2;

      Чьи-то руки поддерживали Лидию, пока она не смогла стоять самостоятельно. Немного пошатываясь, ослеплённая ярким светом, она отряхнула одежду. Её разбирало любопытство, но сильная слабость не позволяла толком рассмотреть, что происходит вокруг. Обступившие подростки молча наблюдали, как новенькая крутит головой, пытаясь хоть что-то понять.       Под любопытными взглядами она сделала несколько неуверенных шагов. Раздались смешки, кто-то ткнул в Лидию пальцем. Тут было по меньшей мере полсотни человек самого разного роста, телосложения, возраста и национальности. Все с волосами разной длины и в грязной, пропитанной потом одежде, словно эти люди занимались тяжёлым физическим трудом.       Ничего не понимая, Лидия смотрела то на подростков, то на ландшафт необычного места, в котором очутилась. Они находились в центре площади огромных размеров, окружённой четырьмя стенами из серого камня, местами густо увитыми плющом. Стены, высота которых, вероятно, была не меньше нескольких сотен футов, образовывали идеальный квадрат. В центре каждой из его сторон зиял проход высотой во всю стену, ведущий, как отсюда показалось Лидии, в длинные ходы и коридоры. — Гляньте на Салагу, — раздался скрипучий голос; Лидия не видела, кто это произнес. — Ей так понравились новые апартаменты, что она сейчас себе шею свернёт.       Несколько парней засмеялись. — Захлопнись, Галли! — грубо рявкнул кто-то.       Лидия снова перевела взгляд на окруживших её незнакомцев. Высокий белокурый парень с квадратной челюстью и безучастным лицом, глядя на неё, хмыкнул. Другой, коренастый, смотрел на Лидию круглыми от удивления глазами, нервно переминаясь с ноги на ногу. Ещё один, плотный мускулистый юноша с азиатской внешностью и высоко закатанными рукавами, обнажавшими бицепсы, также внимательно изучал Лидию. А темнокожий, тот самый, что поприветствовал её, нахмурился. Остальные разглядывали Лидию с не меньшим интересом. — Где я? — спросила Лидия, поразившись забытому звуку собственного голоса. — В дрянном местечке, — произнёс темнокожий. — Расслабься и наслаждайся жизнью. — Кто будет его куратором? — выкрикнули из толпы. — Да ты только глянь на эту кучу кланка, балда стебанутая. Как пить дать, станет слопером!       Толпа отозвалась дружным смехом, как будто подростки в жизни не слышали ничего забавнее.       От обилия слов, значения которых Лидия не понимала, она и вовсе растерялась. Шанк, кланк, куратор, слопер. Подростки обменивались этими словами с такой легкостью, что казалось странным, почему она их не понимает. Наверное, вместе с памятью я утратила и часть словарного запаса. Да, неприятно. — пробежала мысль в голове.       Смятение, любопытство, паника, страх — её переполняла целая гамма чувств. Но главенствовало все-таки тягостное ощущение безысходности, словно прошлая жизнь закончилась, была стерта из памяти и заменена чем-то пугающим. Хотелось убежать и спрятаться. — …даже в этом случае. Ставлю на кон свою печёнку, — донесся давешний скрипучий голос.       Лидия по-прежнему не видела лица говорившего. — Заткнитесь, я сказал! — прикрикнул темнокожий парень. — Ещё одно слово — и следующий перерыв будет сокращен вполовину!       Должно быть, их главарь, решила Лидия. Нескрываемое любопытство парней смущало, и она сосредоточилась на осмотре места, которое темнокожий назвал Глэйдом.       Площадь была выложена массивными каменными блоками, из трещин которых торчали пучки высокой травы и бурьяна. В одном из углов площади находилась ветхая деревянная постройка странного вида, который сильно сливался с серой каменной стеной. Строение окружали несколько деревьев — их корни цеплялись за каменное основание, будто узловатые руки. В другом углу виднелось что-то вроде огорода — отсюда Лидия смогла разглядеть кукурузу, кусты томатов и какие-то фруктовые деревья.       В противоположной стороне она заметила небольшие дощатые загоны для овец, коров и свиней. Наконец, четвертый угол скрывали заросли деревьев; ближайшие были чахлыми — казалось, что они вот-вот засохнут. Было очень светло, однако солнца на голубом и безоблачном небе Лидия не увидела. Ни о сторонах света, ни о времени по отбрасываемым стенами теням судить было невозможно — сейчас могло быть как раннее утро, так и поздний вечер. Пытаясь успокоиться, Лидия глубоко вдохнула и уловила целый букет запахов: свежевспаханная почва, навоз, хвоя, что-то гниющее, какой-то приятный аромат. Почему-то она был уверена, что так пахнет ферма.       Лидия снова посмотрела на пленивших её людей; несмотря на смущение, ей страшно хотелось буквально засыпать их вопросами.       Пленник, — подумала она. — Почему это слово всплыло в памяти?       Она всматривалась в лица, стараясь оценить, с кем имеет дело. Глаза одного из юношей горели нескрываемой ненавистью, и Лидия невольно поёжилась. У парня настолько злобный вид, что напади он сейчас на Лидию с ножом, та бы нисколько не удивилась. Чёрные волосы юноши упали на глаза, он отбросил их назад резким движением головы, после чего развернулся и пошел к блестящему металлическому шесту рядом с деревянной лавкой. На вершину шеста пополз разноцветный флаг, вяло повисший в неподвижном воздухе.       Лидия в изумлении наблюдала, как, подняв флаг, парень повернулся и сел на лавку. Лидия быстро отвела глаза.       Внезапно лидер группы — на вид ему было лет семнадцать — сделал шаг вперед. Одет он был вполне привычно — в чёрную футболку, джинсы и кроссовки, на руке красовались часы. Было странно видеть обычно одетого человека: Лидия почему-то решила, что каждый здесь должен носить нечто более мрачное, что-то наподобие тюремной одежды. Волосы темнокожего были коротко подстрижены, а лицо — тщательно выбрито. За исключением постоянно хмурого взгляда, в его облике не было ничего угрожающего. — Это долгая история, шанк, — произнес он. — Постепенно ты все узнаешь — завтра я возьму тебя на экскурсию. А до тех пор…постарайся ничего не сломать. Я — Алби.       Протянув руку, темнокожий молча ждал рукопожатия.       Не отдавая себе отчёта, Лидия отвернулась от Алби, молча побрела к ближайшему дереву и села под ним, оперевшись спиной о шершавый ствол. Её вновь охватил почти невыносимый страх, но она глубоко вдохнула и попыталась заставить себя не паниковать. Просто смирись. Если поддашься страху, не сможешь разобраться в ситуации. — Так расскажи, — произнесла Лидия срывающимся голосом. — Расскажи мне долгую историю!       Алби удивленно оглянулся на приятелей.       Лидия снова окинула взглядом толпу: её первоначальная оценка оказалась верной — здесь было человек пятьдесят-шестьдесят самого разного возраста, как совсем еще дети, так и подростки постарше, вроде Алби. Тот выглядел одним из самых старших. И вдруг Лидия с ужасом поняла, что совсем не помнит, сколько лет ей самой. — Нет, серьёзно, — спросила она, оставив всякую попытку скрыть страх. — Где я?       Алби подошел к Лидии и сел напротив, скрестив ноги; за ним последовали и другие ребята, сгрудившись позади. Всем хотелось видеть говорящих получше, поэтому подростки толкались и вытягивали головы. — Если тебе не страшно, — начал Алби, — значит, ты не нормальный человек, а псих. Будешь вести себя не как все — сброшу с Обрыва. — Обрыва.? — переспросила Лидия, побледнев. — Ладно, забей. — Алби потер глаза. — Невозможно объяснить всё сразу, понимаешь? Мы тут не убиваем шанков вроде тебя. Гарантирую. Но тебе придется постараться не быть убитым. Или выжить. Называй как хочешь.       Алби умолк.       Лидия почувствовала, как кровь отхлынула от лица. — Слушай, — тяжело вздохнул Алби, проведя пальцами по коротко стриженным волосам, — я не силен в таких вещах. Ты у нас первый Салага с тех пор, как убили Алека.       От этих слов у Лидии перехватило дыхание.       Из толпы вышел какой-то парень и, подойдя к Алби, отвесил тому шутливый подзатыльник. — Дождись, когда поведешь её на гребаную экскурсию, Алби, — произнес он хриплым голосом с необычным акцентом. — Не видишь, девчонка совсем перепугалась? Первый раз слышит о таких вещах. — Он наклонился и протянул Лидии руку. — Меня зовут Ньют, и мы все будем очень признательны, Шнурок, если ты простишь нашего нового кланкоголового босса.       Лидия пожала ему руку — в отличие от темнокожего, Ньют казался более дружелюбным. Ростом он был чуть выше Алби, но выглядел немного моложе — на год или около того. Длинные светлые волосы спадали по обтянутой футболкой спине, на мускулистых руках выступали вены. — Брось, — проворчал Алби, жестом приглашая товарища сесть рядом. — Она понимает едва ли половину из того, что я говорю.       Раздались редкие смешки. Чтобы лучше слышать Ньюта и Алби, окружающие подступили почти вплотную к ним.       Алби широко развел руки ладонями вверх. — Это место называется Глэйд. Здесь мы живем, едим и спим. Себя мы называем глэйдерами. Это всё, что пока… — Кто отправил меня сюда? — требовательно спросила Лидия. Страх уступил место злости. — И как…       Не успела она договорить, как рука Алби метнулась к Лидии и ухватила её за майку. — Поднимайся, Шнурок! Вставай! — Алби вскочил на ноги, потащив за собой Лидию.       Обескураженная Лидия встала и пятилась от надвигающегося на него Алби, пока не уперлась спиной в дерево. — Не стоит меня обрывать, девчонка! — рявкнул Алби ей прямо в лицо. — Слушай, Чайничек, если бы мы рассказали тебе всё сразу, ты наделала бы полные штаны кланка прямо тут, а то и вообще померла бы со страха! А потом чистильщики выкинули бы тебя куда подальше, потому что пользы от тебя уже не было бы никакой! — Я не понимаю, о чём ты, — медленно произнесла Лидия, отметив, однако, что голос наконец-то обрел твердость.       К Алби подскочил Ньют и обхватил того за плечи. — Остынь, Алби, только хуже сделаешь. Не понимаешь разве?       Тяжело дыша, Алби отпустил майку Лидии. — Нет времени любезничать, Шнурок. Старая жизнь закончилась. Началась новая. Учись быстро, слушай других и помалкивай. Сечёшь?       В поисках поддержки Лидия посмотрела на Ньюта. Внутри всё клокотало, глаза горели от наворачивающихся слез.       Ньют кивнул. — Слышал, что он сказал, Шнурок?       Лидия кипела от злости, страшно хотелось наброситься на кого-нибудь с кулаками, но она просто ответила: — Да. — Лады, — сказал Алби. — Первый День — вот что для тебя сегодня, шанк. Надвигается ночь, и скоро вернутся бегуны. Сегодня Ящик прибыл поздновато, так что на экскурсию времени не осталось. Прогуляемся завтра, сразу после подъёма. — Он повернулся к Ньюту. — Обеспечь её лежанкой. Пусть поспит. — Лады, — ответил Ньют.       Алби пристально посмотрел на Лидию. — Спустя несколько недель ты освоишься. Будешь наслаждаться жизнью и нам помогать. Каждому было тяжко в Первый День, ты — не исключение. С завтрашнего дня у тебя начнется новая жизнь.       Он повернулся и сквозь расступившуюся толпу зашагал к покосившейся деревянной постройке в углу. Остальные начали расходиться, напоследок бросая на новенькую долгие взгляды.       Лидия скрестила руки, закрыла глаза и глубоко вздохнула. Пустота, выедавшая её изнутри, быстро уступила место такой печали, что от неё закололо в сердце. Навалилось слишком много. Где она? Что это за место? Какое-то подобие тюрьмы? Если так, за что её отправили сюда и на какой срок? Язык здешних обитателей непривычен, а их самих, казалось, вообще не беспокоит, будет она жить или умрет.       Вновь подступили слезы, но Лидия сдержалась. — Что я такого сделала? — прошептала она, не рассчитывая, что её кто-то услышит. — Почему меня бросили сюда? — Мы все прошли через это, Шнурок. — Ньют приобнял Лидию по плечу. — У всех нас был Первый День, и каждого когда-то вытащили из темного Ящика. Не скрою, у тебя большие неприятности, а дальше может быть еще хуже. Но пройдет время, и ты станешь настоящим бойцом без страха и упрека. — Это тюрьма? — спросила Лидия. В сумраке сознания она безуспешно пыталась отыскать малейший проблеск, который позволил бы вспомнить прошлое. — Слишком много вопросов, — сказал Ньют. — Ничего обнадеживающего ответить не могу. Во всяком случае, пока. Сейчас постарайся успокоиться и прими положение как данность — утро вечера мудренее.       Лидия промолчала, понурив голову и разглядывая под ногами трещины в камнях. Вдоль края одного из каменных блоков росла полоска бурьяна с мелкими листочками. Крохотные желтые цветочки тянулись вверх, словно пытались дотянуться до солнца, скрытого исполинскими стенами Глэйда. — Думаю, Чак будет тебе хорошим напарником, — продолжал Ньют. — Толстяк малость неуклюж, зато отличный собеседник, когда все дела сделаны. Побудь здесь. Я скоро вернусь.       Едва он успел закончить фразу, как воздух прорезал истошный вопль — высокий, пронзительный, почти нечеловеческий крик эхом разнесся по выложенной камнем площади, заставив обернуться всех, кто на ней находился. От мысли, что вопль раздался из деревянной постройки, у Лидии кровь застыла в жилах.       Даже Ньют подскочил, как ужаленный. — Вот же хрень, а! На десять минут нельзя отлучиться без того, чтобы медаки не начали истязать бедолагу! — Он покачал головой и слегка ударил Лидию по плечу. — Найди Чака и передай, что я поручил ему позаботиться о твоём спальном месте.       Сказав это, он со всех ног помчался к постройке.       Лидия сползла на землю по грубой коре дерева, оперлась спиной о ствол и закрыла глаза. Как бы ей хотелось, чтобы всё происходящее оказалось лишь кошмарным сном.