В добрый путь

Напряжение буквально зависло в этой чёртовой комнате. Оно давило на всех, атмосфера была угнетающей и одновременно создающей впечатление замедлившегося времени. Часы тикали, что давило на мозги, до этого момента их никто толком и не замечал, сейчас же они стали ещё одним атрибутом нервности. Дима стоял у стены, опираясь на неё спиной и вертел в руках пистолет, разглядывая его. Нет, он видел его уже десятки, сотни раз, но увы, в данной ситуации больше ни на что смотреть не хотелось. Сергей расположился рядом с Сашей на полу. Они сидели плечом к плечу, даже позы были похожи: поджатые коленки, плотно скрещенные пальцы у Саши и твёрдый кулак у Сергея, взгляд куда-то в пустоту перед собой. Они смотрели в пол, но казалось, что они вообще не здесь. Глеб, закрывая лицо руками, пытался осознать, что всё-таки он жив и вроде как убивать его сейчас не будут, он то и дело качал головой, удивлённо вскидывая брови. Прошло уже минут пятнадцать в полном молчании, потому что всем нужно было подумать. И абсолютно все, в том числе и Маша были шокированы её выходкой. Это действительно было неожиданно, её просто невозможно понять. Что ей движет? Какие мотивы побуждают её идти на контакт с Сергеем, защищать Глеба? Если ко второму случаю можно худо-бедно приписать чувство справедливости и непонимание прикола наказания невиновного, то первое… Хотя, тут и думать нечего. Ей одиноко. Здесь ей одиноко и тоскливо, это ясно и очевидно, поэтому отрицать своё положение или злиться, ненавидя всех — бесполезно. Нужно как-то подстраиваться и привыкать, Маша это прекрасно осознала. Она стояла в паре шагов от Глеба и медленно перемещала свой взгляд от одного парня к другому, пытаясь понять, о чём они думают. Но понять это было крайне сложно. Лицо Саши выглядело сосредоточенно-грустным, но при этом тревоги у него уже словно и не было. Димины глаза выражали потерянность, непонимание и пустоту, он был каким-то отстранённым, как потерявший маму в парке развлечений ребёнок и этот пистолет — единственный его проводник и напоминание о ней. Почему именно пистолет? Некоторое время назад он чуть не привёл его к очередной потере, к убийству, которое могло быть совершено по сути своей просто так, без толкового суда и следствия. Может быть, это вовсе не верный проводник? Дима недовольно цокнул, переводя взгляд на Сергея. Горошко был напряжён, мотал головой в стороны, отрицая что-то из своих мыслей. Вполне возможно, что он не мог поверить в предательство Глеба, а может быть боялся чего-то? — Что делать будем? — Наконец прервал неловкую тишину Дима, который, отвлёкшись от пистолета, стал подобно Маше, наблюдать за всеми. Горошко сквозь приставленный к глазам и носу кулак, посмотрел на него. Убрав руку, он выпрямился и отрицательно покачал головой. Саша пожал плечами. — Если мы не поедем, они заподозрят неладное. — Тихо, но уверенно сказал Глеб. — В плане? — Повернув в его сторону и чуть наклонив голову, Саша выгнул одну бровь. — Ну… Я же сливал им всё, в том числе они знают о поездке, если мы хотим как-то разузнать инфу, нам надо ехать… Иначе они подумают, что я их надурил. — Маша прикусила верхнюю губу, устремляя свой взгляд в пол и пытаясь вспомнить книги или фильмы с похожими сюжетами. Что может помочь? — И как ты себе это представляешь? — Издавая нервный смешок, Сергей убрал кулак от лица. — Они же просто, ну. Грохнут меня и всё. — Дима усмехнулся, кивая. — Ага. Закатают в баночку потом и вот тебе горошек. — Он захихикал, но тут же осёкся. — Простите, неуместно. — И он, пожалуй, был прав. Никто больше не засмеялся. — Ну, Сергея могу повезти я. — Сказал Саша, окидывая всех взглядом. — Не ехать тоже нельзя, поэтому… — И что? — Глеб закатил глаза. — Тоже самое. В моей машине никого не будет, вот тебе и повод мне не верить. — Ну… — Саша прикусил щёку, согласно кивая. — Идея дрянь. — А если! — Маша встряла в разговор, щёлкнув пальцами. — Мы можем не сажать Сергея в машину. Смотрите. Все тут же обратили на неё внимание. Девушка встала на коленки, очерчивая на полу некую картинку. — Вот трасса. Но по-любому есть же ещё и другая дорога. — Саша активно закивал. — Есть. По полям можно проехать, но там после дождя будет труднее. — Это не проблема. Что дальше? — Дима подошёл ближе и наклонился, чтобы видеть жесты, изображаемые Машей и её «картинки» из ничего на полу. — Ну вот. Если нам вместо Сергея посадить в машину на заднее сиденье несколько подушек или одеяло, но перевязанное? Сделать что-то вроде имитации человека. У вас же стёкла машины затонированы по самый не хочу. — Улыбнулась она, воодушевившись собственной идеей. — Ты, — указала пальцем на Глеба, — скажешь, что Горох наш несчастный едет на заднем. Если они обещали тебе жизнь, вероятно, обойдутся стрельбой. А сам Серый поедет с Саней по полям. — Звучит как полный бред. — Безнадёжно сказал Дима, хлопая в ладоши. — Но мне нравится, потому что вариантов лучше у нас нет. — Выпрямившись, он лучезарно улыбнулся, пытаясь всех заразить этим «энтузиазмом». — Согласен. Херня полная, но я хотя-бы буду жив. — Тоже заулыбался Горошко. — Только как мы это реализуем? Хороший вопрос поставил хорошую цель. В следующие же полчаса в домике и сарайчике на территории были найдены три одеяла и бечёвка, с помощью которой выделилась голова и даже руки. Вблизи выглядело совершенно неправдоподобно, но стоило натянуть на эту бедную куклу одежду Серёжи и посадить её в машину, как картинка тут же начинала играть совсем другими красками. Единственное отличие — у куклы не было таких волос, как у Сергея, что выдавало фальшивку. Тут сам Горошко прозрел, призывая остальных подождать. Из своей комнаты он притащил краску, которую покупал, чтобы поправить свою причёску, но теперь пальцами и всем, что попадалось, ребята прокрашивали часть головы куклы. Ещё более идиотской идеей стал парик из травы, которую скосили Саша и Глеб совсем недавно. Ну, гении часто бывают недопоняты, так ведь? Несколько крупных пучков травы были связаны между собой и еле как покрашены, а затем нацеплены на куклу. Вот теперь казалось, будто на заднем сидении находится настоящий человек. Все были до жути довольны своей работой, но что главное — будучи по сути всё ещё врагами Маши, всё равно работали они в команде. Она не противилась, даже и забыла кто они. В таком увлекательном процессе она в целом забыла, в какой ситуации находится. Наверняка, если бы обстоятельства встречи этой группы были бы иными, шансы подружиться были бы крайне высоки. Но судьба-злодейка играет порой такими картами, которые хотелось бы выкинуть. — Пиши сообщение. — Положив руку Глебу на плечо, Горошко улыбнулся. Он на секунду отвёл взгляд на остальных. — Спасибо вам, ребят. Не думал, что кто-то кроме Димы будет беспокоиться за мою задницу. — Он пересёкся взглядом с Машей и в его глазах отражалась искренняя благодарность. Девушка кивнула с еле заметно поднятыми уголками губ. Горошко начал диктовать. — Пиши: «Выезжаем через полчаса. Будем ехать по трассе, он сидит сзади». — Глеб написал и отправил сообщение некому контакту, записанному как «Гречка». Дима впервые увидев его в телефонной книжке Глеба подумал о крупе, точнее о том, что Глеб записал себе кого-то, торгующего ей. А затем о музыкальной группе, где есть милая девушка солистка. Короче говоря, он подумал о чём угодно, но только не о людях, желающих убить его друга. Саша подготовил свою машину. По плану, который был намечен в течение изготовления куклы, все решили, что первым поедет Глеб, чтобы засветиться на машине и с «Горошко», дабы даже на поле другая машина, несмотря на свою незаметность, не вызывала к себе внимания. Маша смотрела на эти сборы как заворожённая: не верилось, что происходит действительно нечто грандиозное. Серьёзно, разве часто люди уезжают домой, не зная вернутся ли обратно? Потому что любая мелочь — всё пойдет не так. Было крайне много рисков, но самым разумным решением было сделать так, как сделали ребята. Не поехать Сергей не мог не только из-за возможных подозрений в сторону Глеба, но и из-за личных причин, о которых теперь все прекрасно знали. Катя… Интересно, дождётся ли она его? У Глеба сильно тряслись руки, он садился за руль, но выглядел при этом совершенно не как водитель. Весь бледный, возможно, до сих пор не отошедший от наставленного на него ствола, но уже обязанный ехать дальше. Так и в жизни — не успеешь очухаться от одного дерьма, как уже нужно вылезать из другого. Но выбора нет — остаётся лишь двигаться вперёд, преодолевая трудности и пересиливая свою ослабевшую психику. Парень вздохнул, сначала смотрел пару минут на руль, потом глянул в телефон: сообщение было прочитано и уже подошло время выезда. Все были на улице. Саша подошёл к открытой двери машины и положив руку на плечо Глеба, крепко сжал его, преободряюще покачивая коллегу. — Давай. Удачи тебе. — Кратко и по делу. Саша хотел уже отойти, но остановился, возвращая внимание Глебу. — Ты герой, чувак. Ты молодец, серьёзно. Покажи нам всем класс ещё раз. — Глеб и не понял, о чем говорил этот богатырь, он даже удивился, но с улыбкой кивнул. Глаза его не улыбались вместе с ним. — Спасибо… — Он хотел сказать это нормально, но всё что вышло — невнятный хрип, отдалённо напоминающий шёпот. Саша кивнул, ещё раз потрепал его по плечу и отошёл, закрывая за собой дверь чёрной машины. Никто больше не стал задерживать Глеба, лишь показывая ему поддерживающие кулачки и озаряющие его ободряющими улыбками. — И всё-таки, таких как вы не купить ни за какие деньги… — Отъезжая от домика, по-доброму засмеялся Глеб. Пусть его сейчас никто и не слышал, эта фраза играла роль для него самого, он хотел, он просто должен был это сказать. — Ну, в добрый путь. — Он хлопнул по рулю, ёрзая на сидении. Предчувствие было очень странным, явно будет что-то весёлое…