Болезнь

      С момента начала сожительства Люмин и Сяо, который по нескольку раз в день менял форму, прошло уже 4 дня. За это время девушка уже перестала так сильно пугаться резких метаморфоз своего соседа. В целом их взаимоотношения были нейтральными, но Сяо из вредности делал всякие мелкие пакости в теле кота, а Люмин за это ругалась на него. Одна из таких ситуаций была вчера вечером. Люмин, как обычно, вернулась с работы в шесть. Дома её ожидал неприятный сюрприз в виде кота-Сяо, который увлечённо грыз один из осенних ботинок девушки. Стоило хозяйке дома переступить порог, как наглый котяра моментально испарился с места преступлени – Сяо! – возмущённо позвала Люмин. Видимо решив, что угроза ещё далеко, адепт показался на другом конце коридора и с неким превосходством посмотрел оттуда на девушку. Будь он в теле человека, непременно бы улыбался самым мерзким образом. – Тебе ж там вроде пара сотен лет, а ведёшь себя как капризный ребёнок! – продолжала ругаться Люмин, параллельно разуваясь и составляя обувь ровно на подставку. – А ты мне отдай свой кошмар, и я отстану… может быть, – буркнул парень, который снова непроизвольно трансформировался из кота в тело человека. Этот процесс был довольно неприятным — адепту не нравилось от слова совсем. – Обойдёшься! – фыркнула девушка и, пока Сяо приходил в себя после смены формы, подкралась к нему и плеснула за шиворот его ханьфу немного холодной воды из бутылки, которая была у неё в одной из рук. – Совсем сдурела?! – заорал он от неожиданности. – Ты как смеешь так обращаться с древним адептом?! В моё время тебя бы казнили! – Ты тоже не ведёшь себя как подобает «древнему адепту», – хихикнула Люмин и быстро убежала к себе в комнату, где заперлась на замок. Позже весь вечер они продолжали спорить из-за мелочей да и просто так, без особой причины. С появлением в доме строптивого адепта тишина стала редкостью, так как Сяо то и дело доставлял хлопоты Люмин, и на этой почве они постоянно спорили и ругались. Никто из них ни за что бы не признался об этом вслух, но в тайне обоим нравились эти перепирательства, это было даже весело.

***

К концу недели Люмин заболела. Кто-то из коллег пришёл в офис с кашлем, а сейчас, в сезон простуд, это было фатальной ошибкой. С работы девушка пришла с ужасной головной болью и даже не заметила подобие красной дорожки из разбросанных полотенец, ведущей в гостиную. Не раздеваясь, она тут же пошла на кухню, где в нижнем ящике холодильника стала искать обезболивающее и противовирусные таблетки. Сяо хмуро наблюдал за этими поисками, опираясь на косяк кухонной двери. Ему было обидно, что его мелкую пакость не оценили. – Ты помирать собралась? Может тогда в качестве завещания отдашь мне свой сон? – негодующе протянул последние слова. – Сяо, отстань. Мне не до тебя и твоего глупого юмора, – устало выдохнула Люмин. Она выпила нужные лекарства и прошла мимо оскорблённого адепта, не реагируя на него вовсе. Парень проследовал за ней в её комнату и проследил желтыми глазами, как она ложится на кровать и, укутываясь в одеяло, тут же засыпает беспокойным сном. В своей долгой жизни адепт всегда жил на расстоянии от людей и лишь питался некоторыми из их снов. Сейчас же для него было непривычно видеть человека, сражённого болезнью. Он лишь из рассказов других адептов знал об этом и о том, как люди заботились друг о друге в такие моменты. Исходя из этих скудных знаний, Сяо нашёл чистое полотенце и в ванной смочил его прохладной водой. Вернувшись в комнату, он сначала неуверенно коснулся лба спящей девушки, тут же убирая руку, и ужаснулся от того, насколько тот был горячим. Затем свернул и положил смоченное полотенце так, чтобы оно чуть свисало с головы Люмин, и отошёл на пару шагов назад. Постоял пару минут, прислушиваясь к её дыханию, решил приоткрыть окно, чтобы впустить в комнату свежий воздух. – Чем я занимаюсь… – тихо вздохнул он, но вопреки своим словам из комнаты девушки не ушёл. Спустя ещё пару минут тишины, которую нарушало тихое мычание больной, Сяо решился на более понятные ему методы. Он снова осторожно приложил ладонь к горячему лбу Люмин и прикрыл глаза, концентрируясь на поиске источника головной боли. Его поток энергии аккуратно заткнул пульсирующий очаг, и парень смог почувствовать, как спящее сознание и тело девушки расслабились. – Так будет лучше, – тихо сказал он сам себе, открывая глаза и отнимая свою руку от её лба. Неуверенно потоптавшись у кровати, он бесшумно запрыгнул на подоконник. За окном было безоблачное вечернее небо, которое закатное солнце окрасило в малиновый цвет. Всю ночь Сяо провёл на этом подоконнике, иногда лишь слезая оттуда, чтобы заново смочить полотенце и вернуть на лоб девушки. В остальное время он смотрел на звёзды, сравнивая их с теми, что остались в его воспоминаниях о прошлых столетиях. Ближе к обеду следующего дня Люмин открыла глаза. Она чувствовала себя в разы лучше. – Жива? Какая жалость, – усмехнулся адепт в своей привычной манере. – Ты позаботился обо мне? – искренне удивилась девушка, прикладывая ладонь к мокрому полотенцу у себя на лбу. – Спасибо, – смутилась она. – Я не хочу жить в одном доме с трупом, – едва слышно пробубнил Сяо себе под нос. Люмин ещё какое-то время смотрела на парня, который, сидя на подоконнике, старательно делал вид, что ему крайне интересны копошения соседской собаки на ближайшем участке. После желудок девушки подал признаки жизни, и та решила пойти позавтракать, но не учла, что её организм был ещё слаб. Стоило ей сделать пару шагов, как у неё закружилась голова и тело устремилось к полу. Сяо еле успел поймать её за долю секунды до падения. – Куда это ты решила двинуть? – возмутился он. – Я есть хочу, – тихо пробормотала Люмин, пытаясь обратно встать. Этого сделать ей не дали — Сяо подхватил её на руки. – Эй, поставь меня, я и сама могу дойти! – потребовала девушка. – Обойдёшься. Грохнешься ещё по пути, и все мои ночные труды насмарку, – возразил Сяо и понёс её на кухню. Там он усадил свою «пациентку» на диванчик у стола, а сам начал шариться в холодильнике. Спустя 5 минут перед Люмин стояла тарелка с овсяной кашей, к которой были нарезаны кусочки яблока. – Спасибо. – Тихо поблагодарила девушка и принялась есть. – Очень вкусно – Смотри не подавись от благодарности, – фыркнул Сяо. Весь оставшийся день Люмин провела дома под пристальным наблюдением адепта, который не позволял ей делать почти ничего. Он, конечно, оправдывался тем, что свой труд он ценит и пропасть даром ему не даст, но что-то внутри девушки подсказывало ей, что это всего лишь отговорки.