Первооткрыватели

Спать легли рано. Как рассудительно заметил Жоржик, делать до утра всё равно нечего, а чем раньше ляжешь, тем скорее наступит завтра. Мак спал на удивление хорошо и крепко, хотя и дал себе слово быть начеку, чтобы в случае чего поднять тревогу. Он даже притащил булыжник поувесистее и положил его под служившее одеялом полотенце, но так за всю ночь и не проснулся, измотанный дневными приключениями и убаюканный дождём. Разбудил Мака деликатный тычок в бок. — А? — Да тише! — зашипел Жоржик. — Чего тебе? — едва слышным шёпотом спросил Мак. Под брезент пробивался по-утреннему тёплый свет. Дядя Миша с тётей Жанной спали в дальней части импровизированной палатки, той, что в расщелине скалы. Мак слышал их дыхание, и это успокаивало. Значит, за ночь не произошло ничего ужасного. Да и не должно было произойти! Снова воображение разыгралось, всего-то. — Мне надо в кустики, — смущённо признался Жоржик. Мак понимающе кивнул, бесшумно сбросил с себя полотенце и приоткрыл брезентовый полог, стараясь не запускать внутрь слишком много света. После вчерашней непогоды берег казался чисто умытым и благоухал свежестью. Трава, примятая дождём, лежала волнами и радужно переливалась на солнце, здорово походя на море из какого-нибудь красиво, но не слишком реалистично нарисованного мультика. Мак выбрался из-под полога и зябко поёжился, ступив на мокрый песок. Жоржик вылез следом и огляделся. — Никаких чудовищ, — заключил он вполголоса. — Но ты всё равно не уходи, ладно? Он отошёл к ближайшим кустикам, и Мак после некоторых раздумий последовал его примеру. Спать уже совершенно не хотелось. — Мак, а Колька ведь вон туда показывал, да? — сказал Жоржик, кивая на скалы чуть поодаль. — Вроде бы, — согласился Мак. — А если подняться на скалу и посмотреть вниз, их, наверное, будет видно, — продолжал Жоржик, заправляя майку в штаны. — Да ну! — возразил Мак. — Думаешь? — Ну, катер же мы увидели! — Тоже верно… Мак задумчиво посмотрел на скалы. Это они только со стороны водохранилища отвесные, а берегом до них запросто можно дойти по тропинке, там вон какой пологий склон. Может, действительно сходить и глянуть одним глазком? Интересно же! Мак неуверенно оглянулся на палатку. — Папа один пойдёт, — сказал Жоржик. — Он всегда самое интересное сначала делает один, не даёт первооткрывать. Вот дядя Володя бы взял меня с собой. Он страдальчески вздохнул, и Мак решился. Он, конечно, не дядя Володя, но за Жоржиком приглядеть в состоянии. — Ладно, только никуда не убегай, — сказал он. Жоржик взвизгнул было от радости, зажал руками рот и яростно закивал, а потом замотал головой. — Чего ты? — шепнул Мак. — Ага, говорю, не убегу, — перевёл Жоржик. — Пошли скорее! Подъём на скалы занял минуты три, не больше. Дорожка действительно была удобной, а площадка в конце — идеально плоской. — Не упади, — на всякий случай сказал Мак и взял Жоржика за руку. Вдвоём они сделали пару осторожных шагов — и синхронно попятились. — Высоко, — сказал Жоржик. — Угу. — Давай ползком. — Давай. Они легли на каменистую поверхность и осторожно подползли к краю. Вода мирно облизывала подножье скал, тёмная и непроницаемая. — Слишком далеко, не видно, — вздохнул Мак. — Надо было брать бинокль, — добавил Жоржик. — Ой, Мак, Мак! Он стиснул ладонь Мака одной рукой, а другую осторожно выпростал и указал куда-то вниз. Мак прищурился и вроде бы тоже увидел что-то тёмное, ровное и длинное. — Это же ствол пушки! — выдохнул Жоржик.