Кровавый фонтан

      Распоров ножом живот Милы, пытавшейся убедить его в своей нелепой беременности, Пчелёнок бесцельно побрёл по лесу, куда глаза глядят. Внезапно его пронзила неприятная мысль: он ведь сегодня даже не появлялся в школе и, следовательно, пропустил все занятия.       «Твою ж мать! Как я мог забыть про эту дурацкую школу!» — выругался он про себя и остановился от досады. — «Вместо того, чтобы быть там я променял урок на эту корову и возился с ней в песочнице, как детсадовец!»       В этот момент мимо проходило семейство букашек: мама-букашка, папа-букашка и пятеро их маленьких отпрысков. Они шли, держась за лапки, и о чём-то весело переговаривались на своём языке. Пчелёнок посмотрел на них и вдруг страшно разозлился. Почему они такие счастливые? Почему у них всё хорошо? Ослеплённый ненавистью к ним, Пчелёнок набросился на них, топча их ногами и лупя каждого по голове. Обезумев от страха, букашки — от мала до велика — в панике бросились в разные стороны.       «Надо срочно валить в школу, иначе эта очкастая мымра опять заставит меня зубной щёткой полы драить!» — решил он и тут же полетел на урок.       Пчелёнок ворвался в класс, как ураган, чуть не вышибив дверь. Рывком он скинул с места какого-то задохлика и уселся за его парту. Учительница и ученики замерли, не отводя от него глаз.       — Чего уставились, дебилы?! Впервые меня видите?! — с вызовом бросил Пчелёнок. — Ну опоздал я, с кем не бывает?!       — Твои руки! — запищал кто-то с последней парты. — Почему они по локоть в крови?!       Пчелёнок опустил взгляд на свои руки и похолодел. Рукава, пальцы, ногти были покрыты кровью. Но ужас сковал его не от вида запёкшейся крови, а от досадной оплошности: он забыл вымыть руки после расправы над Милой. Мысли у него лихорадочно заметались в поисках оправдания. Если лесные жители узнают, что он вышиб из кого-то дух, ему отрубят голову. В лесу за убийство карали смертью.       «Надо срочно придумать что-нибудь, чтобы эти долбоёбы ни о чём не догадались!» — мысленно приказал он себе и от отчаяния начал биться лбом о парту. — «Думай же, думай…»       — А ну отвечай, ублюдок! — проорала учительница. — Почему у тебя руки в кровище?!       — У меня сосуд в носу лопнул, вот кровь и хлынула, все руки залила, — выпалил Пчелёнок с такой убеждённостью, что сам на мгновение поверил. — А носового платка с собой не было! Усвоила, женщина?!       Учительница поправила очки и прищурилась. Она была женщиной недоверчивой.       — Так, это нельзя оставлять без внимания. Идём в медпалату. Будем разбираться.       — Да пошла ты на хрен! Никуда я с тобой не пойду!       — Я сказала, пойдёшь, сопляк! И не пререкайся со старшими, тупорылый кретин! Я лучше знаю, что для тебя хорошо!       — Вот же дрянь! — взбесился Пчелёнок, со всей силы грохнув кулаком по столу.       Учительница, проигнорировав его выходку, раздала классу листочки для самостоятельной, написала на доске задание и обратилась к ученикам:       — Мы недавно узнали, что куры несут яйца, а коровы дают молоко, правильно?!       — Да-а-а! — хором протянул класс.       — Теперь ответьте мне письменно на вопрос: что появилось раньше — курица или яйцо? И не вздумайте мне тут шалить, пока я вожусь с этим болваном! — заявила учительница, указывая пальцем на Пчеленка. — Я быстро! Чтобы к моему возвращению были развёрнутые ответы! Кто не сдаст — пеняйте на себя!       Схватив Пчелёнка за шиворот, учительница пинками вытолкала его в коридор и сопроводила в медпалату. Осмотр был недолгим. Посветив фонариком, она грубо откинула его голову назад, заглянула в ноздри и больно ковырнула там металлическим шпателем. Потом заставляла дышать и цокать языком.       — С капиллярами у тебя полный порядок, слизистое чистое, дыхание ровное, — заключила учительница с подозрением. — Ты мне мозги не пудри! Не было у тебя никакого кровотечения. Откуда кровь тогда?       — Зачем тебе вообще знать, откуда у меня кровь?! Почему нельзя просто оставить меня в покое?!       — Потому что беспокоюсь о тебе, дурачок, — учительница плотоядно улыбнулась, потянулась к шкафчику с инструментами и взяла огромный шприц с толстой иглой. — Спускай штаны. Будем витаминчики колоть… Внутримышечно.       — Только попробуй, сучка! — прошипел Пчелёнок, отползая к стене.       — А то что? — учительница приблизилась к нему, занеся иглу. — Мамочке пожалуешься?       Это стало последней каплей. Пчелёнок, потеряв над собой контроль, с диким воем накинулся на учительницу и вцепился ей в горло.       — Почему все вы, медики, так любите всех дырявить?! — орал он и сжал её трахею так, что под пальцами что-то угрожающе хрустнуло. — По-другому вы лечить не умеете?!       Учительница захрипела:       — Ты что тво-ришь, псих… От-пус-ти ме-ня, мань-як…       Она отчаянно сопротивлялась: вырвалась из его хватки, резким движением вывернула ему руку и наотмашь заехала кулаком в челюсть. Пчелёнок отлетел к шкафчику, едва не опрокинув лоток с инструментами. Перед глазами вспыхнули искры.       — Успокоился, чёртов психопат?!       — Ещё нет! А ну иди сюда!       Пчелёнок резко крутанулся, выхватил из её рук шприц с толстой иглой и с размаху вонзил его учительнице прямо в сердце. Кровь фонтаном хлынула из раны, заливая стены палаты. Учительница рухнула на пол, забилась в конвульсиях и затихла, глядя в одну точку остекленевшими глазами.       — Туда тебе и дорога, стерва! — тяжело дыша, сказал Пчелёнок в наступившей тишине. — Я всех вас прихлопну! Вы у меня ещё все попляшете!       Отбрасывая шприц в сторону и схватив бутыль с кислотой, он щедро полил бездыханное тело учительницы. Покончив с этим, Пчелёнок разнёс медпалату в щепки, вырыл в земляном полу глубокую яму, швырнул туда изуродованные останки вместе с обломками и, засыпав всё землей, густо присыпал сверху солью.       — Ну вот и всё, — с облегчением выдохнул он, обводя взглядом разгромленное помещение. — Будь ты проклята, мразь!       Расправившись с уликами, Пчелёнок, охваченный паникой, бросился бежать домой.