Глава 16

      Чарис сидела на полу, спиной ко двери в комнату Крауча. Перебирала в ладонях снитч, который явно отвык от полётов, повесил крылья. Чарис чувствовала себя так же подавлено. Она не знала, сколько уже сидит возле этой вечно закрытой двери. Барти не желал даже отвечать, тихо сидел в запертой комнате. — Ну поешь хотя бы. — негромко пробормотала Чарис и повернула голову, прислушиваясь. Ничего. — На кухне стоит что-то, не знаю. Готовил Ксандр, не бойся. Я к себе уйду. — Чарис поднялась и отряхнула длинное платье. Снитч вяло летал и чудом держался на воздухе. Она с недовольством и злостью на себя смотрела на единственную вещь, которая позволит увидеть Барти хоть на секунду. — Только после того, как отдам снитч. Я нашла его, Барти. Открой, забери. — постучавшись ещё несколько раз, Чарис выдохнула. Даже снитч не сработал. Он же был важен, почему сейчас молчит? — Ты там, Барти? Открой же. Это займёт минуту, обещаю. После этого ты меня больше не увидишь. Я увольняюсь. — Чарис не спешила уходить, но и не знала, как выманить Барти из комнаты. К счастью для неё, за дверью послышались шаги, а в следующую секунду наконец открылись. Барти не говорил ни слова, жестом приглашал в комнату и отошёл, не закрыв дверь. — Разве я разрешил тебе увольняться? — Барти серьёзно смотрел на непривычно тихую Чарис. — Ты не хочешь меня видеть, не позволяешь выполнять мою же работу. Думаю, с этим справится кто-то другой. — Будешь указывать мне, что делать? — Как я смею, великий господин голубых кровей, священно-чистокровный волшебник Крауч! Я всего-навсего тупая спортсменка. — Чарис бросила в лицо Барта снитч, но тот вовремя остановился у щеки. — Примите мой скромный дар, ваше Величество. Считай это заявлением об увольнении, сахарный ты поссум! — Чарис, ты чего? — теперь растерянным был Барти. Он впервые видел твёрдую целительницу такой злой. — Чего я? Это ты чего! — ударив Барти по плечу, она подняла глаза на невозмутимого Барти. — Двух слов связать не могу, да? А ты вообще на людях показаться не можешь, паралитик несчастный. И поблагодари отца, что он не сдал тебя куда подальше, а ищет дурочек вроде меня. — Ты что, подслушивала? — Ещё бы мне не подслушивать, ты три дня не выходил из комнаты! — Чарис саркастически усмехнулась. — Хорошо хоть ел и пил лекарства, как обычно. — И ты всё слышала? — Достаточно. Мне плевать, что ты думаешь, ясно? Свой излюбленный снитч ты уже получил. Больше от меня ничего не требуется. — Я перебрал вчера. Слишком долго не пил, вот и ударило в голову. — Жаль, меня там не было. Там бы не только алкоголь в голову ударил. — Прости, Чарис, я не знал, что ты слушала. Ты очень умная, а то, что вчера услышала — это просто пьяный бред. — А мне плевать, что это бред! Жалуется он… — Ты — самая лучшая целительница, слышишь? — Барти с улыбкой охватил лицо Чарис ладонями. — А дебилов вроде меня нужно не слушать, а лечить. — О, ну надо же, сам Бартемиус Крауч признал, что он не прав. — Чарис на улыбке закатила глаза. — Так что никаких глупостей. Ты остаёшься моей целительницей. — Хм, я подумаю. У меня есть две недели, пока дом всё ещё на мне. — А вот снитч меня очень порадовал. Огромное спасибо, мисс Сейр. — Барти с глупой улыбкой рассматривал свой любимый снитч. — Думаю, за такую ценную вещицу я могу и простить тебя. — Меня? За что? — Чарис с недоумением сдвинула брови. — Я всего лишь пошутила. Кто виноват, что ты у нас неженка? И кто пронёс виски в комнату, этот оболдуй Рег? — Пусть это останется небольшой тайной. — подмигнув, Барти что-то прошептал, прижимая снитч у основания крыльев. Секунда — и он с громким щелчком раскрылся. Барти осторожно достал белый огранённый камень. — Ну наконец-то! Ты просто умница, Чарис! — Барти обнял свою целительницу, крепко прижимая к себе. — Где ты его нашла? — Один человек дал. Прости, не могу сказать, я дала клятву. — Чарис осторожно похлопала Барти. — Задушишь, фикус. — Хм, тогда вознаградишь этого самого человека. — держа в руке камень, Барти воодушевлённо подскочил к ящику стола, достав оттуда два изумрудных мешочка с фамильной нашивкой. — И себя заодно. — Спасибо, я передам. — с хитрой улыбкой Чарис спрятала деньги в карман. — Так зачем тебе этот камень? — Так хочешь знать? — Чарис кивнула. — Ладно, скажу, но сначала сделаю то, что обещал. — подбросив камень, Барти прокрутил его в ладони три раза. Камень навис над ладонью, выпуская из себя тусклую болотную дымку. Она собралась в чёткий силуэт мужчины, постепенно обретавшего свою форму. Голубое сияние восстанавливало мужчину до малейшей детали. Бесцветные, пропускающие свет ладони весело хлопнули, но звука так и не издали. Ровная улыбка, тёмные глаза и волосы молодого мужчины не оставляли никаких сомнений. Перед ними был Джо Сейр — лучший ловец десятилетия. — Папа? — Чарис подбежала к отцу с объятиями, полностью позабыв, что это лишь призрак. — Как же ты выросла, моя Чарри. — Джо улыбался, но не было в этой улыбке прежнего задора. Чарис не верила своим глазам. Перед ней стоял её отец, пусть и не телом, но душой он сейчас перед ней. — Тебе плохо, папа? Тебе там плохо? — Я снова тебя увидел. Мне не может быть плохо. — Джо поклонился, как любил это делать перед высокопоставленными людьми. — Ты… ты же всего лишь в моей памяти. — Да, лишь то, что оставил после себя на земле. — обойдя дочь, Джо Сейр взглянул на Барти, затем снова повернулся. — И поэтому я не умер. Я живу, доченька, я с тобой. И вместе мы покорим не одну вершину. — Прости меня, папа, прости. Твоя Чарри — обычная целительница. Мама настояла, а мне и духу не хватило отказать. Я слабачка. — Целительница, спасшая не одну жизнь. — отец погладил Чарри по щеке и рассмеялся от того, что рука проходит сквозь неё. Она так же смеялась сквозь слёзы, смотря в до боли знакомые глаза. — Я смотрел на твои успехи и гордился. Даже будучи в сырой земле буду гордиться, потому что ты — сама храбрая девочка во всём мире. — Чарис утёрла глаза тыльной стороной ладони. — Нет, папа. Храбрая девочка сразу бы пошла в спортивную академию, как и мечтала. — Самая храбрая. — отец кивнул, положив неощутимую руку на плечо дочери. — У тебя есть цель, и ты к ней идёшь. Понемногу, своими силами и накопленными знаниями добиваешься мечты. Ты прекрасная целительница, никогда не говори, что это не так. И ловец из тебя даже лучше, чем я. — Ты преувеличиваешь. — Чарис улыбалась намного мягче. Барти не издавал ни звука, наблюдая за разговором. Он пытался запомнить эту улыбку. Искреннюю, полную счастья, которой не было раньше. — Я говорю правду. С самого детства я учил тебя, ты многого добилась и добьёшься в будущем. И думать не смей, что ты в чём-то подвела меня! Моя дочь станет лучшим ловцом. И уж точно не повторит моей давней ошибки, не сломает ничего в полёте и не спрыгнет с метлы. Знания целителя очень полезны в квиддиче. Твоя мать не раз вытаскивала меня из того света. Я был ещё тем раздолбаем, пока однажды не получит урок на всю жизнь. Точнее, на две минуты. — Джо Сейр рассмеялся, подбадривая дочь. — Никогда не поздно вернуться к любимому делу. Будь умницей. — ловец нежно поцеловал дочь в лоб, невесомо обнял. Чарис не чувствовала физического контакта: душа согревала намного больше. Она со слезами на глазах обняла самого дорогого человека в её жизни. — Я люблю тебя, доченька. — И я всегда буду любить тебя, папа. — Джо Сейр напоследок улыбнулся стоящему позади Барти и рассеялся синеватой дымкой. Чарис судорожно дёргала пальцами по воздуху, словно пыталась поймать, но ничего не происходило. — Где папа? — Чарис с надеждой смотрела на Бартемиуса. — Ты разве не хотел с ним познакомиться? — Лучше, чем сейчас, я бы его не узнал. — Барти спрятал камень обратно в снитч. — А так он решил уйти сам. Не советую увлекаться этой вещью, она здорово сводит с ума. — Это же мой папа. — Не совсем, Чарис. — с сожалением поджав губы, Барти осторожно опустил руки на плечи целительницы, затем и вовсе положил голову на свою левую ладонь. — Ни один предмет, ни одно заклинание и ни одно зелье не может воскресить человека из мёртвых. Ты, как врач, знаешь это не хуже меня. Камень лишь передаёт энергию, часть души твоего отца, но это не одно и то же, что разговаривать с живым человеком. — Зачем тебе этот камень, хочешь помучать и себя? — Нет, зачем… — Барти отбросил снитч на стол, — признаю, и у меня есть родной человек, который сейчас не с нами. Она сделала для меня то, чего не смог бы сделать никто. Её могила в нашем саду, ты, возможно, видела… но она пуста. Из-за меня её похоронили как ужасного преступника. — Твоя мама? — Чарис с пониманием отвела взгляд, вытерла оставшиеся на щеках слёзы. Барти активно закивал, уже не глядя на снитч. — Её звали Чарис, так же, как и бабушку. На портретах часто подписана как Чарис Крауч II. Она была очень доброй и впечатлительной женщиной. — Барти улыбнулся, поглядывал на целительницу, затем обошёл её и приобнял за плечи. — А ещё ранимой. Ей очень подходило это имя. — Мне жаль, Барти. — Ничего, всё нормально, это было очень давно. — Барти покачал головой. — Не все заслуживают это имя, Чарис. — Хочешь сказать, я не добрая? — Чарис с улыбкой посмотрела в карие глаза. — Да я ещё ласковая, нечего жаловаться. Между прочим, сестра милосердия! — Скорее сестра немилосердия. — Барти хрипло рассмеялся, убирая руки с плеч целительницы. — Ну и смех… тебе что, связки вырвали? Будешь выделываться — вставлю клаксон в глотку, обхохочешься, как дельфин. — Ох, всё-то ты замечаешь, — Барти с улыбкой смотрел куда-то вверх, — давай, пересчитай каждый волосок на теле, вдруг упало больше, чем нужно. — А если понадобиться — то пересчитаю. Я, к слову, отвечаю за твоё здоровье и жизнь. Так что да, будешь пить то, что я скажу, а не виски со своим Чёрным Мальчиком. — Ты про Блэка? — Барти усмехнулся. — Это он пил, я только рядом сидел. — Ну смотри, чтобы тупая спортсменка не одолжила лопату у Гампа. — оба смеялись, не отрывали друг от друга взгляда. — Что, всё ещё дуешься? — Нет, я всего лишь буду брать уроки у нашего любимого дворецкого. Тебе же не нравились мои манеры, вот я и попросила Фоула немножечко мне помочь. — Отлично, я тогда тоже немножечко помогу ему сыграть в квиддич с твоим отцом и моей мамой. — Барти заулыбался как можно милее. — А что тебя задело? Ты же сам сказал. — Глупость ляпнул, подумаешь. Ты и так хорошо себя держишь. И в высшем свете бывала не раз. С чего бы тебе быть необразованной? — Ладно, отдыхай, я спешу на уроки к Джо. — громко рассмеявшись, Чарис выбежала из комнаты и вовремя закрыла дверь, в которую влетела мягкая подушка.