Глава 3. Охота

You follow Your sorrows For better days we’ve waited for how long How long? You follow your sorrows We spiral downward endlessly But is the bottom where we’re meant to be? ©Currents — Better days

      — Тебе никогда не казалось, что мы в этом городе как в ловушке?       Бëль замахнулась и что есть силы кинула камушек, который стремительно скрылся в синеве волн, словно его и не было вовсе. Порывистый ветер то и дело поднимал вихри песка, гнал рваные тучи, через которые прорывались солнечные лучи. Джисон лежал рядом, прикрыв лицо панамой, и не спешил отвечать на заданный вопрос. Девушка бы поверила, что он спит, если бы пару минут назад не смеялась вместе с ним, наблюдая за тем, как один из друзей эпично рухнул плашмя в воду. Хан, конечно, был способен уснуть в любом месте, но не настолько быстро.       — Я знаю, что ты не спишь.       Бëль стянула с лица Джисона панаму и надела себе на голову. Хан недовольно заворчал, поморщившись от солнца, которое как назло пробилось через облака. Не дождавшись даже намека на вину за наглое вторжение в личное пространство, он сёл, а влажные волосы забавно торчали во всё стороны.       — С чего вдруг такие серьёзные вопросы?       — Не знаю. Я всё ещё думаю о том, что зря отказалась от подработки в Пусане. Но в то же время, когда я училась там, то и дня не проходило без мыслей о доме. Порой мне казалось, что я просто помешалась.       Бëль не отрывала взгляд от моря, но всем естеством чувствовала изучающие и бегающие глаза Джисона. Она понимала, что он точно не разделял её мнения относительно родного города. Ан Бëль бы соврала, если бы сказала, что не любила свой дом. Но иногда всё вокруг теряло краски и казалось до невозможного неестественным.       Словно они — персонажи игры, и кто-то незримый управляет всем по своей прихоти. В такие моменты необъяснимая тревога липкой паутиной окутывала сердце, заставляя оборачиваться и всматриваться в темноту в поисках потусторонних силуэтов. Но парадокс заключался в том, что каждый раз, покидая пределы города, Бëль испытывала невероятную тоску по дому. Иногда настолько сильную, что становилось плохо. Что-то неведомое тянуло назад.       — Ты не помешалась, это вполне нормально, тут прошла вся твоя жизнь.       — Не знаю. По мне так странно. Иногда тоска была очень сильной, и мне было плохо. Но и здесь мне тесно. Похоже, будто я схожу с ума.       Понимая, что настроение Ан Бëль стремительно падает к отметке «безысходность», Джисон сгреб её в жаркие объятья. Девушка расслабленно выдохнула. Хан обладал невероятным умением развеять любые тревоги. Своей широкой улыбкой, шутками, взглядом или объятьями. С ним любая проблема казалась мизерной и не стоящей внимания.       — Если хочешь, можем поехать в Пусан раньше начала семестра. Не думаю, что Аëнг будет против.       — Онни точно не будет, а вот твои родители. Да и ты сам не очень любишь лишний раз уезжать отсюда.       Джисон пожал плечами, а затем, облокотившись подбородком о макушку Ан Бёль, задумчиво заговорил:       — Ты права, не люблю. В больших городах слишком много людей. Даже если собрать всех туристов, которые обитают здесь в течение года, будет ничтожно мало в сравнении с тем же Пусаном. Здесь гораздо спокойнее и тише, все друг друга знают. Но мне будет приятно, если ты будешь чувствовать себя лучше, а родителям я придумаю, что сказать.       — Спасибо.       Ан Бëль накрыла ладони Джисона своими, наблюдая за тем, как подруги отчаянно боролись с ребятами, которые так и хотели обрызгать или затащить на глубину. Солнце, выглядывающее из-за плывущих облаков, переливалось на волнах сотней бликов. Бëль чувствовала размеренное сердцебиение Джисона, всё больше погружаясь в сладкое спокойствие. Почти убаюканная, она не сразу среагировала, когда Хан расцепил объятья, но лишь для того, чтобы подняться и подхватить девушку на руки.       — Хватит киснуть. Время веселья.       Ан Бëль слишком поздно осознала, что ей грозит.       — Не смей!       Девушка попыталась вырваться из хватки, но Джисон лишь крепче прижал её к себе и со всех ног бросился навстречу морю. Довольно улыбаясь под аккомпанемент криков Бëль, они вдвоём влетели в воду. Прохладные волны радушно приняли их в объятья.       Пока парни одобрительно хлопали, девушки решили воспользоваться шансом и выбежать на сушу, но одна за другой были пойманы и брошены в воду вслед за подругой.       Лето было в самом разгаре.       Солнце играло с морем в прятки. Ветер гнался за песком. Тревоги появлялись и тут же исчезали. Им попросту не за что было зацепиться. Горячие сердца были открыты миру, наполнены смехом и любовью, словно набитые конфетами карманы у ребёнка. Впереди ещё столько возможностей и невероятных событий. Тем летом никто даже подумать не мог, что одно сердце умолкнет навечно, а второе будет безвозвратно разбито.

***

      От реального мира Ан Бель отделяла толща темноты. Словно погруженная под воду, она старательно пыталась всплыть на поверхность, но сил не было. Гомон голосов доносился откуда-то издалека, невозможно было разобрать слова. Тело не слушалось и казалось невероятно тяжелым.       Резкий запах нашатыря, подобно вспышке молнии, разорвал черноту и вытянул на поверхность. Виски пульсировали от боли, тошнота подкатывала к горлу. Резко подскочив, Бëль сделала рваный вздох. Перед глазами всё плыло, но она уже была в сознании, а значит, скоро всё должно нормализоваться.       Воспоминания обрывками вспыхивали в затуманенном сознании. Вечер, ярмарка, подруги с сестрой, шатёр гадалки… Выпавшие башня и десятка мечей.       Ужас вновь ворвался в мысли, вороша и искажая. Фрагменты произошедшего всплывали, вновь рисуя кошмарные образы. Паника наступала семимильными шагами, и Бëль оглянулась.       Они были на улице, совсем рядом с этим злосчастным шатром. Там, где сидел древний безумец со страшными картами. Подруги столпились вокруг, беспомощно смотря то на Ан Бёль, то на медика.       — Милая, все хорошо, успокойся.       Аёнг приобняла Ан Бёль, пытаясь отвлечь внимание на себя. Паника медленно зарождалась в её сердце. Не о таком завершении вечера она думала. Девушка со страхом посмотрела на медика, который в отличие от других был воплощением спокойствия. Посветив в глаза фонариком, доктор попросил Бёль проследить за указательным пальцем. С трудом сдерживая шквал эмоций, девушка выполнила все требования.       — Может, стоит отвезти её в больницу?       — Не вижу причин. В шатре было душно, вас много, неудивительно, что Ваша сестра потеряла сознание. Отдых и свежий воздух сделают своё дело.       — Спасибо.       Как только доктор ушёл, девушки тут же окружили Ан Бёль то и дело касаясь, чтобы успокоить. Но это произвело ровно противоположный эффект. Пугающая до глубины души картина всё ещё отчетливо стояла перед глазами. Бёль была уверена, что вот-вот шатер распахнется, и оттуда покажется смеющийся старик, а в его скрюченных, дрожащих пальцах будут те самые карты. Вскочив со скамейки, девушка испуганно попятилась, паника затягивала на шее удавку, сердце билось так сильно, что сотрясало всё тело.       — Ан Бёль, стой.       — Нет!       Споткнувшись о бордюр, девушка полетела на землю, но от жесткого приземления её спасли крепкие мужские руки. Судорожно всхлипнув, Ан Бёль удивленно посмотрела на своего спасителя. Нос защекотал яблочно-лимонный запах с нотками мяты. Мгновение, и девушка была уже на руках.       — Я бы посоветовал пока что так активно не двигаться.       Ни один мускул на лице Кристофера не дрогнул, а глаза источали невероятное спокойствие. Сил что-то говорить не было, но паника заметно ослабла. Бёль только и оставалось, что позволить молодому человеку донести её до скамейки. Усадив девушку, Бан отошел, пропуская взволнованную Аёнг к сестре.       — Детка, что случилось?       Ан Бёль облизала пересохшие губы и снова покосилась на шатер. Ее сердце пропустило удар, когда полы поднялись. Сознание вновь стало вырисовывать ужасающие сцены, но на улицу вышел Ли Минхо, а следом — Ким Сынмин. Всё такой же отрешенный и спокойный, в нем не было даже намека на древнего старца. Ли Ноу же был явно чем-то обеспокоен. Остановившись рядом, он протянул Бёль стакан воды. Сынмин остался поодаль, не выказывая особого интереса к происходящему.       Забрать стакан из рук Минхо оказалось непосильной задачей. Пальцы тряслись и совершенно не слушались. Как бы Ан Бёль не старалась, тело отказывалось выполнять самые простые действия. Потупившись на беспомощные руки, девушка снова тихо всхлипнула. На помощь поспешила Аёнг.       — Давай я.       — Нет, пусть сама.       Ли Минхо вручил стакан Аёнг и присел перед Ан Бёль, аккуратно, почти невесомо накрывая её трясущиеся руки своими. Теплые и мягкие. Внезапно вспомнилось, как он нежно гладил своих котов, тем самым успокаивая во время визитов к ветеринару.       — Посмотри на меня.       Мурчащий голос был тихим, чарующим. С ним приходило спокойствие. Ан Бёль послушно перевела взгляд на Минхо. Его глаза кофейного цвета не выглядели угрожающе. Смотря в них, девушка не хотела бежать и прятаться, а тревога медленно отступала под натиском заботы. Ли Ноу осторожно сжал пальцы Бёль.       — Ты сейчас будешь дышать вместе со мной, хорошо?       Ан Бёль кивнула и старательно попыталась подстроиться под размеренное дыхание Минхо. Весь мир вокруг исчез, осталось лишь тепло рук. С каждым вдохом паника отступала, сознание прояснялось. Слабая улыбка Ли Ноу придавала уверенности, недавний кошмар уже не казался таким ярким и устрашающим.       — Вот так. Видишь, ты в безопасности, всё закончилось.       И Ан Бёль верила каждому слову. Ей ничего не угрожало, она была под защитой. Теперь случившееся казалось до безобразия смешным.       — Хорошо, а теперь выпей воды и расскажи, что случилось. И помни, что тебе больше ничего не угрожает.       Ли Минхо разжал пальцы и медленно поднялся. С трудом, но Ан Бёль наконец-то удалось взять стакан воды. Осушив его залпом, девушка закашлялась.       — Когда вы все вышли, Сынмин сказал мне нечто пугающее.       Аёнг удивленно посмотрела на сестру, словно услышала от нее нечто странное.       — Погоди, о чем ты? Мы не выходили из шатра.       Теперь же настала очередь удивляться Ан Бёль. Это можно было принять за очень глупую шутку. Но недоумевание сестры не было фальшивым. Аёнг бы никогда не стала так шутить. Девушке стало неловко из-за своего предположения, но всё равно продолжила:       — Сынмин вытянул мне две карты и попросил вас всех уйти.       — Я не успел вытянуть карты для тебя и, уж тем более, не просил никого выходить.       Ан Бёль снова ощутила себя ничтожной. Она словно проснулась в другой реальности, где история приняла совершенно иной поворот. Паника начала наступать. Не могло же ей это все привидеться?       — Ну как же, я осталась последней, подошла к Сынмину. Он вытянул башню и десятку мечей, и попросил вас уйти. А потом наговорил всякого. Я испугалась.       К концу рассказа Ан Бëль растеряла всю уверенность в происходящем. Замолчав, она уставилась на руки, нервно сжимающие ткань брюк. Не нужно было видеть лица подруг и сестры, чтобы понять, что все, как один, отражали полное недоумение.       — Бëль, ты потеряла сознание, даже не успев подойти к Сынмину.       Девушка тяжело выдохнула, но взгляд не подняла. Ещё утром она была уверена, что справится без психотерапевта. И ведь всё было не так плохо, но теперь у неё только прямая дорога в комнату с белыми мягкими стенами. Внезапно Сынмин спросил:       — Кто-то из вас увлекался раньше Таро? Ан Бëль?       Девушка растерянно осмотрела подруг. Никто из присутствующих здесь в Таро абсолютно не разбирался.       — Чон Сонхва когда-то давно. Но её сегодня с нами нет.       — Она рассказывала про карты и их значение?       Бëль не понимала, почему это вызвало у Сынмина такой интерес, но и что-то скрывать не было смысла. Рой мрачных мыслей стремился взорвать голову. Вопросы слабо, но всё же отвлекали.       — Да, но я вряд ли сейчас расскажу хоть что-то.       В разговор встряла Ча Ëн:       — К чему эти вопросы?       Сынмин устало вздохнул и посмотрел на девушку так, словно уже всё подробно рассказал и явно не горел желанием слушать глупые вопросы, повторно разжевывая.       — Подсознание Ан Бëль могло сыграть с ней в злую шутку. В момент сильного нервного истощения оно просто выдало информацию, которая была когда-то давно усвоена. Естественно её приукрасив. С другой она видела то, чего не было.       Ан Бëль неуверенно посмотрела на Аëнг, в глазах которой плескался океан тревоги. Легко было догадаться, о чем она думала. Дела не то чтобы плохи, они неслись на огненной вагонетке в самую глубь шахт, а рельсы вот-вот должны были закончиться.       Сомнения терзали, ведь девушка видела происходящее так чётко и осознанно. Тогда что насчёт старика? При любом раскладе это галлюцинации. Игнорировать случившееся не выйдет.       — Нужно было успокоить, а не пугать, Сынмин.       Голос Кристофера, подобно освежающему ветру, обволакивал и прояснял мысли. Бëль украдкой посмотрела на молодого человека. Всё такой же статный, в расслабленной позе, он, как и Сынмин, не отражал общего беспокойства. Но в отличие от отрешенного таролога, Бан явно пытался увести разговор в другое русло, дабы не создавать ещё более угнетающую атмосферу. Их взгляды пересеклись, и Кристофер улыбнулся в попытке внушить девушке хоть какие-то крупицы спокойствия. Было бы настоящим кощунством отрицать, что у него получилось.       — Я лишь сделал предположение. Дам совет: в данной ситуации правильнее всего стоит обратиться к специалисту. Кто знает, что может показаться в следующий раз.       Не прощаясь, Сынмин развернулся и стремительно зашагал в сторону шатра, вскоре скрываясь от посторонних глаз. Ча Ëн недовольно фыркнула:       — Грубиян.       Аëнг неуверенно оглядела присутствующих. Взгляд невольно задержался на Ли Минхо, который стоял ближе всех. Задумчивый, он словно ушёл в себя, прогоняя в голове варианты происходящего. Но, видимо, почувствовав, что за ним наблюдают, слегка встрепенулся. Посмотрев на Аëнг, он подарил ей слабую улыбку.       На мгновение стало легче, но тревога за сестру снова стремительно накатила огромной волной.       — Девочки, думаю, пора расходиться. Подождём, пока вас родители заберут, и сами поедем.       — Не стоит, я уже написала отцу, он скоро будет здесь.       Ча Ëн внезапно отделилась от общей группы и аккуратно присела рядом с Аëнг.       — Я бы хотела поехать с вами.       — Хорошо.       Ан Бëль сверлила взглядом землю, особо не вникая в суть разговора. Сознание металось, словно загнанное животное, отрицая, что всё случившееся — галлюцинация. Опуская часть со страшным стариком и двигающимися картами, всё казалось до одури реальным. Но все эти домыслы вдребезги разбивались о слова подруг и сестры.       Они всё видели.       Голос Кристофера прорвал вакуум и заставил встрепенуться.       — Такси не нужно. Мы с Ли Ноу вас отвезем.       — Мы?       Минхо ответил резче, чем стоило. Он перевёл напряжённый взгляд на Кристофера, который совершенно не поменялся в лице, оставаясь таким же спокойным. Бëль удивлённо смотрела на Ли Ноу. Было в этом напряжённом взгляде что-то ещё. Непонятное, не поддающееся характеристике, но что-то недоброе. По спине пробежались мурашки. Возможно, Аëнг почувствовала то же самое. Стоило ей заговорить, как голос слегка дрогнул:       — Спасибо, но не стоит себя утруждать.       — Ни в коем случае. Считаю, что неправильно не предложить помощь, когда есть такая возможность. Правда, Ли Ноу?       Минхо взглядом прожигал дыры в Кристофере, но тот оставался невозмутимым. Легкая улыбка затронула губы. Немая битва была физически ощутима. Молчание затягивалось, но в конце концов один сдался. И это был не Бан.       — Правда. Если готовы, то пойдёмте к машине.       Бегло посмотрев в сторону девушек, Ли Ноу отвернулся. Бëль почему-то подумалось, что он избегает встречи взглядом с Аёнг.       Прощание с подругами получилось скомканным. Дорога к машине прошла в тяжелом молчании. Минхо шел чуть впереди, не оборачиваясь. Девушкам было неловко пользоваться навязанной вежливостью, хоть и инициатором был Кристофер, которого данная ситуация мало беспокоила. Сохраняя дистанцию, он все же держался достаточно близко, чтобы в случае чего оказать помощь. Ан Бёль все еще чувствовала слабость, цепляясь за руки Аёнг и Ча Ён.       Ауди темно-синего, практически черного цвета обособленно стояла на пустующей парковке. Минхо сел за руль, заводя машину. Кристофер галантно открыл перед девушками дверь. В салоне пахло кожей и вишней, бодрящие нотки лимона и яблока буквально ворвались в автомобиль. Бан обернулся:       — Ан Бёль, как себя чувствуешь?       — Нормально, спасибо.       — Станет плохо — говори, ладно?       Девушка слабо кивнула, положив голову на плечо Аёнг. Усталость накатывала волнами, тихая музыка и запахи — убаюкивали. Ан Бёль то погружалась в сладкую дрему, то просыпалась. Словно на волнах. В моменты пробуждения она ловила на себе то встревоженный взгляд Минхо, то сочувствующий Кристофера.       В очередной раз, когда она открыла глаза, Ан Бёль застала очень интересный разговор.       — Ли Ноу, ты знаешь адрес? Странно, я не слышал, чтобы кто-то его называл.       Аёнг в мгновение напряглась, воздух вокруг словно наэлектризовался. Сон как рукой сняло, но Бёль не подала виду, пристально наблюдая за реакцией Минхо. Ни одна мускула на его красивом лице не дрогнула, лишь руки сжали руль так, что побели костяшки. Но всего на мгновение. Слабая улыбка тронула губы, и Ли Ноу безмятежно ответил:       — Однажды, когда Дори отравился, Ан Аёнг пришлось задержаться на работе. Я обязан был подвезти.       — Ли Ноу, да в тебе всё ещё живет джентльмен.       Аёнг заметно расслабилась. Достаточно странная реакция на, казалось бы, безобидный вопрос. Если только Кристофер не затронул весьма деликатную тему.       Да быть того не может.       Ан Бель медленно поднялась, потирая сонные глаза. Бросив косой взгляд в сторону сестры, мгновенно оценивая ситуацию. Внешне она выглядела спокойно, но алые уши выдавали смущение. Делать поспешные выводы было рано, но спросить стоило. Оставшуюся дорогу они провели в тишине.       Как только машина остановилась у дома девушек, Кристофер помог каждой выйти из салона. Ночной воздух освежал, выветривая остатки сна.       — Ан Бёль, как ты себя чувствуешь? Помощь нужна?       Её словно окутали одеялом заботы, под которым можно было растаять. И хоть слабость почти не чувствовалась, на мгновение Бёль готова была соврать.       — Бан Чан.       Ли Минхо, облокотившись о машину, показывал на наручные часы. Похоже, они все-таки куда-то торопились. Про себя Бёль отметила, что и второе имя Кристофера ей нравилось.       — Сейчас намного лучше. Спасибо, вам правда не стоило тратить свое время.       Чан снова подарил миру восхитительную улыбку с ямочками на щеках.       — Не стоит. Мы не могли оставить дам в беде, к тому же, мне слишком нравиться действовать Ли Ноу на нервы. Что ж, тогда до свидания.       — До свидания.       Поклонившись, Ан Бёль не спеша направилась к входной двери и, остановившись на крыльце, она обернулась. Ауди уже не было, но в воздухе всё ещё витал лимонно-яблочный аромат.

***

      Луна бледным кругом разрывала черноту неба. С трудом прорываясь через густую крону леса, свет скудно освещал зеленую траву. Где-то вдали мерцали огни города. Тишину природы нарушала странная процессия из четверых людей. Руки одного из них были связаны, а на голове плотный тканевой мешок. Содрогаясь от рыданий, он вслепую шел вперед, то и дело спотыкаясь и падая. Троица жестко хватала того за шиворот, подталкивая. Так они дошли до небольшой поляны.       Палачи и обреченный.       Толкнув пленника на землю, один из троицы выхватил нож, хищно блеснувший в лунном свете. Одно движение, и руки были свободны. Следом на землю полетел чёрный мешок. После кромешной тьмы лунный свет казался невыносимо ярким, глаза резало от боли. Страх выжигал всё изнутри, разум кричал о необходимости бежать, но ноги не слушались. Словно кто-то их выключил.       — Пожалуйста, не надо.       Ответом послужил смех. Глаза пленника чуть привыкли к свету, но увиденное лишь сильнее вгоняло в отчаяние. Кругом лишь лес, никто не придет на помощь. Слезы полились из глаз с новой силой, он бросил молящий взгляд на конвоиров. Но сколько бы не пытался присмотреться — ничего не выходило.       Лица превратились в смазанные пятна. Один из них наклонился, сжимая в руке нож. Запястье взорвалось болью, горячая кровь тонкими струями потекла по коже. Вскрикнув, мужчина прижал глубокий порез ладонью. Сердце бешено колотилось в груди, разбивая ребра. Ещё немного, и остановится от страха.       Один из троицы наклонился к пленнику. В районе глаз ярко вспыхнуло два голубых огонька, и мир вокруг исчез. Остался только пронизывающий свет. Он вытеснил боль и страх. Как мотылек летит на свет лампы, так и мужчина подался вперед, завороженный.       — Беги и не оглядывайся, у тебя есть фора в минуту. Успеешь добежать до дуба с белой ленточкой — останешься в живых. Пошел!       Подскочив на ноги, мужчина побежал, даже не зная дороги. Стоило только синим огонькам исчезнуть, на него тут же обрушилась боль и страх, отгоняя разум на самый дальний край сознания. Лес превратился в безобразную кляксу с белыми прорехами лунного света. Полный ужаса вопль вырвался из груди, сердце, казалось, билось в самом горле, слезы лились по щекам. Но пленник продолжал бежать, не щадя ног. Совсем скоро он скрылся среди деревьев. Двое палачей обернулись к третьему, который все это время лишь наблюдал за мрачной процессией.       — А этот неплох, вон, как быстро побежал.       — Ты то же самое и про предыдущего говорил.       — Ну а что поделать, если они действительно быстрые. Им бы в марафонах участвовать.       Третий лишь фыркнул, не обращая внимание на перепалку. Вдыхая тягучий запах крови, он сдерживался, чтобы не сорваться с места. Желанная добыча с такой чистой и сладкой кровью уже давно не попадалась. Гнаться за таким экземпляром — сплошное удовольствие. Тело наполнилось сладкой истомой, мышцы приятно ныли в ожидании забега.       — Смотри, как фонариками замигал. Ну не изводи себя, минута вышла.       С губ палача сорвался утробный рык, и он сорвался с места. В другой бы раз он бы с удовольствием поигрался с жертвой, но запах крови дурманил и манил, что сдерживаться не хотелось. Позволив инстинктам управлять телом, он ускорился еще сильнее. Нагнать пленника не составило труда. Оттолкнувшись от старой сосны, охотник в мгновение повалил свою добычу на землю.       — Нет! Пожалуйста!       Сладкий запах крови с пряными нотками страха будоражил. Не в силах сопротивляться сумасшедшему желанию, палач впился в шею мужчины острыми клыками. Горячая кровь тут же заполнила рот. Словно изнывающий от жажды странник, он припал к живительному источнику. Жадно, неряшливо он пил и пил.       Мир взорвался яркими красками, а тело наполнилось сокрушающей силой. Оторвавшись от уже мертвого мужчины, вампир тяжело задышал. Тело подрагивало от удовольствия. Каждая охота с её ценнейшим трофеем выворачивала наизнанку, принося невероятное блаженство. Ощущения, с которыми не сравнится даже секс.       Услышав приближающиеся шаги, охотник напрягся и предупреждающе зарычал. Должного эффекта это не произвело, парочка вампиров лишь засмеялась.       — Полегче зверь, а то мы от страха умрем.       Мужчины остановились возле трупа, лишь мельком на него глянув.       — Впечатляющая скорость. Жаль, конечно, что в этот раз так несдержанно, а ведь кровь могла быть ещё вкуснее. И ты всё ещё слишком неряшлив.       — Вспомни себя в его годы.       — Не обижай меня, не забывай, с кем говоришь. Родители подарили мне идеальное воспитание.       — Ну, конечно, свет аристократии.       Оба вампира засмеялись, переводя взгляд на все ещё подрагивающего от возбуждения собрата.       — Пошли, молокосос, нужно покормить собачек.

***

      Ан Бёль вздрогнула, вырываясь из цепкой хватки сна. Но как не пыталась, вспомнить увиденное не могла. По крайней мере это был не кошмар, и на том спасибо.       В комнате было очень холодно, и кожа покрылась мурашками. Причин резкого изменения температуры было две: первая — Ча Ён, которая стащила с Бёль одеяло, как будто своего мало, вторая — открытое окно. Девушка не помнила, как его открыла, возможно, подруга или сестра решили немного проветрить комнату, да так и уснули.       Аккуратно, чтобы не потревожить Аёнг и Ча Ён, Бёль сползла с кровати и подошла к окну, ежась от холода. Морозный диск луны одиноко освещал спящий город.       Закрыв окно, она уже собралась было уходить, как заметила на подоконнике несколько капель крови. Страх тонкой цепочкой сомкнулся на шее, но девушка поспешила затолкать его поглубже. Возможно, один из соседских котов поймал птичку и решил полакомиться ею на окне. Такое уже случалось.       Вытерев темные капли салфеткой и выбросив её в мусорку, Ан Бёль поспешила в кровать. Ей хватило ужасов на сегодня. Если она будет пугаться каждой мелочи, то окончательно сойдет с ума.       Осторожно отобрав одеяло у Ча Ён, девушка закуталась в него и прижалась к сестре. Подруга же, проворчав что-то несвязное, обняла девушку со спины.       Убаюканная теплом, Ан Бёль сама не заметила, как заснула.