Глава 9: Новая семья?

Это действительно был тот самый необычный зверёк, о котором рассказывал младший брат. Хоть ему самому не довелось увидеть этих чудных животных своими глазами, но он многое узнал от наставников и других земляных. Они передвигаются на задних лапках, носят на себе шкуры других животных и очень пугливы. По отношению к драконам уж точно. Живут воришки в довольно укромных и незаметных местах, но есть и те, которые живут более открыто. Там этих зверьков очень много. Настолько много, что большинство драконов не желают рядом с ними охотиться или просто находиться, но Рутил не помнил почему именно. С другой стороны, эти создания развязали войну за песчаный престол, каким-то образом одолев королеву Песчаного племени. Когда земляной услышал это, он отказывался верить, что такие зверьки, размерами с крупных ящериц, способны навредить любому дракону, особенно королеве, у которой всё племя в подчинении и тем более верная стража, охраняющая свою королеву от любой угрозы, будь то дракон или какой-нибудь зверь. Но то, что об этой трагедии знает практически каждый дракон в Пиррии, говорит о том, что это не может быть простым вымыслом одного безумца. И теперь все племена вынуждены проливать кровь из-за таких вот незначительных существ. А тем временем воришка у входа в пещеру даже не пошевелился, продолжая смотреть сквозь пламя костра на закатное небо, очищенное от тяжёлых туч. Это что же получается, дракончик проспал почти целый день? Лёгкий голод подтверждал эту мысль. Тем более со стороны огня пахло жаренным мясом, которым можно было бы насытиться. Вот только воришка явно не для дракончика это пожарил. Земляной внимательнее посмотрел на зверька, осматривая его во всех подробностях. Почти всё тело было покрыто шкурами животных и чем-то похожим на ткань. кожа существа была практически без шерсти и только на голове был большой пучок тёмной, почти чёрной, гладкой шерсти, собранный в хвост за спиной. Рядом с ним было что-то блестящее и длинная палка с натянутой верёвкой. Стараясь не издавать лишних звуков, Рутил медленно подвигал каждой конечностью, убеждаясь в их целости и относительном здравии. Они ещё отдавали неприятным покалыванием, но хотя бы слушались его команд. Вот только он не помнил, чтобы он использовал так много повязок, да ещё и так хорошо их наложил. У него были небольшие трудности с оказанием помощи самому себе, в то время как с тем же, но для других было в разы проще. Тут же в голове возник образ Ториты, которой помочь он не смог. Нет, с ней был Сурик, а Рутил должен был их защитить от мерзких морских. Но и это он не смог сделать. Тихо всхлипнув, дракончик заметил, как его сумка лежала в другом месте, не в том, где её оставил земляной. «Воришка?» — первое, что пришло в голову. Их ведь не так просто прозвали именно этим словом, поскольку они любят брать всякое блестящее. Даже если это что-то блестящее им не принадлежало. Вспоминая причину войны за Песчаный престол, после гибели королевы, хранилище дворца оказалось пустым. Как и в первый раз, Рутил не мог поверить, что целая сокровищница в самом защищённом месте песчаных опустела по вине этих зверьков. Для такого количества драгоценностей нужно было целое море воришек, которых бы не заметил только слепой и глухой дракон, находящийся на другом конце континента. А раз сумка лежала на другом месте, то быть может этот воришка что-то у него украл? А если и украл, то почему не убежал, а остался? И что такого ценного для него могло находиться в мешке? Всё также не издавая лишнего шума, дракончик подтянул к себе нагрудную сумку и проверил содержимое: полупустая ёмкость для мази, повязка, последняя из тех, которыми поделилась Лимонита «на всякий случай» и всё та же деревянная табличка с чуть перетёртой в одном месте верёвочкой. Получается, что ничего не было украдено, поскольку ничего ценного для воришки и не было. «Но ведь на тебе как-то оказались новые повязки, которые сам наложить ты явно не мог» — в голове звучал знакомый рассудительный голос Сурика. — «Может это сделал воришка?» «И остался с тобой, чтобы убедиться, что тебе лучше!» — с небольшим звоном отозвался голос Ториты. — «Этот зверёк тебе помог!» Действительно, на тех местах, где повязки наложил Рутил, выступали уже засохшие кровоподтёки, а там, где были новые — нет. Но зачем воришке помогать такому большому и опасному хищнику, от которого и более крупные звери разбегаются, стоит им только его заметить? Тем более есть драконы, которые не против полакомиться воришками. Хотя, со слов тех, кому удалось это сделать, вкус у них был не очень приятный, да и таким количеством не наешься. Гораздо проще поймать кабана или крокодила, чем этого необычного зверька. «Как бы то ни было, ты должен сообщить о произошедшем» — спокойно проговорила хранитель. — «Это всё необычно, но у тебя есть важное дело». Верно, жизни других молодых земляных зависят от него. Нужно было подняться и поспешно удалиться из пещеры, при этом особо не привлекая внимание зверька. Медленно поднимаясь и стиснув зубы, чтобы лишний раз не шуметь, Рутил встал на лапы. Боль пронизывала всё тело. То, что придавало ему сил ещё с момента сражения, окончательно улетучилось и больше не могло помочь. Двигаться тихо на больных лапах едва удавалось, пока кончики когтей предательски не проскрежетали по камню, издавая нежелательный звук. Воришка тут же обернулся и сразу подскочил на лапки, хватая свои инструменты, делая пару шагов назад. К большому удивлению дракончика, зверёк не только не убежал прочь, но и заметно успокоился, положив свои пожитки на землю рядом с собой и сделав шаг ему навстречу. Для такого малыша он был необычайно смел. Или глуп. Этого Рутил не мог знать. Поэтому лучше оставить его одного, желательно подкрепившись чужой добычей, разумеется, после вежливой просьбы, которая скорее всего останется без ответа. Вот только воришка заслонял собой аппетитную тушку на огне, а приближаться к нему и лишний раз пугать не хотелось. — Я могу съесть это у тебя? — как можно спокойней и вежливей спросил дракончик, указав в сторону собеседника, подсознательно понимая, что его не поймут. Однако, не смотря на спокойное поведение земляного, реакция воришки оказалась очень бурной, словно он оглушил его своим рёвом и вот-вот разорвёт своими когтями. — Воришка не еда! Нельзя есть воришка! — махая верхними лапками, совершенно неожиданно для Рутила, зверёк зарычал на понятном для него языке. С плохим произношением и ошибками, но на его языке, что было невозможно. Вспоминая рассказы об этих существах, их речь описывалась как необычное щебетание, как у птиц. Но никто никогда не упоминал, что они могут говорить с тобой! «Зверёк подумал, что ты указываешь на него», — кратко отозвалось голосом Сурика в голове. Поняв свою ошибку, Рутил хотел было поправить себя, но не успел, поскольку собеседник вновь подал голос на драконьем языке: — Воришка не враг дракон! Помощь рана. Воришка друг дракон. Дракон друг воришка? — последние слова были сказаны с едва уловимым вопросом. Если земляной всё правильно понял, то повязки были наложены именно этим смелым и на удивление разумным существом, не представляющим угрозу и даже являясь дракончику другом, ожидая ответной дружбы. Это было всё очень странно. Возможно, сейчас Рутил разговаривал с единственным воришкой, понимающим драконью речь. — Как ты можешь говорить со мной? Может я просто сплю… — дракончик для уверенности провёл когтём по чешуе и, тихо зашипев от вполне реальной боли, убедился в действительности происходящего. Воришка же не сразу ответил, сначала что-то прощебетав на своём языке, а потом достал из сумки, располагавшейся на боку, маленькую стопку листов, скреплённых прочной обложкой, и зашуршал ими. После непродолжительных поисков и щебетания, зверёк вновь обратился к дракону: — Плохо понимать, но понимать. Медленно хорошо. Быстро учить, — вновь заглянув в свои записи, воришка явно что-то проговаривал на драконьем, но делал это тихо, словно заучивал. — Я видеть дракон ранен и скрыться в пещера. Я проследить. Решить помочь. Потом остаться, ждать. Завершив свой короткий рассказ, воришка посмотрел прямо в глаза дракончику спокойным и даже счастливым взглядом, после чего вновь уткнулся в свои записи, изредка поглядывая на крылатого ящера. В голове Рутила внезапно возникла мысль, что он мог не пережить эту ночь, если бы ему не помог столь необычный собеседник. Конечно, очнувшись один раз, он мог также очнуться и второй, но ведь удача могла от него отвернуться. Стоит ли благодарить судьбу за ещё один пережитый день или того, кто стоял перед ним? Увлёкшись пугающей мыслью, земляной не заметил, как воришка подошёл к нему и коснулся лапы, отчего тот вздрогнул, а зверёк и вовсе отскочил, испугавшись реакции. Поняв, что ничего страшного не случилось, воришка быстро успокоился и указал в сторону костра, предлагая расположенное над языками пламени мясо. — Спасибо, — слегка поклонился дракончик, подхватывая тушку молодого кабана и уплетая его за пару укусов. — Я хотел съесть это. Не тебя. Воришка задумчиво посмотрел на дракона, затем на костёр, понимая свою невнимательность при первой реакции. Такого количества мяса с лихвой бы хватило на несколько дней, но для дракона этого едва ли хватило для перекуса и ему явно требовалось ещё, учитывая его состояние. Но так быстро новая добыча не появится, её нужно будет поймать. Подбирая свои вещи с каменной поверхности, зверёк направился на выход. — Я поймать ещё еда. Дракон отдыхать пещера, — обернувшись в глубь пещеры и вновь посмотрев ящеру в глаза. — Дракон ждать воришка? — Да, я подожду, — недолго думая, ответил Рутил, несмотря на то, что он и сам бы мог раздобыть еды. Ему было приятно ощущать заботу о нём, пускай эта забота исходила от такого существа. Получив положительный ответ, воришка бодро упрыгал прочь, спустя мгновение скрываясь за деревьями. «А теперь, когда он ушёл, лети домой» — холодно прозвучала Лимонита. Голос сестры был прав. Как бы интересна и необычна ни была эта встреча, у Рутила было важное задание — как можно скорее добраться до наставников и сохранить жизни ещё живых соплеменников. Решив подождать ещё немного времени, чтобы наверняка не быть обнаруженным, дракончик тихо покинул пещеру, ещё раз размял крылья и с небольшим усилием взмыл в небо. С другой стороны, такой поступок вызывал лёгкие чувства вины и даже предательства, но они не сильно его беспокоили, только в первые мгновения. Чувство долга перед погибшими было неоспоримо сильнее. Пролетая над кронами деревьев, Рутил старался лететь как можно быстрее, при этом не перенапрягая отдохнувшие, но ещё не до конца заживлённые крылья. В голове постоянно прокручивался маршрут до земляных, которые на протяжении пяти лет обучали его вместе с сибами и другими гнёздами. Эти наставники проживали гораздо ближе ко дворцу королевы Ибис, в более заселённой части королевства, в отличии от семьи Рутила. Полёт занимал примерно половину дня. В ночи было немного рискованно лететь, хоть луны и освещали под собой земли, но лишнего времени для более благоприятных условий у дракончика больше не было. В течении полёта густые леса редели и сменялись невысокими зарослями кустарников и влаголюбивой растительности. Вот начали выделяться среди бескрайних болот первые жилища драконов, которые устроились неподалёку, лениво лежащие под первыми лучами солнца. Пролетая вглубь королевства, жилищ становилось больше, их размер увеличивался, а внешний вид улучшался. Разумеется, ничто не сравнится с красотой королевского дворца, мимо которого дракончик пролетал лишь пару раз, но и этих мимолётных моментов хватило, чтобы запомнить его надолго. Сейчас же Рутил летел в немного другом направлении, не имея возможности ещё раз глянуть красоту дворца королевства. Однако никто не запрещает сделать это после своей миссии. Добравшись до нужного места, дракончик плавно спустился на землю и направился к большому глиняному жилищу, в котором обитал один из его наставников вместе с большим количеством всякого учебного материала, свитками и другими вещами, о которых упоминал Сурик, но о которых старший брат благополучно забыл. Заглянув внутрь, Рутил никого не заметил, что было странно, поскольку все учебные дела начинались поздним утром, до которого ещё было много времени. Оставалось найти дракона там, где обычно проходили занятия. Однако стоило дракончику выйти наружу, как он чуть не столкнулся с земляным, сурово смотрящего на него сверху вниз. — Рутил, вам же говорилось о месте, где вы отчитываетесь о патруле, — дракон внимательно осмотрел внешний вид дракончика, отдельно останавливаясь на бросающихся в глаза повязках. Суровый взгляд сменился на любопытный и слегка настороженный. — Ты будто только со сражения вернулся. У вас там всё в порядке? — Простите меня, что прилетел именно к вам, поскольку вы быстрее донесёте весть, что на нас напали морские. Дракон недовольно фыркнул, дополнительно хлестнув хвостом по полу. В том месте, куда было отправлено гнездо Лимониты, не могло оказаться морских. Юных земляных специально всегда отправляли в сторону союзных небесных или нейтральных радужных. Врагов Земляного королевства там быть не могло. Однако внешний вид дракончика говорил об обратном. Но ведь раны можно получить совершенно разными способами, даже на особо жестокой тренировке. — Что за вздор? Как они могли оказаться там? — Они проплыли через дельту Алмазной реки и… застали нас врасплох. «Проплыли так далеко и остались незамеченными? А наблюдают ли воины за дельтой?» — опустив взгляд и постукивая когтями по каменному полу, Журавль погрузилась в свои мысли, практически сразу из них возвращаясь в реальность. — Сколько их было? Как сильно они вам навредили? Я надеюсь они никого не убили из вас? — Четыре. Их было четверо, — на другие вопросы Рутил не ответил. Не смог ответить, поскольку перед глазами мелькали образы его семьи и семьи Мха, все неподвижно лежащие. Голоса, не слышимые Журавлём, но почти оглушающие Рутила. Голоса его сибов, которых он больше не услышит. К горлу подступил болезненный комок, не дающий сказать страшную правду. Но сделать это было необходимо. Ради тех, кому посчастливилось избежать этого. С трудом сглотнув ком в горле, Рутил взял себя в лапы, хоть и получилось это плохо. — Только я… — Что только ты? — с небольшой злобой прошипел наставник, явно недовольная таким неинформативным ответом. — Только я выжил. Все остальные… — всхлипывая, дракончик вытер лапой проступившие слёзы. — Остальные погибли. В воздухе повисла тишина. Недовольство и раздражение наставника в мгновение исчезли, уступая место более подходящим в такой ситуации эмоциям. Дракончик перед ней потерял всю свою семью в первом же патруле. Журавль представила, как если бы её сиблинги погибли в столь юном возрасте. Хоть сейчас не все из кладки встречают новый день, но эта потеря произошла гораздо позже, когда ужас войны пропитал тело и душу насквозь. И не смотря на необходимость таких жертв ради племени, она очень хотела, чтобы этой бессмысленной войны вовсе не было. Но как бы не было ужасно слышать эти слова от молодого земляного, нельзя поддаваться печали и бросать то, что ещё не потеряно. — Это… печально слышать. Прими мои соболезнования, — со слегка склонённой головой, тихо сказала Журавль. — Если в тех местах всё ещё скрываются морские, то нужно как можно скорее послать туда воинов. — И вернуть других дракончиков… — добавил Рутил, озвучив единственное на данный момент желание. Желание предотвращения ещё больших жертв. Чтобы другие не столкнулись с самой страшной для земляных утратой. Драконесса быстро прошла мимо дракончика, скрываясь в глубине хижины, бурно шелестя свитками и прочей мелочью, почти сразу же вернувшись с забитой нагрудной сумкой, готовая отправиться в путь. — Ты сейчас же летишь со мной. Расскажешь мне всё, что произошло, а я сделаю всё от меня возможное, чтобы там больше никто не погиб, кроме тех трусливых морских, — последнее было сказано с нескрываемой ненавистью. В один миг поднявшись в воздух, Журавль устремилась в сторону дворца, зависнув на месте, ожидая дракончика. Рутилу ничего не оставалось, кроме как последовать за наставником, попутно готовясь вновь вспоминать пережитый кошмар. Их полёт был относительно спокойным, чтобы дракончик мог без напряжения лететь и рассказывать обо всём, с чем столкнулась его семья. Земляной начал рассказ с обнаружения гибели другого гнезда, намеренно не сообщая о возможном побеге одного из них. Было маловероятно, что после содеянного, Осоку признали бы дезертиром, но лучше перестраховаться. Описывая место прошедшего сражения без особых подробностей, Рутил замолк, даже замедляя свой полёт, так сильно он не хотел всё вспоминать, но наставник настояла, что это необходимо было рассказать, как бы это ни было больно. Собравшись с силами, дракончик продолжил, с усилием сдерживая слёзы. Внезапное нападение морских и смерть. Смерть каждого из его семьи. Ближе к концу повествования, Рутил заметил, как Журавль особо отреагировала на гибель хранителя. Ну конечно же, Лимонита была ценима практически каждым её наставником за физические и умственные качества, превосходящие в сравнении с другими хранителями её возраста. А на гибель остальных из кладки Рутила, реакция была минимальна, если вообще была. «А меня почему-то не вспомнили…» — угрюмо послышался Сурик. «Видимо ты больше доставлял им хлопот, чем пользы» — с привычной ухмылкой, добавил голос Гнейс. «Просто сейчас у них более важные проблемы!» — воскликнула Торита. — «Жизни других дракончиков под угрозой!» С этого момента, мир вокруг Рутила отошёл на второй план. Голоса в голове заняли всё его внимание, которое он не хотел обращать. Но как бы он ни старался вернуться назад в реальность, картина прошедших событий вновь и вновь появлялась перед глазами. Его тело же особо не выдавало тихой панической атаки, продолжая следовать за наставником. При достижении назначенного места, перед дракончиком оказался один достаточно крупный земляной, увешанный большим количеством шрамов, полученных за время войны. Он выслушал доклад Журавль и следом обратился к Рутилу. Находясь в пучине собственного сознания, дракончик ничего не ответил. Опытный дракон сразу понял, что нужно делать и слегка ударил лапой по мордочке молодняка, приводя того в чувства. От него ожидали подробного отчёта о произошедшем, и он дал его. Сквозь горькие слёзы он в очередной раз был вынужден пережить этот день со всеми мельчайшими подробностями. Указав место сражения на предоставленной карте и ответив на последние вопросы, дракончик был отпущен восвояси с ещё одним соболезнованием, которое звучало неискренне, словно как необходимость озвучивания, а не действительное сопереживание утрате. Журавль напоследок слегка приобняла Рутила, после чего быстро поднялась в воздух и устремилась прочь по своим неотложным делам, оставив земляного в одиночестве. Долгое время дракончик сидел на месте, не двигаясь, подобно статуе. Он не знал, что дальше делать. Он выполнил свою задачу, сообщил о трагедии, спас других драконят, пусть и ценой своей семьи. «Когда земляной теряет свою семью, он может прибиться к другой или объединиться с такими же сиротами» — спокойно зачитал голос Сурика. Действительно, одинокие драконы всегда могут найти себе место среди других гнёзд, пусть это никогда не заменит родных, но точно пойдёт на пользу. Первым делом дракончик направился в сторону дома, где сейчас должны были проживать другие земляные, к которым он и мог присоединиться. Пролетая над бескрайними болотами, Рутил видел под собой как совсем юных, так и уже проживших долгую жизнь драконов. Если раньше он видел простую безмятежность и спокойствие среди его соплеменников, то теперь среди всего стали выделяться ранее незаметные детали этого порядка. Эти земли оставались одним из единственных мест, где можно было отдохнуть от ужасов кровопролитной войны, охватившей весь континент. Здешние драконы не просто лениво спали в грязи под согревающими лучами солнца, они восстанавливались от полученных травм, как физических, так и душевных. Тренировались и совершенствовали свои боевые навыки и просто были рядом со своими сибами, не боясь, что могут однажды проснуться без них. Приближаясь к своему жилищу, Рутил сразу заприметил нескольких земляных, расположившихся рядом. Похоже это и были те драконята, которые уже побывали в своём первом патруле и успешно вернулись на родину. Внутри дракончика на мгновение возникло чувство зависти. Но оно сразу исчезло, поскольку винить этих земляных было нельзя, ведь не от них зависело, нападут ли на них морские или нет. Опустившись на землю, Рутил медленно приблизился к хижине. Кто-то лениво посмотрел на прибывшего гостя, но сразу же отвернулся, а кто-то и вовсе не заметил его и как ни в чём ни бывало посапывал в грязевой луже. Возвращаться в одиночку в это место было достаточно тяжело. Рутил вспоминал, как ещё пару дней назад он беззаботно проводил время вместе со своими сиблингами, как учился и познавал этот мир. Сейчас же это место могло лишь приносить боль своими приятными воспоминаниями. Отыскать хранителя местных драконят было несложно, он находился в жилище и что-то писал когтем на свитке. Заметив незваного гостя, земляной отстранился от своего занятия, отложив пергамент и чернильницу в сторону. — Я могу чем-то помочь? — без какого-либо раздражения спросил хранитель, поглядывая на множественные повязки. — Я… — поначалу замялся дракончик, бегая глазами по внутренностям хижины. — Я просто… прилетел сюда после своего отчёта о патруле… — Ах, ты жил здесь со своими сибами, так ведь? Где тебя успели так поранить? Надеюсь, никто не погиб? — с нескрываемой тревогой поинтересовался земляной. Прямо сейчас Рутил должен был ответить спросившему, рассказав всю ту горькую правду, с которой он столкнулся, чтобы затем закономерно попроситься присоединиться к этому гнезду, но что-то его останавливало. Этот хранитель явно с удовольствием принял бы сироту в свою семью, но это место и воспоминания не давали озвучить просьбу. Как бы он мог жить здесь, где каждый комок грязи, каждая коряга напоминала бы ему о тех, кого он навсегда потерял? Как бы он справлялся с кошмарами, что терзали бы его каждый раз как он сомкнёт веки? И даже если бы эти дракончики старались помочь ему справиться с утратой, они бы никогда не смогли заменить его семью, лишь прикрыть ту зияющую пустоту. — Всё хорошо… — пытаясь выглядеть дружелюбно, Рутил попытался улыбнуться, но выглядело это фальшиво. — Просто особо суровая тренировка с хранителем была, не более. — С Лимонитой? — наклонив голову набок, недоумевал земляной. — Я слышал, что она очень хороший хранитель, но не думал, что она способна так сильно навредить своему сибу. Ты что, чем-то разочаровал или разозлил её? «Не смог защитить брата и сестёр» — прохладно отозвалось в голове. Это был не голос Лимониты, а его собственный обвиняющий голос. — Можно сказать и так… Не оправдал надежд и заслуженно получил… — Рутил из последних сил старался сдерживать себя, чтобы не залить тут всё слезами. Нужно было срочно покинуть это место. Каждое мгновение нахождения здесь делает только хуже. — Я хотел… взять некоторые вещи, но думаю, что сделаю это в другой раз. Всё равно они никуда не денутся. — Как скажешь. Мы позаботимся об этом месте. Заглядывай, когда захочешь. Дракончик молча развернулся и зашагал прочь, вызвав очередное недоумение у здешнего хранителя. Но это было далеко не его дело, поэтому он вновь развернул свиток и продолжил что-то там писать. Рутил долго шёл без особой цели, опустошённый и разбитый. Он должен был примкнуть к этим земляным, но не стал этого делать. «Найди другую семью. В другом месте. Подальше отсюда» — отзывался голос разума. Встряхнув головой, дракончик разбежался и поднялся в воздух, устремляясь прочь от родных, но столь болезненных земель. Он мог попытать счастье среди тех, кто жил ближе ко дворцу, но скорее луны упадут на землю, чем это произойдёт. Поэтому выбор пал на отдалённые участки, ближе к Дождевому лесу. Добравшись до примерного места, он замедлил полёт, высматривая небольшие группы драконов, к которым можно было бы присоединиться. Заприметив одну из таковых, он плавно опустился на небольшом удалении и не спеша направился в их сторону. Там было четыре дракона, которые весело что-то обсуждали. Очень не хотелось прерывать их беседу своей неприятной ситуацией. — Эм… привет… — робко начал дракончик. — Я… могу ли я… — Прости, но если ты хочешь присоединиться к нам, то мы против, — Старший из дракончиков поочерёдно посмотрел на своих сибов, а те в ответ отрицательно мотали головой, тем самым высказывая свой отказ от ещё одного рта. — Был уже один, который только и делал, что ел да спал сутками напролёт. — Но я… — хотел возразить Рутил, но его грубо прервали. — Прости, ты может и не такой, но мы уже сделали своё выбор, — с лёгким раздражением продолжал земляной. — Поищи в других гнёздах. Стоя с приоткрытой пастью, Рутил не знал, чего говорить и что делать. Пробыв некоторое время в оцепенении, он всё же тихо развернулся и ушёл. Первая попытка и сразу провал. Желание продолжать сразу ослабло, но пока ещё оставалось, поэтому вновь оказавшись в воздухе, он продолжил поиски. Во второй раз ему почти удалось найти и стать частью нового гнезда, но против был только старший, остальные выражали согласие. Но так как это был хранитель, то его слово было решающим, поэтому был дан очередной отказ. Настроение было ужасным. День постепенно заканчивался, хотя до ночи было предостаточно времени. Решив попытать удачу в третий раз, Рутил искал ближе к границе с Небесным королевством. Вновь найдя немногочисленную группу земляных, он надеялся на лучшее, ожидая худшее. И снова скромное приветствие, и ещё более скромная просьба. Драконы долго обсуждали их возможное пополнение, споря и приводя различные причины не принимать дракончика. По итогу довольно бурного обсуждения был дан отрицательный ответ, поясняя, что сейчас много тех, кто потерял брата или сестру и желает восполнить утрату, насколько это возможно. Проще говоря, они прогоняли его, давая ложную надежду. Когда Рутил уже хотел было вновь улетать, его остановил один из драконов, с большим ожогом от ледяного выдоха на хвосте. — Ты не злись на них, просто у каждого из нас свои жабы в голове. — Я и не злюсь, — понурив голову, ответил земляной. — Вы уже третьи, кто не смог меня взять. — Это действительно так? — дракон задумался, ковыряя грязь перед собой. — Если никто так и не приютит тебя, то всегда можно найти своё место у наших союзников. За песчаных не уверен, но вот небесные могут принять одиночек. Да, характер у них скверный, но всяко лучше полного одиночества. Тем более среди своих соплеменников. Рутил молча кивнул и уже побрёл прочь, как был остановлен и слегка приобнят крылом. В этот момент так сильно хотелось, чтобы это было не крыло неизвестного земляного, а его хранителя, Линониты. Это утешение длилось недолго, и дракончик был отпущен, вновь получив пожелание удачи и успехов в его нелёгкой судьбе. Три отказа подряд. Сколько ещё их будет? Сколько дней пройдёт, прежде чем он станет частью нового гнезда? Одним лишь лунам известно. Решив немного передохнуть, земляной устроился на мягкой подстилке из мха, прикрывая глаза. «А ты не забыл про ту забавную зверушку?» — поинтересовался звонкий голос Ториты. Конечно же он забыл, но теперь, когда ему напомнили, он почувствовал лёгкий стыд за обман далеко не глупого воришки. Он ведь дал обещание, что останется в пещере. Но тогда у него была веская причина улететь, однако теперь ничто не мешало вернуться туда и вновь пообщаться с таким умным созданием. Вот только его может уже и не быть там. Наверняка воришка вернулся в пещеру и, не обнаружив там дракона, расстроился и ушёл прочь, запомнив этот день необычной встречей и обманом летающего ящера. На душе стало как-то паршиво. «Слетай туда. Вдруг зверёк ещё не вернулся назад?» — предположил голос Сурика, на что Торита радостно согласилась с предложением. Это было бессмысленно, но никаких других вариантов не было. Он ещё мог успеть найти новое гнездо. Наставники прекрасно понимают его утрату и не станут его искать, если он пропадёт на пару дней. Решено, он летит назад, в ту пещеру, в которой мог навсегда уснуть, но не сделал этого из-за воришки. Заметно приободрившись, дракончик одним взмахом оказался в воздухе, устремившись к своей цели. Стараясь успеть прилететь на место до поздней ночи, Рутил прилагал заметные усилия при полёте, поскольку крылья и всё остальное тело успело достаточно отдохнуть и восстановиться за этот насыщенный день. Он достиг уже знакомого участка леса, под кронами которого скрывалась нужная пещера, в тот самый миг, когда день почти закончился и солнце спряталось за горизонтом, а заря, догорая последние мгновения, окрасила облака в багровые тона. Приземлившись, в нос ударил запах жаренного мяса, который исходил как раз из пещеры. «Значит зверёк уже вернулся» — подумал дракончик, приближаясь ко входу. И действительно, примерно в том же месте оказался уже знакомый воришка, который поднялся со своего места, как увидел вошедшего, но сразу расслабился, поняв, что это известный ему дракон. На новом костре уже подгорала тушка маленького кабана. По началу зверёк чирикал что-то непонятное на своём языке, но затем замолк, уткнувшись в свои записи. — Дракон не ждать воришка. Я грустить. Я ждать. Дракон вернуться. Дракон друг воришка? — всё также грубо, но достаточно понятно проговорил он. — Думаю… да, дракон друг воришке. Мне нужно было лететь домой. Но теперь я вернулся к тебе. Я обещал. Зверёк радостно прощебетал и подобрал с земли у костра небольшой пергамент, который сразу протянул дракону. Взяв предложенный клочок, Рутил увидел изображённого на нём куском угля спящего дракона. Воришка нарисовал его. Получилось очень хорошо. Настолько, что в голове сразу всплыл образ его младшей сестры, которая тоже любила рисовать всё что её окружало. Внутри почувствовалось приятное тепло. Дракончик посмотрел на автора рисунка и увидел радостного зверька, смотрящего прямо в глаза крылатого ящера и видимо ждущего ответа. По неизвестной ему причине, воришка напоминал ему Ториту. На глазах появились еле заметные капельки. — Красиво. Очень хорошо получилось, — не скрывая улыбки, проговорил земляной. Получив положительный ответ, зверёк радостно запрыгал на месте, чирикая на своём языке. Это продолжалось недолго, сразу после мимолётной радости, он указал на мясо и предложил его дракону, на что тот не стал отказываться, поскольку уже успел проголодаться за день. Неспешно жуя кабана, дракончик поглядывал на воришку, который ел орехи и периодически поглядывал на него. Так спокойно проходил ужин двух совершенно разных существ. — Дракон иметь имя? — ближе к концу трапезы, воришка задал интересный вопрос. — Да, меня зовут Рутил, — ответил земляной, закончив со своей едой. — А тебя? Зверёк недоумевающе посмотрел на дракона, после чего вновь попросил повторить. Вот только после этого недоумевающий взгляд никуда не пропал. Тогда воришка указал на землю и сказал написать имя, что Рутил послушно сделал, вычерчивая символы своим когтем. Сразу после этого, зверёк зашелестел листиками своей книжки, остановившись на нужном месте и непрерывно бегая глазами между записями и нарисованным именем. Это продолжалось достаточно долго, но чего Рутил не мог ожидать, так это то, что воришка сразу начнёт тихо пытаться выговорить его имя. Сначала по буквам, затем по слогам, и наконец… — Рутил, — неуверенно, но довольно чётко произнёс зверёк. И вновь внутри дракончика возникло приятное тепло. Вроде какой-то воришка произносит его имя, но оттого и приятно, что произносит его тот, кто действительно заботился о нём, ещё когда совсем не знал его и мог ожидать чего угодно. — А какое у тебя имя? — поинтересовался земляной. Было видно, как зверёк заволновался, но быстро успокоился, взяв из костра несгоревшую палку, и начал вырисовывать знакомые дракону символы, попутно подглядывая в свои записи. Закончив, воришка отошёл в сторону, позволив посмотреть на имя. — Я Заря, — озвучил своё имя зверёк. Заря. Какое необычное имя для воришки. В этот момент Рутил вспомнил все те разы, когда он называл своё имя или имя его сибов. Все говорили точно также. Земляные всегда сами дают себе имена, когда немного подрастают, а его семья оказалась единственной, которая уже имела имена с самого рождения. Попытки узнать того, кто назвал так драконят не увенчались успехом, однако было известно, что эти имена означали разные камни и породы бурых оттенков, которые можно было отыскать в бескрайних болотах. По крайней мере так говорили более взрослые драконы. А потом желание найти источник имён и вовсе пропал, поскольку все уже привыкли. А те, кто сталкивался с ними впервые, всегда говорили одно и то же, кроме Зари. — Рутил хороший имя. Легко запомнить. — ещё несколько раз повторив его имя, Заря посмотрела на остатки света на небосводе и задумалась. — Рутил ждать ночь здесь? Вопрос был вполне понятен. День уже закончился, наступала ночь. Воришка интересовалась о возможности дракона остаться в этой пещере. А какие варианты оставались у него? Дома его никто не ждёт, можно даже сказать, что и он не хочет туда возвращаться. А брать с собой Зарю опасно для её жизни. Всегда найдётся дракон, который захочет ей полакомиться. А не собирается ли он сам её съесть? Поморщившись от подобной мысли, дракон посмотрел на воришку. Она всё ещё ждала ответа. — Да, я останусь здесь. Заря, явно довольная таким ответом, устроилась ближе к огню, перебирая свои вещи. Рутил же вновь задумался о своей дальнейшей судьбе. Допустим, пару дней он проведёт в компании необычного собеседника, узнает много всего нового, но что дальше? Вернётся в племя и будет пытаться присоединиться к тем, кто явно не желает видеть рядом с собой таких одиночек? Снова отправится в патруль, но уже в компании других драконов, где также может не только потерять всех, но и погибнуть сам? Конечно, он всё ещё предан своей королеве и всему племени, но разве одна его жизнь способна переломить ход кровопролитной войны? Почему земляные должны погибать за совершенно другое племя? Этот ход мыслей был очень знаком дракончику. Так говорила Осока. Та земляная, которая избежала засады морских и улетела в неизвестном направлении в поисках Драконят судьбы или Когтей мира. Может Рутилу стоит последовать её примеру? Может он даже сможет отыскать её и вместе с ней присоединиться к группе загадочных мирных драконов? Но где их искать и откуда начинать поиски? Земляной посмотрел на Зарю. Она тихо сидела у костра и водила куском угля по очередному пергаменту, часто поглядывая на Рутила. Она вновь рисовала его, на сей раз не спящим, а расслабленно лежащим на боку. А что делать с ней? «Возьми её с собой! Вместе веселей!» — воодушевлённо послышалась Торита. «С ней можно много интересного узнать о воришках» — предложил Сурик. «С ней тебе будет спокойней» — утешила Лимонита. «Будешь защищать её как старший брат!» — неожиданно выдала Гнейс. Ему действительно было приятно находиться рядом с этим воришкой, хоть он этого старался не показывать. Она как будто давала внутреннее чувство спокойствия. К тому же она напоминала ему младших сиблингов. А это лучше, чем воспоминания о доме, где их больше никогда не будет. Но ведь у Зари может быть дом и любящая семья. Было бы нехорошо забирать её без разрешения, она разумна, и, следовательно, может выбрать сама, насколько бы мала она ни была. Но сейчас он явно никуда не полетит. Наиболее верным решением является переждать эту ночь, чтобы утром уже наверняка решить, что делать дальше. Устроившись поудобней, Рутил опустил голову на передние лапы и сквозь прикрытые глаза смотрел на Зарю. Та устроилась у угасающего костра спиной, накрывшись своей накидкой, оставляя у себя в лапках часть своих вещей. Ощущая постепенно нарастающую усталость, дракончик сомкнул веки и уснул.

***

Открыв глаза, Рутил обнаружил себя в окружении большого количества земляных. Очередной кошмар. Все смотрели на него то с подозрением, то с явным отвращением. Он подходил к каждой группе с одной единственной просьбой, которую все отвергали. Молодые и взрослые, здоровые и покалеченные войной, добрые и злые. Все находили повод прогнать прочь бедного дракончика. Кто вежливо, а кто и грубо, не чураясь применять силу. С трудом сдерживаясь, чтобы не заплакать, Рутил развернулся и побежал прочь, как можно дальше от всех этих земляных. Он бежал далеко и без оглядки, пока на горизонте не появилась знакомая чешуя. Его сиблинги. Сквозь старые слёзы, радостно улыбаясь, он вновь ускорился, чтобы как можно скорее добраться до них и обнять, больше никогда не отпуская. Но приблизившись достаточно близко, он остановился. Его семья смотрела на него с тем же раздражительным взглядом, что и другие земляные, отчего слёзы проступили вновь, ударяясь о землю. Он звал их, делал шаги в их сторону, но они лишь шипели в ответ, не подпуская к себе. Дракончик обессилено лёг на землю и, закрыв голову лапами, тихо заплакал. Он остался один, никому не нужный. В мире, где жестокость и несправедливость ценятся сильнее правды и сопереживания. Тихо завывая от безысходности и отчаяния, Рутил не сразу почувствовал, как к нему кто-то прикоснулся. Подняв свои залитые глаза, он увидел уже добрую мордочку младшей сестры, которая коснулась лапой его бока, устраиваясь под крылом. Следом за ней подошли Сурик и Гнейс устраиваясь рядом со своим братом. И наконец, своими большими крыльями всех накрыла Лимонита. Окружённый заботой своей семьи, земляной успокоился и закрыл глаза, очень тихо урча от радости. Вне пещеры стрекотали насекомые, напевая свою особую мелодию. Луны озаряли лес своим мягким светом. Дракон перестал дрожать и получил долгожданное успокоение, издавая едва слышимое урчание, пока воришка неспешно поглаживала его по тёплой шероховатой чешуе, мягко улыбаясь и иногда зевая.

***

Утро наступило достаточно спокойно. Достаточно громко зевая и потягиваясь, Рутил открыл глаза и осмотрелся. Вокруг всё было спокойно: погода снаружи предвещала хороший день, костёр давно погас и даже не испускал последние струйки дыма. Заря всё ещё лежала у кострища, видимо всё ещё погружённая в сновидения. Стараясь не разбудить воришку, дракончик осторожно вышел из пещеры и сел у её входа, вдыхая свежий утренний воздух. Прикрыв глаза, он ощущал, как легкий ветерок обдувал его чешуйки, как утреннее солнце только начинает согревать всё своими лучами. Вернувшись в пещеру, он обнаружил Зарю уже проснувшуюся, но ещё зевающую и поедающую очередную горстку орехов из своих запасов. Возможно сейчас уже подходящее время для важного вопроса. — Заря… — позвал дракон, но она не отреагировала. Он позвал громче, и только тогда она обратила на него внимание. Похоже ей совсем непривычно слышать своё имя на драконьем. Свой вопрос Рутил должен был задать как можно проще и понятней. — Ты хочешь путешествовать со мной по другим землям и племенам? Как и ожидалось, Заря не сразу поняла все детали вопроса, вновь зевая, поэтому он вновь его повторил. Ответа пришлось ждать достаточно долго. Она для этого встала и стала неспешно ходить туда-сюда, что-то говоря на своём языке, иногда посматривая в сторону уже проснувшегося леса. — Я хочу. Но Рутил должен вернуть Зарю, когда я попрошу. Ты согласен? — озвучила свой ответ и дополнительное условие воришка. — Я согласен. Заря протянула ему свою лапку и чего-то ждала от земляного. Дракончик не мог понять, чего именно, но спустя короткую паузу, она хлопнула себя по лбу и будто рассмеялась. Это всё выглядело странно, но забавно. Этот вопрос был решён, значит оставалось решить, куда стоило лететь в первую очередь. И на этот вопрос уже был подходящий ответ. — Заря, мы летим в Небесное королевство.