Свет

      Когда Эдрик проснулся по-настоящему, то не смог ничего разглядеть из-за плывущей белой пелены. Сначала ему показалось, словно он до сих пор пребывает в кошмаре, поэтому ущипнул себя за руку. Боль расползлась по предплечью, тогда он понял, что не спит.       Он несколько раз моргнул и зажмурился, прежде чем туман перед глазами рассеялся. Теперь Эдрик, пребывающий в состоянии дежавю, наконец, разглядел светлую комнату. Она оказалась ничем не примечательной, скучной, зато довольно просторной. Парень лежал на койке, напротив стояли две такие же, но пустые и аккуратно застеленные серыми покрывалами, рядом с каждой – небольшая тумбочка. В воздухе витал запах спирта, лечебных трав и сладкой лаванды.       Ни целителей, ни, тем более, Эмиры здесь не было.       Эдрик попытался подняться, однако у него не получилось – одеяло не пустило. Оно, украшенное символами лечения, своей синей тяжестью придавило Блайта к кровати, не позволяя лишний раз шевелиться. А может, он вовсе не мог этого сделать из-за усталости. В конце концов, перестав бороться, парень провалился в сон.       Он засыпал, просматривал несколько повторяющихся сновидений, и просыпался в холодном поту от необъяснимой тревоги. После каждого пробуждения на прикроватной тумбе появлялся пузырек красного эликсира. Эдрик слабой рукой тянулся к жгучему лекарству и выпивал все до последней капли, чтобы вновь побыстрее забыться.       Сил хватало лишь на такой никчемный ритуал.       К тому же в комнате он всегда оставался один. Эдрик даже не знал, кто приносит ему лекарство, кого поблагодарить за всю заботу. Ему было одиноко и неуютно от собственных мыслей, поэтому он предпочитал череду кошмаров неприятной реальности.       Парень не хотел разбираться сколько дней прошло с того момента, как он попал сюда. Просто погружался в беспокойные сны, предполагая, что после пробуждения выпьет новую колбу с лекарством и вновь отключится… Или, если повезет, надеялся вообще не проснуться.       Так продолжалось какое-то время, пока в один ужасный день эликсира на тумбе не оказалось.       Из открытого настежь окна глядело утро. Солнечные лучи преодолели оконную раму и расползлись по комнате, назойливо взбираясь по стенам вверх. Свет озарял лицо, заставляя жмуриться и искать укрытие под одеялом. Как же непривычно просыпаться. Рано или поздно пробуждение настигло бы, только почему-то Эдрик все равно надеялся, что у него еще есть время на потерянность в этом мире. Но нет, Блайт ошибся.       В какой-то момент вслушиваться в тишину надоело.       Эдрик откинул одеяло в сторону. Поразглядывал исколотые руки, синюю пижаму, в которую его переодели, и тяжело вздохнул. Он осторожно сел, затем свесил ноги с кровати и пошевелил пальцами. Убедившись в том, что еще помнит, как ходить, поднялся. Неуклюжей походкой, шагая по холодному кафелю босиком, Блайт добрался до окна и выглянул наружу, насколько позволяли тонкие прутья решетки. Взгляд окинул цветущее пространство, состоящее из ухоженного газона, ярких цветочных клумб, каменных статуй и высокой живой изгороди, бесконечно тянущейся в стороны.       Видимо, сейчас он находился во дворце императора, потому что именно эта рубиновая стена укрывала дворец от любопытных глаз в его воспоминаниях. Веточки слабо качались из стороны в сторону, потревоженные теплым ветром. Листья шелестели, словно нашептывая друг другу секреты.       «Выбраться бы сейчас на свежий воздух, погреться на солнце, без спешки, просто остановиться и наблюдать, не думая ни о чем и ни о ком, — подумал Эдрик, тоскливо прижавшись к прутьям решетки щекой. — Теперь понятно, почему Батрик не любит зависать в клетке. Ужасно – видеть перед собой простор и не иметь возможности расправить крылья!»       В ту же секунду послышался шорох за дверью, раздался звон ключей.       «Еще и дверь была заперта!» — проворчал про себя он.       Недовольство угасло, ведь ему все равно не удалось бы уйти далеко.       — Видите, жив-здоров, что вы лезете-то?! — ворчала старушка в синем халате, все пытаясь оттащить наглого гостя обратно к двери. — Покой, ему покой еще нужен, ну в самом деле, куда вы?       Блайт уставился на два размытых силуэта.       — Всего лишь хочу навестить друга, — отмахнулся посетитель в белом одеянии. — Вы запрещаете?       Второй голос показался знакомым. Эдрик заглянул в лицо человека, но, столкнувшись с преградой в виде золотой маски, не увидел его. Однако и так было ясно, кто под ней скрывался.       — Как я могу запрещать, еще и вам? — не унималась целительница, хотя ее голос дрожал от волнения. — Но вы, как никто другой, должны понимать, что им всем нужен отдых, ему нужен отдых...       — Оставьте нас, — настаивал Золотой Страж. — Тем более, вы только что дали согласие, разве нет?       — Но…       — Вот и славно.       Старушка нехотя вышла, а страж быстро закрыл за ней дверь.       — Доброе утро, — сказал он. — Как поживает мой спаситель?       Обернулся, а вместо маски на лице сияет улыбка.       — Спаситель? — растерялся Эдрик. — Еще неизвестно, кто кого спас.       Внутренние ощущения его подводили. Снова. Потому что теперь настроение было слишком хорошее, вопреки бессмыслице, мучившей его совершенно недавно. Вдруг она вернется, тогда тревожная карусель снова закружится, а ему станет от всего тошно.       Хотелось вывалить на собеседника свои переживания – и ненормальный восторг, и страх, перекрывающий коварную тревогу, и всякие глупости, уместные в разговоре с близкими или с друзьями, но никак не с Золотым Стражем.       Хантер не умел читать мысли, поэтому просто пожал плечами.       — И все же, прими мою благодарность, — восторженно настаивал он. — Если бы не ты, то все сложилось бы намного хуже. Я благодарен тебе и никогда не забуду, что ты для меня сделал.       Эдрик неловко кивнул.       — Сколько прошло времени? Месяц? Год? — Парень указал на окно. — Почему за окном такая… чудесная погода?       — Здесь круглый год лето, — объяснил Хантер, присаживаясь на незанятую кровать. — Вокруг дворца всегда цветет сад, тут солнечно и тепло, потому что Золотой дворец – это сердце Титана, горячее и живое.       — Понятно, — Эдрик проглотил ехидный смешок. — Сколько я тут уже валяюсь?       — Два дня.       Тревога начала отступать.       — Как ты себя чувствуешь?       — Не знаю, — просто ответил Эдрик.       Он правда не знал. С одной стороны ему было паршиво, от противного привкуса во рту и пустой головы, а с другой – как все-таки хорошо, что хоть кто-то решил его навестить!       — Что насчет… тебя? — неуверенно спросил Блайт.       Хантер удивленно приподнял брови.       — Что? Сложный вопрос?       — Просто неожиданный, — небрежно ответил Золотой Страж. — За меня не беспокойся, я в порядке и всегда буду.       — А что с ребятами? С другими гвардейцами?       — С ними тоже все отлично, ничего серьезного, — Для убедительности страж кивнул. — Они находятся этажом ниже, за ними присматривают.       На улице загудел ветер и в комнату ворвался поток свежего воздуха.       — Вообще, я пришел по делу.       — Надеюсь, в этот раз без дирижаблей?       — Без них, не волнуйся, — нервно хохотнул Хантер и продолжил более серьезно. — Отныне их проверяют раз по семь, гораздо тщательнее, чем раньше. Мы ищем причастных к произошедшему и, собственно, виновников катастрофы.       — Вот хватает же тебе времени и сил.       — Это мои обязанности и от них никуда не деться, — Золотой Страж развел руками. — Что насчет тебя? Понимаю, ты, наверное, озадачен и в бешенстве, что пришлось такое пережить, да еще и в начале своего обучения. Весь твой путь достаточно…       «Отстойный!» — хотелось выплюнуть Эдрику, однако он вовремя прикусил язык.       — …сложный.       Он провел рукой по светлым волосам, решаясь продолжить. Отвел глаза в сторону, чтобы подобрать нужные слова. Слова, благодаря которым собеседник не уловил бы ни единой дрожащей нотки в голосе. Эдрик впервые видел, как его милый наставник борется с, видимо, сложной и противоречивой задачей, находясь при этом без своей спасительной маски.       «Неужели Титан все-таки услышал мои молитвы? — В груди Блайта начала расцветать надежда. — Возможно ли, что после всего, что случилось, он готов отказаться от попыток меня перевоспитать? Если так, то, может, он наконец-то позволит мне уйти?»       — Что ты думаешь насчет работы в архиве?       «Тяжелый случай!» — мысленно взвыл Эдрик.       Надежда рухнула в пятки и разбилась на множество острых осколков.       — Бумажки разбирать? — упавшим голосом спросил парень.       — Документы, — поправил страж.       На ум пришли стопки, нет, целые шкафы забитые тяжелыми папками важных бумаг. Эдрик любил читать и искать новые заклинания, однако подобная работенка могла запросто убить весь интерес своим занудством. Разумеется, читать готовую и проверенную информацию – одно, а быть составителем, проводником, исследователем – иное… Ответственности нисколько не меньше, разве что бегаешь по архиву, а не по служебным участкам.       — Звучит нудно, скучно, блекло. Да и не умею я…       А ведь он действительно общался с документами на “вы”, если подобное вообще можно было назвать общением. Документы никогда не задерживались у него слишком долго, а передавались в более надежные руки матери или сестры.       — Но гораздо лучше «золотого курорта» на Кипящем озере?       — Нет.       — Значит, предпочел бы вернуться обратно?       Эдрик предпочел бы вернуться домой. Но, увы, он не мог.       Золотой Страж, как оказалось, тоже был неплохим иллюзионистом. Образно говоря, конечно. Предоставлял не выбор, а целую иллюзию выбора, и вопросами играл не хуже самой миссис Блайт.       — Я думаю, что предпочел бы прийти в себя, — задумчиво проговорил парень, медленно шагая в сторону кровати. — К тому же целительница настаивает на том, чтобы я отдыхал, а кто я такой, чтобы с ней спорить?       Эдрик укутался в одеяло. В конце концов, сейчас он просто парень в синей пижаме. Недавно чуть не умер посреди гор и пока что не собирается возвращаться к нормальной жизни. Сначала нужно привести голову в порядок.       — Тебе нужно подумать?       В голосе Хантера он разобрал нотки то ли насмешки, то ли досады, но решил, что его они не касаются.       — К моему великому сожалению, да, — вымученно заключил Эдрик и утонул в одеяле с головой.       Золотой Страж лишь закатил глаза на драматичную выходку наглеца и решил не спорить. Он вернется к этому разговору позже и спросит еще раз, и будет спрашивать до тех пор, пока Блайт не ответит на вопрос правильно.

***

      На следующий день ему стало лучше физически, но не морально.       Мысли перестали путаться и искажаться от лекарств. Воспоминания накатывали ледяными волнами, обволакивали его неприятным чувством беспомощности. Он до сих пор не мог поверить, что дирижабль упал. Раз за разом Эдрик прокручивал различные сценарии в голове, чтобы убедить себя, что сегодняшний – самый благоприятный из всех возможных. Но подобные утешения не спасали от засевшей в нем опустошенности.       Три раза он выходил из комнаты, чтобы дойти до столовой, и столько же возвращался. Его сопровождала та самая целительница, которая вчера пыталась преградить путь Золотому Стражу. Из-за ее присутствия Эдрик отказался от идеи побродить по коридорам и поискать кого-нибудь из своих, так как старушка не отходила от него ни на шаг. Посмотрев по сторонам, Блайт заметил, что возятся так далеко не со всеми.       Вечером комнату заполнила зловещая темнота.       После ужина Эдрик должен был остаться наконец-то один. Поблагодарив целительницу за ее внимание и заботу, пообещал, что постарается выспаться. Но не успел он толком устроиться на кровати и закрыть глаза, как вдруг дверь со скрипом приоткрылась. Тени разбежались, обожженные полоской света, и кто-то осторожно перешагнул порожек. Фигура торопливо покружила по комнате, бросила что-то на тумбу и ушла. Звякнул замок.       Поддавшись любопытству, Блайт вынырнул из одеяла. Заклинание света не сработало. Эдрик замер, дожидаясь пока глаза привыкнут к сумраку. Спустя время ему удалось разглядеть на прикроватной тумбочке две книги. Парень взял в руки первую и провел рукой по шершавой обложке со знакомым названием «Руководство для новичков». Издание было совсем новое, горький запах чернил немного отвлек от приторной духоты лаванды. Вторая книга ничем не пахла, потому что оказалась пустым блокнотом.       Блайт вспомнил про свой дневник, брошенный в снежной буре. Отныне нет нужды прятать его в сумку, чтобы кто-то ненароком не узнал, что творится у него на уме. Глупые сомнения, которых он почти и не помнит, теперь похоронены под слоем снега.       Огорченно вздохнув, он плюхнулся на кровать. Все-таки это был подарок, как он мог его оставить.       Вряд ли сегодняшние “подарки” попали к Эдрику случайно. Это были предвестники чего-то важного, например, намек, что пора собрать себя в кучу и работать, работать… Работать, как он работал до этого. Такое положение дел вызывало только страх.       «Это того не стоит...» — ужаснулся Эдрик.

***

      Ночью его мучили кошмары. Уснуть удалось лишь к рассвету, когда солнечные лучи мягко укрыли своим теплом. Он пропустил завтрак, эликсир и спокойное утро. До обеда оставалось немного, но есть совсем не хотелось. Эдрик смотрел в потолок и думал о всевозможных пустяках, пока не услышал шаги.       Раньше, чем Блайт успел притвориться спящим, дверь отворилась.       На пороге стоял Золотой Страж.       — Доброе утро! — произнес он.       Приветствие прозвучало слишком торжественно. Вместо ответа Эдрик еле заметно помахал рукой, не решившись признавать утро добрым.       Страж не снял маску, быстро зашагал вперед. Его движения были резкими и угловатыми. Два шага и он стоит напротив. Комнату тут же заполнили красные огоньки магии и дверь с грохотом захлопнулась.       Он уселся на край кровати. Затих.       — Ты убегаешь от кого-то? — буркнул Эдрик, настороженно глянув на посох в руках стража.       — Нет, вовсе нет, — Хантер на секунду запнулся, вопрос его развеселил.       — Как скажешь.       — Я хотел вернуться к нашему разговору.       — Это не наш разговор, это твое предложение, даже идея, ещё и какая-то туманная, — запротестовал Эдрик. — Мы же все решили.       В этот раз не получилось скрыться за синим покрывалом, ведь страж уселся прямо на кровать. Эдрик был почти уверен, что тот сейчас смеется над его попытками высвободить одеяло.       — Отпусти, — недовольно шикнул Блайт.       — Я для этого тут и устроился, — довольно сказал Хантер.       — Ага, я вижу, как ты расселся.       — О, мой Титан, хватит пытаться сбежать, Эдрик, — тяжело выдохнул страж. — тебе выпала уникальная возможность, которую ты готов упустит из-за своей же упрямости. Работа непростая, но ее преимущество в том, что она относительно спокойная, размеренная, приземленная.       «Работа, требующая спонтанного решения. Забавно! — парень скривился. — Интересно, а что является приземленным для Золотого Стража, если спустя всего ничего он уже носится по дурацким миссиям и расследованиям?»       Ему хотелось обдумывать ситуацию вновь и вновь, а не подписываться на очередную авантюру. Однажды он понадеялся на удачный шанс, а позже очутился на Кипящем озере, и это был не самый приятный опыт.       — Что думаешь? — Золотой Страж выжидающе замер.       — А что за архив?       — Императорский, разумеется.       — Я понимаю, что императорский, но какой именно? Вряд ли это был бы какой-нибудь архивчик в городской библиотеке, — пролепетал Эдрик, глядя в потолок. — Пожалуйста, пусть это будет хотя бы не тот, что в Латиссе.       — Думаешь, я предложил бы тебе какой-то пустяк? — Два огонька, вспыхнувшие в глазницах золотой маски, начали разгораться. — Эдрик, я приглашаю тебя работать в архиве Золотого дворца.       — Хантер, ты шутишь? С этого и стоило начинать!       — Да? Разве похоже, что я шучу? — лукаво продолжал тот. — Когда бы я еще понаблюдал за этим, — сказал он, заметив улыбку собеседника.       Блайт смутился. В самом деле, отчего столько радости. Нужно вернуть себе серьезный вид, он же ненавидит все что связано с этим злосчастным ковеном. Однако предвкушение все же отзывалось в его душе.       — Считай это началом твоей практики. Кстати, некоторые так и уходят с головой в исследования и… вас много, я имею ввиду, таких как ты, кто не хочет постоянно таскаться в патрули и дозоры, — Продолжал страж с надеждой. — Так ты согласен?       Подумать только, его пустят в настоящую сокровищницу! Плевать на бумажки, там будут старинные свитки! Наверняка и полезное что-то найдется, то есть полезное для него, для самого Эдрика.       Лучше перестать улыбаться и накинуть безразличную мину.       — Отказаться от такого предложения – неразумный поступок? — спросил Эдрик, забавляясь тому, сколько глупости было в вопросе.       Парень не рассчитывал на ответ, вернее было бы сказать, он не нуждался в нем. Любая попытка увернуться от нового со стороны казалась бестолковой затеей.       — Вроде того, — хмыкнул Хантер.       Не согласиться было невозможно, как будто все было предрешено с самого начала.