★Астарот★

Героиню грубо держат за локоть и проводят немного вперед, расталкивая бессмертных. Сейчас она стоят так близко к Чуме, что можно услышать ее немного рваное, вовсе не человеческое, дикое, почти звериное дыхание. —Я хотел бы ее себе. Я хочу, чтобы она была моей игрушкой — незнакомец настойчиво смотрел на одного из всадников, вовсе без страха, но тонкая кожа даже под кружевами чувствовала, как ногти чужой руки впиваются в плоть оставляя неприятные ощущения. Женщина остро проходится по лицу героини, заглядывает в глаза, но явно не намереваясь проникать глубже. Скучающе отрывается, не видит в ней ничего, ничего, что могло бы привлечь белую ворону падкую ко всему блестящему. — Обычная пугливая птичка — Чума задумчиво вглядывается в глаза, будто что-то упускает, роется сама в себе что бы найти что-то в ней. Зрачки сверкают, внутри все переворачивается. Громкий хохот, пальцы всадницы игриво сплетаются в замок и касаются губ. Так радуется будто и вправду что-то нашла в пустышке. — Неограненная драгоценность! Ещё будешь нужна. А пока что можешь побыть под присмотром. Продано! — та радостно хлопает в ладони, золотистый ошейник смыкается вокруг тонкой шеи, лязг цепочек режет слух. — Благодарю вас за столь щедрый подарок, Госпожа. — поклонившись Астарот отходит и утаскивает за собой желанную таинственную незнакомку. Вы смотрите ему в глаза, яркая фигура дрожит в воспоминаниях будто слабое пламя свечи. Кончики пальцев покалывают, пока девушка пытается вспомнить кто-то же этот дивный незнакомец. Метис слился с толпой, он с интересом рассматривал бывших бессмертных, что были у власти. Нет, конечно и сейчас они бессмертные, правда не все остались у верхушки, пугливо прячась у Чумы под юбкой либо давясь слюной под ее каблуком. Девушка стояла позади, дожидаясь пока Вики закончит слащавую проповедь. Но героине явно не было дела до этого, грядут перемены - только это больше всего крутиться во внимании. Как и сейчас, никому не будет к ней дела, так что если последует смена голов у власти - это не сильно отразится на ней. Бессмертная оборачивается к столпотворению ангелов, демонов и пары молодых метисов, один из них жадно пытался разглядеть хрупкое очертание ее девичьего тела, стоящего почти невидно, немо посматривая за всеми лишь изредка подходя немного ближе, чтобы лучше рассмотреть тех, кто собрался. Интересно, каково это быть главными героями истории, которую написали за тебя? Пылать от отчаянья и сгорать от побед, сколько завистных и восторженных взгляд приковано именно к тебе. Такой была Вики Уокер, громкая фамилия была билетом в свыше предначертывая великое будущее. Мать - серафим, а она переплюнула ее, была у власти - она была самой властью. Но разве можно назвать это таковым? Скорее вовремя раздвинутые изящные ножки. Вики вовсе не была глупышкой. Не было никакой гордости, героиня была полностью людима. Стоит ей сильнее высунуть любопытную макушку, чтобы все же рассмотреть того, кто так добивался ее взгляда, как его светлые глаза пожирают, с жадность рассматривают, пытаются увидеть лучше, но как только голос Мальбонте по утихает, девушка тут же отскакивает от перил и стремительно отходит назад прерывая намерения незнакомца. На последок та что-то невнятно шепнула, тенью уголки губ дрогнули в улыбке, лицо резко стало неосязаемым любопытному взгляду. — Я - Астарот. А кто же ты, неизвестная звёздочка? — игриво склонив голову набок, Астарот улыбается, хищно, но без злобы. Запредельно близко притягивает к себе стискивая кольцо на вашей шее. — Разве я Непризнанная? Бессмертные не могут быть игрушками, отпусти — Что-то внутри дрогнуло, от этого непонятливый взгляд сменяется негодованием, каким-то разочарованием. Истерично дернувшись вы ощущаете недостаток кислорода, но все также продолжаете дёргаться. Раздражённо рыкнув глаза метиса сверкают, искрятся. Окинув взглядом всех присутствующих тот лишь тихо шипит над ухом, так чтобы слышали только они — Так решила Чума. А такой как ты, стоит подумать над своими словами — на этот раз был предоставленный выбор идти самой либо все также терзать нежную кожу. Чума господствует во многих местах, но не везде. Она готовится к приходу своего брата - Войны. В скором планируется ещё одно мероприятие на которое следует приходить с «парой». Обнаженное тело героини дрожит, она содрогается в судорогах, что сводит лопатки. Стоит отдышаться. Взгляд метается со стороны в сторону пытаясь найти покой. Бессмертным не снятся сны, разве что ведения, что кошмарят по ночам заваливая множественными вопросами. В поисках успокоения та сжимает руку Астарота, что все это время поглаживала часть спины. Просторная кровать сегодня была не так одинока, на второй ее половине располагался метис, что беспечно спал под боком. Его веки приоткрываются от забвенного сна. Взгляд не останавливается на чем либо, только на диве, чья ладонь крепко, почти агонично сжимали его. — Тише, тише — слова выучены наизусть, проходят это каждую ночь, что Астарот проводит в постели рядом. Метис нежно шепчет утешения над ухом оставляя грубые и немного влажные поцелуи на шее. Сколько месяцев прошло после смены голов возомнивших из себя господ? Наверное больше двух. Чума все также продолжала наводить свои порядки: навязывая непоколебимые огнем и временем идеалы. Кажись она стала только яростней. Турнир, после выиграше в котором обещана свобода. Но героиня даже не билась в попытках как-то бороться, Чума не отпустит ее, он не отпустит ее. Так что девушка вальяжно расположилась на трибунах. Вики сумела сбежать после наступления Ордена Сопротивления - те, кто отчаянно бьются до конца. Они знают, что проиграют, но проиграют в бою. Гордость - если таково это имение. Вы просыпаетесь утром, рядом уже никого нет. Натянув на себя одеяло сильнее, почти с головой с губ сорвался тихий хрип. Крылья неприятно ныли не давая вновь уснуть. Все было так сложно. Астарот по-хозяйськи вальяжно занимал свою часть в неугомонно бьющемся сердце. Чертов, чертов наглец, он посмел возомнить из себя лучшего, кто подходит на роль избранника героини, но никогда не говоря об этом напрямую. Стоит выплюнуть все в лицо, возможно, это будет нелепо, но все же. На ее руке было пару браслетов подаренных в знак непростых чувств, что испытывались к ней. А она ведь и сейчас была не разгадана. Для Астарота девушка была душой интереса, открытая книга, где вместо текста были пожелтелые картинки. Парень пытался раскрасить ее, будто ребенок, что так хотел больше красок. Он был ребенком, который никогда не видел цветных карандашей, и когда они попали ему в руки тот отрывался на полную. Спесь, что тот изображал не подпуская никого к себе, к своей заветной книге, что из сотни виднеется блеклым свечением. Приятного радует во тьме, ласкает пальцы. Она такая хрупкая. Сегодня был очередной бал. Героиня поднимается с мягких, но все таких же холодных простыней. Сонливо зевает. Тихий, но настойчивый стук заставляет небрежно накинуть халат на плечи. Незнакомец бестактно входит в комнату закрыв за собой дверь. Это был Астарот, его брови сведены к переносице, метис хмурится. — Уже вечер, а ты ещё ни разу не выходила из комнаты. Ты так часто пропускаешь мероприятия, Чума начинает злиться когда кто-то без пары, она не любит тех, кто не улыбается на ее мероприятиях. — быстрые шаги кругом очерчиваю комнату. Тот беспокойно вглядывается в глаза дивы. — Следишь за мной? — в ответ бессмертная получает лишь молчание. — Да, Астарот, я обязательно приду на сегодняшний бал — ещё раз лениво зевнув та не стремиться поддерживать зрительный контакт. Но метис остаётся все таким же настойчивым, касается запястья, грубо, до синяков сжимает его. — Мы придём. Я подожду тебя, что бы ты не ускользнула от меня — хищьно улыбнувшись, Астарот не покидает попыток заглянуть в глаза. Но ещё пара минут и тот с раздражением отходит бросая рельефную маску на кровать. — Это обязательная часть сегодняшнего бала. Твой образ будет лаконично сочитаться с моим, не чудесно ли, звёздочка? — он пытается разговорить героиню, но её реакция заставляет умолкнуть. — Как же Вики? Ты так долго добивался ее внимания, разве не она должна была увидеть в тебе равного себе, а не того, кто таскается со своей игрушкой, как с чем-то изысканным? Она и вправду привлекает тебя, не вижу смысла это скрывать — героиня прикрывает глаза будто каждое слово давалось с трудом. Ком в горле неприятно давит, становится все больнее, она проглатывает его, безучастно смотрит в зеркало. Прохладный ветер врывается через балкон, игриво покачивает тюль, кружит подолы платья, исчезает. — Замолчи! Замолчи сейчас же, нам пора, собираешься слишком долго — ваш вопрос так и остаётся без ответа. Астарот лишь отворачивается, медлит. Взгляд искриться. С губ срывает гортанный полурык. Все же подходит к девушке и берет ее под руку. — Я бы хотела сказать, что... Не безразлична к тебе, все же я больше так не могу. Я пылала безнадежной любовью, лишь пыталась согреться отчаянно цепляясь за каждую попытку стать любимой. И каждый раз, как ты прижимал меня к себе было в три раза больней, внутри что-то ломалось важнее костей. — та с надеждой лепечет, становится неприлично близко. Дрожит от того, что так долго скрывалось, внутри. — И все же, не останусь с тобой на одной стороне, я отыграла свою роль, на этом конец. Но ты можешь не отвечать — мягко посмотрев на метиса героиня лишь улыбнулась. Все цвета, коими мальчик так тщательно пытался разрисовать картинки поплыли от пары капель ядовитых чувств. Она хотела коснуться его лица, как только пальцы дрогнули, та нерешительно опустила ладонь. Дива пыталась сохранить лицо, отвернувшись она лишь сделала шаг вперёд намекая на то, что пора идти. Астарот молчит, предательски молчит, надежда угасала с каждым неспешным шагом. Пара расходятся как только входит в зал. Истеричные завывания скрипок отвлекают. Поправив маску та отошла к небольшой компании знакомых. Все таких же перепуганных ангелов. Они что-то быстро бормотали, смеялись, пытались не обращать внимания на то, что творится вокруг. Испарина выступила на лбу, маленькой каплей скатилась ниже. Героиня пыталась не смотреть на Астарота и ей это довольно хорошо удавалось. Она пыталась отвлечься: несвойственно подходила с кем-то познакомиться, кто-то охотно шел на контакт, но это были лишь крупицы, она желала внимание, а они не могли дать его, не могли дать ей чего-то большего чем одной страстной ночи. Она все так же помнит, как он целовал ее руки, когда с искрами в глазах смотрел на нее, а она лишь пугливо смотрела в ответ. Только ей стоило увидеть Вики, как все разбивается в дребезги. Нет, не было злости, не было ничего, лишь неприятная пустота. И вновь главная героиня разбивает мечты фоновых героев, но разве кому-то не наплевать? — Если вы не против, леди, я украду вас на прогулку — незнакомец улыбается, маска почти не прикрывает видное лицо. Прежде чем добровольно вложить свою руку в тиски,  та оглядывается. Сердце порхает, «это не твоё счастье» примиренно звучит в голове. Наверное, она готова смириться. Моргнув, на губах расплывается болючая, но безучастная улыбка. — Конечно, я не против. В это время Астарот прижимал младшую Уокер к себе, когда та уже не пыталась вырваться из цепких объятий пламени. — Ты была гордой, с таким высокомерием смотрела на нас всех, будто была на ступень выше, я не хотел быть жалкой букашкой, я хотел доказать, что равен тебе, утереть нос, но теперь ты не нужна мне. Я прозрел. Ты такая же жалкая как и они все, ты не особенная, Вики Уокер. Просто умеешь вовремя раздвинуть ноги — каждое слово он с отвращением выплёвывает, не скрывает этого. Отпустив Астарот горделиво поднял голову, что-то набережно кинул на последок и слился с толпой, моргнув Вики уже не увидела его. Героиня одиноко сидит у фонтана в самом сердце лабиринта. Изящные пальцы проводят по воде не боясь холода. Вуаль ночи уже игриво опустилась на небеса, лёгкий туман скользит по земле окутывая ноги, поднимается выше, дурманит сознание. Таинственный незнакомец испарился так же быстро, как и появился. Только к нему донеслась весть о том, что героиня принадлежит другому. Тому, кто никак не собирался делиться и показывал это всем видом. Тихие шорохи уже не привлекали внимание. Сколько же времени она провела в этой школе? Сколько раз приходила сюда, тихо рыдая. Она была окружена подобными ей, но все так же одинока. Возможность всадница была права, разве такое жалкое, агоничное желание выжить будет хоть как-то сравнимо с безучастной смертью.

«в конце они все равно умрут»

Была ли смерть так страшна? Только в примеси со спесью, что было предостаточно в тонких венах бессмертной.  Тихое колыхание травы, истеричный шепот, что гуляет в тупиках лабиринта звучит где-то рядом, почти у самого уха. Чужие ладони сжимают девичьи плечи. Крылья немного расправляются пытаясь укрыть от нежеланного гостя. — Прекрати прятаться, я все равно тебя вижу — глаза героини озадаченно поднимаются выше, встречаются с настойчивыми голубыми кристалликами, что как всегда уверенно остро проходятся по фигуре. —Ты что-то хотел, я уже собиралась в комнату — не желая сталкивается взглядами девушка отворачивается. — Оно и видно — хмыкает Астарот, кивком головы указывая на полупустой бокал глифта. — Я помню, как ты рассказывала, что любила сидеть здесь, когда училась. Это место такое же, как ты описывала. — метис хочет коснуться ее пальцев, но героиня отстраняется ещё сильнее. Отползает назад, стараясь все так же не смотреть в глаза. Щеки немного краснеют, а ладони пытаются вытереть слезы, что скопились на ресницах. — Ты можешь обжечься, сейчас я не контролирую способность, глифт согревает не только внутри,но и снаружи, он распаляет, но это должно скоро пройти — Тогда обожги, выпусти весь пыл, оторвись как следует. Сделай хоть что-то черт возьми! — повысив голос, метис взял ее за подарок, сам поворачивает голову спутницы к себе. Вторая рука сплетает их пальцы. — Я хочу чтобы мы сгорали от страсти, хочу чтобы та, кто так полюбилась сердцу была рядом. Конечно же, я как никто другой подхожу тебе и никто не смеет возомнить себя достойным твоего сердца — самодовольно улыбнувшись Астарот сильнее сжимает пальцы любимой, кажется боль от ожогов уже вовсе не чувствуется. Любовь, что с приятной горечью разливается фонтаном где-то глубоко внутри. — И возможно когда-то, мы вместе будем объяты пламенем, я буду любить тебя все так же сильно, правда, если ты и вправду достоин моего сердца — радостная улыбка не может застыть на лице. Пик эмоций, что героиня испытала были на гранью с бредом при горячке. — А ведь когда-то я говорил, что никакая бессмертная не покорит мое сердце. Ты горячо любима и соблазнительна, что я готов валяться у твоих ног, но не буду.  — ещё с минуту посмотрев на горячо любимую героиню Астарот впивается в губы, безнаказанно касаясь языком неба. Очерчивает незамысловатые узоры на спине.