Часть 15 — Компас души: куда указывает стрелка?

***

— Мам, мам, почему ты плачешь? — спрашивала девочка, дергая за футболку, пытаясь привлечь внимание. — Золотко, я не плачу, просто в глаз что-то попало, давай не об этом сейчас. Ты кое-что для меня сделаешь. — А что нужно сделать? — малышка наклонила голову, вглядываясь в голубые глаза матери. — Собери в свой рюкзак все самые необходимые вещи и игрушки, а также переоденься, — сказала я, доставая рюкзак дочки из шкафа. — Хорошо, я быстро, — услышала я, уходя из комнаты Катерины. В голове была одна фраза: «Он уже рядом, скоро он доберётся до тебя».

***

Утро. Как же хотелось, чтобы оно не наступило. Боль прошлась по телу от единого движения. Приоткрыв глаза, я убедилась, что в спальне одна. Это уже хорошо. Надеюсь, он сегодня будет занят и не будет мне мазолить глаза. С горем пополам встав с кровати, направилась в ванну. Мышцы болели, передвигаться было затруднительно, поэтому буквально на коленях добралась до душевой и включила горячую воду. В душе пыталась смыть все его прикосновения. Хотя смысл? Его парфюм въелся в мое ДНК, теперь только живьем сдирать. Натирая своё тело огромным количеством геля, я думала об одном: «нужно быстрее закончить с документами и бежать». Да, бежать именно так. Но как вырвать из своей памяти эти воспоминания? После душа принялась за замазывание этих "пятен", оставленных Люцифером практически по всему телу. Если их еще можно было замазать, то следы от наручников замаскировать просто не получилось. Поэтому пришлось маскироваться по-другому. Надела черный спортивный мешковатый костюм Adidas. Худи имело капюшон и большой передний карман, что добавляло моему образу комфорта и стиля. Брюки прямого кроя с эластичными манжетами. Костюм был выполнен из мягкого и удобного материала, идеально подходящего для повседневной носки или активного отдыха. Хотя, несмотря на комфорт, в нем было жарко, неимоверно жарко. Спустившись в столовую, я заметила Нелу. Медленно перебирая ногами, подошла к ней. — Доброе утро. Как ваши дела? Ничего себе, я сказанула доброе, у кого доброе, а у кого и не очень. Но не хотелось показывать характер, да и срываться на новых знакомых, которые хорошо ко мне относятся, не очень-то благоразумно. — Вики! Детка, доброе-доброе. Дела хорошо, — произнесла пожилая женщина, обнимая меня. — Я перестелила вам постельное. Еще немного убралась. — Хорошо, спасибо, — произнесла я и побрела к раковине, чтобы налить воды. Мои натянутые шаги она заметила. — Вики, у тебя все хорошо? — кладя руку на мое плечо, поинтересовалась, после чего стала вглядываться в мои глаза, словно гипнотизируя. На её вопрос я лишь шмыгнула, а после разревелась, на что она прижала меня к себе, сжимая в объятиях. — Вик, ты справилась. Все будет хорошо, верь мне, больше такого больного чувства не будет… все изменится, он изменится. Мне оставалось лишь всхлипывать, не заботясь, что он может услышать и еще что-нибудь сделать. Я почувствовала бабушкино тепло, которого я рано лишилась. — Ну тише, тише, моя хорошая. — Простите, просто... — так и не найдя слов, отстранилась от женщины. — Я сейчас вернусь, телефон наверху оставила. — Может, попросить Даниэля, чтобы помог? Мне очень больно на тебя смотреть. А он бы помог. — Не стоит, сама справлюсь. Тем более не буду его отрывать от работы. Поднявшись, услышала звук входящего вызова, но как дошла до тумбочки, он успел заткнуться и погаснуть. Уже было обрадовалась, что не придётся тратить время на разговор, как телефон сразу же загорелся от еще одного звонка. Это был Мальбонте. Конечно, сам-то он боится позвонить, через персонал уже связывается. Вернувшись, я заметила, что Нела уже приготовила завтрак из изобилия разных блюд. Чего тут только не было: Ароматные круассаны с золотистой корочкой, свежие фрукты, нарезанные аккуратными ломтиками, пышные омлеты с зеленью и сыром. На столе также стояли чашки с горячим кофе и свежевыжатый апельсиновый сок. В центре стола красовался чизкейк с нежным кремом и ягодами. Нела смотрела на меня с улыбкой, видимо, предвкушая, как я удивлюсь такому разнообразию. Я почувствовала себя невероятно благодарной за этот уютный и вкусный утренний сюрприз. — Не стоило так много всего готовить... — Да чего ты, я приготовила все, что ты любишь, тем более тебе сейчас нужно больше кушать, сама понимаешь, — присаживаясь рядом, ответила она. Я посмотрела на женщину с прищуром, она смутившись, дополнила: — Извини, я не хотела тебя расстраивать, говоря, что хозяин просил побаловать тебя. Хех, ну конечно, кто бы сомневался. Странно, я не вижу записок с разными сравнениями или цитатами с популярного сайта "наложал по полной." Решив не выговаривать доброй женщине, которая старалась для меня, решила вернуться к прошлой теме разговора. — Я не хочу это терпеть, — жуя круассан с пышным кремом, сказала я. — Но без него никак, детка, это физиологический процесс, вы же супруги, вам нужно заниматься этим. Тем более заводить детей. Так заведено во всех семьях. Ну вот опять, эти стереотипы. — Я не хочу это терпеть и не буду! Я сбегу. План уже разработан. Нела уставилась на меня ошарашенными глазами. Такими, как будто я ей предложила украсть 20 килограммов кокаина. — Господи, бог с тобой, Вики. Ты что такое говоришь, детка? Выкинь эту дурь из головы, он найдёт тебя в любой точке мира, и потом тебе не поздоровится. Просто поверь мне на слово. Пойми, никто из вас не выиграет. — Извините, возможно, мои слова вас оскорбят, а может и обидят. Я все равно сбегу, сменю имя, фамилию, гражданство, да хоть что, всё, что только можно, но жить так не собираюсь. Как думаете, каково жить с нелюбимым? Женщина посмотрела на меня понимающе. — Побежали со мной? Возьмём Даниэля и сбежим в другую страну? Может, даже на другой континент. — Но как? Денег у нас таких нет, да и документы нам не сменить, он всё равно узнаёт. — Не переживайте, с документами я вам помогу, а деньги у нас будут. Обещаю, сколько вам потребуется, потом я устроюсь на работу и начну зарабатывать, а вы домом заниматься будете. Будем помогать друг другу, я вас не брошу. — Зачем мы тебе? Мы лишняя забота и груз, да и господина мы не сможем бросить. Не могу я вот так, правда, какой бы он ни был, он тоже человек, тем более мы столько лет на него работаем, и сбежать будет предательством. — Вы не груз, я не хочу вас тут бросать, давайте? Не упрямьтесь. — Я подумаю, милая, с Даниэлем пообщаюсь и дам тебе ответ, но так быстро не смогу, понимаешь, — ответила женщина. — Хорошо, только... — Даже если мы не сможем с тобой бежать, мы не скажем Люциферу ничего, обещаю. Я не могу так тебя обидеть. Ты мне доверилась, и я не подведу. Даже под дулом пистолета не сдам. — Спасибо вам огромное, вы для меня как бабушка, которой у меня нет. Была бы она жива, мне бы сейчас не пришлось быть в таком затруднительном положении. Кстати, а где Люцифер? — Он уехал в офис на встречу, будет, наверное, только к вечеру, может позже, чаще всего встречи продолжаются до поздней ночи. Ну и хорошо, значит, сегодня и вправду он мне не будет мозолить глаза. А может, просто дал отдохнуть от него.

Pov Люцифер

‎Офис казался тюрьмой. Стены давили, сотрудники бубнили что‑то про квартальные отчёты, а я смотрел в окно и думал о ней. ‎ ‎Виктория… Её упрямый взгляд, голос, который звучит так, будто я — последний человек на земле. Она сопротивляется, но я чувствую — где‑то глубоко внутри она тоже горит. Просто боится признаться. ‎ ‎Все эти дела, переговоры, угрозы — всё стало серым фоном. Единственное, что имело значение, — вернуться домой. Увидеть её. Почувствовать, как она дрожит в моих руках, как пытается оттолкнуть, но не может. ‎ ‎Я прикрыл глаза, вспоминая её лицо. Она — как воздух. Без неё я задыхаюсь. ‎

‎Флешбек: детство Люцифера

‎ ‎— Мам, а любовь — это слабость? — маленький Люцифер сидел на подоконнике, болтая ногами. ‎ ‎— Почему ты так думаешь? — мама отложила книгу, внимательно посмотрела на сына. ‎ ‎— Ну… все говорят, что из‑за неё люди теряют голову, делают глупости. ‎ ‎— Любовь — это не слабость, — она подошла, села рядом, взяла его за руку. — Это сила. Представь, что у тебя внутри есть компас. Он всегда указывает на того, кто тебе дорог. И когда ты рядом с этим человеком, ты становишься лучше. Смелее. Добрее. ‎ ‎— Но если он сломается? Если тот, кто должен быть рядом, предаст? — мальчик нахмурился. ‎ ‎— Тогда ты поймёшь, что твой компас — внутри тебя. И ты сам решаешь, куда идти, — мама улыбнулась, погладив его по голове. — Настоящая любовь — это выбор. Каждый день. ‎ ‎Люцифер задумался, потом упрямо мотнул головой: ‎ ‎— Всё равно не хочу зависеть от кого‑то. ‎ ‎— Когда‑нибудь ты встретишь человека, ради которого захочешь рискнуть, — тихо сказала мама. — И поймёшь, что это не слабость. Это свобода. ‎ ‎Мальчик промолчал, но в глубине души что‑то дрогнуло.