Сет

Девушка уже давно свыклась с тем, что большая кровать чаще всего расположена своей пустотой только для нее одной. Их совместным сном она успела насладиться только в первые недели замужества, а потом была вынуждена принять свою безучастность. По началу он лишь расслабленно отдыхал рядом, терпеливо всматриваясь в лицо своей горячо любимой лилии, пока она провалиться в так желаемый сон, а лишь потом бесследно растворялся в густой вуали ночи, но сейчас же бесцеремонно исчезал даже не попрощавшись. Можно было заметить только небольшие горсти огненного песка у балконных проёмов. Но все же не обращая внимания на ту холодность, что девушка испытывала от определенных поступков Сета та воспылала когда узнала, что тот прожигает свои ночи, то на поиски какого-то, о Исфет, проклятого должника, то на триклятую девчонку, что крутится возле верховного эпистата - страха многих Шезму, одной из которых являлась как и сама Героиня так и Эва, о которой сам Аш, что-то задумчиво и слишком громко размышлял. Девчонка, что не понимаете в какую дрянь вообще ввязалась, или та слишком самонадеянная девчонка, которая посмела выделится из всех рода подобного ремесла. — Можешь рвать глотки дальше, Сет. Я не нуждаюсь в чём-то подобном. — тело Героини предательски дрожит. Как только ее оголенная спина касается разгоряченного тела мужчины. Каждое касание отдаётся приятным зудом. Нет, нельзя было утверждать, что Героиня почти не видится со своим возлюбленным, а скорее наоборот, она чаще всего была подвергнута излишним и пристальным вниманием Сета, возможно это было слишком специфично. Это оставляло мутный осадок внутри, не давай забыться от затаенной обиды. — Ненавижу тебя… — шипит та, пока тело таяло под грубыми прикосновениями, что так и норовили перешагнуть грани приличия. —Будь поаккуратнее со словами, Шезмочка. Эта ненависть вызвана пылающей страстью, смотри чтобы не сгореть в ней заживо. — Аш явно насмехается над Героиней, но все также не имея намерения творить свои злодеяния. — Я польщена. Ты соизволил не указывать мне место жалкого человека в сравнении с богом — издаёт тихий смешок уже девушка и немного выгибается в спине, желая хоть немного отстраниться. Осознание того, что Героиня не может устоять перед, как всегда желанными прикосновениями — Думаю, тебе стоит быть не настолько ревнивой и не так рьяно выказывать свою ненависть ко мне. Ты такая забавная. Твоя душа поглощенна бесконечным хаосом, страстью, безграничной ненавистью, яростью… Ты зла, зла и садистична ко всем, кто пожертвовал тобой - жалким, хрупким ещё не распустившимся цветком, забавы ради. Озлобленная на весь мир — Са́хмет. Новоиспечённая богиня солнца. Не щадящего палящего солнца, войны и ярости. Нареченная самого Сета. — Аш нахально прижимает тело Героини к себе и притягивает ее подбородок для так желанного поцелуя. — Раз пришёл среди ночи, то соизволь себе помолчать. Сейчас змей Апоп творит свои чёрные дела. Я не желаю увязнуть в его паще до нескончания его тысячелетий. — уже раздражённо вопит Героиня. Все же, до того, как пришел Сет она сладко, но беспокойна спала. — Разве ты забыла, милая Героиня, что змей Апоп мне не страшен. Никто не посмеет осквернить душу и тело моей непокорной Са́хмет. — девушку изрядно раздражало имя данное совершенно нежданно. И ставшее за долгое время слишком нелюбимым и более дразнящим. — Я никогда не была Сахмет - это лишь дурацкое прозвище, что ты невидимым клеймом выжег у меня на груди. — в ответ ей не было ничего адресовано. Лишь задумчивое молчание бога войны. — Если сон так желан, почему бы тебе не поспать — он подавлял её волю без вреда для самой девушки. Тихо шепча что-то на ухо. Сет грубо целовал ее в висок, пытаясь усмирить и так горящую душу. Но делал ещё хуже. Ее воля была, на удивление, намного крепче чем сама Героиня. Но девушка лишь вздыхает, прикрывая слишком тяжёлые веки. Разворачиваясь грудью к груди ее уже ставшего любимым мужчине. Тесно прижимаясь к тому.