Часть 1

      Хинамори взглянула на часы – её рабочий день закончился восемнадцать минут назад, но девушка понимала, что проведет здесь еще, как минимум, два часа. Ей необходимо было совместить сделанные ранее чертежи и еще раз всё проверить. Проект был сложным, но никто, кроме неё, с ним бы не справился. Трое её подчиненных, деливших с ней кабинет, не поняли и половины того, что говорила им Момо, поэтому остальных людей в этом крыле спрашивать было бесполезно.       Двери в кабинет открылись – на пороге стоял глава их отдела и непосредственный начальник Хинамори – Хирако Шинджи. То ли у девушки было хорошее зрение, то ли она уже научилась чувствовать его ауру, но стало понятно – руководитель зол. Он зашёл слишком спокойно, не бормоча под нос мелодии, не прокатившись на открывающейся двери с поджатыми ногами – просто закрыл её и включил центральный свет. Хинамори ойкнула.       — О-о, ты здесь, Хинамори-сан? — взгляд начальника немного потеплел, когда он увидел своего заместителя. — Не убежала в четыре часа, как остальные из нашего отдела?       — Они убегают на два часа раньше, потому что ты позволяешь им это, — ответила Момо. Ровно восемнадцать минут назад он перестал быть «Хирако-сама» и стал просто Шинджи.       — Тебе тоже позволяю, а ты всё торчишь тут и торчишь, — присел на край стола Хирако. — Даже перестала бегать на свои любимые свидания из тиндера.       — Должен же кто-то делать свою работу хорошо, — проигнорировала последнее предложение Хинамори. — Тяжелый день?       — Что именно тебе нужно сделать хорошо после окончания рабочего дня? — поинтересовался начальник, так же не реагируя на последнюю фразу. Для девушки это являлось ответом – прошедший четверг был крайне тяжёл. — Что ты делаешь? С чем нужна помощь?       — А тебе? — Момо накрыла своей ладонью руку Шинджи, которой он упирался в стол – их дружба была достаточно близка, чтобы позволять такую поддержку. У мужчины наметился намёк на улыбку.       — Всё нормально, — слегка сжал он ладошку Хинамори и встал со стола. — Просто некоторые люди чересчур… вспыльчивы, и это раздражает. Нельзя же так….       — Это ты говоришь о вспыльчивости? — засмеялась девушка. — Ты бился головой о шкаф, когда у тебя сломался циркуль!       — Моя вспыльчивость никому не вредит!       — Ага, кроме тебя самого и окружающих предметов, — покачала головой Момо.       — Моей гениальной умной голове полезна такая зарядка, — стал в позу Шинджи. — Главное, чтоб не пострадала моя великолепнейшая причёска.       — Она страдает, когда ты ни с того ни с сего начинаешь ходить по своему кабинету на руках!       — А ты не входи ко мне без стука!       — Ты сам разрешил без него входить!       Хирако поднял ладони вверх, сдаваясь – ему нечем было крыть. Благодушно усмехнулся, признавая поражение. Его заместитель закатила глаза, как бы говоря, что они даже ни в чем и не соревновались, так что не надо строить здесь из себя потерпевшего фиаско.       — Ладно, давай сдвинем дело с пятой точки...       — Ты хотел сказать, с мёртвой?       — Ммм, нет, — окинул взглядом кипу бумаг управитель. — Всё-таки с пятой. Я схожу за кофе, потом мы быстренько всё сделаем и поедем по домам спать. Идёт?       — Отлично. Отказываться не буду. Давай уже, топай отсюда!       — Эй, это мой офис!       — Иди-иди!       Как только за Хирако закрылась дверь, девушка откинулась на кресле, подавляя протяжный вздох.       Работать под его руководством было очень комфортно. Изначально её роль в деле их компании заключалась несколько в другом, но именно Шинджи заметил ключевые таланты Момо и смог направить их в нужное русло. Сама бы она никогда не попросила бы реформировать сферу её деятельности – всегда считала, что вся работа нужна и важна, да и немного стеснительна для этого.       — «Была», — хмыкнула девушка, вспоминая, как она только что выгнала босса. Она чувствовала себя с ним свободно и легко, и именно таким образом выстроенные отношения помогали Момо не стыдиться, когда она пальчиками доводился себя до оргазма, думая о Хирако.       Хинамори цокнула. Опять её уставший мозг перевёл мысли в данное русло, но она не собиралась винить себя за это. В таких обстоятельствах был виноват Шинджи и только он – в своих свободных рубашках, с этим пирсингом в языке, который был заметен, когда он показывал язык через стекло двери блондинке в красном костюме из другого отдела; со своим умопомрачительным голосом – весь он, от щиколоток брюк и до кончиков идеальных волос был слишком притягателен. Всё, чего хотелось Хинамори – чтобы он просто вошёл в кабинет, повернул боком её стул на колесиках, снял с неё трусики и прошёлся языком между губ, потом ещё, ещё и…       — Ещё… — прошептала Момо, плотно скрещивая бёдра и сжимая одной рукой грудь сквозь ткань блузки. Тихий, очень тихий стон… Хинамори не могла себе позволить запустить руку между ног — не сейчас, но дома она обязательно сделает это. Вспомнит этот лёгкий запах сандала и ветра, до сих пор витающий вокруг, представит тёплые шершавые губы на своей шее, и ей будет так хорошо…       По коридору раздались приглушённые шаги, и девушка испуганно распахнула глаза. Убрала руку с груди, поправила блузку, постаралась придать себе непринуждённый вид. Хирако зашёл с подставкой для кофе в руках, от него пахло сигаретами. Это вызвало удивление – курил он достаточно редко.       — Эй, эй! — замахал он руками, чуть не проливая напиток. — Ты что, еще не трогала документы?       — «Зато я трогала кое-что другое», — Момо хмыкнула.       — Я не собираюсь позволять тебе лениться!       — Боже, какая ты вредная девчонка, — закатывает глаза Шинджи. Неожиданно его лицо светлеет. — Мне нравится, когда ты такая, — говорит он, неимоверно смущая свою подопечную. — А то, когда меня перевели сюда, была такая правильная, ужас… «Приветствую Вас, Хирако-сама», «Я буду жить на работе, Хирако-сама», — начал передразнивать он высоким голосом.       — Враньё, я никогда не говорила, как полная идиотка!       Хирако громко засмеялся, откидывая голову назад. Смех его был очень красивым, заразительным, а кадык, слегка подрагивающий на шее, хотелось пощекотать языком.         — Уступить тебе мой царский трон? — цокот женских ноготков по деревянной ручке. Это кресло притащил ей Хирако почти сразу же после перевода – он утверждал, что для завязывания крепких дружеских отношений, хотя позже признался, что просто не мог запомнить, кто именно в этом офисе его заместитель.       — Не надо, я из своего кабинета притащу императорское, — важно заявил Шинджи. Кофе он оставил на самом краю стола, и появились опасения, что это все в конечном итоге окажется на важных бумагах.       Спустя десять минут светлая и тёмная макушки склонились друг к другу. В пальцах попеременно появлялись то линейка, то циркуль, то калькулятор.       — Тебе подать кофе?       — Ага.       — …       — А спасибо сказать?       — Вообще-то, я его купил!       Шуршание документов, поиск копировальной бумаги. Вместо неё найдены печеньки – Хирако рад. Звук уведомления.       — Что-то важное?       — А? — взгляд в экран. — Да нет, кажется, парень из тиндера, с которым я месяц назад ходила на встречу. Я его заблокировала, а он видимо номер поменял. — скролл экрана. — Да, это точно он.       — Поговорить с ним?       — Познакомиться хочешь?       — Безмерно. Чтоб от тебя отстал.       — Даже лень на него энергию тратить, — «добавить абонента в чёрный список». Тык.       — Что, поматросила и бросила?       — Ага, обрюхатила и алименты платить не собираюсь, — грустная усмешка. — Просто не моё.       — А что твоё?       — Эти печеньки... — кивок на щёку, испачканную в крошках, — ... определенно были моими.       — Не жадничай.       Звук работы принтера, воровство пары не хвативших листов с соседнего стола. Поиск очков для компьютера – начали немного щипать глаза.       — Вау, ты такая секси с этим аксессуаром…       — Ой, отстань, пожалуйста!       — Извини, извини… Ты выглядишь, как бабулька.       — Боже, это еще хуже!       — Да что мне тогда говорить-то?!       — Номер своей карты! Скомпенсируешь мне моральный ущерб.       — Ага, держи карман шире…       Подсчёт шагов циркуля. Звук уведомления. Еще одного. И еще.       — Чёрт. Снова он?       — Нет, кажется… Другой кто-то. Лайкает мои фотографии.       — О, ты та-ка-я сча-стли-ви-ца… Такая популярная.       — Это странно?       — Нет. Ты привлекательна, но такая гиперфиксация… Вот что странно.       — Что ты имеешь ввиду?       — Не в первый раз ты сталкиваешься с тем, что отшиваешь какого-либо парня, но он тебя всё написывает, и написывает, — хруст костяшек, - ... и написывает.       — Да, это порой напрягает.       — Зачем ты тогда ходишь на все эти свидания?       -Ищу.       — Что? Секс?       — Не знаю… Не только. Я не уверена, что полностью отошла от прошлых отношений, поэтому пока чего-то серьёзного, наверное, мне не нужно, — Момо отпивает кофе, собираясь с мыслями. Пенка остаётся на верхней губе, но быстро убирается краешком языка. Хирако сглатывает. — Но переспать с кем-то мне определенно нужно, всё-таки вибратор не заменит живого мужчину. Однако, не в отношениях я не умею это делать, но думаю… Вдруг получится?       — Не доверяешь незнакомым? – Шинджи откидывается в кресле. Момо повторяет за ним.       — Не люблю, когда меня трогают посторонние. Секс по-дружбе тоже не моё. Вот и получается замкнутый круг и ежедневная зарядка стимулятора клитора.       — И как, помогает?       — Отрезвляет, но не удовлетворяет, — покручиваясь в кресле, протягивает девушка. Нога закинута за ногу, бёдра плотно сжаты и она медленно плавится под взглядом Шинджи, надеясь, чтобы он не заметил реакцию на него... но в тайне желая совсем другого.       —Помню-помню, — поддразнил Хирако, сцепляя кисти рук за затылком, — Как ты у меня жила те две недели и ходила в душ по четыре раза в день. Я думал, что счёт за воду будет больше, чем моя зарплата!       — Мог бы прийти и помочь, вместо того, что бы издеваться! — стукнула его маленьким кулачком Хинамори.       — Прости, что ты сейчас сказала? Я должен был прийти помочь тебе? Ты это серьёзно?       Девушка судорожно вдохнула, осознавая, что она сейчас сказала. Была ли это случайность или её тёмная, желавшая ей добра, сторона вдруг вырвалась наружу? Хинамори не могла ни сказать что-либо, не отвернуться – только опустила широко распахнутые до этого глаза.       — Эй, посмотри на меня! — Шинджи встряхнул её за локоть. – Ответь мне, ты это серьёзно?       Момо не могла не поднять взгляд после этого прямого приказа. Она заглянула в глубокие, медовые глаза своего начальника, сфокусировалась на тонких, желанных губах. Словно в беспамятстве, кивнула. Затем глубоко вдохнула и кивнула еще раз – осознаннее, твёрже.       Хирако встал. Медленно потянул вверх Хинамори. Она подчинилась.       — Хорошо, — тихо, но уверенно. Голос немного хриплый. — Закрой ноутбук. Идём.