним блинчиком, она хотела было приняться за второй, но поняла, что если прям вот сейчас не узнает ответ на один вопрос, то не то что есть, она жить не сможет. Вытряхнув из сумочки всё содержимое, она изучила его и осталась удовлетворённой. Телефон и деньги здесь. Немного, но здесь. Вдруг, сзади на неё упала какая-то ткань, а в опустевшую кружку полилась горячая добавка. Подняв глаза, Герми с благодарностью посмотрела на женщину, которая накрыла её своей кофтой. — Ты совсем замёрзла, милочка. Так и заболеть недолго. Уже придумала, что делать будешь? — Нет пока. Но у меня есть немного денег. Попробую что-нибудь придумать, однако пока у меня просто заледенели мозги, и нужно ещё чуть-чуть погреться… — Ма-а-ардж, ну где ты? Кофе носишь полчаса! — откуда-то с другого конца зала донесся крик. Казалось, про Герми все уже забыли… Как же ей добраться до… А до куда ей собственно надо добраться? Вот это вопрос. Денег осталось ровно на билет, и то не до всякого места назначения. Даже до тёти Агаты она уже не доедет. Её удостоверение уже совершеннолетней личности осталось в рюкзаке с вещами, значит, и в банке деньги она не снимет. Перспективы были не радужными, сеть не работала. И единственным позитивным моментом, что она смогла вынести из этого события — было то, что она стала потихоньку привыкать к грому и вздрагивала уже через раз… Как же всё-таки глупо получилось, но она смогла, наконец, выйти из своего оцепенения и начать думать. Она видела Драко в номере с какой-то девушкой. Он был обнажён по пояс, ждал её с нетерпением. И выглядело всё так, что он… Что он? Она не видела, как они смотрят друг на друга, как они разговаривают… Ни одного показателя, который она обычно подмечает, наблюдая за парочками, или влюблёнными пока-не-парочками. Был только один — или можно сказать половина факта — Драко сказал, что он будет с отцом. И Люциус там тоже был. Просто потом ушёл. И смс ответное Драко писал, находясь наедине с этой пигалицей, ужиная с ней — раз тележку привезли… А что было после ужина? Волосы Герми взметнулись от сильного порыва ветра. Опять ощутив холодные мурашки на коже, она потянулась ко второму блинчику и кружке кофе. — Эй, парень, может, чего покрепче? Чай не согреешься одним кофе-то, — мужчина за стойкой заговорщицки перешёл на полушепот. — У меня есть кое-что под баром… Ма-а-а-а-ардж! Бургер сделай, и картошку. Тут клиент с голоду помирает, — передав заказ той приятной даме, которая укрыла Герми, мужчина продолжил. — Эй, парень, может, тебе нужен врач? Парень что-то ответил, но Герми уже отвлеклась от посторонних бесед и опять отправилась в путешествие по собственным мыслям. Если попытаться вернуть рассуждениям хладнокровность, то что она знает? Что Драко сказал, что будет с отцом, а сам был не только с ним, а ещё с какой-то белобрысой мадам. Сказал, что отец его до вечера не отпустит, а сам в это время находился наедине с этой самой мадам. И их отношения предполагают, что он не стесняется при ней ходить полуобнажённым. Она его видела таким всего несколько раз… А он её «такой» ни разу. Ну с натяжкой можно вспомнить случай в джакузи… Драко определённо волнует её … Как мужчина… Ещё как волнует! И она замечала, как меняется его взгляд, когда они целуются… Он её хочет. Но вслух он этого никогда не произносил, и не делал никаких — совсем никаких — поползновений в эту сторону… Всегда позволяя ей решать, что и как происходит в их близости. А она никогда не позволяла себе чего-то излишне вольного, стараясь не потерять дыхания от удовольствия. Да она даже мысли теряла, растворяясь в этих ощущениях, плыла на волнах эмоций, какие уж тут мысли… Но Драко всё же мужчина. И его желания естественны. И возможно, раз Герми эти желания не удовлетворяет, он нашёл кого-то, кто будет. Но если бы он ей сказал… То что? Герми спринтерским стартом сиганула бы к нему в постель? Если уж она говорит откровенно сама с собой, то нельзя исключать этот вариант. Сколько раз она просыпалась с его именем на губах? И представляла касания его языка бог знает где… А Люциус? Сложно поверить, что он им подыгрывает. И о чём Драко давно хочет ей рассказать, что со временем становится только сложнее… Мысли прыгали с одной на другую… Допив последний — уже холодный — глоток кофе, девушка глянула в окно на парковку. И обомлела. Там стояла машина Люциуса. Если и не она, то очень похожая. Она стала искать глазами импозантно одетого мужчину, с хвостом и проседью в волосах. Но среди посетителей кафе такого не было. Оставалось вообще всего три человека. Парень у стойки, допивающий кофе, мужик в другом конце зала, постоянно требующий внимания Мардж. И она. Видимо дело шло к закрытию — часы показывали без десяти полночь… Она облегчённо вздохнула. Если это и он, то, скорее всего, он пошёл на заправку. И мало ли вообще таких машин, тем более так далеко от дома… И всё-таки она была права — её планам покататься не суждено было сбыться. Пропустить автобус, да ещё и забыть в нём рюкзак с одеждой и документами. Её размышления прервались в один миг, когда взгляд вернулся к парню у стойки. Опущенная блондинистая голова, понурые, но широкие, и такие знакомые плечи, любимый рельеф которых явственно проступал под мокрой одеждой — теперь-то она точно знала, что это не иллюзия. За стойкой сидел Драко. Посмотрев по сторонам и увидев Мардж рядом с мужчиной за прилавком, она поднялась так тихо, как только могла, и направилась к двери у противоположного конца зала. Мужчина, всё ещё сидевший опять с пустой кружкой кофе, не обратил на неё внимания, но уже набирал воздух в лёгкие, чтобы опять позвать официантку. Чуть ускорившись, Герми дошла до двери. Ей нужно уйти. Драко не должен был здесь оказаться. Первый приступ злости ушёл, сменив эмоции на холодное желание избежать встречи. Коснувшись двери и толкая её, она почувствовала небывалое спокойствие и удовлетворение. Драко её не заметил.

***

Доехав до заправки, Драко коротко кивнул парню и отдал неприличную сумму за полный бак. В этот раз он намеревался проследить, чтобы бак был, и правда, полон, иначе он может встать посреди неизвестности во всех смыслах. Сев за стойку придорожной забегаловки, он сделал заказ и, получив почти мгновенно свой горячий кофе, стал думать, откуда начинать — или продолжать — поиски. В голове было пусто, а в душе было больно. Сердобольный хозяин заведения, будто увидев его печаль, предложил выпить чего-нибудь покрепче, но Драко лишь покачал головой. Ему нужно за руль, искать любимую. По пути сюда он вспомнил виноватый взгляд отца — Герми была в Оушн Плаза, возможно, она видела, что он Дрей… Значит, всё кончено, шансы на его счастье растворились, как только она сама выяснила правду. А найти силы рассказать ей он так и не смог. Трус… Какой же он всё-таки малодушный, жалкий трус… И в потере любимой он виноват сам. Но самое малое, что он ей должен — это вернуть домой. Найти и вернуть. Хотя бы домой. Без двадцати двенадцать — отец наверное волнуется до чёртиков. — Извините, у вас нет телефона? — Драко с надеждой посмотрел на мужчину. — Есть, а толку? Связи-то всё равно нет… Тебе точно не нужен врач? — Спасибо, сейчас схожу в туалет, умоюсь, и буду иметь надлежащий вид. Но мне нельзя задерживаться, я ищу девушку, не могу тратить время на врача… Доев свой бургер в два укуса, он лениво жевал картошку. Всё-таки после аварии его слегка мутило даже от такого количества еды. Опять вернувшись к размышлениям, он решил, что поедет в Ровелль. Отсюда есть прямой путь, и он точно должен опередить рейсовый. А уже там определиться, куда двигаться дальше, а точнее назад, если Герми там не окажется. От размышлений его отвлёк разговор между хозяином заведения и официанткой. Они перешёптывались, но были слишком близко, чтобы их беседа осталась конфиденциальной. — Мы закрываемся. А ей некуда идти. Она же не может переночевать здесь на диванчике. — И ты хочешь каждую дворняжку пригреть и накормить… — Она может заплатить за ночь в подсобке. Там есть нормальный диван, и ванная для персонала… — Ну конечно… Через дорогу есть мотель, пусть перекантуется там… — Ты же знаешь, какой там хозяин. Да и вряд ли в такую ночь там есть свободные комнаты… В этот момент Драко услышал как хлопнула входная дверь и одновременно женский вскрик. Повернувшись на звук Драко опрокинул почти пустую кружку кофе. — Герми? — парень не верил своим глазам. — Герм! Девушка ещё раз попыталась выйти, но сильный порыв ветра, как и в первый раз, захлопнул дверь, едва она приоткрылась на несколько сантиметров. Только сейчас она смогла рассмотреть Драко — впавшие глаза, бледная кожа, и стекающая капля крови по щеке. Герми широко распахнула глаза, в ужасе всматриваясь в его лицо. Вся ярость, вспыхнувшая из-за того, что решение её проблемы было так близко, но ускользнуло прямо из-под носа, растворилась. Точнее, это ей не удалось ускользнуть из-под носа Драко, чтобы избежать выяснения отношений, до того, как она сама разберётся в себе. Совершить третью попытку уйти ей не дали сильные руки, в следующее мгновение обхватившие её и прижавшие к горячему телу. Хотя она её и не предпринимала. Страх за Драко полностью отшиб желание убегать. А когда он шёпотом, с придыханием, назвал её имя под звук колотящегося сердца, она просто забыла обо всём на свете, не в силах пошевелиться. Драко продолжил шептать Герми на ухо, но с каждым словом его голос становился всё громче и громче. Он позволил себе погладить её по спине, чуть разжимая хватку: — Я думал, что переживал самые ужасные мгновения своей жизни, когда видел тебя в объятьях другого, и когда ты пропала тогда из лицея, но то, что я пережил сегодня… И вот, опять я всё о себе… Как ты? Замёрзла? Слова Драко о событиях в лицее немного подпитали боевой дух Герми. Она могла бы встречаться с Виктором! Он был более чем готов к её дерзости и яркости! Но вместо этого отчаянно хотела дать шанс Драко, и даже когда она так явно выбрала его, этот… Блондинчик не мог решиться на первый шаг. Неудивительно, что у неё нервы сдали! Лишь из этих эмоций она нашла силы оттолкнуть парня от себя, с трудом просунув руки между ними. — Отойди от меня! Видеть тебя не хочу! Зачем ты вообще сюда приехал? Как ты нашёл меня?! — но, посмотрев на его окровавленную голову, она замерла, а весь её задор и пыл пропали. — А с тобой что произошло? Драко поник. Но решимость и невероятная нежность из его глаз никуда не исчезли: — Ничего страшного. Я просто… Их беседу прервали в совершенно свойственной этому заведению манере: — Мардж! Закрывай двери! Мы закрыты с полуночи до семи утра! — Давай поговорим в более удобном месте. Ты замёрзла, а кафе закрывается. Пойдём, — и не дав Герми проронить ни звука, парень утащил её из забегаловки. Усадив её на пассажирское сиденье, он запер двери, включил подогрев сидений, обогрев салона на максимум. Когда закончил со всеми этими действиями, он снова посмотрел на девушку. — Я отвезу тебя домой. — Нет! — Герми, ты можешь ненавидеть меня сколько угодно, но зачем так мучить своих родных. Сбежала, как маленькая девочка… — Мучить родных, о чём ты вообще? — она дёрнула ручку двери. — Выпусти меня отсюда, я с тобой никуда не поеду… — она ударила его по плечу, отчего Драко закашлялся, зашипел и схватился за голову. — Боже! — она почти кричала. — Да что же с тобой произошло?! — Я расскажу тебе, если ты позволишь отвезти тебя домой. Герми проявила свойственную ей в повседневности мудрость и сказала: — Давай подумаем об этом утром. Сейчас мы точно никуда не поедем, — глядя на сплошную стену дождя, она была тверда как никогда. — Я с тобой в таком состоянии в такую погоду никуда не поеду. Где мы будем ночевать? Не в машине же? — Герми вспомнила, как у неё в автобусе затекли ноги, и ещё раз ими пошевелила для верности. — Я слышал от владельца кафе, что здесь напротив есть мотель, просто его не видно за стеной дождя, — проехав пару метров, они действительно увидели вывеску мотеля: «Мест нет». — Я всё-таки попытаю счастья. — Драко потянулся к ручке двери и опять поморщился. — Давай лучше я, у меня больше шансов. Герми выскочила из машины и побежала к входу. К тому моменту, как Драко вошёл, Герми уже вовсю щебетала с мужчиной лет сорока пяти, сально улыбающимся и раздевающим её глазами, абсолютно не стесняясь. — С вас вот столько за ночь, — и он показал на вывеску с прайсом. Герми посмотрела на него улыбаясь и забирая ключ, а в тот момент, когда он уже чуть не положил свою лапу поверх её ладони, быстро развернулась к Драко. — Милый, ты заплатишь? — взяв его под руку и повиснув на нём, как в тот раз, когда она играла его фальшивую девушку, она ещё раз мило улыбнулась хозяину мотеля. Воспоминания о том, сколько всего они прошли до того момента, как сблизились, разозлили её не на шутку. Глупая! Она готова была бороться за его репутацию, играя роль перед взбалмошными девчонками, ни с того, ни с сего унизившими Драко в их любимом кафе, готова была ловить его редкие откровения, когда он мечтал о писательстве… Готова была мириться с тем, что он переносит их встречи и постоянно что-то темнит, недоговаривает, скрывает… А ведь таких моментов было не мало! Ну почему она такая дурочка? Драко молча протянул купюру хозяину мотеля и, развернувшись, зашагал на улицу, приобняв Герми за талию. Но как только дверь за ними закрылась, Герми убрала его руку и побежала к двери в номер. Драко, отметив, куда она зашла, вернулся в машину, чтобы забрать вещи. Постучав в номер и так и не дождавшись ответа, он вошёл — дверь была не заперта. Девушка сидела в кресле и выжидательно смотрела на Драко. — Нет. Нет. И ещё раз нет. Ты ещё не дала согласие на моё условие. Плюс ко всему, ты вся мокрая, и можешь простудиться, если не переоденешься. Тем более, что… — он замолчал и повернул голову к окну. — Тем более, что? — Герми сощурила глаза, она была готова к любой словесной перепалке. — Тем более, что твоя одежда практически ничего не скрывает, таким образом не выполняя ни одну из своих функций. И мне трудно на тебя смотреть, не имея возможности прикоснуться, — Драко бросил вещи у двери и опустился на корточки рядом с ногами девушки, укладывая голову ей на мокрые колени. — Ты имеешь причины меня ненавидеть, я уверен в этом, но разбираться в них сейчас я не могу. Я просто счастлив, что с тобой всё хорошо. Как бы ты ко мне ни относилась, я приму это, но давай устроим перемирие хотя бы до утра… А сейчас будь хорошей девочкой, иди в душ. Там в рюкзаке почти вся твоя одежда сухая. А я пока соображу, на чём мне спать… В голове была куча мыслей, а в душе столько противоречивых эмоций, что Гермиона решила отложить перепалку до утра. Мысль о горячей воде и тёплой постели очень привлекали. Положив руку на голову парню, она немного её оттолкнула, показывая, что хочет подняться, и молча пошла в ванную. Эффект от водных процедур был явно недооценён ею, так как вышла она совершенно другим человеком. Поначалу ей было неловко выходить из ванной в полотенце, но она сама забыла взять вещи, и, решившись, открыла дверь. Драко занял её место в кресле, на полу было организовано походная «кровать» из одеяла. Увидев свою уже бывшую девушку, он пару секунд не мог отвести взгляд, но потом грустно улыбнулся и указав на постель, кивнул, мол «укладывайся». Сам он, взяв свёрток со стола, ушёл в ванную. Услышав звук льющейся воды, Герми моментально вспомнила, каким видела его в своей комнате практически в таком же мокром виде. Тогда тоже шёл дождь. Он спас её от хулиганов на остановке, подвёз домой, и она гостеприимно предложила ему обсохнуть и дать сухую одежду брата. А ещё она вспомнила, каким видела его уже вчера днём в отеле. Окончательно решив все вопросы отложить до завтра, Герми уже забралась под одеяло, но тут же подскочила, как ошпаренная. Она же обещала написать маме смс, как приедет… Не зная, наладится ли связь к утру, чтобы не беспокоить мать и не подставлять Агату, девушка решила исполнить обещание. Но, конечно, телефон она забыла в ванной. Выскользнув из-под одеяла, она прислушалась к шуму воды, подкралась к ванной и приоткрыла дверь, чтобы нащупать телефон на раковине, но ничего у неё не вышло. Открыв дверь пошире, она увидела Драко, опирающегося на комод спиной, в одних джинсах, с закрытыми глазами. Рядом с ним стояла открытая авто-аптечка. Мокрые вещи Герми, разбросанные по полу, парень развесил, а телефон положил на комод, подальше от воды. Герми не могла отвести от него взгляда. Но на этот раз не от идеальных пропорций. Весь торс Драко был разукрашен синяками. Через всю грудь от шеи до тазовой кости шла широкая полоса, у шеи ещё и кровоточащая. А на голове была глубокая ссадина. Не выдержав больше этого созерцания, она тихонько подошла к нему и провела рукой по груди. От этого неожиданного касания парень вздрогнул, но не открыл глаза. Казалось, он действительно не слышал, как она приблизилась. — Боже, что с тобой произошло? Драко, тебе нужно к врачу. Вдруг есть какие-то внутренние повреждения? Пожалуйста, не спорь… — она прижалась к нему всем телом. Сейчас ей было всё равно, что он делал в том отеле. Она была уверена, что там этих отметин ещё не было. А сейчас, когда он так близко, Герм поняла, что это всё, чего она хочет в этот момент. Позаботиться о нем, пожалеть, помочь... — Позволь мне помочь тебе… Драко прикоснулся к её волосам и открыл глаза: — Это и правда ты… А я думал, что брежу, что ты — галлюцинация — последствие сотрясения. Как же я люблю твой запах… — он вдохнул глубже, и провёл носом по её щеке. Вся злость Гермионы от этого жеста ушла на задний план, куда-то на потом. С момента, как она увидела его голову в крови, она старалась отстраниться, делать вид, что её не должно больше волновать его состояние здоровья, как и он сам. Но это было абсолютным самообманом. Подняв на него взгляд, она увидела только губы, и не смогла устоять, чтобы не дотронуться до них своими. Это лёгкое касание будто создало электрический разряд. Герми не смогла отстраниться, она лишь сделала короткий вдох, и прильнула чуть раскрытыми губами, поочерёдно целуя то верхнюю губу, то нижнюю. Драко не дышал, он только подался чуть вперед, боясь спугнуть это мгновение. Когда Герми скользнула языком в его рот, он не смог сдержать стон, и его руки, до этого не смевшие трогать почти голую девушку, обвили её тело. Герми понимала, что нужно остановиться, но не могла. Просто не могла заставить тело исполнять приказы мозга. Ему нужна помощь, она должна прекратить его целовать, но она чувствовала его усиливающееся возбуждение, его руки, прижимающие к себе. С его губ слетел ещё один стон, когда она провела языком между десной и зубами. Парень изо всех сил сдерживался, не позволяя себе терять самообладание, и Герми понимала, что сейчас, если бы Драко ответил на поцелуй, если бы он снял с неё полотенце, если бы он повёл её за собой в комнату на кровать, она ни за что на свете не остановила бы его. Она скользнула короткими поцелуями по щеке к шее, и прикусила мочку уха. Руки парня напряглись, он взял её за плечи и, подавив очередной стон, хриплым, почти безумным голосом прошептал: — Герми, остановись, я не железный, я не смогу себя остановить. Но я не могу позволить себе допустить, чтобы ты сожалела о чём-то. Я и так принёс тебе много переживаний… Девушка чуть отстранилась от него, и, не прекращая медленных поцелуев, потянулась к его джинсам: — Я обычно добиваюсь желаемого, Драко. И ты должен знать, что сейчас наши желания почти совпадают, однако к этому вопросу мы вернёмся позже. Сначала тебе нужно в душ, — и, стянув с него штаны, она развернула его и легонько подтолкнула вперёд. Драко покорно шагнул под горячие струи, снимая бельё и носки. — Если я сейчас к тебе присоединюсь, то вряд ли смогу преуспеть в том, в чём наши желания немного расходятся. Поэтому постарайся сам и недолго, ладно? — посмотрев в последний раз на его широкую спину и бесподобные ягодицы, девушка закрыла душ и вышла из ванной, прихватив с собой аптечку. Отправив маме короткую смс, она провела ревизию медикаментов. Медсестра-самоучка едва успела достать бинты и антисептик, как Драко уже вышел из ванной. Похлопав по кровати, она приготовилась обработать раны на голове и шее. Когда пациент присел на уготовленное ему место, Герми шутливо отметила, что полотенце нужно почаще использовать в качестве предмета гардероба. Вдруг лицо её стало серьёзным, и она снова задала Драко вопрос: — Что случилось? — волнение и тревога в голосе не остались незамеченными. — Я могу спросить то же самое. Что случилось? — парень зашипел от прикосновения пропитанного антисептиком ватного тампона ко лбу. Как ни странно, за последний час головная боль почти ушла. Обработав рану, девушка переключилась на шею. — Похоже на травмы после аварии… — Похоже, случилось что-то, что заставило тебя изменить ко мне отношение и отменить наше свидание, даже не сказав мне об этом… — девушка напряглась. — Герми, видя твои глаза сейчас, я не сомневаюсь в твоей взаимности — ты беспокоишься обо мне, и я тебе нравлюсь, и ты… — он ответил на невысказанный вопрос. — Ты хочешь меня не меньше, чем я тебя… Так что же случилось? Мне нужно услышать это от тебя. Герми закончила с обработкой ран, она уже какое-то время смазывала синяки мазью от гематом. Когда она переключилась на косточку, выступающую над полотенцем в районе пресса, девушка уделила особое внимание этому кусочку кожи. Подняв на Драко глаза, потемневшие от желания, она почти в самые его губы выдохнула: — Слова иногда бывают лишними… — и накрыла их поцелуем, требовательным, голодным, новым и очень многообещающим. — Герми… Ты ведь никогда не сдаёшься? — Драко оторвал ладони девушки от своего лица и поднял их над головой. — Ты сводишь меня с ума, и ты действительно бесподобна в таком виде, — его взгляд был сияющим, а голос прерывался и сбивался на хрип. — Ты и представить себе не можешь, чего мне стоило разорвать этот поцелуй… Такой поцелуй… — он лежал на спине, а Герми вдавливала его своим телом в кровать. Подняв её руки, он ещё ближе прижал её к себе. Она лениво целовала его шею и сдавливала своими бёдрами его в такт своим поцелуям. И откуда в ней вся эта грация и соблазнительность? Не иначе, как стресс на неё так повлиял. Или предположение, что Драко искал именно этого в том номере с блондинкой. И даже дикая ревность, и обида, и до конца не расставленные по местам чувства, не могли унять её безумного желания обладать этим мужчиной. Её тело звенело, как натянутая струна, желая получить так давно оттягиваемую разрядку, а хозяйка этого тела хотела получить разрядку эмоциональную, сбросить наконец это напряжение, которое не облегчали ни слёзы, ни крики, ни сон… Она, ограниченная в движениях этим незамысловатым действием Драко, умудрялась продолжать добиваться своего. И ей показалось на мгновение, что он сдался, когда сделал резкий вдох и подставил шею для её поцелуев, а с его губ слетел очередной стон. Перехватив запястья одной рукой, другую он опустил ей на бедро и провёл по нежной коже, вызывая дрожь по всему её телу. Рука поднялась под полотенце по ягодице до талии и снова вернулась, но уже не в нежном прикосновении ладонью, а оставляя едва заметные полосы от ногтей. Гермиона словно ощутила ток по позвоночнику и сильнее прижалась к нему, всё отчетливее ощущая через влажный кусок ткани между ними, как тело Драко реагирует на его же действия. Между ними было горячо, и Герми мельком подумала, что это не последствия горячего душа. Её тело плавилось от соприкосновения с телом Драко, а её ноги всё крепче сжимали его по бокам. Инстинкты брали своё, она повела тазом в незамысловатом движении и от собственных ощущений рвано выдохнула в шею Драко. Прикусив его мочку, она, наконец, смогла освободиться, потому что обе руки парня уже сильно впивались пальцами в её зад, крепче прижимая её к себе. Она почти задохнулась, когда жар возбуждения завертелся вихрем в животе, сладко отдавая гулким пульсом куда-то в затылок. Ей просто необходимо было найти его губы, его сладкие тягуче-томные губы, которые сводили её с ума. Она приподнялась над торсом Драко. Ни тени стеснения на лице, хотя полотенце съехало, обнажив почти полностью грудь, ни тени сомнения в мыслях, чёрт — мыслей совсем не осталось, а было только жадное «хочу». Что бы ни произошло завтра, к чему бы они ни пришли, как бы больно ей ни было, она хочет, ей это нужно сейчас, и она ни капли не пожалеет о случившемся… Драко повернул к ней голову и Герм невольно вскрикнула. Ответив на невысказанное беспокойство в глаза парня, она почти шёпотом произнесла: — Какая же я всё-таки эгоистка… Мигом запахнув полотенце, она села на парне верхом и потянулась к всё ещё раскрытой и чудом не перевернувшейся аптечке. Снова взяв ватный тампон, она наклонилась над Драко и обработала рану, на этот раз, безжалостно, не взирая на его попытки сопротивления. Достав стяжки, она, как сумела, склеила края раны и налепила сверху пластырь. Всё это девушка делала молча, не давая и капли возможности рассмотреть своё сосредоточенное выражения лица, чтобы дать понять, о чём же она думает. Волнение и тревога, проскользнувшие в её голосе, в мыслях вылились в настоящую лекцию самой себе о вреде отсутствия самоконтроля и потакания своим желаниям. Чтобы с Драко ни произошло, это было достаточно серьёзно, чтобы обратиться к врачу, а она тут скачет на нём, как ей хочется… Осторожно перекинув ногу к краю кровати, Герми встала и отнесла в ванную окровавленный бинт и тампон. Драко, наблюдая за ней, приподнялся на локтях. Улыбка на его лице была неуверенной, хотя цвет глаз всё ещё было трудно рассмотреть из-за широкого зрачка. Он старался успокоиться и наладить дыхание. Острое возбуждение постепенно проходило под воздействием резкого запаха медикаментов и предчувствия, что перемирие закончилось. Герми вернулась в комнату и уселась рядом с ним на кровать на разумном расстоянии: — Спать ты будешь на кровати. Это не обсуждается. — Согласен, спать ты будешь на кровати. Это не обсуждается. Ты же не думаешь, что я тебя, вымокшую под этим дождём, оставлю спать на полу? Не глупи. Глаза Герми сверкнули, но она быстро подавила эту эмоцию, не дав Драко возможности разобрать, что же это было: — Ты можешь подняться? Мне нужно достать простынь из-под тебя… Парень, взглянув на кровать, наконец, понял, что же так резко заставило девушку полностью изменить своё поведение. Он в очередной раз оказался не прав. Её не испугало его проявление желания, и дрожь, которую он почувствовал всем телом, была от удовольствия, а не от страха. Он не оттолкнул её этим от себя. Просто её беспокойство за его здоровье — единственный аргумент, который воспринял её мозг, чтобы сопротивляться вожделению. Драко ведь ощущал то же, что и Гермиона. И он из последних сил себя сдерживал, чтобы не нырнуть в этот океан. Он не мог позволить себе сдаться. На кровати розовела лужица крови, смешанной с водой. Видимо после душа и обработки рана снова открылась, и как только Герми заметила это, инстинкт защитника превзошёл по силе основной инстинкт, а девушка предпочла позаботиться о нём, чтобы тот не истёк кровью. Сняв простынь и застелив постель, Герми села на кровать, пригласив Драко в кресло. — Я видела тебя сегодня в отеле. С блондинкой. Драко поднял бровь, но тут же зашипел от боли. Беглянка ответила на невысказанный вопрос: — Я не следила — нет, просто мы с Луной были рядом с Оушн Плаза, и я увидела тебя. Ты зашёл через служебный вход. И потом увидела Люциуса. С девушкой. Мне стало любопытно. Ты же сказал, что будешь целый день с ним, а тут — я своими глазами вижу, что это не так, — Драко опять поднял бровь, но уже не так высоко. — Ну, почти не так… — Хорошо, но я пока не вижу причины бежать от меня… — ветер за окном усилился, и теперь звуки непогоды стали ещё тоскливее, словно вторя поднятой теме. — Ты ему сказал, что очень её ждёшь, а он спросил, почему ты мне ничего не говоришь… Я ничего не поняла, но поднялась на твой этаж, чтобы узнать больше… Там… Люциус оставил вас наедине, вам привезли ужин… Ты стоял перед ней без рубашки. А через секунду мне пришёл ответ, что отец тебя до вечера не отпустит… Хотя его даже в номере не было! — поначалу обычный голос Герми был спокойным, но с каждым новым предложением он становился всё холоднее и отдалённее, а к концу фразы перешёл в обиженное почти детское восклицание. — Я не могла понять, что мне думать. Не могла понять даже, что именно я увидела… Я изо всех своих сил пыталась не делать скоропалительных выводов, но и игнорировать увиденное я не могла. Поэтому я просто решила уехать. По мере её рассказа Драко становился всё более мрачным. У него были ответы на все её вопросы. И, конечно, он понимал, как эта ситуация выглядела со стороны. Но как объяснить всё ей, не раскрывая Дрейя. И стоит ли он того, чтобы поссориться с Герми? Ведь если он ей не ответит сейчас, а, как обычно, уйдёт в себя, ещё одного шанса у него не будет. И некого в этом будет винить. Взяв небольшой тайм-аут для размышления, он потянулся, но опять скривился от резкой боли в грудине. — Я всё равно не вижу причин так пугать свою семью и друзей. И я сейчас не о себе говорю, а о Невилле и Луне… — Что значит пугать? Я отправила ей сообщение… А маме я сказала, что принимаю приглашение тёти Агаты и на неделю уезжаю к ней. Она меня прикрыла, — Герми была явно удивлена этим заявлением. — Луну тебе не удалось провести. Она ведь хорошо тебя знает… Она поняла, что что-то не так… И стала тебя разыскивать, переживая, что ты что-нибудь натворишь. И как только я узнал, что ты пропала, я сорвался с… В общем отменил запланированные отцом мероприятия и поехал тебя искать. Пожалуй, единственного, кого я не принял в расчёт, был Алекс, и позвони я ему, всё встало бы на свои места. Но у меня нет его номера… Герми стало стыдно. Она включила телефон и просмотрела все сообщения от подруги. Их было много… И от Алекса: «Мама сказал, что ты слиняла. Предательница… Как мне теперь обеспечивать себя едой и чистыми носками? Оторвись там по полной!» Оно отправлено только в половину десятого. Значит, всё это время они с Невиллом её искали… Боже… Первым желанием было набрать её, но глянув на дисплей, она поняла, что это неудачная идея… 01:24… «Половина второго ночи… Она наверное спит… Ограничимся смс…» Гермиона быстро набрала короткое извинение, а подняв взгляд на Драко, обеспокоенно потёрла нос. Потом приблизилась к нему и потрогала лоб. — Как ты себя чувствуешь? — Так, будто чуть не потерял смысл своей жизни… И я до сих пор не уверен, что не потерял его… Тебя… — дышать стало сложнее, и Драко откинулся на спинку кресла. — Что с тобой произошло? Я всё тебе честно рассказала. Я, конечно, психанула и не подумала как следует. Но я хотела наказать только тебя, а Луна Сердобольная могла рассказать тебе, где я, и… Не знаю… Не знаю, о чём ещё я думала… Не уверена даже, что хотела тебя наказать, просто видеть не хотела… Но то, как ты выглядишь… Драко тебе нужно к врачу! — Обязательно, но я сначала должен тебе объяснения. И я не знаю, смогу ли я вернуть твоё расположение. Останешься ли ты моей… Со мной… — Драко понял, что должен смотреть ей в глаза. Она должна видеть, что он чувствует. Даже если в нём всё равно не хватает смелости открыться ей. То, что произошло с Асторией, слишком больно и глубоко он переживал, а ведь её он так сильно, как Гермиону, не любил. Даже близко нет... Рассказать правду о Дрейе - это изменить всё между ними, всё, каждый шаг в из жизнях станет иным, через призму этой его популярности, достатка, образа жизни... Герми только-только начала узнавать его по-настоящему... Нет, нет, он не может... Драко поднялся с кресла и сел рядом с девушкой. Осторожно протянул руку, чтобы взять её ладонь. Он делал это нарочито медленно, чтобы у неё была возможность понять его намерение и, если она против, показать ему это. Но Герми приоткрыла ладонь и дождалась, пока парень накроет её руку своей и устроится поудобнее. - Самое важное — это то, что ты — смысл моей жизни. Мне трудно описать, как ты мне дорога. Я влюблён в тебя, Гермиона, и это первое, что я хотел сказать тебе, с момента, как пришёл в себя на обочине по пути из Шабли, — глаза у девушки расширились, она вдохнула, чтобы что-то ответить, но Драко положил палец ей на губы, в немом жесте вынуждая промолчать. — Но одних моих чувств недостаточно. В моей жизни есть часть, нераскрытая тебе. И у меня есть на это свои причины, — он покачал головой, не давая ей ответить. — Они скрываются в моём прошлом. И не только Астория, — он снова покачал головой, прерывая её попытку что-то сказать. — Ты знаешь меня таким, какой я есть. Но это — только часть моей жизни. Не думаю, что другая часть её сильно меняет меня, как человека. За ту неделю, что я избегал тебя, я понял, как сильно меняешь меня ты. И меня, и… вторую мою часть. Пожалуй, именно то, что происходит со мной благодаря тебе, оказывает наибольшее влияние на меня. Сейчас не время и не место рассказывать тебе об этой моей стороне. Но её наличие, каким бы таинственным сейчас тебе это ни казалось, никак не меняет моего отношения к тебе. А я, как уже сказал тебе в самом начале, безумно влюблён. И я действительно счастлив, что с тобой всё в порядке, что я нашёл тебя, что ты даёшь мне шанс хотя бы оправдаться перед тобой. И даже если ты не сможешь простить мне эту двусмысленность, свидетелем которой ты стала, я всё равно счастлив, что я сейчас здесь, с тобой, а не там, где мог быть по планам отца. И даже если ты не поверишь мне, я счастлив, что между нами был этот момент, о котором я и мечтать не смел, когда Невилл сказал, что ты пропала. Это будет одним из самых счастливых моих воспоминаний о тебе. И сейчас всё, о чём я вновь могу просить тебя, — это поверить мне: между мной и той женщиной ничего нет, не было и быть не могло, помимо профессиональных отношений. Я не лгал тебе — Люциус вряд ли отпустил бы меня до позднего вечера. И только тот факт, о котором я узнал из телефонного звонка Нева, заставил меня пойти вразрез с запланированным… — Драко смотрел на Герми не отрываясь, не отводя взгляд ни на секунду, пытаясь понять, как же она реагирует на его слова, и страшась этого одновременно. Но сейчас всё, что у него есть — это его любовь и эта ладонь в руке. — Я знаю, что не оправдал твоих ожиданий, вероятно. Но я изо всех сил старался не обманывать тебя, поэтому и не договаривал о некоторых моментах, но мне кажется, что мои поступки намного важнее слов. Они тоже были не безупречны. Но сейчас я здесь. Потому что не знал, как дышать, пока ты была неизвестно где. И будь моя воля, я не выпустил бы эту руку никогда, — он поцеловал каждый пальчик на её руке, не отрывая широко раскрытых глаз от девушки. Потом протянул к ней вторую руку раскрытой ладонью вверх и, задержав дыхание, спросил: — Ты мне веришь? Герми смотрела на него и молчала. Парень не смел торопить её с ответом, хотя отмечал, что сердце то и дело пропускает удары. Любимые глаза были полны слёз, и вот одна не удержалась и скатилась по её щеке. Драко хотел стереть её, но девушка отстранилась и сама вытерла слезинку. Руки она ему не подала, но и вторую не спешила убрать. Девушке трудно было решиться на этот шаг. Всё просто: убрать руку — разорвать отношения. Протянуть вторую — и признать, что безоговорочно доверяет Драко, невзирая на собственный опыт, на то, что видела вчера в отеле, невзирая ни на что. Верить, потому что он просит.