Начало кровавой резни

      В лесу стояла тёплая погода. Солнце медленно выплыло из серых облаков и залило ярким светом пруд. На берегу молча сидели Мила и Пчелёнок и сосредоточённо лепили из песка замок.       Тепло и солнце вселяли в Милу радость и желание наслаждаться каждым днём: в отличие от ветров и ливней, теперь можно было целыми днями играть на улице. А больше всего Мила любила строить песочные замки вместе с Пчелёнком, украшая их ракушками и красивыми камешками. Поэтому она сегодня и позвала его, чтобы не скучать одной. Вот только Пчелёнку её игры уже порядком надоели.       Солнце пекло вовсю. Меж стволов сияло ярко-голубое небо и лёгкий ветерок ласкал лицо. Вокруг царила тишина — слышалось лишь непрерывное гудение насекомых. Но внезапно Мила нарушила этот покой.       — Пчелёнок!       — Что тебе ещё от меня надо?! — не оборачиваясь, грубо отозвался он. — Быстро говори и не трать моё время!       — Знаешь, у меня для тебя сюрприз!       — Да ты что! Серьёзно?! — Пчелёнок медленно повернул голову и мрачно уставился на неё. — Если это правда сюрприз, тогда я слушаю тебя!       — Я беременна от тебя, и уже давно! — с лёгкой улыбкой произнесла Мила и почти вплотную придвинулась к нему. — Что скажешь, дорогой мой?       Пчелёнок вздрогнул от неожиданности.       — Что ты несёшь?! Мы же с тобой всегда предохранялись! — в гневе заорал он. — Ты как это себе представляешь?!       — А вот так, бывает, — засияла Мила. — И я так рада, что у нас будет малыш… Я очень долго этого ждала.       — Слушай сюда, тварь! — рявкнул Пчелёнок. — Ты мне врёшь! Я врунов нюхом чую за километр!       — Уймись, придурок! Чего ты так взбесился?! — выкрикнула Мила, но тут же остыла, нежно погладила себя по животу и спокойно добавила: — Говорю тебе, что скоро ты станешь отцом.       — Захлопни пасть! — Пчелёнок резко вскочил и мёртвой хваткой схватил Милу за горло. — Ещё раз соврёшь — я тебя прямо здесь урою, мерзкое отродье!       — Угомонись, жёлтый ублюдок! — Мила вырвалась из цепкого захвата Пчелёнка и со всей дури врезала ему по яйцам!       Пчелёнок взвыл от боли, схватился за пах и согнулся.       — Ах ты сучара! Ты пожалеешь об этом!       — Так тебе и надо, урод! Будешь знать, как распускать руки на меня! Я тебе ребёнка ношу, а ты… Лучше скажи, как мы назовём нашу кроху?       — Я тебе сейчас такое имя дам…       Пчелёнок выхватил из кармана складной нож, набросился на Милу и одним движением вспорол её живот, чтобы увидеть — есть ли там кто. Запуская руку в рану и с чавканьем вытаскивая наружу горячие внутренности, он кричал:       — Ну и где твой ребёнок, падла?! Нет там никого! Я же говорил: не ври мне, паскуда!       На землю хлынула кровь, из распоротого живота Милы кровавым месивом вывалились её внутренности. Пчелёнок оттащил окровавленное тело Милы к пруду, швырнул его в воду и стремительно умчался прочь с места преступления.