The Nineteenth Card

Конечно, я знала, что выгляжу не лучшим образом из-за пулевого ранения, окровавленной руки, красных глаз и копоти, прилипшей к каждой части моего тела. Однако я думала, что реакция Куины была чересчур. Различные эмоции мелькали на ее лице в быстрой последовательности: шок, ужас, паника. Ее глаза были широко раскрыты, зрачки быстро скользили по моему сгорбленному телу, замечая при этом каждую мелкую деталь. - Лита! – ее панический крик разнесся по вестибюлю, и через несколько секунд она уже была рядом со мной. Я заметила, что ее руки слегка дрожали, когда она нависала надо мной, а я же из-за всех сил старалась утешительно ей улыбаться. Мне не понравилось это обезумевшее выражение ее лица. - Я… Я в порядке, - прохрипела я. Мой голос звучал так, будто я курю лет с 6. Мои слова не уменьшили беспокойства Куины, на самом деле она начала волноваться еще больше. Обхватив одной рукой мою талию, а другой поддерживая неповрежденную руку, она подняла меня, по сути, неся почти весь мой вес на себе. Я позволила ей нести меня, а ее взволнованный голос в какой-то степени успокаивал меня. - Лита, ты в порядке? Что случилось? Почему так много крови? - Один мудак, - прохрипела я. – Он… подстрелил меня. Мое горло сильно пострадало за эту ночь, сначала из-за крика, затем из-за дыма, который едва меня не удушил, затем опять из-за этого ядовитого воздуха. - Да, я это вижу. Ты хорошо сейчас себя чувствуешь? Только не потеряй сознание, солнце. - Хорошо… Я в порядке, - в этот момент она тащила меня. Выход уже был близок, но огонь стал еще быстрее распространяться за нашими спинами. Я заметила, что Куина оставляет кровавые следы, а также слышала скрежет ее зубов, пока она тащила мою тушку на себе. Чувство вины и стыда переполняло меня, я была причиной того, что сейчас ей больно, и я стала еще сильней ненавидеть себя. Дышать становилось легче, когда мы подходили к двери, свежий ветер почти довел меня до слез. Как я смогла провести несколько часов в ловушке на курорте, превращенном в печь? Прохладный ветерок был тем, что я очень даже оценила в данный момент. В тот момент, когда я вышла из здания, я заметила группу людей, стоящих перед Судным огнем. У всех было несчастное выражение лица, и я сочувствовала тем, кто потерял кого-то важного для них сегодня вечером. Чишия прислонился к стене слева от нас, и я чуть не подпрыгнула от удивления, когда увидела его яркую белую кофту. Думаю, что он стоял тут, так как хотел вернуться за картой. Он посмотрел мне в глаза, и, прежде чем я успела даже начать умолять его взглянуть на пулю, застрявшую в моей руке, он посмотрел на меня с невозмутимым лицом и сказал: - Нет, - я была ошеломлена. - Но… - его взгляд только ожесточился. - Я сказал нет. Он что-то имеет против меня? Куина не выглядела счастливой. Она хмуро посмотрела на Шунтаро и воскликнула упрекающим голосом: - Чишия! Я не знаю, почему ты говоришь: «Нет», но разве ты не видишь, что она ранена? Прояви человечность! – ох, похоже она не знает о том, что Чишия учится на медицинском. Когда Куина взорвалась, большая часть толпы обернулась, чтобы посмотреть, что происходит, и в тот момент, когда остальные мои друзья увидели мое состояние, начался мой персональный Ад. Второй за этот вечер. Арису и Карубе, не теряя ни секунды, бросились ко мне, Усаги же шла сразу за ними. Ан не совсем бежала или торопилась, но она вообще шла в мою сторону. Татта плелся за Ан с улыбкой на лице, когда заметил, что я все еще жива. - Лита, ты в порядке? Что случилось? - Ты идиотка! Ты не должна была уходить… - Давай я посмотрю… - Нет, не трогай… Как только я открывала рот, чтобы ответить на первый вопрос, то другой человек сразу же задавал второй, и, прежде чем мой мозг успевал обработать первые два вопроса, задавался уже третий. Я хотела ответить, но просто не знала, что им сказать, а их огорченные лица особо не помогали. Арису и Карубе выглядели так, будто их мир рушился, и я поняла почему. Я сейчас напоминала Чоту, вызывая болезненные воспоминания. - Стоп, вы ее сейчас еще больше в могилу сведете, - голос Чишии был холодным, деловитым и с оттенком легкого раздражения. Остальные притихли, выглядя застенчивыми. - Я… - я закашлялась, горло опять стало садить. – Я в порядке. Сколько раз за этот вечер я произнесла эту фразу? Раз 5, думаю, было. Они все вместе вздрогнули, и Куина быстро посоветовала: - Лита, не разговаривай сейчас, нам нужно как можно скорее оказать тебе медицинскую помощь. Арису смотрел на мою руку с выражением боли, и у меня появилось дежавю. Я смотрела на его разбитые щеки и запекшуюся кровь на лице, и почувствовала потребность оценить его тяжелую работу. - Эй, Арису, отличная речь, кхм, мне понравилась часть… Когда ты сказал не смотреть свысока на, кхм… Тех, кто еще жив, - все время кашляя во время разговора, я подняла большой палец неповрежденной рукой. – Очень трогательно. - Ты там была? Я не… - он не знал, что сказать мне на эту мини-речь. Чишия фыркнул. - Я видел ее, она была у стены и кряхтела, как бабка старая, - я нахмурилась с этого сравнения, а Куина выглядела возмущенной до предела. - Ты видел ее и не помог? - Она не под моей ответственностью. - Ребята! – закричала Усаги. – Вы отвлекаетесь! Ей сейчас нужно помочь! Справедливости ради скажу, что я себя никогда так плохо не чувствовала: голова закружилась пуще прежнего, а тело налилось свинцом. Я даже этого и не замечала, пока Усаги не напомнила об этом. Мир закачался под моими ногами, кровь прилила к ушам, мешая слушать, только приглушенные крики смогла уловить. Я боролась с темными пятнами перед глазами, то появляющимися, то исчезающими. Видимо, я достигла своего предела. Я упала в бессознательном состоянии напротив Куины.