Глава 13

— Кристи, ну где ты ходишь? Посуда сама себя не помоет. — в дверном проёме маленькой кухни показалась широкая фигура мужчины средних лет. — Сейчас приду. Чарис тоже помочь нужно. — А почему Чарис не может готовить на моей кухне, места нет? — поджав и без того тонкие губы, повар по-хозяйски заходил на маленькую кухню. Осмотрел различные букеты, одну из баночек взял из полки, чтобы лучше рассмотреть. — Поставь на место, ты в них ничего не смыслишь. — Доченька, я на этой кухне был ещё когда ты ходить не научилась. — Ох, ну простите, великий Александр! — низко поклонившись, Чарис наконец разглядела главного и единственного повара этого дома. Нелепая стрижка, больше встречающаяся у маглов, зачёсанные назад волосы и чёрные глаза, сливающиеся со зрачком. — Хоть родись здесь, мне-то что? Ишь, смельчак какой! — Чарис, не надо… — Кристи осторожно тянула подругу за рукав, с опаской глядя на Александра. — Я готовлю здесь, потому что мне нужно быть ближе к пациенту. А, кстати, это твоя работа! И если бы ты не боялся за свою задницу — я бы и дальше находилась с пациентом. — Не перетрудись только. — Это моя кухня, так что прошу её покинуть и не верещать здесь, как сорванная мандрагора. — Послушай, ты здесь на полгода максимум, а я — двадцать лет. Так чья, ты говоришь, кухня? — А кроме плиты ты видел что-то в своей жизни, или не встаёт а злость на молодых девушках срываешь? — ошарашено раскрыв глаза, Ксандр взялся за голову и спешно уходил к себе. — Не дерзи Ксандру, он этого не любит. — И я не люблю, когда трогают мои вещи! Маленький, что ли? — Ксандр здесь дольше всех работает, помнит Крауча-младшего ещё студентом. — Что-то он не особо рвётся хотя бы яичницу для своего господина пожарить. — подняв верхнюю губу, Чарис переливала отвар в чашку. — Спасибо, что помогаешь. — Не за что, Чарис, это моя работа. — Беги уже к этому Александру. — Ты не сердись, он не всегда такой, просто немного не в себе. Вот увидишь, он хороший. — Не увижу, я слепая. Иди-иди! — помахав рукой, Чарис проверила отвар на температуру. Решив, что она подходящая, целительница тут же вышла через дверь, ведущую в зал. — Ох, как же я люблю эти моменты, когда ты не можешь пошевелиться, потому что другие рядом! — над самым ухом Барти прошептала Чарис, победно захлопав в ладоши. — Итак, тебя с ложечки покормить, или сам? — потрепав щеку Барти, Чарис громко расхохоталась. Наверняка Кристи уже привыкла к разговорам Чарис, как можно было подумать, самой с собой. — Конечно, сам, ты же научился! Моё ты солнышко, папино сорокалетнее сокровище. А фигурка какая, м-м-м… — игнорируя реплики целительницы, Барти без единой эмоции на лице пробовал бульон, любезно приготовленный Чарис. — да, я знаю, что ты хорошо точишь и вне кухни, но люди исподтишка наблюдают. Давай, не подведи. Никто не должен догадаться, что я тебя запугиваю, мой фикус. — Барти медленно, без особого аппетита перебирал ложкой. Он не был голоден, перед этим уже поел у себя. Мысли были заняты прислугой. Трусливые крысы, каждый боится за свой хвост, а Чарис словно закрывает на это глаза. — Чарис, я принёс тебе печенье с рынка. У Ковальски просто лучшая пекарня в мире! — ничуть не стесняясь рядом сидящего Барти, дворецкий оставил на столе плетённую тарелку с выпечкой в виде сердечек. — Они такие милые, прикупил себе, решил и тебя угостить. — Барти боролся с сильным желанием не запихнуть эти сердечки целиком и по самую глотку, пытался даже не смотреть на Джонатана, чтобы не вызвать лишних подозрений насчёт своего недуга. — Вау, песочные, мои любимые! — Правда? Буду приносить их почаще. — покраснев, юноша обратил внимание и на Бартемиуса, глядящего в одну точку. — Как чувствует себя господин? — Идёт на поправку медленными шагами. — улыбнувшись, Чарис оставила ладони на плечах Барти, слегка сжимая их. От этого действия Крауча словно поразила молния. Частое биение сердца и злость на сующего нос не в свои дела дворецкого было сложно контролировать. — Уже и есть сам учится. — А ты всё время с господином Краучем или иногда для себя время находишь? — Зачем ты спрашиваешь? — Чарис сильнее сжала ладони на плечах Барта, почувствовав состояние Барти. — Да так, если ты любишь печенье, я мог бы показать тебе хорошую пекарню. — Нет, Джо, я не могу. Если бы можно было где-то ходить — я бы здесь не жила, а иногда приезжала. — Очень жаль. — отводя взгляд голубых глаз, дворецкий неловко поправил рукав. — Кстати, с каких это пор ты стал приходить сюда? — Ты доказала, что хорошая целительница и на тебя можно положиться в опасных случаях. Да и за господина Крауча я очень беспокоюсь. Так хочу, чтобы он поскорее был здоров. — с неприкрытой жалостью посмотрев на своего господина, Джо печально улыбнулся. Внезапно Барти убрал ложку со своей тарелки и громко стукнул ею по столу. — М-м-м… господин? — Барти, что ты… — не успев закончить предложение, Чарис растеряно посмотрела на дворецкого. Барти вылил содержимое тарелки на себя с тем же невозмутимым видом, даже не закрыв при этом глаза. — Да твою ж мать, Бартемиус! — вырвав тарелку с ослабленной ладони, целительница искала палочку, чтобы высушить одежду непослушного пациента. — Тебе бы следовало его искупать… поменять одежду. — с сочувствием подняв уголок губ, Джонатан отодвинут стул, помогая господину встать. — Ты не волнуйся, я всё в порядок приведу. — Чёрт, где же палочка… — Чарис ощупывала карманы, не обращая ни на кого внимания, — вот когда нужна — её нигде нет! — Чарис, ты слушаешь? — С этим активированным углём просто невозможно оглохнуть. Сидит тише мыши, у меня едет крыша. Выкидоны с едой — значит, Барти живой. — подмигнув Джо, целительница заметила, как он стыдливо улыбается. Дворецкий лишь украдкой рассматривал её. — Да угомонись ты, господи Боже… я и так знаю, что шикарно выгляжу. Особенно с померанским шпицем и его лапшой на ушах. — Померанским? — Да, помер он. Не видишь? — щёлкая пальцами перед глазами Крауча, Чарис кивком головы обратила внимание Джонатана на то, что пациент не реагирует на движения перед носом. — Ну, знаешь… дед инсайд. Только он настолько древний, что можно сказать просто дед. — поддев пальцем по носу Барти, Чарис улыбалась как можно более невинно. — Нельзя так с господином, прошу, не делай так. — активно помахав рукой в белой перчатке, дворецкий не отводил глаз от Крауча. — Относись к нему с уважением. То, что мистер Крауч болен, не означает, что он не наш господин. Ты ему служишь, веди себя соответствующе, прошу тебя. Ты милая девушка, умная. Прошу, береги себя. — Ой, — закатив глаза, Чарис взяла Барти под руку. — Утомил ты меня, Джо. Нудятину одну и ту же доказываешь, а всё никак не докажешь. Не вмешивайся, будь добр. Это метод лечения. — Метод? — Я сейчас пойду в ванную с этим чудом небесным. — кивнув в сторону Барти, Чарис уводила пациента из кухни. — А ты убирай, как и обещал. — Слушаюсь, мисс Сейр. — поклонившись, Джо снова застеснялся. — Какого хрена, Барт? — грозным шёпотом спросила Чарис, убедившись, что они отошли на приличное расстояние от остальных. — Дурачком прикидываешься или ты действительно «тук-тук — сиди, я сам открою»? — Барти всё так же смотрел вперёд себя, не обращая внимания на раздражённую Чарис. — Молчишь, стыдно тебе… — Нет, я лишь избавил нас от общества этого душевно больного. — Кто бы говорил! — усмехнувшись, Чарис едва не подавилась воздухом. — Зачем он вообще притащил эти печенья? Ты просила? — Нет, ну… — растеряно посмотрев в сторону, целительница хмыкнула, — не знаю. Может, перед новым целителем выделывается, хочет казаться милым. — Да брось, не думай об этом. — мотнув головой, Барти хитро улыбнулся. — Но в чём-то он прав. Я твой господин. — Ага, господин… вот только бульон из штанов вылей. — закатив глаза, целительница рассмеялась. — Не забывайся. Ты, как хорошая целительница, просто обязана мне помогать. — Да кто де сомневается… тебе досталась самая лучшая целительница. Завидую, у меня такой нет. — открывая дверь в ванную, Чарис проводит пациента вперёд. — Конечно, после работы с тобой точно понадобится. — Ты разве не должна сейчас уходить? — Не должна, моя вредная шотландская задница. — невозмутимо покачав головой, Чарис принялась расстёгивать пуговицы на чёрной рубашке пациента. — Не трогай, я сам. — Ну-ну-ну, мистер Крауч, вы мой господин, так ведь? — целительница почувствовала ладони Барта на своих и осторожно убрала их. — Я выполняю свою работу. Не мешай. — А я приказываю тебе покинуть ванную. — Ради этого ты разыграл сценку перед Джо? — снимая рубашку с пациента, Чарис снова засмотрелась на его тело. — Но ты хорош, чёрт возьми, некуда деть правды. — Прекрати рассматривать меня. — Не то что? — Чарис удивлённо подняла брови, пальцами проводя линии по плечам Барти. — Вот, ты вроде и не против. — Не испытывай меня, Чарис. — Нет, это ты не испытывай. — взмахнув рукой, Чарис толкнула Барти в полную ванну. Вода расплескалась, намочив и саму целительницу, но её это абсолютно не волновало. Бартемиус не сразу понял, что упал, лишь остервенело убирал не слишком длинные пряди волос с глаз. — Видишь? Я больше не делаю твои любимые хвостики. Было бы с чего их делать… — прыснув от смеха, Чарис медленно наклонилась над ванной. — Я всё знаю. — Ты о чём, женщина? — О вашем разговоре с Регулусом. Смеешь жаловаться на то, что я не выполняю свои обязанности. — Никто на тебя не жаловался. Мой мир вокруг одной тебя не вертится. — Вот ты мне и расскажешь, ради кого он вертится. — Чарис прищурилась, наклонившись к лицу Барти ещё ближе. Она чувствовала горячее, сбитое дыхание на себе и это не могло не радовать. — И снитч тебе зачем, и о чём вы говорите. Всё сейчас скажешь. — Это не твоё дело, Сейр! — Барти нервно облизывал губы, старался увернуться от внимательного взгляда. — Не моё? — Чарис поджала губы с притворной обидой. — Как жаль, что мне начихать на это. Мне надоели твои детские игры. Откуда мне знать, вдруг ты бредишь? — Чарис не могла отвести взгляд от настолько уверенно смотрящих на неё глаз. — Я внимательно слушаю.