Часть 2

      Отец ещё не вернулся. Трандуил принял эту информацию с невольным расстройством. Было бы лучше, если бы они могли сразу поговорить, по крайней мере, тогда не пришлось бы ждать так долго…       Амалир не разделяла его чувств. Зная её, он предположил, что даже если бы отец вернулся поздно вечером, она до последнего искала бы способ отложить наказание на потом, до тех пор, пока о нём вообще не забудут. У неё получилось однажды. Тот факт, что после этого она получила худшую порку в своей короткой жизни, не переубедил её в правильности стратегии…       Мама была в своих покоях, но разговаривать с ней не хотелось: она, в отличие от строгого, но всегда спокойного отца, уж точно закатила бы истерику и часовые, в лучшем случае, вариации на тему «Неблагодарные Дети Богатых Родителей». Ни Трандуил, ни Амалир, правда, неблагодарными не были. Просто маме почему-то всегда хотелось подчеркнуть, что чем выше статус родителей, тем отвратительнее дети (это было её личное наблюдение, на которое точно обиделась бы Лютиэнь).       Отец вернулся действительно поздно, усталый и явно недовольный прошедшим днём. Их наказания, конечно, от его настроения не зависели вовсе, но Трандуил и Амалир всё равно на всякий случай очень быстро разошлись по своим комнатам, оставив на отцовском столе заданные Аэрде строки.

***

      — Подойди ко мне.       Амалир потупилась.       — Нееет, Ada, пожалуйста, — как-то очень старательно всхлипнула она. — Я… У меня…       — Болит сильно? — вздохнул Орофер.       — А-ага.       — Дай взглянуть.       Амалир недоверчиво покосилась на него, но ослушаться не решилась и подошла, подворачивая подол ночной рубашки. Он аккуратно наклонил её над своим коленом. Ничего критичного не осталось, хотя могло бы: разве что бледная кожа до сих пор была чуть розоватой, — однако, стараясь верить своим детям в том, что касалось их собственных ощущений, Орофер позволил дочери отложить разговор.       — Если мы не сделаем этого прямо сейчас, то придётся завтра, перед уроками, — предупредил он. Амалир, казалось, даже не задумалась об этом.       — Хорошо, — кивнула она и тут же ускользнула в свою комнату, совершенно беззаботная, намеренная оставаться таковой до самого утра.

***

      Трандуил очень хотел лечь спать пораньше, но ещё больше хотел оставить все несчастья этого дня внутри этого дня, так что переоделся, лёг на кровать, но засыпать не стал. Он слышал, как отец зашёл к Амалир, однако, Амалир, очевидно, все-таки упросила отложить наказание на потом, и громкого продолжения не последовало, а отец немедленно появился на пороге его собственной комнаты.       — Добрый вечер, Adar, — пробормотал он.       — Смотря как посмотреть. Я видел твои строки, полагаю, нам есть что обсудить.       — Да?       — Совершенно точно.       Трандуил вздохнул. Меньше всего ему нравилось кого-либо сердить, а отец выглядел достаточно сердитым, и даже если бы предупреждения о наказании не было, вряд ли он чувствовал бы себя лучше.       — Я не хотел, чтобы так получилось.       — Если бы ты этого ещё и хотел… — Орофер многозначительно вздëрнул бровь, и Трандуил сдавленно хихикнул, различив шутку. — Расскажи мне об этом, ion. Я сяду?..       Юноша вздохнул и перевернулся на бок, позволяя отцу сесть на край его кровати, а затем осторожно положил голову на его колено.       — Ты выслушаешь меня, прежде чем начнёшь ругаться?       — Конечно. Но оставлю за собой право перебивать иногда.       Трандуил улыбнулся шире. Он знал о своей привычке тараторить, проглатывать буквы, слоги и целые слова, в итоге упуская важные детали, и почему-то его радовало осознание того, что отец тоже знал.       Он начал рассказ, стараясь быть честным и внятным.       — Потом Аэрде велел встать тем, кто это писал, и… Вот.       — Мне показалось, или ты упустил важную делать?       — Н-не знаю…       — Вовсе ты ничего не писал.       — Нет, Ada, — поспешно сказал Трандуил. Орофер удивлённо взглянул на него и вздёрнул бровь:       — Зачем же ты встал тогда?       — Всего этого не произошло бы, если бы я не передал записку, если бы я не продолжил её передавать, разве не так?       — Да уж, это тоже верно. Да и потом, мастер Аэрде…       — В любом случае заставил бы меня встать?       — В любом случае заставил бы тебя встать.       — Вот сразу видно, что ты хорошо знаком с Аэрде и его линейкой, Adar.       Орофер фыркнул и, не удержавшись, склонился, чтобы обнять сына. Он действительно знал, насколько с этим наставником было «тяжело в учении» — зато уж точно легко в бою, потому как мастер Аэрде мог бы и орка научить писать при желании. Своими методами, но мог бы.       — Я ведь обещал вам порку, если ещё раз учините беспорядки в классе…       С тихим стоном Трандуил перебрался на колени отца и без колебаний подвернул ночную рубашку, обнажая всё ещё яркие, с редкими тёмными полосками, ягодицы. Он начал делать это ещё лет десять назад, только потому что его раздражало ощущение одежды, исчезающей не по его собственной воле; да и перспектива быть перекинутым через колени отца насильно давно перестала его прельщать.       Орофер поднял руку.       Трандуил сильно зажмурился, сжался, даже не пытаясь проявить ещё больше храбрости. Почти сразу же из-под дрожащих светлых ресниц потекли слëзы.       Это был долгий день и очень непростой…

***

      — Уф, — выдохнул Трандуил, стирая слëзы. Орофер коротко улыбнулся:       — Ничего, ничего. Зато спать будешь крепко.       — Это уж точно… Adar, можно спросить? Про Амалир.       — Амалир отложила наказание. Интересно, она действительно думает, что я забуду?       — Надеется точно, — пожал плечами Трандуил, и его лицо на одну секунду озарилось нежной улыбкой. Вечное противостояние его сестры и порки было неподражаемо.       Орофер вздохнул:       — Пускай перестаëт. Вы двое слишком важны для меня, чтобы я мог забыть о вещах, которые вас касаются.