Глава 3: Возвращение Ильнура

СОСИСЫ сидели у полыхающей жопы и жарили своих неживых братьев меньших. Пришёл Плюшевый Ильнур и подсел к ним, у него было явно недовольное лицо. Не смотря не то, что сейчас была вполне спокойная обстановка, Ильнур всё равно не снимал очки, что заставляло чувствовать СОСИСОВ не по себе. (П. Ильнур)- Зачем вы оставили Меланхолика без присмотра? (СОСИСЫ)- ... (П. Ильнур)- Ну он же насрал! (СОСИСЫ)- Эм, ну... (П. Ильнур)- При чём больше чем поместилось в унитаз, а унитаз, знаете ли, исправно смывал. Однако теперь его алтарь больше похож на навозную ферму. (СОСИСЫ)- Прости Ильнур... (П. Ильнур)- Ладно, сделанного... Не вернёшь. Несделанного тоже, но вот убрать за ним всё же придётся. (Злой)- А почему он сам не может? (П. Ильнур)- Он боится уборок. Ильнур снял свои очки, протёр их по привычке перед тем как свернуть и убрать. (П. Ильнур)- Полагаю вы хотите узнать к.. (СОСИСЫ)- Как ты вернулся? Расскажи, расскажи! Как ты смог сбежать от этого монстра? СОСИСЫ крайне уважают Ильнура, а то, что он смог сбежать от Оксидницы после того как оказался у неё в лапах, они не могли сдержать своё восхищение им и эти переполняющие эмоции. (П. Ильнур)- Я всё расскажу, только не смейте меня перебивать. Открывайте свои жидкие сосиски, ведь это будет самая завараживающия история, что вам, пока что, доводилось слышать. Некультурная колбаса была в предвкушении: (П. Ильнур)- Практически сразу, когда Оксидница начала уходить, она сунула меня в подмышку. Вы, возможно, могли это видеть. Это было действительно ужасно, однако то, что я там обнаружил... О таком я даже догадываться не мог. Ильнур сделал паузу, подлив масла в полыхающую жопу, а потом продолжил. (П. Ильнур)- Там целый мир, господа! (СОСИСЫ)- Целый мир?! (П. Ильнур)- Да. Я бы сказал там можно жить, однако этому помешают запахи. На меня они не действуют, ибо я плюшевый, поэтому я смог даже исследовать это место. В её подмышку не проникает солнечный луч, однако там всё прекрасно видно, её пот с духами, которые она использует, образует люминесценцные соединения. Первое препятствие, которое мне пришлось преодолеть, это куча живых волос, которые меня обвивали. Другого выхода не было, кроме как пробираться сквозь волосяные заросли. Но каждый волос пытался обвить меня и не давал ступить ни шагу дальше. Чтобы освободиться от этой столь неожиданной напасти мне пришлось пофлиртовать с каждым волосом в подмышке Оксидницы, а они очень придирчивые! Благо я на язык подвешен. Но пробравшись через столь огромный волосяной лес мне только открылась настоящая картина. Горы-родинки, потные реки, а также жители этого места — тарканы-мазохисты! Эти существа были не агрессивны по отношению ко мне. Запахи подмышки сводили их с ума, да и больше они походили на наркозависимых. Блуждая по подмышке в один момент мне пришлось перебраться через гигантскую родинку. Она была вязкая, а её температура достигала почти 60 градусов по цельсию, так ещё эти постоянные тряски, из-за которых ты готов сорваться. Я еле через всё это перебрался. Но умный в гору не пойдёт, умный гору обойдёт — и я обошёл! Просто так мне пришлось бы перебираться через супер-гигантскую родинку на пол подмышки. На мёртвом таракане-мазохисте я перебрался через потную реку, это было сложно, его очень сильно трясло и почти снесло течением. Но, дёргая его за усы, я регулировал угол его наклона, благодаря чему получилось избежать конфузной ситуации. Добравшись до берега я увидел, что половина таракана растворилась. Эти потные реки уникальный феномен! Предвидя подобный исход я ещё на противоположном берегу проверил её на кислотность, она оказалась вполне оптимальной. Но раз тушка таракана растворилась на целую половину, то получается что к середине реки возрастает её кислотная концентрация, что крайне необычно. Законы в этом мире действую совершенно по другому, тут даже своя гравитация, более сильная. Гравитация оказалась больше Едруновской в 2 с половиной раза, из-за этого моя скорость уменьшилась на 30% и сил пришлось прилагать значительно больше для передвижения. Преодолев заросли волос, могучую гору-родинку и кислотную реку я добрался до жирной скалы-шеи. Перед тем как приблизиться к ней я столкнулся с новой фауной: блохами-феминистками. Они уже были агрессивны, крайне агрессивны. Сразившись с ними я построил из их трупов башню прямиком до скалы-шеи. Карабкаться по ней было крайне тяжко. Настолько гладкую поверхность мне не часто доводилось видеть, но она была ещё и скользкая. Однако правда на ошибку не было, либо туда, либо упасть прямиком под платье в бюстгальтер. И вот я полез: каждый дециметр давался мне с трудом, лишь физика была мне другом в этот момент, если бы не максимально точные и выверенные движения, то той страшной учести было бы не миновать. Но, как я и думал, даже это сложное препятствие смогло стать ещё тяжелее. Лавины слюней... Одна такая могла разрушить бы мой сладкий план побега. Я пережидал их между вторыми подбородками, благо их оказалось в достаточном количестве. И вот, осталось преодолеть отметку в каких-то 2 двойных подбородка, но... Возникла она! Волна безысходности! Или если точнее, гигантская волна чистой блевоты. Оно, как апокалипсис, резко возникло над моей головой, загораживая мне солнечные лучи, заставило трепетать и молиться. Я был слишком рядом с её ртом, деваться было некуда. Произошло не возможное, я остался жив, цел и невредим. Меня спасли усы Оксидницы! Они вытянулись и обвили меня, потащив к себе, где уже не было волны блевоты. Я был спасён, однако в качестве благодарности мне и с ними пришлось пофлиртовать. Я собрался прыгать оттуда; несмотря на большое расстояние до земли мне не было бы никакого вреда, ведь я плюшевый. Однако усы не оценили моих якобы "суицидальных" действий. Чтобы их успокоить мне пришлось зайти дальше, сомневаюсь что кто-либо из вас пошёл бы на такой отчаянный шаг. (СОСИСЫ)- Так что ты сделал? (П. Ильнур)- Я переспал с каждым её усом. СОСИСЫ подавились жидкими сосисками. (П. Ильнур)- Приятного аппетита, кстати. Лицо Ильнура выражало спокойствие. Однако если быть достаточно проницательным, можно было бы заметить некое колебание в его голосе, столько практически неразличимое, ибо Ильнур разговаривает монотонно и неспеша. (П. Ильнур)- Давайте постараемся забыть. (СОСИСЫ)- А зачем ты нам тогда рассказал?! (П. Ильнур)- Обычно я люблю что-то недоговаривать, однако хотите или нет, вам нужно услышать эту информацию, в независимости от вашего интереса. В "мире" Оксидницы в дальнейшем может оказаться любой из вас. (СОСИСЫ)- Максис, упаси! (П. Ильнур)- Хех, пожалуй продолжу. (СОСИСЫ)- Там же не будет больше ничего настолько мерзкого? (П. Ильнур)- Как будто всё остальное было не мерзко... Нет, не будет. (СОСИСЫ)- Слава мясу! (П. Ильнур)- За исключением волос в носу, с ними та же история. СОСИСЫ массово подавились жидкими сосисками, а добрую половину из них вырвало. Ильнур же монотонно засмеялся, но из-за того что Ильнур слишком заумный, его монотонный смех пугал до чёртиков. СОСИСЫ испугались смеха Ильунра, особенно пугало что так крипово смеётся плюшевая игрушка. (СОСИСЫ)- "отдышка". (ЗЛОЙ)- И-ильнур, я наврное пойду... (Новогодний СОСИС)- И я тоже... (П. Ильнур)- А ну, сидеть! (СОСИСЫ)- ААА!!! Весёлая, как изначально казалось, посиделка превратилась в жуткую историю у костра, от не менее жуткого Ильнура. (Умник)- Ильнур, ты уже начинаешь походить на маньяка... Мне страшно! (КингСИС)- Не в этом дело, Умник. Если Ильнур захочет кому-то что-то рассказать. Плюшевый Ильнур сидел с упивающийся улыбкой, а его взгляд был затемнён. (КингСИС)- То его не остановить... (РЭМБО)- Так значит единственный вариант дослушать до конца? (П. Ильнур)- Всё верно. (КингСИС)- А если он подумает, что вы слушали невнимательно, то повторит ещё раз. В подробностях и с детальными объяснениями. У СОСИСОВ затрещали зубы. (РЭМБО)- Не дрейфить! Вы ведь не меланхолики! (ЗЛОЙ)- Слава Максису тут нет Механхолика... (П. Ильнур)- Я ему расскажу как-нибудь отдельно. (РЭМБО)- Выпейте жидких сосисок с мороженным и закусите фталазолом, вы все должны выдержать! Иначе он повторит ещё раз... СОСИСЫ сделали как сказал РЭМБО СОСИС. (П. Ильнур)- Ладно, мы что-то заговорились на отдалённые темы, я продолжаю. Все замерли, ожидая, когда Ильнур шевельнёт своими плюшевыми губами: (П. Ильнур)- Я переспал с каждым волосом из её носа. Эти 8 слов заставили содрогнуться больше половины СОСИСОВ. (П. Ильнур)- Мне пришлось. Я не знаю откуда у её волос были карты... В Легендах Мясокомбината секс и пошлым действия на прямую не описываются, это всё завуалированно в качестве различных игр, карточных, настольных, но могут быть и другие версии. (П. Ильнур)- Я играл и играл. В конце концов, после этого всего, когда я остался с шестёрками на погонах, то волосы, удоволетворившись, отпустили меня. Большинство СОСИСОВ наблевало обратно в картонные упаковки из под жидких сосисок. (П. Ильнур)- Оттолкнувшись от верхней губы я прыгнул прямо в сумку Оксидницы, которую она волочила по земле. Там я и обнаружил химическое оборудование, которое успешно позаимствовал. Набрав достаточно я бросился бежать, наконец-то это приключение, которого я не желал, закончилось... Но если бы Максис не отдал бы меня в лапы Оксидницы, то у нас бы могло не получиться справиться с атакой Лысого. Теперь же Лысый не уверен в Оксиднице и не решится опять пробовать атаковать нас в лоб. В подтверждении того это оксидный барьер, которым он окружил Колбасвиль уже при следующей своей атаке, что довольно разумно. Начав убегать я вдруг заметил тень, которая всё увеличивалась и застилала уже всё впереди меня на десятки метров. Оглянувшись моему взору предстала звериное лицо Оксидницы. Она развернулась и начала двигаться ко мне. Я думал как оно могло меня заметить, оказывается... Усы сдали меня! Оксидница начала бежать за мной. Несмотря на всю мою проворность ей хватило полтора шага чтобы настигнуть меня. Чтобы схватить меня она зачерпывала гектары земли. То, что я оказался живым повергло её в шок, но от этого она ещё сильнее хотела схватить меня. Я прорывался сквозь землю и бежал вновь. Вновь и вновь. С грехом по полам я добежал до дерева и залез в дупло. В нём было гнездо, в которое я залез. И когда Оксидница трясла дерево, я выпал оттуда в виде гнезда, и она не догадалась. Пока она следила за предметами, которые падают с дерева, я быстро рвал траву и вплетал её в гнездо, которое служило мне маскировочным костюмом. Я стал очень похожим на траву. (ГринписСИС)- Ильнур, ты святой! (П. Ильнур)- И благодаря этому костюму я наконец мог начать безопасно двигаться. Я ушёл, наконец-таки ушёл, периодически оглядываясь на монстра, которое трясло дерево и ревело на всю поляну.