Никогда не говори никогда

Невилл никак не мог заснуть, гостевой диван был не таким удобным, как хотелось, а мысли о сегодняшнем вечере не отпускали. Лучшее, чем он мог довольствоваться — это лёгкая дремота, которая вначале прервалась едва слышными звуками шагов, а затем глухим ударом и шипением. Парень поднялся с дивана и пошёл в сторону лестницы. В этот момент он услышал ещё один удар, резкий вскрик Луны и включил свет. Глаза ещё не успели привыкнуть к смене яркости, поэтому он скорее почувствовал, чем увидел падающую на него с лестницы девушку, и немыслимым изворотом всего тела он подставил свои руки и поймал подругу на лету. Едва удержав равновесие, он получше перехватил Луну, и, наконец, посмотрел на неё. Она перекинула руку через его шею, чтобы удержаться. — Что ты делаешь? О чём ты думала вообще, когда пошла по лестнице, не включая свет? Ты, кстати, как? В порядке? Луна щурилась, всё ещё привыкая к свету: — Это всё глинтвейн, от него мне всегда хочется пить… Я хотела спуститься на кухню, когда поняла, что проснулась в твоей комнате, но у тебя же свет включается сразу во всей гостиной… Я не хотела тебя разбудить! И поставь меня уже! Вот и вся благодарность за охрану твоего сна! — девушка звучала раздражённой, но выглядела вполне миролюбиво. Когда Невилл поставил её на пол, она опять вскрикнула и опять чуть не упала. Парень вновь подхватил её и, поднёся к ступенькам, аккуратно усадил. — Дай посмотрю. Здесь больно? — он потрогал стопу и щиколотку, прощупывая связки. — Да, наверное, подвернула… — девушка скривилась от боли. — Это же пройдёт, да? — Конечно! Посиди тут, — Невилл ушёл и вернулся буквально через полминуты. — Так, это вода, попей, раз уж так тебе не терпелось в полвторого ночи. Это мазь от ушибов и растяжений. Мне она часто пригождается… — он умелыми движениями легко касаясь кожи втёр мазь и наложил повязку. Луна всё это время неотрывно следила за действиями друга, забыв о стакане воды в руках. — Так должно быть легче. Но двигаться всё равно лучше по минимуму. Никаких танцулек под песни Дрейя хотя бы три-четыре дня, — он шутливо нахмурил брови. — Вам понятен план лечения? Луна рассмеялась. Но, когда парень вновь легко поднял её на руки, тут же запротестовала: — Эй, это всего лишь нога. Я могу и сама дойти. Или остаться на гостевом диване… — Луна насупилась и надула губки. — Ну нет, я же сказал, минимум подвижности! Когда Невилл донёс подругу до своей комнаты и уже второй раз за ночь уложил в свою кровать, Луна внезапно спросила, забыв, что вообще-то решила с ним не разговаривать: — Откуда ты всё это знаешь? Так быстро и чётко, и совсем не больно наложить повязку… — Ты наверное забыла, что я в команде? У нас полно профессиональных травм. А уж с растянутыми связками и я управлюсь… — поудобнее расположив ногу Луны на кровати, он присел рядом. — Тебе ещё что-нибудь нужно? Мороженку на ночь, или мишку? Или сказку, чтобы ножка скорее зажила? Девушка посмотрела на него, едва сдерживая смех: — Мороженку не нужно, а медвежата остались дома… Так что, просто иди спать! Ты, кстати, почему не спал так поздно? — Много мыслей в голове после сегодняшнего дня. Да и гостевой диван, знаешь ли… Не отличается гостеприимством, — Нев улыбнулся лишь уголком губ. — А ты всегда просыпаешься от жажды и набиваешь себе синяки? — желая сменить тему, он достал из кармана уже знакомую мазь и обработал синяк на лбу Луны. — Да я и не заметила бы его… — она слегка дотронулась до своей головы, надеясь что шишка не огромная. — Ага, до завтра, пока не посмотрела бы в зеркало… Ты о косяк ударилась? — Ну да, меня гроза разбудила. Было так ярко от молнии, что я была уверена, что точно знаю, куда идти, — Луна ещё раз посмотрела в окно. — Может, досмотрим фильм? Прям здесь, — после полёта с лестницы сон как рукой сняло, да и не очень ей хотелось, чтобы друг вновь таскался с ней по дому с этажа на этаж. Невилл кивнул и ненадолго удалился, приьащив с собой диск с недосмотренным кино и свои одеяло и подушку с дивана. Устроившись поудобнее, они с Луной сидели молча, иногда переглядываясь в особенно интересные моменты. Слова были лишними, этот фильм они знали наизусть. В очередной раз взглянув на девушку, Нев увидел, что она уснула. Выключив кино, он хотел было спуститься вниз, но Луна так крепко держала его за локоть и так сильно прижималась к нему, что не разбудив её, сделать это было просто невозможно. Укрыв её одеялом, парень тоже устроился поудобнее и задремал. Сквозь дремоту Невилл услышал, что Луна что-то шепчет. Сон её стал беспокойным, и он открыл глаза, чтобы погладить её по волосам и успокоить. Голова девушки лежала у него на плече. — Не уходи, не уходи, слышишь? — тихонько говорила девушка. Брови её хмурились, носик чуть морщился. — Только не уходи… — она чуть подняла голову, поворачивая её слегка из стороны в сторону будто искала кого-то. Невилл наклонился, чтобы прошептать что-нибудь успокаивающее ей на ухо, но тут губы Луны нашли его, и она поцеловала его простым открытым поцелуем, обхватив его нижнюю губу своими. — Милый… Только не уходи, — она прошептала ему в поцелуй, касаясь открытыми губами уже верхней губы, облизывая её, пытаясь найти его язык. Она прикоснулась рукой к шее парня и чуть сильнее прижала его к себе. Невилл был не в силах игнорировать этот поцелуй, и его язык в ответном жесте проскользнул вглубь. Она тихонько застонала и прижалась к нему всем телом, от чего у Невилла буквально перехватило дыхание. Опустив голову ему на плечо, она снова прошептала: — Не уходи… — уже спокойнее и увереннее. Парень ответил ей на ушко, сильнее прижав к себе: — Никогда.

***

Невилл проснулся, всё ещё ощущая поцелуй Луны на своих губах. Девушка спала, свернувшись клубочком в его объятьях, прижимаясь к нему спиной. И без того горячее и молодое тело спросонья ещё острее обычного отреагировало на присутствие неизмеримо желанного объекта рядом. Невиллу пришлось расцепить руки и ретироваться, чтобы Луна не стала очевидцем стоящих «домиком» спортивных штанов. Приготовив незамысловатый завтрак, он достал из сушилки вещи, и приготовил для Луны её вчерашний наряд. Замёрзшая девушка, стоя под душем, не отдавала себе отчёт, что снимая всю свою одежду, она ставит молодого человека в очень неловкое положение. Разглаживая утюгом блузку и юбку подруги, парень то и дело отвлекался на вновь ставшие тесными и неудобными штаны, стимулом к неудобству которых стало тонкое девичье бельё, которое Невилл бережно, будто оно порвётся от одного прикосновения, оставил на отпаривателе, чтобы разравнивались мелкие складочки. Закончив с одеждой, он проверил телефон девушки, который вчера оставил высыхать в наполненной рисом салатнице. Невиллу хотелось сделать подруге — а подруге ли после этой ночи? — сюрприз, приведя её аппарат в порядок. Она и так продержалась без новостей о Дрейе целый вечер… Нажав на кнопку включения, он удовлетворённо кивнул. Экран замерцал яркими цветами, из динамиков полилась музыка. Как новенький! Девушка спустилась на кухню, принюхиваясь к аромату горячих блинчиков и кофе: — Ммм… Как вкусно пахнет… — она подошла к Невиллу со спины и одной рукой схватила блинчик с тарелки, а второй вытащила из-под его руки ложку с вишнёвым вареньем. Тело Невилла от таких полуобъятий вновь напряглось, и ему пришлось сделать несколько глубоких вдохов и подумать о математике и своей бабушке, чтобы не выдать своего состояния. Подумалось, что раньше ему было намного проще контролировать себя. К небольшому его облегчению, Луна всё-таки отошла и села за стол. Невилл улыбнулся и, налив ей кофе со сливками, он поставил перед ней чашку и уселся напротив: — Как тебе спалось? И как твоя ножка? — Почти не болит. Но от каблука придётся отказаться на время. И уж точно никаких танцев под песни Дрейя… — она широко улыбнулась, передразнивая его замечание. — Спалось отлично. А тебе? Я надеюсь, я не сбросила тебя с кровати? — Нет, ночь прошла замечательно… Что тебе снилось? — Невилл старался выглядеть как можно непринуждённее, но, ожидая ответ на вопрос, перестал жевать и кусочек блинчика завис на вилке, так и не дойдя до места назначения. — Не помню… — Луна беззаботно пожала плечами. — Я никогда не запоминаю, что мне снилось. А что? Я ходила во сне? У меня ещё синяк на лице? — и она залилась заразительным смехом. — А? — Невилл вернулся к завтраку, пытаясь скрыть своё разочарование. — Нет. Не ходила. Но почти… Луна уже приготовилась слушать, хотя в глазах её, помимо интереса, мелькнули волнение и тревога. Но Невилл улыбнулся чуть шире, чем обычно, что оьычно выдавало его напускной излишний позитив: — А у меня для тебя сюрприз! — Нев порадовался своей предусмотрительности и протянул ей готовый к работе телефончик. — О! Нев! Я тебя просто обожаю! — она подскочила со стула и хотела броситься ему на шею, чтобы обнять, но забыла о больной ноге и на полпути опять чуть не упала. Невилл уже привычно подхватил её, и их губы оказались почти так же близко, как ночью. Парень с трудом смог отвести от них взгляд, а пульс Луны предательски участился, и она судорожно вдохнула. Подойдя поближе, он помог девушке восстановить равновесие и, глядя куда-то под ноги, спросил: — Очень больно? — Чуть-чуть. Спасибо, — она всё-таки обняла его, но вышло неловко и скомкано. Введя пароль, она дождалась загрузки и сразу открыла страницу Дрейя. Невилл так и стоял рядом, поддерживая её за талию, не зная, как ему поступить. И сейчас — отойти или помочь ей дойти до стула, и вообще — рассказать ей о ночном «событии» или не стоит. Тут девушка издала вопль и бросилась на Невилла, неистово обнимая его ещё раз. Поглощённая эмоциями, она не обратила внимания, что парень вздрогнул от такой близости. — Дрей отменил вчера презентацию альбома без объяснения причин. Концерт тоже! Значит у меня есть шанс попасть на эти мероприятия! Боже, Нев, это же просто волшебно! Ты самый лучший!!! — молодой человек ответил на объятья, немного смущённый. Как будто это он заставил певца изменить свои планы… Отлипнув от парня, Луна продолжила поглощать информацию из уведомлений, всё ещё стоя рядом. — Герми написала смс, но оно дошло не полностью. Наверное перебои со связью: «Я в п000ря47е. Драк0 р9д011…» Ничего не понятно… Наверное, нужно позвонить им? Луна сделала попытку, но оба телефона оказались вне зоны доступа… Невилл мягко вытащил телефон из рук девушки, поднял её за талию и усадил, как куклу, на барный стул. Вручив чашку кофе и недоеденный блинчик, он назидательно на неё посмотрел. Девушка демонстративно запихнула остатки завтрака в себя и, допив кофе по пути, она поставила посуду в раковину, где Невилл уже домывал тарелку. Чмокнув его в щёку и бросив «спасибо», она поковыляла на диван, уже вновь увлечённая телефоном. Парню на мгновение показалось, что они вот так и живут: Луна по вечерам готовит пасту, а он утром блинчики. Они спят, обнявшись, закидывают общую стирку, и знают, что каждый вечер увидят друг друга дома. Знают, что никогда друг друга намеренно не обидят, знают, как на самом деле друг к другу относятся… Встречают друзей по выходным, приглашая на барбекю, никогда не спорят, кто моет посуду. И решают, стоит ли делать ремонт в детской. Боже, откуда эти мысли? Неужели один мимолётный поцелуй и это нежное «милый» способны так на него повлиять. Говорить он мог всё, что угодно, но в душе он твёрдо знал, что она — его человек. Его половинка. Однако до этого момента он не испытывал таких ярких иллюзий, не думал о совместном будущем, о детях в конце концов! Откуда это всё?! И самое главное: к чему это всё? Она ведь даже не помнит, что ей снилось. Кто ей снился? С чего он вообще решил, что она обращалась к нему? «Милый… Только не уходи…» Кого же она так умоляла остаться? Из гостиной раздалось сдавленное «ОЙ!», когда Луна ударилась о журнальный столик. На этот раз Невилл был слишком далеко, чтобы это предотвратить. — Что случилось? — он обеспокоенно выглянул с кухни. — Уже половина двенадцатого. Мои родители меня убьют… — Но они же не звонили даже. — Ну да, с тех пор, как я включила телефон. Но голосовых вызовов оставили 3 штуки. А я так увлеклась обсуждением причин, почему Дрей отменил всё и что он наобещал прессе, что не проверила их сразу… — Так. Я сейчас им всё объясню. — Невилл накинул на себя куртку и помог надеть Луне высохший плащ. Подхватив её на руки, он вышел из дома, захватив только пару туфель девушки и свой телефон. — Да, что же ты делаешь?! — Луна была не на шутку рассержена. Всё это время она пыталась вывернуться из его рук и не замолкала ни на секунду. — Поигрались в маленькую девочку, и хватит! Да в конце концов, что люди подумают?! — дождь почти успокоился, но ветер то и дело сдувал с деревьев новые капли. — И мои родители! ТЫ МЕНЯ КАК КУКЛУ НЕСЁШЬ!!! — Скажи спасибо, что не перекинул через плечо. Ну, милая, как ты себе это представляешь? Как ты обуешь свои туфли на каблуках с перебинтованной ногой? Или ты предпочла бы мои кроссовки на пять размеров больше, чем твои? И так ковыляя ты снова вымокнешь, как и вчера, а тебе сейчас лучше избегать горячего душа. Иначе нога сильнее разболится. А я тебя за три минуты донесу до дома. — Луна замолчала, несколько ошарашенная таким обращением. Раньше Невилл так её никогда не называл. Его аргументы были железными, но сдаваться просто так не хотелось. Пользуясь тишиной, Невилл погрузился в раздумья о том, что же она имела в виду, когда отчитывала его вчера вечером перед дверью его дома. Что же он так виртуозно игнорирует? О каком очевидном положении вещей она вела речь? — О чём ты вчера говорила, когда назвала меня чёрствым, и обвинила, что я игнорирую очевидные вещи? Да ещё и не в первый раз? Невилл сам не ожидал, что задаст ей этот вопрос вслух. Но раз уж он прозвучал, ему предстояло услышать ответ. Которого всё не было. Подойдя к дому Луны, он хотел уже было поставить её на ноги и позвонить, но дверь распахнулась прямо перед его носом. Парень поздоровался и внёс подругу прямиком в гостиную, и усадил на диван под удивлённые взгляды родителей. Луна была в определённом оцепенении, не в силах подобрать слова, чтобы ответить Невиллу. Она и не думала, что парень запомнил её обвинительное заключение. Он тем временем, опустившись на колени перед ней, обувал её ножки в медвежат, в которых она вчера прибежала к нему в панике, думая, что Герми натворит каких-нибудь дел… Между ними определённо что-то происходило, и взрослые, убедившись, что с дочкой всё в порядке, насколько это сейчас возможно, решили оставить на потом разбирательства и наказания, и вышли в кухню, чтобы приготовить горячего чаю… — Нев, прости, я не думала, что тебя так заденут эти слова… — это всё, что девушка смогла из себя выдавить. Она не могла сейчас вести эту беседу. Не могла. Но и игнорировать этот вопрос было нельзя. — Они мне запомнились, потому что я увидел в них определённый смысл. Но какой смысл в них вкладывала ты ? О чём ты говорила? — взгляд Невилла был интенсивным и почти болезненным, он не выпускал из рук её стопу, обутую в смешной детский тапок, но ответа ожидал от вполне взрослой и ответственной за свои слова девушки. Чуть поглаживая большим пальцем подъём, он терпеливо ждал. Луна не знала, что сказать. Пауза затягивалась. — Ты назвал меня сейчас «милая»… Почему? — «зайти издалека» — это ещё мягко сказано о начале такого важного разговора… Разговора, который должен был состояться уже давно, и одновременно, лучше бы не состоялся никогда. — Правда? — Невилл был в замешательстве. — Когда? Я не заметил… Но к чему ты ведёшь? — он всё так же сосредоточенно смотрел на девушку. Всё так же нежно поглаживал её по ноге. — Между нами всё так просто — мы друзья… но одновременно с этим, — Луна растягивала слова, тщательно их подбирая, произнося медленно, оставляя себе шанс передумать, — я иногда… мне иногда кажется, что… мои, то есть твои чувства… то есть наши отношения… Что всё не так, как кажется… Что ты относишься ко мне… — ещё ни разу ей не было так сложно высказать простую мысль. — Но я не могу сказать, что… — она заметила как глаза Невилла похолодели, когда он на секунду отвёл их и вернул взгляд обратно. Луна проследила за его движением и увидела сообщение, открывшееся на её телефоне: «Седрик: Могу я украсть несколько часов твоего времени, чтобы угостить воскресным ланчем? Я всё ещё очарован твоей ул…». Она посмотрела на Невилла испуганно и продолжила, робко протянув руку, чтобы коснуться его волос: — То, что мне… — Мне нужно идти, — Невилл резко прервал её, не дожидаясь продолжения, которое абсолютно очевидно Луна была не в состоянии выдавить из себя. Пазл в его голове наконец сложился сам собой. — … кажется — это по-настоящему, или это только моё воображение… Эти слова тихо прозвучали в спину рывком сорвавшегося с места парня, отшатнувшегося от её руки. Мгновением позже на телефон пришло сообщение: «Герми: Я в порядке. Драко рядом. Прости, что заставила волноваться». И следом ещё одно: «Нев: Я понял, что ты вчера хотела мне сказать. Желаю хорошо провести время».

***

Девушка сидела, уставившись в одну точку, сжимая телефон в руке. Перед её глазами появилась дымящаяся чашка чая, а плечо накрыла тёплая рука: — Неожиданно, да? — мама спокойно и уверенно достала из рук Луны телефон и повернула дочь к себе. — Скорее ожидаемо… Но всё равно внезапно… Не понимаю, как можно так бестолково и бездарно пользоваться словами? Столько лет нас учили правильно излагать свои мысли, а в самый важный момент я не смогла и двух слов связать, — Луна поникла, рассматривая пустые ладони. — То есть, он неправильно тебя понял? — Да ничего он не понял, мама! — девушка в слезах посмотрела на телефон в чужих руках и подняла глаза. В них читались отчаяние и злость. — Если бы я смогла всё ему правильно разъяснить, не было бы этой ссоры… — Вы провели вместе ночь? — осторожно поинтересовалась Пандора. — Да, вместе, но не в этом смысле… Мы просто смотрели кино, и заснули на одной кровати. — Но вы близки? Ты же понимаешь, о чём я… — До этого момента были… Но после такой ссоры… Уже не знаю. Не уверена… — Милая, о какой ссоре ты говоришь? Ты пыталась что-то рассказать ему, а он встал и ушёл, — Пандора указала на выход. Она выглядела очень спокойной и уравновешенной, не смотря на волнение о дочери, но сейчас это лучшее, что она могла сделать для неё. — Вот именно! Я что-то не так сказала, а он не дал мне шанса правильно всё объяснить, — Луна терялась в сложных эмоциях. — А в чём был вопрос? Что ты хотела ему сказать? Луна задумалась. Сморгнув зависшие на ресницах слёзы, девушка забрала телефон, поднялась и похромала в свою комнату: — Именно об этом мне нужно подумать… С трудом поднявшись по лестнице, она рухнула на кровать, пытаясь собрать мысли в кучу. Если ей так трудно объясниться с Невиллом, быть может, будет проще написать письмо. Ну, или подготовить план встречи. Чтобы точно следовать ему, и не дать другу (а друг ли он всё ещё после сегодняшнего?) неправильно её понять… Она открыла ноутбук и стала набивать поток идей, по сути бессвязных мыслей, которые в конце концов — к трём часам дня — стали чем-то похожим на план переговоров. Теперь вопрос встал за тем, как ему всё это донести. Позвонить? Или завтра в лицее? Или? Как вообще посмотреть ему в глаза? Так! Это не вариант, утонуть в неизвестности — это не для Луны. «Как же сейчас не хватает Герми… Она бы помогла…» Луна потянулась за телефоном, чтобы позвонить ей, вдруг связь уже восстановилась, но наткнулась на сообщение Седрика. Неудобно вышло, она так и не ответила ему… Она набрала сообщение: «Прости, я сегодня ужасный собеседник…». Буквально через секунду пришёл ответ: «Мы можем молча прогуляться…». «Вряд ли я смогу поддерживать темп на прогулке — я подвернула ногу…». «У меня всё равно есть предложение. Доверишься мне?». «Почему бы и нет?». «Где мы можем встретиться? Я могу подъехать, куда ты скажешь…» Луна сама не ожидала, что простой обмен сообщениями выльется в… Свидание? Она сбросила ему свой домашний адрес и переоделась. — Мам, я вернусь не позже восьми, ладно? Я знаю, что вы, наверное, очень сердитесь, но мне это правда нужно… Пандора погладила дочь по голове, заодно приглаживая слегка вьющиеся волосы: — Ладно, но ты всё равно будешь наказана. Просто не сегодня. Нельзя же так пропасть и ничего нам не сказать. Мы чуть с ума не сошли! — она выдохнула и улыбнулась. Юность. Машина Седрика подъехала ровно в полпятого. Парень галантно предложил девушке руку и помог усесться на переднее сиденье, потом обошёл машину, и сел за руль. Вместо того, чтобы завести авто, он повернулся к новой знакомой и прямо посмотрел на неё. Луна снова чуть зарумянилась, а Седрик произнёс: — Я всё ещё очарован твоей улыбкой, но сегодня она немного померкла. Что-то произошло? — Может, начнём наше знакомство с чего-то более приятного? — девушка улыбнулась смелее, и Седрик отразил её мимику. — Итак, готова к сюрпризу? — Думаю, да, — уже совсем решительно. — Тогда поехали… Улыбка на лице Луны становилась всё более и более широкой по мере приближения к месту назначения. Когда парень вышел из машины и протянул ей руку, чтобы помочь выйти, она чуть ли не сияла, как новогодняя лампочка. — Боже, лунапарк!!! Я не была в таком с тех пор, как мне было пять… Обалдеть!!! — И ты хочешь знать, как я до этого дошёл? Пригласить прекрасную девушку почти в детский парк? — ему нравилось вызывать яркий румянец на щеках девушки постоянными комплиментами. — Было бы интересно узнать, как приходят такие бесценные идеи… — Луна неосознанно кокетничала. — Ну, особенное место для особенной девушки… Во всяком случае для меня это место особенное… В детстве я был счастлив, приходя с родными в парк аттракционов. Да и сейчас я частенько бываю здесь… Здесь хорошо думается… Он подхватил Луну на руки и понёс по ступенькам. Она вскрикнула от неожиданности, но увидев, как отчаянно Седрик покраснел, она улыбнулась ему и спокойно позволила себя донести до качелей. Усадив девушку и убедившись, что ей удобно, он стал раскачивать их. Луна почувствовала ветер на лице и вспомнила, как в детстве она ещё до переезда сюда каталась на качелях со своими родителями. Задорно рассмеявшись, она посмотрела на парня, который не отрываясь за ней наблюдал. — Так-то лучше! Смех у тебя ещё более чудесный, чем улыбка. Девушку захлёстывали радостные эмоции и она уже забыла смутиться. — А почему это твоё любимое место? Чем оно такое особенное? — Здесь по вечерам очень мало людей. Мне… Не легко общаться с ними… Я много наблюдаю, слышу, как между собой общаются другие, но сам так не всегда могу… Я очень стеснительный. С самого детства. И когда я осмелился тебя пригласить — это первое место, о котором я подумал. Потом, правда, решил, что получится глупо и по-детски. Но учитывая обстоятельства, это показалось уместным. — По тебе не скажешь, что ты отличаешься особенной скромностью! — Луна улыбнулась. — Так лихо ты подхватил меня на руки! На это не каждый решится, опасаясь моего гнева, а в нём я ужасна и страшна!!! — Луна игриво нахмурилась и едва не зарычала. Седрик заметно стушевался. Опять покраснел и потупил взгляд. Но не перестал раскачивать Луну на качелях: — Я тебя видел только в образе милой и весёлой девчушки. И ты не подумай, я себя обычно так не веду, извини, если повёл себя неприлично. Я собственно ничего из этого, — он обвёл рукой круг, указывая на них с девушкой, — не делаю… Если хочешь, я отвезу тебя обратно? — он в замешательстве посмотрел в глаза той, что всё ещё раскачивалась на аттракционе и наткнулся на удивлённое выражение лица. — Поверь, если бы мне что-то не понравилось, ты бы об этом уже давно узнал, — и она подняла вверх руку на поручне, накрывая своей ладонью ладонь Седрика в успокаивающем жесте. — Поверь, сейчас я ни за что не хочу обратно! — Я просто подумал, что тебе будет трудно подниматься по лестнице, и в каком-то порыве решил, что я могу так сделать… Стоило спросить разрешения? Извини, я правда очень мало общаюсь с людьми… — тут его виноватое выражение лица внезапно изменилось. — Ох! Совсем забыл!!! Он сорвался с места, оставив ошарашенную Луну на качелях. Через минуту он вернулся с небольшой сумкой-холодильником в руках: — Без этого лунапарк — не совсем лунапарк, — и протянул девушке стакан молочного коктейля. Ванильного. Её любимого. Она широко улыбнулась, пробуя напиток. — Мой любимый, между прочим!!! — Я знаю! — парень снова выглядел расслабленным. Этот комментарий насторожил Луну, что не укрылось от него. — Как ты думаешь, как давно я с тобой можно сказать «познакомился»? — Вчера? Нет? Седрик усмехнулся и поднял глаза на девушку. — А вот и нет. Это ты со мной познакомилась вчера. А я с тобой гораздо раньше. Помнишь, я говорил, что много наблюдаю… Так, осторожно. Держи получше стакан и не свались с качели, а я расскажу тебе историю, — Луна всё ещё настороженно его слушала, но плечи её расслабились, а брови больше не хмурились. Интуиция подсказывала, что опасаться нечего. И погода будто вторя ощущениям девушки окончательно выровнялась, оставив только лужи вокруг. Седрик присел на перила и начал рассказ. — Впервые я увидел тебя, а точнее вас троих, ещё перед прошлым Рождеством. Мы переехали около двух лет назад, и я пропустил возможность поступления в колледж, вместо этого посвятив год курсам и лекциям на дистанционном обучении. И только перед праздниками решился выбраться за подарками, до этого предпочитая просто сидеть дома. И в торговом центре я присел за столик того самого кафе, где я вчера, наконец, попросил твой номер, а ваша компания уже пила там горячий чай. Ты была с той девушкой… — Гермионой, — подсказала Луна, — и Невиллом, нашим другом. Седрик кивнул и продолжил: — Да. Я говорил, что мне проще даётся одиночество, и я просто наблюдаю за окружающими, будто проживая вместе с ними некоторые моменты их жизней… И я наблюдал за вами. Ты просто лучилась жизнерадостностью и счастьем. Я не мог оторвать глаз от тебя. — Луна снова покраснела, когда взгляд Седрика стал немного более интенсивным, подтверждая слова. — Только я думал, что вы с… Невиллом?.. пара. Он так смотрел на тебя, что сомнений у меня не возникло. В тот вечер, придя домой, я впервые захотел перестать быть наблюдателем, и стать участником событий. Боже, как я завидовал твоему другу! У него была возможность видеть эту улыбку каждый день. И как, должно быть, приятно становиться причиной этой улыбки… Теперь-то я знаю, что это даже лучше, чем я себе представлял. — Седрик снова покраснел, но не отвёл глаз, а только смущённо улыбнулся, и по его спине прошла лёгкая дрожь, когда Луна улыбнулась в ответ. — Но тогда меня съедала зависть… И это стало стимулом выходить из дома чаще. Я почти каждые выходные приходил в молл. Но в следующий раз мы увиделись, то есть я тебя увидел, когда ты с Гермионой ходила выбирать ей наряд к её дню рождения. Я знаю, что это выглядит как слежка, но всё достаточно невинно. Ты очень громко иногда разговариваешь… — он пожал плечами в извинительном жесте. — Так, из вашего общения я узнавал тебя лучше и лучше… В конце концов, почти год спустя после того Рождества я узнал, что вы с Невиллом просто дружите, хотя могу поклясться, что его взгляд и отношение к тебе не изменились. Но к этому времени почти весь тот год меня помимо зависти мучила и ревность. — он поднял руки, словно сдаваясь. — И да, я знаю, как глупо это звучит. Мы ведь даже не общались ни разу. Но я ничего не мог с собой поделать. Подойти к вам и познакомиться было просто выше моих сил. Но я должен признать, что все последние месяцы, как я узнал, что у тебя нет пары… В общем, я решался. И наблюдал за влюблёнными парочками, чтобы понять, как мне себя с тобой вести. Впредь ты можешь меня одёргивать и призывать к порядку, когда я буду делать что-то не то. Если ты конечно захочешь после всего этого со мной общаться… — Седрик, наконец, выдохнул и вновь поднял глаза на Луну, встретив внимательный взгляд. — Ну, ты мне рассказал многое в нашу первую встречу… На нашем первом свидании, если хочешь… И это достаточно интимные моменты. Не страшно, что я убегу? — Луна хитро прищурилась. — Ты не представляешь даже… Ты стала бы не первой, которая после первых фраз просто ушла бы… Но какие у меня ещё могут быть варианты? Я верю, что искренность сближает и, хоть мне непросто, но это мой сознательный выбор. И я ничего не знаю об отношениях и дружбе на практике, и могу запросто наделать ошибок, и вести себя неправильно. Есть вещи в моём прошлом, которые просто нельзя изменить. И они заставляют меня трястись от страха, но довериться тебе. — Седрик снова глубоко выдохнул. — А ты всерьёз сказала про… свидание? — он опять густо покраснел. — Всерьёз, — Луна улыбнулась и прислонилась головой к поручню. — И как видишь, я не убегаю, хотя я, признаться, сильно удивлена твоим рассказом. Выходит, ты знаешь обо мне раз в сто больше, чем я о тебе. Придётся наверстать… — А если бы с твоей ногой всё было в порядке, ты бы тоже не сбежала? — шутка показалась ему лучшем решением, чтобы дать волю напряжению, скопившемуся за его долгую отповедь. — Если я чего-то хочу, что меня ничто не остановит! Даже больная нога! — Луна решительно махнула конечностью в воздухе, подтверждая свои слова. Допив свой коктейль, девушка взглянула на часы. Надо же. Через полчаса нужно быть дома. — Но навёрстывать придётся в другой раз. Мне пора домой. — Конечно. Можно отнести тебя в машину? — Седрику казалось, что он знает ответ. — Честный и заботливый. Мне нравится. Да, и я буду очегь благодарна за заботу, — Луна с готовностью протянулась к нему. Вновь оказавшись на руках у Седрика, она почувствовала тепло, исходящее от него. И тепло, зарождающееся у неё в животе. Ей было приятно ощущать его близость. Он её привлекал. Очень. Доехав до дома, Седрик снова помог Луне выйти из машины. Он стоял на почтительном расстоянии, не приближаясь, но и не выпуская её руки. — Ты что-то хотел спросить? — Луна сама удивилась своему вопросу. — Если это наше первое свидание, не будет ли наглостью поцеловать тебя? Луна удивилась как в этом парне может сочетаться такая застенчивость и смелость одновременно, и уже в который раз за свидание покраснела, отметив, что у неё это стало входить в привычку. Она чуть повернула голову для поцелуя в щёку и сказала: — Я нахожу это вполне уместным… Седрик провёл рукой по её волосам, заправляя выбившуюся прядку за ухо, потом перевёл пальцы на подбородок и, чуть приподняв его, накрыл её губы своими. И не было ничего невинного в этом поцелуе… Он явно демонстрировал и отношение парня к девушке и его намерения. Поцелуй был коротким, но чувственным, полным обещания, с одновременно мимолётным касанием языком губ. Отстранившись, Седрик посмотрел ей в глаза и сказал: — Спасибо за вечер. Даже, если он был единственным, — и уехал, оставив Луну в растерянности от своей бурной реакции на такой поцелуй, от такого неожиданного и странного знакомства. От такого невероятного дня, который замечательно начался, жутко продолжился и волшебно завершился. Уже почти дойдя до двери, Луна развернулась. Этот вечер не должен так заканчиваться. Она просто не сможет уснуть, если с Невиллом ситуация не прояснится. Написав маме смс, что задержится на пятнадцать минут, она побрела к другу. Уже поднимаясь по лестнице, она в сотый раз за весь маршрут в голове прокрутила все моменты, которые должна была сказать. Её сердце сжималось от волнения. Дверь распахнулась широко, Невилл стоял полубоком, обернувшись вглубь дома, в руках у него была испачканная майка, а спортивные штаны, мокрые на коленях, едва держались на бёдрах. Влажная от пота кожа подчеркивала рельеф мышц. Открывая незваному гостю, он всё ещё отчитывал младшего брата за разгромленную кухню. Оттуда послышалось: «Ну я же случа-а-айно!» и звуки капающей воды. Луна, пожалуй, впервые так долго рассматривала своего друга, и ей в очередной раз подумалось, что он всё-таки чертовски привлекательный парень, и любая, кому он предложит своё благорасположение, будет без ума от счастья… А ещё подумалось, что ей было бы интересно узнать, как выглядел бы в такой же ситуации Седрик… В этот момент Невилл, наконец, перевёл взгляд на гостью, и Луна увидела удивление и беспокойство в его глазах. — Что-то случилось? Не ожидал тебя сегодня увидеть… — он сделал приглашающий жест. — Проходи… Я сейчас. Он скрылся в глубине дома, а девушка так и осталась стоять в дверях. Младший куда-то растворился с кухни, и она вновь пережила воспоминания вчерашнего вечера. Нев вернулся, переодетый в приличные штаны и сухую майку, взял Луну за руку и провёл в гостиную. — Ну что ты, как маленькая? Что случилось? У тебя такой испуганный вид… — Я хотела поговорить с тобой. Не хочу заканчивать день, не понимая, друзья ли мы еще… — девушка говорила бойко, по заготовленному сценарию. Но Невилл её прервал. — Что за чушь! Конечно, мы друзья! И вряд ли это сможет что-то поменять. Ты уверена, что шишка на голове не такая уж серьёзная? А то, мне кажется, ты умом тронулась… — он внимательно осмотрел её лоб. Луна слегка растерялась, но выпалила заготовленную фразу, чувствуя при этом, что запланированный вектор катился псу под хвост. — Но, ты ушёл… И я знаю, что неправильно поступила, неправильно выразилась, и это недопонимание между нами могло стоить нам дружбы. — Послушай, — его голос был мягким и нежным, он взял её за руку и тихонько поглаживал по тыльной стороне ладони. Его тембр и движения удивили Луну. — Я же написал, что понял, что ты хотела мне сказать. Я конечно, не такой умный, как ты, но всё-таки не полный же болван. Вчера вечером, убеждая меня броситься на поиски Гермионы, которая, кстати, мне не звонила и не писала. Называется «друзья с детства»… Так вот. Ты сказала, что я научился игнорировать очевидное. И я действительно очень многого не видел. Точнее, просто решил не видеть… Так сосредоточившись на баскетболе и семье, я просто игнорировал некоторых людей, которые очень хотели бы оказаться в моей жизни. И ты пыталась открыть мне глаза. Не волнуйся, я правда благодарен за такое, пусть и немного резкое замечание. Я думаю, что с этого момента моя жизнь немного изменится, но надеюсь, это не сильно отразится на нашей с вами дружбе… — он приподнял её подбородок, чтобы посмотреть ей прямо в глаза, — Ну, теперь ты спокойна? Расскажи лучше как ты провела вечер? — расчёт сработал как было задумано. — Невероятно! — выпалила Луна на автомате. — Седрик очень необычный парень. И я надеюсь, вы с ним скоро познакомитесь… — в глазах девушки мелькнула тень сомнения, и она быстро добавила, — Если ты не против, конечно! Нев обезоруживающе улыбнулся: — Против? Да с чего ты взяла? Тебе точно нужно к доктору. У тебя сотрясение… Да я не знаю, что отдам, чтобы посмотреть на человека, который покорил твоё сердце… — Ну, до этого пока далеко… Ладно, я пойду, — немного задумчиво, но уже более расслаблено пробормотала Луна. В дверях она остановилась и повернулась к парню, крепко обняла его и сказала: — Я правда несказанно рада, что мне всё это показалось. Не представляю своей жизни без тебя. Прости, что так ворвалась и напугала… — Она отстранилась и виновато вскинула глаза на уже точно друга. — Ну всё, я звоню в скорую… С тобой точно что-то не в порядке… Ты, может быть, и щекотки больше не боишься? — и он угрожающе стал подходить к Луне, шевеля пальцами, будто желая её защекотать. Она шутливо стала пятиться и, оперевшись на больную ногу, вскрикнула. Нев уже в который раз её удержал от падения — это уже вошло у него в привычку за сегодня. Её губы опять оказались прямо рядом с его. Он отвёл взгляд, но она успела заметить, как расширились его зрачки и его судорожный вдох. Но Невилл, как ни в чем не бывало, обнял её поддерживающим жестом и глянул вниз: — Как кстати нога? Мама сможет сменить тебе повязку? И как же это я забыл… Постоишь сама? — он отлучился на секунду и принёс уже знакомую мазь. — Это тебе, на ночь после душа, только не сильно горячего, натрёшь ногу, повязку сделаешь снова утром. Поняла? — девушка кивнула. — Так, а дойти-то сама сможешь? Луна фыркнула: — Ну у меня же не перелом… — чмокнула его в щёку и, попрощавшись, ушла. Невилл закрыл дверь и плотно прислонился к ней спиной. Потом съехал по ней и уселся на пол. Откуда-то материализовался младший и принёс телефон. На нём горело уведомление об смс: «Луна: Спасибо за мазь. Спокойной ночи». — Трудно тебе дался этот спектакль… — протянул почти ещё ребёнок с очень серьёзным выражением лица. — Тебе-то откуда знать? — потухший взгляд Нева говорил сам за себя. — Ну, я не слепой. И я тебе сейчас совсем не завидую… — покачал головой Риччи. — А раньше, что, завидовал? — Нев и сам не понимал, зачем вообще об этом говорит с младшим братом, но от слов неожиданно легчало где-то в районе солнечного сплетения. — Ещё как! Рядом с тобой постоянно две потрясные офигенные девчонки. Вы с ними тусуетесь, в кино ходите… — он возбуждённо описывал свои эмоции, постепенно ускоряя темп речи. — Но сегодня я, пожалуй, впервые увидел, как это фигово, когда рядом с тобой две потрясные девушки, а ты у них всего лишь во френд-зоне… — Риччи с сожалением окинул брата взглядом сверху вниз. — А слова-то какие знаешь… — Невилл улыбнулся. И в следующий момент его просто понесло: — Я люблю её с первого взгляда. Уже много лет, получается… И всё это время у меня хватало ума ничего не показывать, или хотя бы старательно притворяться, что я к ней отношусь просто по-дружески. А вчера был такой вечер и ночь, что я заигрался со своими иллюзиями. И просто не смог остановиться, принимая желаемое за действительное. Она мне сказала, что я игнорирую тот факт, что она ко мне ничего не чувствует, кроме дружеской симпатии… А я захотел услышать, и услышал кое-что противоположное. Она намекала, что мне пора заканчивать валять дурака и сохнуть по ней, найти девушку и перестать пускать на неё слюнки. А я услышал предложение открыться ей. И чуть не сделал этого. И мне просто повезло, что остался путь для отступления. Хотя, когда я писал ту смс, я не был уверен, что вообще смогу с ней заговорить снова. Придя домой, ну, а что я тебе собственно рассказываю — ты сам всё видел… Я был просто в панике, что не увижу её снова, не смогу с ней общаться… Не смогу смотреть ей в глаза, и видеть её улыбку, и слышать смех… Боже, мне кажется, что я скорее умру, чем сознательно от этого откажусь… И только чувство страха заставило меня пойти на этот спектакль, как ты сказал… И что, хорошо отыграл? — И не подкопаешься! Прям мой герой! — Риччи широко улыбнулся и подал ему руку, предлагая подняться с пола. — Я не знаю, как поступил бы на твоём месте… Но так не может продолжаться вечно. Сейчас, или через год, или через пять, но ты поймёшь, что она живёт своей жизнью и наслаждается ей, а ты наслаждаешься редкими моментами, когда наблюдаешь за ней… Если она тебе прямо сказала, что ничего не будет между вами, то, быть может, правильнее смириться с этим. И попробовать — ну хотя бы попытаться — найти радостные моменты без её участия… В конце концов, тебе почти восемнадцать! Тебе нужно удовлетворять и те потребности, удовлетворение которых спорт тебе не обеспечит… И не надо на меня так смотреть, — братья прошли на кухню, чтобы окончательно уже устранить причинённый ущерб, — я не пошляк, просто если мне уже… «интересно размышлять на эту тему», то у тебя, наверное, с утра кровать дымится от нереализованных потребностей… Получив подзатыльник, он замолчал и принялся вытирать пол, а Невилл задумался над тем, что сильно недооценивал новоиспечённого подростка, и уж точно не заметил, как он вырос и повзрослел. Хорошо, что мама этого не слышала… Наверное, стоит как минимум прислушаться к его словам. Закончив с кухней, стоя в душе перед сном, парень задумался, как один и тот же день может так волшебно начаться, печально продолжиться и так неоднозначно закончиться…