~18. Искусство быть счастливым

Нельзя исцелиться там, где стал больным

***

Кэтрин больно упала на спину, зажатая между холодным полом и мужчиной. Он сидел на ней сверху, держа её руки над головой. Девушка попыталась выбраться из хватки, пробовала спихнуть его с себя, но всё тщетно. В конце концов она перестала бороться и просто расслабилась. — Всё? — удивился Ходж. — Так быстро сдалась? — Меня в этом положении в принципе всё устраивает. Так зачем же мне сопротивляться? — А если в следующий раз это буду не я? — хитро улыбнулся Ходж. — Посмотрим по ситуации. Если будет симпатичный… — Кэт загадочно улыбнулась и не продолжила фразу, намереваясь подразнить мужчину. Ходж никак не отреагировал. Он отпустил руки Кэтрин, встал на ноги и помог ей подняться. Та слишком громко втянула носом воздух, не сумев сдержать укол боли. После того, как шок спал, прогулки Кэтрин по осколкам не остались в стороне. Ей приходилось мазать ступни заживляющей мазью с обезболивающим эффектом и перевязывать бинтом ноги, чтобы хоть как-то ходить в жёсткой обуви. Ходж, к удивлению Кэтрин, вёл себя как не бывало. Глядя на него, у неё появлялось ощущение, будто ничего и не было. Лишь разыгралось воображение. Однако собственные ранения и общение с Домиником постоянно напоминали об этом. — Давай я тебе объясню, что следует делать в такой ситуации, а после ты попробуешь сделать всё сама. Благодаря тренировкам Ходжа Кэтрин стала замечать, что стала сильнее. Мышцы росли, где-то уже появлялись хорошие очертания, а правильное питание и хороший сон удваивали результат. Порой Кэт даже скучала по собственным пробежкам и тренировкам на спортивных площадках. Но здесь с Ходжем было гораздо полезнее и интереснее. Благодаря различным тренажёрам она могла задействовать работу различных мышц, а не только каких-то одних. Различные приёмы, которым её учил Ходж, стали получаться намного быстрее и более ловко. Теперь Кэтрин прикладывала свои силы и чувствовала, что Бейкер тоже сопротивляется, хотя раньше он мог уложить её на лопатки особо не напрягаясь. — Итак, — Ходж с Кэтрин поменялись местами, и теперь уже девушка была сверху. — Представь, что ты сейчас на моём месте. Сперва сгибаем ноги в коленях, подводя их ближе к ягодицам нашего соперника. После этого делаем разгон с помощью ног. Поднимаешь две ноги, всё так же согнутые, резко ставишь на пол и с помощью ускорения поднимаешь таз, одновременно резко опуская руки вниз. В конечном итоге они должны быть по швам. Ходж наглядно всё показал, отчего Кэтрин слегка подлетела вверх, а её руки оказались заблокированы. После этого он быстро перевернулся, захватывая с собой девушку, и оказался на свободе. — Здесь уже можешь ударить человека, либо сразу убежать. Но если будешь бить, сильно вперёд не наклоняйся, а то он зажмёт тебя между своих ног. — Хорошо. Давай попробуем. Не с первой попытки, но Кэтрин всё же удалось полноценно сделать трюк, что не могло её не порадовать. Устало усевшись на пол, она взяла бутылку воды и сделала несколько глотков. — Не подумала бы, что это так тяжело. Ты с такой лёгкостью меня подкинул. — Может, потому что ты весишь раза в два меньше меня? — усмехнулся Ходж. — Теперь я поняла для чего я таз качаю, — Кэтрин от чего-то грустно улыбнулась и тихо сказала: — Эх, если бы я об этом трюке знала пару лет назад, возможно у меня по жизни по-другому сложилось. Мужчина ничего не ответил. Не хотел тревожить её старые раны, но на душе почему-то заскребли кошки. Было ощущение, что кто-то взял своими когтистыми лапами его сердце и сжал. Но знал бы он, какую боль себе причинила Кэтрин, вспоминая об этом. Она думала, что та ситуация уже давным-давно в прошлом, но похоже, что ещё не всё до конца зажило. Внутри начала разрастаться печаль, оставляя за собой горькое послевкусие. Ходж заметил, как изменилось настроение Кэтрин, и присел на корточки напротив неё. Взял в свои руки её ладони и слегка наклонил голову, стараясь смотреть ей в глаза. — Кэтрин, сейчас всё хорошо, ты в безопасности. Такого в твоей жизни больше не повторится. Слышишь меня? — он спросил настойчиво, но при этом с какой-то нежностью в голосе. — Да. Просто иногда накатывают воспоминания о старой жизни. Бывает, что я не могу поверить во всё происходящее. Кажется, будто это просто сон. И мне так не хочется просыпаться, — уголки губ Кэтрин поднялись. Она нежно коснулась рукой колючей щеки мужчины. — Всё будет хорошо. Ты со мной. Я защищу тебя ото всех, — он сел рядом с ней на пол и крепко обнял. — Оу, — послышался знакомый голос рядом. — У вас тут интимная обстановка. Это был Леон. Следом за ним, на удивление, шёл Доминик. Макграт не изменял своей любви к строгой классике, а потому был в тёплом пальто. Уоррен предпочитал носить куртку. Было теплее и практичнее, по его мнению. Оба блондины, в костюмах, с любовью к шуткам и подколам. С одной стороны они были так похожи и выглядели как лучшие друзья. Но одновременно они были такими разными и смотрели друг на друга так, будто всю жизнь были заклятыми врагами, а теперь, блин, вынуждены работать вместе. — Пришёл потренироваться? — спросил у Леона Ходж. — Не хотел упустить возможность оказаться под тобой, — довольно улыбнулся Макграт и подмигнул ему. — Такую возможность ты уже давно профукал, — отозвался Дом, поравнявшись рядом с ним. — Там уже были все, кроме тебя. Можешь официально считать себя изгоем. Доминик говорил эти фразы своим будничным тоном, но всё равно чувствовалось, как из каждого слова капает яд. — Я заметил твоё пристрастие находиться под мужчинами, — съязвил Леон, всё также ухмыляясь, отработанной годами улыбкой. — Впрочем, тебе наверное комфортнее находиться снизу. Неважно, под чем-то или кем-то. — Так, — серьёзным и властным голосом прервал их Ходж. — Успокоились и перестали ссориться. А то как два петуха на боях. Кэтрин засмеялась в кулак. Ходж посмотрел на неё в немом вопросе. Девушка объяснила ему полушёпотом. — Ну, учитывая любовь каждого находиться под тобой — слово «петухи» можно истолковать по-разному. — Мисс Хилл, — услышав это, обратился к ней Леон. Впрочем, слух у него всегда был отличный. — А где вы предпочитаете быть в таком случае? — Сверху. Предпочитаю двигаться вверх, а не спускаться назад. — Это хорошая позиция. — Я не понимаю, вы сюда приехали только для того, чтобы посоревноваться и определить кто был подо мной, а кто нет? Может, там уже и очередь образовалась из желающих? — Я просто привез вот этого сюда по его просьбе, — непринуждённо ответил Доминик и показал большим пальцем на Леона. — Этого, — фыркнул Макграт. — К твоему сведению, — обратился он к Ходжу, — твой парень ещё не с первого раза согласился меня везти. Какие-то отговорки придумал. — Так он же на меня работает, не на тебя, — спокойно ответил Ходж. — Ты же сам подметил: мой парень. — Главное, что не твой парень, — подхватила Кэтрин. — В итоге, из-за какой такой вести была оказана вами честь приехать прямо сюда? — Ты могилы когда-нибудь раскапывал? — совершенно спокойно, и даже как-то серьёзно спросил Леон. — Каждое воскресенье это делаю, а что? — Я серьёзно. — Я тоже. Это моё хобби. Кто-то вышивает крестиком, кто-то рисует, кто-то могилы раскапывает. У всех разные увлечения. — Значит, нет. — Естественно. Если я что и делал, так это закапывал трупы, а не откапывал их. — А как же?.. — начал говорить Доминик, но Ходж тут же перебил его. — Это не считается. — Та-а-ак, — растянул Леон. — Конкретно тогда мы откапывали не труп, а то, что с ним лежало. Но меня больше интересует другое: на кой тебе эта информация и что ты собирался с ней делать. — Уже ничего. Тогда другой вопрос: где мне подавать заявку на лицензию бизнеса. Ходж выразительно изогнул бровь, а после спросил: — Извини, а как эти два вопроса связаны? — Долгая история. Так где можно? — В уполномоченном территориальном госоргане. Так как ты собираешься открыть казино, тебе их потребуется несколько. Нужно будет получить лицензию от Бюро по налогам и торговле алкоголем и табаком, а также от Федеральной комиссии по ведению игорного бизнеса. Леон цыкнул языком, закатил глаза и тяжело вздохнул. Повернувшись в Доминику, он молча посмотрел на него несколько секунд и спросил: — А ты не можешь поехать в Бюро, пока я буду сидеть в Федеральной комиссии? — Там нужен ты, твоё удостоверение личности и подпись. — А если я тебе дам парик и поддельный паспорт? У меня их много, не жалко. А роспись подделаешь. — Увы, но как бы сильно я не хотел вам помочь, Мистер Макграт, у меня ещё есть рабочие обязанности. — Пока что из твоих обязанностей я наблюдал только то, как ты потягивал виски на рабочем месте и дома отлынивал несколько дней. — А что… — Достаточно, — Ходж подошёл и встал между ними. — Разъехались по разным концам города и не трепите друг другу нервы. Леон, тебе могу помочь с лицензиями. Есть знакомый. Доминик, — теперь он развернулся к парню. — Ступай к машине, мы с Кэтрин закончили. Сейчас переоденемся и придём. Блондины одновременно кивнули, отступили на шаг и вместе ушли в противоположную сторону. Кэтрин у себя в голове ставила ставки, что по дороге они ещё раз сцепятся как кошка с собакой.

***

Доминик дождался Ходжа и Кэтрин и они вместе заехали в ближайший кафе-бар. Девушка после тренировки была голодной, поэтому не стала обделять себя одним лишь кофе или салатом. Она заказала стейк прожарки medium well, а также пасту Феттуччине Альфредо. Ходж решил побаловать себя домашним жаркое с говядиной, овощами и печёным картофелем. Дом заказал греческий салат, а также взял тирамису вместе с апельсиновым соком. Когда принесли блюда — Кэтрин первая принялась с наслаждением уплетать его. Она смаковала каждый кусочек и ловила незабываемые впечатления от вкуса этого стейка. — Чёрт, как же вкусно. Особенно на голодный желудок. Никто не хочет попробовать? Она нацепила кусочек мяса на вилку и посмотрела на мужчин. Ходж сразу же отрицательно покачал головой, а Доминик, немного подумав, всё же согласился. Он наклонился через стол, а Кэтрин протянула ему вилку ближе. Парень снял кусочек свинины и вновь уселся на своё место. — Неплохо. Но мне нравится, когда больше крови. Хотя по сути это не кровь, но да ладно. — Ой, мне вообще не зашло с кровью, — скривилась Кэтрин. — Не ценитель ты высокой кухни. — Зато ты я гляжу — эксперт. — Естественно. Я эксперт в любой области. Особенно в сфере алкогольных напитков. — Барменом не хотел стать? — наматывая пасту на вилку спросила Кэтрин. — Не, я ж пить люблю, а не готовить. Тут, кстати, тоже есть бар. Заскочим? — он улыбнулся и подмигнул им, однако Ходж сбил боевой настрой Доминика. — Мистер Уоррен, не забывайте, что вы уже приступили к своим обязанностям и в данный момент, официально, находитесь на рабочем месте. — Ц-ц, — Дом закатил глаза. — Ты своим приказным тоном всё настроение порой сбиваешь. Забыл уже с чего всё началось? — О чём ты? — в недоумении посмотрела на парня Кэтрин. — А ты не знала, что Мистер Бейкер всех своих друзей в баре находит? Меня, тебя, Лиз. Ну, точнее в местах, где он есть. — Серьёзно? — неподдельно удивилась она. — К счастью или к сожалению, но последняя тенденция такова, — подтвердил Ходж. — Леона ты тоже там подобрал, или у вас было другое знакомство? — решил спросить Доминик, делая глоток сока из своего стакана. — Вообще мы впервые встретились на юбилее какого-то депутата. Бывшего уже, разумеется. Мне тогда было 16, а Леону 14. Людей в тот вечер было много, даже таких подростков, как мы. Приглашали абсолютно всех. Тогда, по правде говоря, мне не хотелось особо ни с кем разговаривать. Но так случилось, что мои родители, которые уже были знакомы с Макгратами, решили познакомить своих сыновей. Брайана, конечно, не было. Он сам не хотел идти, а родители сильно не настаивали из-за его возраста. Хотя меня и в меньшие года уже начинали везде таскать, — в глазах Ходжа на мгновение промелькнула какая-то грусть. — Так вот…

***

16 лет назад — Знакомьтесь, — начал говорить Дэвид Бейкер. — Это мой старший сын, Ходж. Наш главный наследник. Парень сильнее сжал челюсть, но продолжал всё так же вежливо улыбаться. Он не собирался сейчас спорить с отцом. — Какой взрослый парень, — ответил Мистер Макграт и протянул Ходжу руку. — Ух, какой хват. Сразу видно, что уверенный и серьёзный парень. Уже смело может брать на себя ответственность за какие-нибудь дела в бизнесе. «Не дождётесь. Я не собираюсь во всём этом учавствовать» — А это наш сын, Леон. Пока парень пожимал руку Дэвиду Бейкеру, Ходж с интересом рассматривал парня. Его внимание привлекли длинные и светлые волосы. Он не собирал их, а поэтому они мягко спадали с плеч. Леон выглядел сдержанно и держался вполне уверенно, но Ходжу сразу показалось, будто он вообще не заинтересован во всём этом. Виднелась в нём какая-то отрешённость. Леон, почувствовав на себе пристальное внимание, посмотрел на Ходжа. Они встретились взглядами и стали как будто оценивать друг друга. Теперь Бейкер смог детальнее разглядеть лицо парня. У него были серо-зелёные глаза, светлая кожа, прямой и длинный нос, чётко выраженный овал лица, ровные, практически острые контуры нижней челюсти. Парень был очень похож на своих родителей. Лицо было отцовским, а вот волосы и глаза — матери. Макграт тоже рассматривал Ходжа, акцентируя внимание на его чёрных волосах, смуглой коже и серо-голубых глазах, которые, как казалось, смотрели прямо в душу. Для себя парень определил, что тот не похож сильно ни на одного из родителей. Но, если всё же сравнивать, больше он был похож на отца. Леон также не упустил из виду жесты и позу Ходжа. Он стоял с ровной спиной, широко поставленными ногами. При рукопожатии его ладонь была прямой, а хват сильный. Он не отводил глаза, когда они встретились взглядами. В них не было самоуверенности, брезгливости, лицемерия или злости. Пусть Ходж выглядел уверенным, довольно строгим и серьёзным, но Леона это не отпугнуло. Наоборот, он почувствовал в нём какую-то силу, которая притягивала к себе. Он не был похож на других подростков, находившихся здесь. Они были лицемерными, самовлюблёнными и эгоистичными. В Ходже он этого не чувствовал. Леону захотелось пообщаться с ним. Желал узнать его получше. Ходж не сразу, но понял, что парень его анализирует. Он сдержал ухмылку, которая начала появляться на его лице. Впервые ему захотелось пообщаться с кем-то, чей возраст не сильно далёк от его собственного. На вид Ходж бы дал ему от 14 до 16 лет. Так однажды и встретились два одиноких хищника: ягур и тигр. Тогда они и не предполагали, что жизнь ещё раз сведёт их вместе, и что это изменит многое.

***

Сейчас — Мы тогда практически весь вечер проторчали на каком-то балконе, разговаривая о жизни, о родителях и о том, какая судьба нам выпала, — продолжал свой разговор Ходж. — Можно сказать, что я тогда впервые нашёл человека, который понимал меня и разделял мою боль. У нас ведь были схожие ситуации. Правда, разные пути. После ого, как мы уехали, я подумал, что мы больше никогда не увидимся. Знаете, как одноразовый человек, с которым ты можешь поделиться всеми переживаниями, снять камень с души, а потом он пойдёт дальше своей дорогой. — Ходж вновь грустно улыбнулся и посмотрел пустым взглядом куда-то вдаль. — Однако, какого было моё удивление, когда я его увидел в университете, — он вновь оживился и даже стал улыбаться. — Точнее мы встретились на вечеринке в клубе, по окончанию первого семестра. Тогда ещё рождество приближалось.

***

13 лет назад Ходж подошёл к бару и заказал несколько алкогольных коктейлей для себя и своей компании. Он сбито дышал после танцпола, а лицо слегка покраснело. Устало опустившись на высокий стул и опустив голову, он принялся переводить дух, а потому не сразу заметил светловолосого парня, сидевшего рядом, и смотревшего на него с удивлением. Ходж поднял голову и его взгляд случайно упал в сторону. Выражение его лица тут же изменилось. Сперва он не поверил своим глазам и поморгал несколько раз, чтобы проверить, не действие ли это алкоголя в его крови. Однако длинноволосый блондин также сидел в шоке, медленно подтягивая хоть напиток из трубочки. Поняв, что это не игра воображение, Ходж неуверенно поздоровался. — Привет. Леон лишь оторвал своё запястье от барной стойки и помахал рукой. Ходж усмехнулся, облизнул губы и тяжело выдохнул. Подвину в свой стол ближе к Леону, он начал расспрашивать его обо всём. — Ты как тут оказался? — Я уже почти полгода учусь здесь на первом курсе. — Странно, что я тебя не видел. — Да я тебя тоже как-то не замечал, — всё также находясь в удивлении ответил Леон. — На какой факультет отправили? — Бизнес и менеджмент. А тебя? — Экономика. — Меня в начале вообще на право хотели отправить. Но как-то туда идти у меня не было особого желания, поэтому отправили сюда. — Да, жесть. Леон смотрел на Ходжа и практически не узнавал его. Это не тот парень, с которым он несколько часов провёл, разговаривая о своей жизни где-то в пустом крыле дома. Теперь он идёт перед собой весёлого, беззаботного и лёгкого парня. Леон поджал губы, боясь, что и Ходж стал таким же, как и все. Однако твёрдость во взгляде у него осталась, и он понадеялся, что ещё не всё потеряно. — Слушай, а ты тут один или с кем-то? — задал вопрос Ходж. — Один. Мой знакомый не захотел идти. У него сегодня дела поважнее, — ответил он, вспоминая, что у того сегодня гонки. — Пойдём со мной. У нас компания есть. Повеселимся, выпьем. — И часто ты с ними тусуешься? — В основном на каких-то крупных вечеринках, как например сегодня. В университете общаюсь с некоторыми, но для меня они лишь знакомые. Официант поставил рядом с Ходжем поднос вместе с коктейлями. Бейкер придвинуть его ближе к себе и ещё раз спросил у Леона: — Ну так что, идёшь? — Угу.

***

Сейчас — Ну и потом мы стали чаще видеться в университете, начали больше общаться, гулять. Я постепенно отдалился от той компании, но не жалел об этом. Они потом пошли в разгул и стали пробовать не только алкоголь. Кого-то из них, я даже помню, отчислили. Родители не смогли в очередной раз отмазать. Либо не захотели. А с Леоном у нас довольно быстро завязалась дружба и он мне начал открываться. Не сразу правда, но главное, что открылся. А то я уже начинал думать, что он вырос под давлением родителей действительно каким-то интеллигентом и ботаном. — А как ты понял, что это не так? — доедая остатки своей пасты, спросила Кэтрин. — Он однажды предложил мне сходить на «одно мероприятие», которым оказались нелегальные гонки. Честно сказать, я тогда немного не ожидал. Как сейчас помню то удивление, когда он уверенно сел за руль красного Ford Mondeo и вытворял такие манёвры по ночным улицам, что у меня чуть сердце в пятке не ушло. Я пару разбоялся, что мы разобьёмся, — Ходж рассмеялся, вспоминая эти времена. — Оказывается, — начал говорить Доминик, — мистер Макграт не всегда был обычный язвой. Он у нас ещё был интеллигентным мальчиком. Интересная картина. Уже представил его в очках, библиотеке над стопкой старых книг. — Видимо Леон потом таких манер от тебя набрался, — сказала Кэтрин, обращаясь к Ходжу. — Отчасти. — А как вы с Домом встретились? — О-о, моя любимая история, — Доминик откинулся на спинку дивана. — Давай я расскажу, а ты будешь дополнять.

***

7 лет назад Доминик сидел в придорожном баре в обнимку с бутылкой виски. Последний год выдался очень тяжёлым. Он оставил мать и сестру в Лос-Анджелесе, а сам рванул в Нью-Йорк. Переезд, поиск жилья, работы, адоптация к другому ритму жизни и в общем к городу. Мать, находясь в ремиссии, часто звонила, просила прощения, уговаривала вернуться, но Доминик был непреклонен. Ему хоть и было тяжело и временами его одолевали мысли о том, чтоьы вернуться, но в такие моменты он сам себе говорил: «Я приехал сюда для поиска лучшей жизни. Прошлое не должно тянуть меня вниз. Там мне всё будет постоянно напоминать об этом». Слова матери в трубку телефона о том, что сын её больше не любит, заставляли сжаться сердце до боли. Он любит её, но не знает может ли простить. Доминик и сам не понимал на кого больше злится: на неё, или на Стива — человека, из-за которого всё и пошло кубырем. Из-за которого его подростковые годы и детство его сестры превратились в ад. Избиения, наркотики, алкоголь, долги. Когда ты в спешке бежишь в комнату за четырёхлетней сестрой, надеваешь ей наушники с громкой музыкой, прячешь в шкаф, а сам попадаешь под очередную раздачу. Удар, разбитое стекло, ружа крови на полу и потемнение в глазах. Переехав в Нью-Йорк Доминик то и дело начал запивать горе алкоголем. Вначале он даже притрагиваться к нему не хотел, но боль настолько терзала его изнутри, что руки сами тянулись за бутылкой крепкого спиртного. Лишь через полгода его начало немного отпускать. Он начал себя контролировать, хотя иногда намеренно выпивал больше. Сейчас он вновь сидел в баре, но ещё находясь в здравом уме. Он выпил практически всю бутылку, но алкоголь уже перестал брать его так сильно. Организм начал привыкать. Сегодня, помимо него и других таких же посетителей, была ещё и компания байкеров. Дом не обращал на них внимания. Они уже были довольно пьяные, поэтому возиться с ними не было смысла. — Двойной виски, — заказал незнакомец и подсел рядом с Домиником. Дом перевёл на него взгляд и фыркнул. «Весь такой в дорогом костюме, сидит гордый, будто не в каком-то дешёвом баре находится. И какого чёрта его сюда занесло?» — Редж, мне налей коньяка, — тоже попросил у бармена он. Незнакомец посмотрел на него и как-то пренебрежительно сказал: — Тебе, по-моему, уже хватит, дружок. — А это не вам решать, — не глядя на него, ответил Дом. За их спины я послышались какие-то крики и ругань. Они одновременно повернули головы и увидели компанию байкеров. Один из них, который, судя по всему, был главным, разозлился и наехал на какого-то парня, из-за того, что тот обыграл его в бильярде. — Кошмар, — тихо прошептал незнакомец, и Доминик вдруг резко повернулся к нему. — А что ж тебя занесло сюда? Ты вон, как я погляжу, деньги при себе имеешь, а пьёшь в каком-то захолустье. Что, решил посмотреть на отбросов? Позабавиться захотелось? Нужно удовлетворить чувство собственной важности? — Может, тебя это удивит, но я не раз бывал в таких заведениях. У меня ничем не удивить и самоутверждаться здесь я не планирую. Бармен поставил перед Ходжем с стакан, а после принялся наливать Доминику. — Конечно… — блондин развернулся обратно и стал рассматривать свои руки. — А тебя так сильно беспокоит то, что я, имея деньги, нахожусь здесь, а не в каком-нибудь ресторане? — Что, если да? Оглянись вокруг. Где тут видишь ещё какого-нибудь человека, в костюме за десять тысяч долларов? — Ты пьян, — вздохнув, сказал незнакомец. — Я не собираюсь продолжать с тобой разговор. Упёрся в своё мнение и не замечаешь ничего вокруг. Сосредоточен только на собственных проблемах, обесценивая других. Но не мне винить или учить тебя жизни. К сожалению, большинство людей в нашем мире именно такие. Все люди эгоисты. — Ах ты тварь! — раздался низкий мужской голос рядом с ними. Этот байкер, который начал конфликт, взял парня, который был почти что в два раза меньше его, приволок к барной стойке, схватил его за волосы и начал лупить о дерево. — Эй! — Ходж встал со своего места и жестом попросил его остановиться. — Чего тебе? — перевёл на него своё внимание мужик. — Успокойся, ладно? Возвращаймя к своим… — Не нужно мне указывать! — он отпустил парня и схватил Ходжа за воротник рубашки, притянув к себе. Парень, медленно приходящий в себя, посмотрелся вокруг, взял ближайший деревянный стул, замахнулся и ударил байкера по голове. Тот медленно повернул к нему голову, готовый уничтожить его одним взглядом. Ходж, воспользовавшись моментом, схватил стакан и также ударил мужика по голове, после чего нанеся удар ниже пояса. Другие байкеры увидели всё это, а потому разозлились. В баре началась потасовка. Кто-то срывался на друзьях парня, что играл в бильярд. Кто-то просто начал громить бар, переворачивая столы, разбивая бутылки и швыряя вещи. Обычные люди, которые ещё не были сильно пьяные, начали убегать. Но те, кто не соображал, что вообще происходит, попали под руку. Доминик залпом допил свой коньяк, слегка поморщился, а потом взял свою бутылку из-под виски. Он планировал уходить к выходу, но этим планом не суждено было сбыться. Меньше чем на полпути его схватил один из байкеров, нанёс удар в челюсть и отбросил в стену. Доминик сильно ударился затылком. Ходж в это время упал спиной на пустой столик, но не теряя времени быстро достал из-за пазухи пистолет. Раздался выстрел, эхом разносящийся по помещению. Все замерли на секунду, но совсем скоро продолжили. Мужчина нанёс не смертельное ранение противнику. Быстро перекатившись со стола на пол, Бейкер увидел, как к блондину, державшемуся за голову, подходит какой-то мужик с ножом. Быстро прицелившись, он несколько раз нажал на курок. Попал два раза. Один в бок, другой в ногу. Байкер закричал от боли. Ходж выполз из-под стола, добежал до парня и подал ему руку. Тот не решался взять её несколько секунд, но услышав крики вдалеке, — моментально ухватился. Поднявшись, Дом благодарно кивнул ему. Брюнет кивнул ему в сторону выхода и сказал идти, а сам пошёл в противоположную сторону. Доминик заметил мужчину, которого придавил бильярдный стол, и понял его намерения. Он стал осматривать пол, в надежде найти хоть что-то. Его бутылка разбираюсь, но он нашёл другую, из-под пива. Совесть не позволила отпустить незнакомца одного спасать парня, пока сам он был бы в безопасности. Ходж приподнял стол, давая возможность мужчине выползти. Он помог ему подняться, но поздно заметил фигуру байкера возле них. Ходж готовился получить удар, но тут послышался звук разбившейся бутылки, затем несколько глухих ударов и звук падения. Повернув голову, он увидел блондина, которому сказал уходить. Не говоря ничего, тот парень взял мужчину под другую руку и вместе они направились к выходу. На улице уже стоял бармен, побитый, и кому-то звонил. Скорее всего набирал копам. Ходж и Доминик оставили мужчину на скамейке и отошли подальше от здания, в котором до сих пор, вперемешку с музыкой, доносились крики и грохот. — Спасибо, — первым поблагодарил Ходж. — Тебе тоже. Хорошо стреляешь, кстати. — А ты проворный и неплохо дерёшься. Оба улыбнулись и молча стали переводить дыхание. В какой-то момент Доминик ещё раз неловко проверил место удара на затылке, замечая совсем немного крови на подушечках, и начал разворачиваться, чтобы уйти. — Я Ходж. — Доминик. — Работа не нужна? Личная охрана. Достойная зарплата, гибкий график, предоставление формы и оружия. Двадцать пять тысяч. Возможно увеличение заработной платы и карьерный рост. Что скажешь? Доминик усмехнулся и посмотрел под ноги. Ходж терпеливо ждал его ответа, не совсем понимая реакции парня. — От ненависти до любви, так? — Получается. — У меня нет образования, мне двадцать лет и я родом не от сюда. — Отказываешься? — спросил Ходж так, будто его совсем не смущали эти факторы. — Когда приступать? Бейкер сходил к машине, которая стояла недалеко, взял оттуда визитку с клубом и собственным номером, и отдал Доминику. — Приходи по этому адресу завтра, всё расскажу. Если не получится, звони по этому номеру. Доминик кивнул и стал рассматривать картонную карточку. Ходж предложил его подвезти, но тот отказался. До самого дома парень не мог поверить, что всё это произошло на самом деле. На следующий день он пришёл на собеседование в клуб «Сириус».

***

Сейчас — Так и начали работать вместе, — завершил свой рассказ Доминик. — А ещё он меня через год отправил учиться на бакалавр на экономист-аудитора. Так сказать, папочка провёл по связям. Ну и через полтора года моего обучения Ходж меня повысил до менеджера клуба, а там уже начал использовать получаемые мной знания в универе для разделения обязанностей. Помогал иногда с бумажной волокитой. Ему мороки меньше, а мне практика была. Так и получилось. Кэтрин слушала всё это, подперев голову кулаком. Она и не думала, что у них всё началось именно так. И если раньше она считала, что они с Ходжем познакомились в очень странной обстановке, после чего он нанял её на работу, то теперь Кэт понимает, что это, оказывается, нормально.

***

Дети бегают по площадке, карабкаются на горки, катаются на качелях, играют в игрушки и классические догонялки. Они смеются, общаются, заботят новых друзей, родители сидят рядом на скамейках и с улыбкой наблюдают за ними. В воздухе витает чувство радости и беззаботности. Мужчина сидел один на лавочке и думал о своём. Он иногда поглядывал на детей, смотря, как они резвятся. В голове была мысль о том, что они ещё слишком юны и не понимают всего, что происходит в мире. Они не знают насколько жестокими могут быть люди. Но одновременно это и успокаивало, поскольку у них ещё есть время насладиться детством. Взгляд поиковался е маленькой девочке, лет четырёх, которая весело играла на площадке, бегала вокруг карусели и ловила мыльные пузыри. В её руках был красочный шарик, который легко подпрыгивал на веревочке. Внезапно, от неожиданного порыва ветра, шарик выскользнул из ее рук и полетел в сторону. Девочка бросилась за шариком, в надежде поймать его. В это время мужчина, который сидел на скамейке, заметил улетающий шарик и ловким движением схватил его. К нему подбежала девочка и посмотрела на него своими большими глазами. Она стеснялась и не знала что говорить. Однако, в её глазах было что-то, что сразу выдавало её сильный характер и настойчивость. — Отдай, — потребовала она, смотря на него снизу вверх. Мужчина улыбнулся ей и протянул шарик. — В следующий раз держи его крепче, а то меня может не оказаться рядом. — Спасибо, — поблагодарила она и поспешила убежать обратно. Джон усмехнулся и закинул ногу на ногу. Что-то в этой девочке ему напоминало о Кэтрин. Такая же юная, такая же миловидная, но при этом с характером. Что-то однозначно тянуло его к ней, но он не мог понять что. Возможно это был чистый интерес, поскольку он не встречал ещё таких дерзких дам. С каждым разом желание узнать Кэтрин становилось всё больше, но вряд ли она согласится на встречу. Да и её овчарка — он же Ходж — не отпустит Кэт просто так. Но когда его интересовало чьё-то мнение. Джон всегда добивался своего и получал желаемое. Сейчас я его главные наградой является Кэтрин.

***

Кэтрин приехала к Лиз, а Доминик с Ходжем поехали в ресторан Бейкера. Дом как всегда немного подвозмущался по поводу того, что Леон будет с ними, что в очередной раз позабавило Кэт. Не успела к этим нажать на дверной звонок, как через пару секунд дверь ей открыла Лиз. Она стояла в домашнем халате, под которым была шёлковая короткая пижама. Кэтрин лишь слегка смутилась от неожиданности. Тейлор пригласила подругу в дом и предложила ей чай, чтобы согреться. Та отказалась, и Лиз нашла другой напиток, тоже согревающий. Устроившись на диване вместе с бутылкой красного вина и небольшой тарелкой из колбас, сыров и фруктов, подруги начали говорить о жизни и просто сплетничать. — Мне до сих пор жаль то платье, Лиз. Оно такое красивое было, — допивая второй бокал, сказала Кэтрин. — Не бери в голову, — жуя виноград ответила та. — Оно мне всё равно маленьким было. Главное, что вы все живы остались. Это гораздо важнее какой-то тряпки. — Да, — как-то грустно ответила Кэт и посмотрела на свои перебинтованные ноги. — Я могу кое о чём личном спросить? — Валяй. — Кем ты работаешь? Я так и не поняла. Раньше ты как-то уходила от ответа, Ходж сказал у тебя спросить. Здесь что-то очень незаконное или что? — Ты знаешь, я постоянно кручусь то тут, то там. Под действием алкоголя девушка стала более разговорчивой, пусть и выпили они немного. Хотя Кэтрин ещё не упускала мысль о том, что сама Лиз хочет выговориться. Тяжело всё время нести всё в себе. — Эскорт, флористика, когда-то был опыт работы в полиции, но больше двух месяцев я не продержалась, менеджер… — Подожди! — ещё после первого пункта у Кэт появились вопросы. — Ты была эскортницей? — в её голосе не было отвращения, лишь искренний интерес. — До сих пор временами мне звонят бывшие клиенты, либо кто-то из их знакомых и просят сопроводить их куда-нибудь, — Тейлор вспомнила относительно недавний случай, где ей даже пришлось прыгать в воду с яхты. — Иногда это не только сопровождение, но и какая-то попытка найти на кого-то компромат, провести свои какие-то грязные делишки или же подставить другого. Но с мужчинами я не сплю! Не подумай. Было один раз, в самом начале. Меня тогда подкупили большие деньги. Они действительно были огромными. А я… Я металась на тот момент в своей ориентации. Но после того случая я поняла, что не хочу иметь с мужчинами ничего общего в романтическом и сексуальном плане. — Если тебе… — Всё нормально. Ты ещё просто не знаешь весь мой список. — Пожалуй, мне больше и не нужно. Я поняла, что ты смешиваешь «обычную» работу с… Не совсем обычной. Здесь можно смело сказать «с нашей». Я ведь тоже не продавцом работаю, — Кэтрин рассмеялась и взяла с тарелки последний ломтик сыра. — Тем более, учитывая, в каком мире мы сейчас живём, то всё не так уж и плохо. Конечно, убийство людей оправдать никак нельзя и мне до сих пор по ночам иногда снятся эти кровавые сцены… Но… Если так подумать… То мы ведь просто защищаем своих. Кэтрин время от времени делала паузы, стараюсь подобрать нужные слова. Внутри у неё было ощущение, будто она говорит это не только Лиз, но и себе. «То, что я была наёмным убийцей, тебе лучше не знать», — подумала Лиз и налила себе в бокал остатки вина. — Я сегодня узнала как Доминик и Ходж познакомились. Почему они связаны с криминальным миром я понимаю, но как в нём оказалась ты? — Ой, тут вообще такая неоднозначная ситуация. В общем, ты же знаешь, что я бо́льшую свою жизнь росла с отцом. Они с моей мамой развелись, когда мне было 3 года. Они поженились-то по залёту. Мать забери меня от своего парня, но тот, узнав о беременности, сразу же свалил. Мой папа был её знакомым. Были в одной компании. Он был влюблён в неё и знал обо всей ситуации. Предложил ей выйти за него, чтобы ребёнок не был без отца и чтоб ей самой было легче. Мать думала, что полюбит его, ведь он такой спокойный, порядочный мужчина, но этого так и не произошло. Брат моей мамы, мой дядя, сдружился с моим папой в период брака, а поэтому часто присматривал за мной. Отец не всегда находил время быть со мной, поскольку надо было зарабатывать и содержать меня, но когда он проводил время со мной — отдавал всего себя. Я его очень люблю и ему благодарна за это. Так вот, — Лиз закинула ноги на диван и подогнула их под себя. — Моя дядя — Генри — всегда был с шилом в одном месте. Он с детства был очень энергичным, смелым и задорным. Часто попадал во всякие передраги. Даже когда родители посадили его под домашний арест, то он выбрался из комнаты через окно, слез по дереву и убежал к своим друзьям. Родители позже его нашли. Точнее им позвонили из полицейского участка. Он угнал мотоцикл. — Теперь я понимаю в кого ты такая, — усмехнулась Кэтрин, вызываю улыбку у Лиз. — Нам часто говорили, что мы похожи. Даже внешне есть схожести. Но больше, конечно, я похожа на маму. Ну и мой отец просил Генри посидеть со мной когда я была мелкой. В подростковом возрасте он уже брал меня сам. Говорил, что просто пойдём гулять, но зачастую мы оказывались то на каких-то гонках, то в каких-то барах, то вообще он меня брал со своими друзьями на стрельбище. У него я и научилась многому. В семнадцать уже смело водила байк, овладела оружием и знала про многие фишки. Например, как открыть дверь без ключа, как завести машину без него же, знала в каком районе города что продаётся, естественно не из легального, и где более приятные цены. Побывала во многих участках города за какие-нибудь свои шалости. Могла где-то окно разбить, попасться ментам на байке без прав, быть обнаруженной как закладчица. В основном меня дядя всегда отмазывал, поскольку у него был свой авторитет в определённых кругах. Папе про наркотики мы не сказали. Да и дядя после того случая больше не привлекал Меня к ним. Давал более простые и менее опасные или тяжело наказуемые задания. Естественно, от папы всё скрыт не удавалось. Иногда он забирал меня из участка, за что мне доставалось немало. Папа даже предпринял попытку дать меня до бальные танцы, чтобы развить во мне женственность и отвлечь от мальчишеских забав. Правда, он не знал, что я также ходила на каратэ, а когда это выяснилось, чуть не поссорился с Генри. — Ого, не знала, что у тебя такой дядя. — Да, мало кто знал, что мы родственники. Только его друзья. — А где он сейчас? Вы ещё общаетесь? — Однажды его вместе с командой поймали на перевозке оружия. У них в багажнике нашли пятьдесят два ствола. До сих пор не понимаю как так получилось. Оказались не в то время, не в том месте, и попались не тем людям. Хотя моя теория о том, что просто кто-то их подставил. Но я мало знаю о том, чем он промышлял. То, что мне было известно, это максимум составляло треть. Ну и в итоге мой дядя взял всё на себя, чтобы спасти своих друзей от тюрьмы. Его, естественно, посадили на десять лет. Друзья были ему благодарны и часто присылали какие-то передачи, помогали нам с отцом если это нужно было. Хотя папа тогда наотрез отказывался всё принимать. Он больше не хотел ничего слышать об этом человеке. Но это понятно, ведь он не знал даже того, о чём знаю я. Подозреваю, что он мог лишь догадываться. — Как давно его посадили? — Мне тогда было восемнадцать. Семь лет назад получается. Но он больше не выйдет, — грустно ответила она, начав царапать ногтями свои пальцы. — У него случился инсульт два года назад. Я тогда много переживала и плакала. Мы действительно были близки. Он мне был вторым отцом. — Иди сюда, — Кэтрин подвинулась поближе и обняла Лиз. Её руки окутали подругу нежно и тепло, словно она пыталась передать своё сожаление Лиз через эти объятия. Тейлор закрыла глаза, чувствуя тепло и поддержку, исходящие от Кэтрин. Слёз не было. Они уже давно иссякли. Сейчас оставалась лишь небольшая частица боли, находившаяся глубоко в душе девушки. Время, как-никак, затягивает раны. Это был момент истинной дружбы и поддержки, когда слова становились излишними, а простое объятие могло сделать больше, чем тысячи слов. — Спасибо, что попыталась поддержать меня. Я правда ценю это. — Не за что благодарить меня. Я понимаю как это тяжело, когда ты теряешь близкого человека. Даже если он не был в самым святым, он всё равно был твоим. Только родных мы принимаем такими, какие они есть. После этого разговора Лиз и Кэтрин решили переключиться на более обыденные темы. Со временем, когда вино полностью закончилось, Лиз всё же предложила закончить Кэтрин эту посиделки чаем. Та кивнула, соглашаясь, и они вместе направились на кухню. Пока чайник нагревался, девушки продолжали болтать, уже о чем-то более легком и повседневном. Когда чай был готов, они вернулись в гостиную с кружками горячего напитка в руках. Лиз достала пледы из шкафа, и они устроились на диване, завернувшись в них. На телевизоре они выбрали какую-то легкую комедию и уютно устроились под пледами, наслаждаясь чаем и смехом актеров на экране. По мере того, как время шло, их разговоры становились все более беспечными, а атмосфера всё более уютной. — Я бы не согласилась выйти замуж за первого встречного, пусть и фиктивно, — прокомментировала Лиз. — Тем более она же ещё тогда в баре разозлилась на него за то, что он разбил на неё напиток. — Расслабься, Лиз, это всего лишь фильм. Нелепая комедия, над которой не нужно задумываться. — Ну надо же мне поворчать, как старой бабке. — Был бы здесь Доминик, он бы с тобой точно посоревновался в этом. — Мистер «Мне не нравится сложившаяся ситуация, я буду ныть и всеми силами показывать своё недовольство, но всё равно сделаю то, о чём меня попросили». — Погоди, я запишу! Такое точно нужно оставить на память, — Кэтрин достала телефон и записала это в заметки, в скобочках пометив, что это Доминик. — Сидит сейчас там наверняка, работает… — С Леоном. — С Леоном, — рассмеялась она. —Ходж уже наверное заколебался их слушать. — Мне его даже немного жаль. — Кого именно? — ухмыльнулась Лиз. — Наверное Ходжа. Хотя возможно, и Дома немного. — Выбираешь того, кого дольше знаешь? — всё так же хитро улыбаясь спросила она. — А, ты же с ними одновременно, по факту, познакомилась. — Кстати, я хотела ещё спросить, как вы с Ходжем познакомились? Сегодня, как я понимаю, день, когда все рассказывают о своих знакомствах друг с другом, поэтому хочу узнать по максимуму. — Не скажу, что это очень интересная история. Её можно рассказать в одном предложении. — Ну нет, давай немного подлиннее. — Мне тогда было девятнадцать. Мы с друзьями пошли в бар. Это была пятница, конец месяца, многие тоже отдыхали. Ну и я была ужи прилично выпила, но находилась в сознании, какие-то моменты ещё помню, но их совсем немного. Друзья меня отправили за очередной порцией алкоголя, а у бара как раз сидел симпатичный мужчина — Ходж. Алкоголь ударил мне в голову и мой мозг решил, что пофлиртовать с мужчиной это хорошая идея. При том, что на большее я не рассчитывала. Так, время скоротать, — она махнула рукой, будто это была какая-то обыденность или простая мелочь. — Мы разговорились, он немного поддержал мой флирт, но больше в шуточной форме. Потом я не особо помню что было, но в памяти чётко сидит картина, где мы с ним и моими друзьями танцуем пьяные на танцполе. Моя подруга тогда ещё на стол какой-то залезла, сняла лифчик и танцевала без него. Потом меня клонило в сон. С утра было жуткое похмелье. Пару дней ничего не происходило и я даже не вспоминала особо того парня. Подумаешь, напились, потусовались, чуть не поцеловались… — Лиз сделала небольшую паузу, смотря на реакцию подруги. Кэтрин выглядела спокойно, но тело её немного напряглось. — Но этого, к счастью, не произошло. А после мы встретились на открытии музея. Я тогда работала секретаём в одной фирме, а поэтому пошла вместе со своим боссом. С нами ещё было несколько человек. Ведущие своих отделов. И получилось так, что мы встали прямо напротив Ходжа. Я увидела его первым. Мои глаза расширились, а брови подлетели вверх. Он говорил с кем-то сдержанно и спокойно, а потом почувствовал на себе чей-то взгляд. Ходж посмотрел на меня, но не сразу узнал. Было видно, как у него в голове идёт какая-то обработка информации. Когда до него наконец дошло кто я и где мы встречались, то и на его лице появилось лёгкое удивление. Естественно, он быстро скрыл это, — Лиз сделала глоток из своего стакана, смачивая горло. — Потом нас представили, точнее сперва моего тогдашнего босса и Ходжа. Уже под вечер, когда все были уставшие, он нашёл меня, сидящей у стенки. Притащил с собой стул откуда-то и сел рядом. Мы начали разговаривать, а потом всё потихоньку завертелось. Мы часто возвращались в той ночи в баре, потому что этотбыло действительно неожиданно. Потом мы чаще стали пересекаться на такого рода мероприятиях. Стали общаться в более неформальной обстановке, временами просили о помощи и всё пришло к тому, что вы имеем сейчас. Это, пожалуй, самое главное. — Чем больше я узнаю о всех вас, тем меньше мне кажется, что у меня жизнь какая-то не такая, — улыбнулась Кэтрин. На экране телефона Хилл высветилось сообщение. Она прочитала его в шторке уведомлений, улыбнулась и открыла чат. «Не хочешь сегодня вечером приехать ко мне?» — было сообщение от Ходжа. «А что будет в программе?» — написала в ответ Кэт. «Марта приготовит шарлотку» «Тогда я буду», — отправила она ему вместе с подмигивающим смайликом. — У кого-то намечается свиданка, — Лиз улыбнулась как кошка и придвинулась к Кэтрин, заглядывая в её телефон. — Буду ждать подробностей, — она легонько ущипнула подругу за бок. — Обязательно пришлю тебе видео, как буду поедать свежий яблочный пирог, запивая всё ароматным чаем.

***

Ходж заехал за Кэтрин в восемь, когда она была дома. Ехать, по правде, было пару минут и большую часть снимала поездка по дворам. Они шли держась за руки до самого порога. Инициатором был Ходж. Он ненавязчиво коснулся женской ладони, а после переплёл их пальцы вместе. В квартире их встретил запах свежей выпечки, доносившийся с кухни. Кэтрин поскорей направилась туда, надеясь увидеть Марту. Итальянка уже снимала с себя фартук, завершая рабочий день. Увидев девушку она улыбнулась и хлопнула в ладони. — Кэтрин! Давненько я тебя не видела! Обняв женщину, Кэт почувствовала исходящее от неё тепло и доброту. Волосы приятно пахли корицей и яблоками, что сразу дарило ощущение уюта и комфорта. — Ты же знаешь, у этого не выпытать ничего, если он не захочет. Ходж, стоявший сзади, закатил глаза. Он упирался одной рукой о стол, на котором стояла ароматная шарлотка. Она так и соблазняла взять кусочек. — Куда? А руки мыть! — Не включай маму, — он начал разрезать пирог, не обращая внимания на Марту. — Stronzo. Ишь ты, вымахал, и думает, что он тут командир. — Это мой дом. — А это моя шарлотка, — гордо заявила женщина, упирая руки в бока. — Хоть бы даме предложил. — Я просто боюсь, что это единственный кусок, который мне сегодня может достаться, — Ходж взглянул на Кэтрин, одарил её мягкой улыбкой, а затем с аппетитом откусил кусок пирога. — Давайте хоть чаю сделаю. Марта принялась возиться с кружками, а Кэтрин села поближе к мужчине. Он дал ей откусить кусочек, после чего глаза девушки загорелись огнём. — М-м-м, как вкусно! Даже у моей мамы шарлотка была не такой вкусной. Марта, ты кудесница. — Спасибо, солнышко, — она улыбнулась Кэтрин, а потом перевела взгляд на Ходжа. Она сощурилась и сказала: — А кто-то не ценит это и питается всякой гадостью с улицы. — Это сейчас прозвучало так, будто я на помойке с вороной за кусок хлеба дерусь. — А чем ваши Макдокальсы отличаются от помоек? — Макдональдсы, — поправил её Ходж. — Один хрен. — Я вообще не причём. Меня заставили. — А ты на девушку всё не перекидывай. Неси ответственность за свои поступки сам. Кэтрин сидела и тихо посмеивалась. Они действительно напоминали бабушку и внука. Было забавно наблюдать за тем, как Ходж пытается что-то объяснить или оправдаться, а Марта постоянно найдёт до чего докопаться. Перед уходом женщина сказала, что приготовила и где оставила, в конце добавив: «если кого-то это интересует». Ходж тяжело вздохнул, но ничего не ответил. Оставшись наедине, они выпили чай с пирогом, как самые порядочные люди. Кэтрин также успела порыскать в холодильнике и отыскала там яблоко. Холод неприятно ударил по зубам, но та не обращала на него большого внимания. Вскоре Ходж и Кэтрин уже стояли у кухонного стола, окружённого разноцветными пакетами с зёрнами кукурузы. Ходж внимательно читал инструкцию на обороте пачек, а Кэтрин доставала большую сковороду. Она включила плиту, и масло начало плавиться в кастрюле, издавая приятный шум. Кэтрин аккуратно добавила зерна и накрыла кастрюлю крышкой. Она постоянно встряхивала её, чтобы предотвратить пригорание зёрен. Ходж достал откуда-то упаковку солёной карамели и налил немного поверх будущего попкорна. Когда зерна начали взрываться по крышкой, наполняя кухню ароматом свежего попкорна, Ходж взял большую миску, а Кэтрин аккуратно высыпала горячий попкорн в неё. Бейкер в это время принялся за фруктовую тарелку. Он нарезал дольками яблоки, клал кусочки арбуза, клубнику, спелые виноградные гроздья и несколько жменек голубики. Когда всё было готово, а попкорн был разложен по спискам, они, собрав все закуски, поднялись на второй этаж, прямо в спальню мужчины. Пока Кэтрин красиво и удобно расставляла всё на кровати, подготавливая так же само место, Ходж занимался поиском фильма. Время от времени он советовался с девушкой, спрашивая её мнение. Остановившись на выборе лёгкой комедии, они решили сменить повседневную рабочую одежду на более домашнюю. Ходж, естественно, надел свои серые спортивные брюки и белую майку. Кэтрин, как самостоятельная женщина, позаимствовала у него на время —навсегда — рубашку, которая была ей чуть выше колен. Закатав рукава, так, чтобы они не мешали ей, Кэт довольно устроилась на кровати. На первых минутах фильма девушка быстро разделась со своим популярном, в отличие от Ходжа, который растягивал удовольствие. Тогда Кэтрин принялась воровать у него из миски. Она время от времени дотягивалась рукой, беря в ладонь как можно больше. Со временем Бейкер смирился и поставил миску между ними. — Подожди, а где сова? — внезапно спросила Кэтрин посередине фильма. — Какая? — не понял Ходж. — Твоя. У тебя же сова должна быть. Сириус. Что-то в последнее время я её не видела. — А, ты про него. Он сейчас находится в Южной Каролине. — Ему дома скучно стало? — Он выполняет свою биологическую функцию: размножается, — увидев вопросительный взгляд Кэтрин, пояснил: — Там есть люди разводят различных птиц и животных. Они долго не могли найти домашних, прирученных сипух. По какой-то цепочке из знакомых они узнали про меня и Сириуса. Таким образом, он теперь там почти месяц у них находится. Насколько я понял, их пассия очень привередлива и не оценила кандидата. Но хозяева решили дать шанс, оставив их жить вместе. Авось что-то получится. Если не срастётся, то где-то через две недели Сириус уже должен будет вернуться домой. — Скучаешь по нему? — Немного. Сперва было непривычно, что по дому никто не летает и не разбрасывает свои перья. — Представляю: сидишь ты, завтракаешь, а тут Сириус у тебя над головой пикирует. — В целом, всё так и есть. Они продолжили смотреть фильм, больше не отвлекаюсь на разговоры про сипуху. В какой-то момент Кэтрин решила, что есть жизненно необходим ещё один кусок пирога. Она быстро сбегала на кухню и, решив не размениваться на маленькие кусочки, взяла всю шарлотку с собой наверх. Ходж, увидев Хилл, рассмеялся и слегка подвинул другие тарелки, чтобы туда поместился пирог. Когда животы были набиты, они стали больше уделять внимание тому, что происходит на экране. Кэтрин опустила голову на плечо Ходжу, наслаждаясь моментом. Временами они обсуждали сюжет, персонажей и моменты фильма, делясь своими мыслями и эмоциями. Они много смеялись, иногда до такого, что было трудно дышать. — Мурашки по коже бегут, когда мужчина говорит своей женщине: «Ты моя», — сказала Кэт, чем привлекала внимание мужчины. — Вообще, фраза «ты моя» может быть воспринята как попытка контроля или ограничения личной свободы другого человека. Человек разрушает личных границы и свободу своего партнёра. Кэтрин закатила глаза и тяжело вздохнула. Она посмотрела в сторону окна и подпёрла голову рукой. Её взгляде читалось ясно: «Зачем я это сказала». — Ты душнила, я же тебе говорила об этом? — Если уж на то пошло, стилистически корректно будет употреблять термин «зануда», так как слова «душнила» в словаре нет. Кэтрин не выдержала этого наплыва занудства и поучений, поэтому взяла подушку и ударила ею Ходжа. Тот на секунду замолчал и вопросительно посмотрел на неё. Кэт, пользуясь его замешательством, нанесла ещё один удар. Тогда Ходж быстро достал из-за своей спины подушку и с размаху ударил ею Кэтрин. Удар был достаточно сильным, что она не ожидала этого. Тогда Хилл настроилась на серьёзную битву. Она начала часто и сильно бить подушкой мужчину, пока тот защищался. Силы Кэт ушли довольно быстро, а Ходжу Это только сыграло на руку. Он начал атаковать её со всех сторон, когда она могла только закрывать своё лицо, не скрывая улыбки. Когда Ходж сел верхом, Кэтрин залезла ему под майку и попробовала пощекотать, но это было бесполезно. Тогда Бейкер хитро улыбнулся, и сердце девушки забилось быстрее. Она попыталась вырваться из его плена, применяя в действие один из приёмов, которому Ходж сам её научил. Попытка оказалось удачной, но лишь на пару секунд. Мужчина схватил её и притянул обратно к себе, начиная щекотать. Кэтрин сначала смеётся, но затем начинает выходить из себя от щекотки, просит его остановиться. Она скручивается в различных позах, пытаюсь убежать от его рук. Дотянувшись до подушки она начинает бить им Ходжа. Это помогает немного, поскольку он теперь не может нормально сосредоточиться. Кэт продолжала его лупить, пока они оба не устали. Они устало легли на всю кровать, пытаясь перевести дыхание. Улыбки не сходили с их лиц. Этот вечер стал для них особым.