Часть 2. Эпизод 5. Идёт охота на...

Когда я выходил из богорощи, меня уже встречали мои бравые сподвижники и единомышленники. Грозное воинство Перешейка, способное сокрушить не то что каких-то львоящеров, но и остальной Вестерос в придачу.  Ну, или почти... Встречали меня три десятка готовых к непримиримой битве людей. Не сказать, чтобы много (я надеялся на большее число), но и немало. Видно, репутация все же не оттолкнула многих от меня, не позволив довериться скомпрометированному лорду. Сам я тоже был готов к тем веселым минутам незабываемого веселья, что меня ждет. На одной ноге сверкал новый протез, на другой — надежный сапог. Тело плотно облегала кожаная куртка, украшенная оберегами, на ногах не менее плотные штаны.  Окинув взглядом эту группу доверившихся мне людей, я увидел знакомые лица: Брайс, Донел, Эдрик. Дикона и его людей не было. Что ж, ожидаемо.  Что-то почувствовав, я повернулся и встретился взглядом с Рэйнвудом. Он пристально и недобро смотрел на меня, опершись о стену дома. Чувствую, еще намучаюсь с ним...  Окинув взглядом собравшихся людей и понял, что должен что-то сказать. Как назло, в голову не приходило ничего толкового. Переступил с ноги на ногу, и брякнул первую пафосную хрень, что пришла в голову. — Боги ждут, они смотрят на нас в эти мгновения. Не посрамите себя и своих предков, — сделав морду кирпичом, произнес я как можно серьезнее и увереннее, но внутри мне казалось, что выгляжу донельзя глупо. Кто-то покивал головой, откуда-то мне поддакнули, но большинство осталось безмолвным. Подойдя к Брайсу, я взял у него свое снаряжение для охоты. Чувствуя себя битым жизнью ведьмаком, повесил на пояс пару кинжалов, с левой стороны приделал цепь с добротным, мясницким крюком, взял в руки копье и здоровенный щит. Благо, что и как проходит на охоте я вполне себе представлял, повезло мне с моим тренером. Некоторые из партии охотников взяли с собой луки, однако, большая часть была вооружена схожим со мной образом: копье, которым пытаются проколоть толстую шкуру, и ростовой щит, чтобы не позволить твари вернуться в реку. Во-первых, потому, что при охоте необходим строй, во-вторых, чтобы пробить толстую шкуру львоящера нужен как минимум крупнокалиберный пулемет, которых мало, либо непревзойденная меткость, чтобы попасть в уязвимую часть. Если нам сильно повезет, то мы найдем какую-нибудь молодую, глупую особь, которую получится убить с помощью известной хитрости: засунуть специальный крюк в наживку, наживку заглатывает львоящер. И все. Потом уже дело техники — дождаться пока тварь издохнет, найти и разделать.  Однако, на удачу надеяться не стоит: недавно закончилась короткая зима, во время которой большинство крокодилов впадают в спячку, высовывая из-подо льда свои носы. Самых глупых и неприспособленных, что не смогли хорошо замаскироваться или вовремя отреагировать на атаку, находят «лягушки» и съедают, пользуясь возможностью первого удара и сонным состоянием жертв. — За мной, — бросил я и направился в сторону протекающего недалеко Зеленого Зубца, в водах которого живет самая крупная община львоящеров Перешейка.  С трудом сдержал себя, чтобы не обернуться в попытке посмотреть, пошел ли кто-то за мной. Неприятно засосало под ложечкой. Внутри поселился пока легкий страх. Самое печальное, что и деваться некуда. Надо идти.  Послышался звук шагов и я, слегка расслабившись, поковылял уже с куда большей уверенностью, благо, что маршрут исследовал несколько раз, чтобы не заблудиться. Дойдя до реки, наш отряд разделился, чтобы исследовать окрестности и выбрать подходящее место для будущей засады. Иногда львоящеры вылезают на берег, чтобы погреться на солнышке, но их редко трогают, потому что, почуяв опасность, те сразу уходят в воду. Я шел невдалеке от берега реки и всматривался в мутную воду Зеленого Зубца, пытаясь заметить малейший признак львоящера, однако не преуспел в этом начинании. Да и не особо на это рассчитывал, честно говоря.  Даже опытным и бывалым охотникам, вроде Брайса, не всегда удается распознать затаившуюся добычу. Именно добычу. Впредь даже в мыслях буду так называть львоящеров. Я охотник, а они мои жертвы. Незаметно для меня минул полдень и мы, наконец-то, нашли подходящее место для засады. Небольшой приток, идеально подходящий для нашей затеи.  Развернувшись к соратникам, я уже хотел было отправить самого молодого собирать отряд, когда понял, что не знаю его имени. Стало как-то неловко. — Думаю, это место подойдет для охоты, — сказал я Брайсу. — Да, подойдет. Снега сошли не так давно и львоящеры должны быть голодные после спячки, нужно быть осторожнее. — Собирай всех, — произнес я, повернувшись к парню, чье имя не удосужился узнать. Эта ситуация оставила какой-то не очень хороший осадок в душе, будто я тут первый день. В свое оправдание хочу заметить, что большую часть нашего отряда я все же знал и даже общался. Узнав у Брайса, что паренька зовут Ховлан, ему пятнадцать лет и он сын Эдрика, я постарался запомнить это и сделал зарубку, чтобы похвалить при случае. Совсем скоро начали подтягиваться люди. Несмотря на то, что нас становилось больше, шуму на реке не прибавилось. Все, как лягушки, что притворяются мышками, попрятались по довольно высоким зарослям камыша и осоки. Вместе с основной частью группы вернулся и Ховлан, что нес на спине недовольно ругающуюся на нас овцу. Похоже, бедный парень, как самый молодой, впрягается в то, что остальным делать лень. Привязав на берегу, но в отдалении от воды, бедное животное, Ховлан пустил ей кровь и сделал небольшую красную дорожку до реки, из-за чего крики овечки стали совсем уж истеричными. Вот в куширях мелькнула спина парня, потревожив растения, и все затихло. Только жалобные блеяния животины нарушали тишину. У меня защемило сердце от такого живодерства и издевательства над животиной, но я заставил себя собраться и сконцентрироваться на цели.  Руки судорожно стискивали щит и копье, по лбу скатывалась противная капелька пота. Мне казалось, что в каждую секунду выпрыгнет львоящер и начнется жара. Вот только ни через минуту, ни через две ничего не происходило. Напряжение не отпускало меня, я уже не чувствовал той уверенности, с которой продумывал эту операцию, но понимание того, что назад пути нет отрезвляло. Прошла уже вечность, я весь взмок. Напряженные до предела мышцы и нервы уже сковывал спазм. Я подумал о том, что если сейчас потребуется резко вскочить, то у меня это точно не получиться. Заставил мышцы расслабиться, однако, как только переставал концентрировать внимание на определенной группе мышц, напряжение снова возвращалось. В такой медитации я даже не заметил, как пролетело время, а из глубины вод начал вылезать львоящер. Нет, Монстр. Имнно с большой буквы. Я не сразу его заметил. Сначала только с каким-то недоумением ощутил страх и животный ужас.  Поначалу это сбило меня с толку, потому что я не видел причины и не мог разобраться в своих ощущениях. Он как будто окружал меня и витал в воздухе. Промелькнула мысль о том, что именно так страх ощущают собаки, а затем я заметил Его. Огромная тварь, длиной с автобус, вылезла на берег и неспешно поползла к овце. В ней было не меньше девяти метров, шкуру покрывали прочные роговые пластины, а на морде красовался приметный шрам.  Я сразу узнал его. По его милости я теперь ковыляю на одной ноге и мучаюсь с протезом. Это он снился мне в самых ужасных кошмарах, что не давали покоя. Объект моей ненависти, ужаса и бессилия. От страха не мог даже пошевелиться, он перехватил горло и не позволял дышать. Мне хотелось только одного — чтобы он просто ушел. Пусть он съест эту несчастную овцу и поскорее уйдет. Пусть не заметит нас. В этот момент моих истовых молитв Старым и новым богам, Маре, Дибелле, Кинарет, Акатошу, Аллаху и всем, кого только мог вспомнить, прозвучал звук спущенной тетивы рядом со мной. Для меня остановилось время. Я с ужасом наблюдал как стрела медленно несется к этому реликту, наверное, эпохи Героев, чтобы бессильно отскочить от его чешуи. Во мне еще теплилась крохотная надежда на то, что он просто развернется и убежит обратно в реку, как и подобает порядочному крокодилу при внезапном нападении на суше, но мои надежды были тщетны. Реакция была мгновенна, как будто он знал о нашей засаде и только ждал момента, чтобы мы показались для сокрушительного контрудара. С поразительной для такой туши скоростью он развернулся и резво побежал прямо на меня! Весь план полетел в тартарары.  Я лежал, не в силах пошевелиться. Сознание отстраненно отмечало хлопки стрел, крики людей, шорох травы, но все мое внимание приковали эти огромные зеленые глаза с вертикальным зрачком. Внезапно, сбоку от меня, где и прозвучал первый выстрел, из кустов вылетел Ховлан, что с копьем и щитом на перевес предстал перед этим чудовищем. — Ой, дурррак... — прошипел я.  Как ни странно, но этот безрассудный поступок парня позволил мне очнуться от наваждения и взять себя в руки. Я тоже вскочил, не забыв щит и копье и встал рядом с Ховланом, создав небольшой строй и выставив вперед копье. Не знаю, на что мы рассчитывали, но в следующий миг мы, как кегли в боулинге, разлетелись в разные стороны. Меня приложило по голове своим же щитом, из-за чего в голове зашумело, но я быстро смог прийти в себя только для того, чтобы увидеть бросившуюся на меня тварь. Перекат. Черт! Он схватил меня за ногу! — Ааааааа! — заорал я от боли, ужаса и предчувствия того, что лишусь оставшейся ноги. Меня дернуло в сторону львоящера, но из-за попытки переката, я оказался прямо рядом с основанием его морды. На меня с каким-то кровожадным удовлетворением посмотрел его мерзкий глаз, что оказался рядом. В страхе руки по привычке дернулись к поясу и схватили первое попавшееся оружие. Это оказался крюк с цепью. Я завороженно смотрел в этот глаз, а в следующее мгновение в него со всей силой воткнулся крюк. От боли тварь дернулась в сторону и потрусила к реке, но не выпустила своей добычи. Я почувствовал себя тряпичной куклой, что с лёгкостью мотается из стороны в сторону. Послышался хруст дерева, и я вырвался из плена, гордой птицей полетев на землю. Перед глазами все шло кругом, но я сразу перевернулся, чтобы увидеть моего противника. Почувствовав, что жертва каким-то образом вырвалась, львоящер проглотил мой деревянный протез и уже разворачивался, чтобы закончить начатое, когда с другой стороны на него набросились мои парни.  Оказавший возле головы Эдрик уже хотел всадить копье в уязвимую шею животного, но матерый хищник с легкостью отбросил его в сторону. На львоящера посыпались беспорядочные удары со всех сторон, что заставили его отвлечься от меня. Стремительная атака и быстрый отскок от разъярённого зверя. Удары копей, казалось, причиняют ему только эстетическое неудовольствие, потому что они были не в силах пробить прочную шкуру монстра, бессильно отскакивая. Самые опытные охотники пытались подобраться к голове и нанести удар по оставшемуся глазу или уязвимой шее, но древний хищник знал о своих слабостях и берег их, не позволяя подобраться для уверенного удара. Один не очень умный охотник, видимо от отчаяния, решил засунуть львоящеру копье под хвост, чтобы мерзкая тварь подохла от поруганной чести и заворота кишок, но получил мощный удар хвостом по голове, что заставило ее неестественно выгнуться. Парень рухнул, как подкошенный.  Другой не успел вовремя отпрыгнуть, из-за чего резкий бросок зверя стал для него фатальным. Схватив несчастного за ногу, зверь сначала дезориентировал его двумя рывками в стороны, а потом полностью заглотил своей огромной пастью. Несмотря на свои колоссальные размеры, тварь была на удивление ловкой и чрезвычайно быстрой. Не как лев, но все же. Вероятно, это были бы далеко не последние жертвы нашего отряда, но молниеносно подскочивший к динозавру Брайс продемонстрировал чудо, подобравшись из появившейся благодаря крюку слепой зоны, и выбил оставшийся глаз. В ярости монстр заметался по берегу, но заранее отскочившие люди смогли избежать его гнева. Все, кроме меня. Я привстал на одного колено и был относительно далеко, поэтому поначалу не ощутил опасности, но когда львоящер повернулся в мою сторону и рванул, раскрыв пасть, то понял, что дело — дрянь. Глаза в отчаянии уставились на Брайса и остальных, но они были не в силах мне помочь. Посмотрев еще раз на крокодила, в мою голову пришла безумная мысль. К несчастью, она была единственная.  Подгадав момент, я кувыркнулся в сторону, избегая печальной участи быть съеденным или растоптанным. Будто что-то почувствовав, гигант начал пытаться повернуться в мою сторону, но я, сделав еще один кувырок, схватил чье-то выпавшее в ходе битвы копье, упер его в землю и всадил широкое острие прямо в мягкое брюхо зверя. От силы удара копье просто поломалось, но наконечник слишком глубоко вошел и застрял в плоти. Зашипев, монстр, что до этого передвигался либо ползком, либо на четвереньках внезапно подпрыгнул, видимо, пытаясь избежать боли или удара копья, но было уже слишком поздно. Я в шоке выпучил глаза на такое цирковое представление, но когда он приземлился, то лишь глубже засадил обломок внутрь, конвульсивно задергавшись. Видимо, я задел что-то важное внутри. Какое-то время львоящер еще продолжал бороться за свою жизнь, беснуясь на берегу, но судьба его уже была предрешена. Уже через минуту тварь выдохлась и не была столь активной, еще через минуту она замерла на берегу неподвижной тушей.  Тем временем ко мне подошел Ховлан, которому я на всякий случай доверил запасной протез и уже вскоре я вернул мобильность. Окинув парня взглядом, увидел, что и ему досталось. Рука его, кажется, была сломана, и парень боялся ей пошевелить.  — Ты молодец, Ховлан. Не растерялся, — сказал я ему, попытавшись улыбнуться.  И только сейчас понял, что, наверное, вся левая половина лица у меня — сплошной синяк. Малая цена за такую битву. Все еще опасаясь монстра, люди стали потихоньку подходить и окружать его. Резко подскочив к боку, один из охотников ударил по чешуе и резко отпрыгнул, но не было никакой реакции. После еще пары таких проверок люди слегка успокоились и стали более уверенными.  К морде сверххищника подошел один из охотников, наверное, чтобы нанести контрольный удар, но затаившийся зверь сделал рывок и, казалось, хотел перекусить его пополам, сжав его челюстями. Сбоку молниеносно подскочил Донел и всадил копье в загривок твари, заставив ее выгнуться. Агония длилась еще несколько минут. Люди снова воспользовались тактикой комариных уколов, целя в уязвимые точки, пока выбившийся из сил, ослепший монстр окончательно не затих под шквалом ударов. К несчастью, перекусанному бедняге это не помогло. Нет, он не был прямо перекушен на две части, но от силы сжатия челюстей крокодила казалось, что его положили под пресс. Какое-то время он еще мучался, но почти одновременно с тем, как затих львоящер, умер и он. Из-за такой синхронности показалось, будто они были связаны и, уйдя за грань, монстр забрал с собой души убитых людей.  Какое-то время мы все отходили от стремительного и кровопролитного боя, а затем принялись за разделку туши. Вспороли брюхо, вытащили органы и проглоченного охотника. Кажется, его звали Джонас или Джорах. Во всяком случае все, чем мы могли ему помочь — похоронить с почестями.  Я подошел к морде этого гиганта, не зная, что пытаясь на ней разглядеть. Его размеры поражали. Даже на Перешейке такие огромные особи были редкостью. Одна голова этого монстра была размером почти с человека. Больше метра в длину. Заберу ее себе домой, потом буду внукам рассказывать, как в одиночку одолел зверя. Под такие мысли незаметно прошло время, скоро уже должно начать темнеть, но мы успели содрать шкуру и разделать тушу. Мяса оказалось так много, что пришлось дополнительно посылать за подмогой в Сероводье.  Прибежало еще с пол сотни человек, но даже так пришлось сделать несколько ходок, чтобы перетащить все. Чувствую, сегодня будет большой праздник в честь нашей великой победы. Примечание автора.  Вот и новая глава приключений Лорда Лягушки, который уверенно встал на путь становления настоящим правителем болот и топей:) Немного музыки. Охота на волков. Высоцкий. https://www.youtube.com/watch?v=D_vOsObEASA Спасибо читателям, кто ждет продолжения. Отдельная благодарность Алексею Леснову, что поддерживает работу комментариями и рублем. Помог мне вспомнить, что работу читают и ждут)