Часть 3. Про неудачный день Мицуки и встречу с противниками

      — Я знаю, кто убил Ваших солдат.       Глаза арийца больше походили на пятирублёвые монеты. «Знает… Получается, что вся эта бессмыслица с собранием не нужна? Но если Хиро и знает, что это за монстр — не значит, что он знает также способ, как его победить», — подумал Альфред.       Так и не выйдя за дверь, мужчина стоял, о чём-то задумавшись, потерев переносицу. Вероятно, это было вызвано необычным заявлением азиата. После минутного молчания, немец отошёл от двери, и, не забыв закрыть её, сел на стул, стоящий напротив места Мицуки.       — Я тебя внимательно слушаю, Хиро, — слегка обеспокоенным голосом сказал Рейх.       — Это Лиса-Кицунэ, мой Фюрер, — нейтрально, как всегда без единой эмоции на лице ответила азиатка.       — Кто?! Какая ещё лиса?! — ариец немного повысил тон, и японка вжалась в стул, что не ускользнуло от внимания парня.       Вспомнив о том, что нужно держать эмоции при себе, Альфред прокашлялся и уже более спокойным голосом продолжил:       — Ты утверждаешь, что опытных солдат, арийцев, в конце концов, убило обычное животное?       — Нет, не обычное. Лиса-Кицунэ — персонаж японской мифологии. Если хотите, я принесу Вам книгу, и вы… — не успела договорить девушка, как была нагло перебита Рейхом:       — Так, стоп-стоп. То есть, эта тварь — просто миф, да?       Мицуки вздохнула. Как же ему объяснить, что это не просто миф, а реальное существо?       — Давайте я принесу книгу с легендами завтра, и…       — Я не хочу слушать подобную ересь, Хиро, — снова перебил Альфред японку, оставив вторую смотреть на него глубоко удивлённым взглядом. — Я понимаю, что ты очень привязан к своей мифологии, но нам нужны реальные факты. Поэтому, если найдёшь что-то реально стоящее, сразу говори. И вообще-то я, по-моему, дал это дело на рассмотрение Болгарии с Венгрией. У них мозги лучше всех нас в таких делах работают.       — Но…       — Никаких «но», Японская Империя, — девушка вздрогнула.       Фюрер очень редко называл её по названию страны. Ей волей-неволей стало жутко. Сейчас она, запертая в кабинете с уже порядком взбешённым Третьим Рейхом, ничего не может сделать.       — Я не желаю слушать бред про несуществующих тварей. Всё, вопрос закрыт. До свидания.       Рейх быстро свалил из злополучного кабинета своего союзника. Девушка решила последовать его примеру и прогуляться. В холе было тихо и темно. Видимо, она слишком долго разговорилась с Рейхом, раз уже все шли. Идя по пустынным коридорам, Империи началось становиться жутко. Конечно, мировой агрессор и просто чудовище не может бояться темноты, но по своему опыту Мицуки знает, какие тайны, опасности и твари могут скрываться в кромешной тьме. Шаги эхом раздавались по всему помещению.       Девушка даже не имела представление о том, который сейчас час. Потому она, увидев в единственном окне в этом довольно замкнутом и пугающим в коридоре луну, а точнее полнолуние, очень удивилась. Японка отлично понимает, что подразумевает под себя полнолуние. Всё же в каком-то роде она ведь тоже… такая же, как они. Подойдя поближе к окну, Мицуки сняла фуражку, наконец дав возможность себе расслабиться, почесала за ушком. Звёзды сияли на тёмном фоне безоблачного неба.       ЯИ задумалась. Что будет, когда Рейх поймёт её секрет? Как долго она сможет скрывать свою симпатию к нему? Сколько ещё продлится страдания азиатки от безответной любви? Ответ был только на один вопрос. Даже если Рейх поймёт, кто скрывается под маской молодого, но при этом довольно опытного товарища, Японская Империя к тому времени достаточно продвинется в его глазах. Девушка не думает, что Фюрер её прогонит из-за этого. В конце-концов она является его единственным союзником в Азии. Конечно, он может в любой момент позвать Китая, но тот уже с Союзом, которого Третий безумно ненавидит.       Решив, что её мозги достаточно проветрились, японка пошла обратно в кабинет. Взглянув на часы, она вновь ужаснулась: время было далеко за полночь. Идти домой не выход.       «Значит, сплю здесь», — подумала девушка, но вспомнила, что завтра, вернее через несколько часов она должна быть в идеальном виде и готовая к собранию.       Устало простонав, Мицуки вышла из своего кабинета, попутно запирая его на ключ.       Наконец выйдя на улицу, азиатку чуть ветром не сдуло. Приближающаяся зима давала о себе знать, причём не самым приятным образом.       Оказавшись дома, девушка первым делом начала искать особый корсет, утягивающий грудь. Если она с Фюрером идёт на важное собрание, то вся мешковатая одежда автоматом отменяется. Вскоре, найдя этот злосчастный предмет гардероба, Мицуки попыталась его надеть, что делала она в жизни всего-навсего пару-тройку раз, и то буквально на час-два и всё. Японка застегнула последнюю пуговицу.       Прокрутившись перед зеркалом и поняв, что корсет утягивает не так сильно грудь, как и талию, она перевязала некоторые верёвки и, получив нужный результат, сняла это «средневековое орудие пыток» – как его называла сама Мицуки.       Выбрав одежду на завтрашний день, девушка плюхнулась на кровать. Сразу уснуть, конечно, она не смогла, но ближе к двум часам всё же начала тихо посапывать.

***

      Альфред стоял у дверей в свой кабинет, одетый, как всегда, с иголочки: идеально вычищенные черные ботинки, того же цвета костюм-двойка и галстук, на который крепился дюралевый крест. Пришёл он, естественно, заранее. А вот японка, как только показался из-за стены, шла не спеша, будто прихрамывая. Конечно, Мицуки будет прихрамывать. В конце-концов, сама Никола помогала ей с этим испытанием.       Дойдя по Рейха, японка пожала тому руку, попутно здороваясь. Серые глаза арийца скользнули по её одежде. Дело в том, что в представлении нациста, Хиро обладает более-менее крепким телосложением, а тут совсем худенький.       «Совсем не питаешься, парень, совсем…» — подумал Альфред, рассматривая девушку.       Военная форма, как и всегда, только на этот раз подходящая азиатке по размеру, фуражка и пояс с катаной.       Первый голос подал Рейх:       — Раз ты уже пришёл, то думаю, мы можем идти, — сказал немец, поправив галстук, ещё раз посмотрел на японку и пошёл в направлении к выходу из офиса. В ответ ему было молчание.       Выйдя из здания, Рейх подошёл к чёрной машине, явно новой. Попытавшись открыть дверь в салон и потерпев неудачу, ариец тихо выругался под нос. Наконец открыв злосчастную дверцу, Альфред сел на место водителя. Мицуки, до этого ни разу не ездившая на машине с немцем, впала в ступор.       «Что делать?» — подумала девушка, но громкое «Хиро!» и пару жестов явно намекали на то, что нужно сесть на кресло рядом с водительским.       Она быстро обошла машину и села на нужное место. Когда японка пристегнулась, Третий дал по газам.       Что можно сказать об этой поездке? До того, как перед парочкой не появилась авария, всё было замечательно. Решив, что на остановку у них времени нет, Альфред завернул на обочину.       Первым тишину прервал снова немец.       — Слушай, Хиро, я, конечно, в этот бред не верю, но как ты пришёл к выводу, что убийца — это какой-то мифический персонаж? Волк, по-моему.       — Лиса-Кицунэ, мой Фюрер, — ответила Мицуки, поняв, что сейчас у неё будет возможность объяснить свою точку зрения. — Лиса-Кицунэ — это оборотень, оборачивающийся в прекрасную девушку. Этот монстр, имеющий девять лисьих хвостов, ужасно мстительная. Вообще считается, что раньше каждая такая лиса была девушкой, совершившей самоубийство из-за предательства её парня, жениха, называйте, как хотите. Вместо того, чтобы умереть, она превратилась в жуткого, мстительного монстра, убивающую мужчин только похожих на причину её становления такой.       — Но это же бред полный! Зачем всё принимать настолько близко к сердцу! Агрх… Бабы!..       — Возможно, мой Фюрер.       — Хорошо, но что значит «похожих на причину её становления такой»?       — Ну, к примеру, если бывший нашей лисы — голубоглазый брюнет, то убивать Кицунэ будет только голубоглазых брюнетов.       — Понятно. А скажи, есть какие-нибудь реальные доказательства?       — Да, есть, — «сейчас начнётся шоу «Импровизация», это точно…» — У меня был друг, у него было девушка, но до аномалии жадная и ревнивая. Однажды он встретил другую и, соответственно, решил бросить первую, а та решила самоубийство совершить. Ну и… В общем, через неделю начали находить трупы, по внешности похожие на того паренька. А спустя месяц нашли и его. Также у всех жертв было вырвано сердце.       Уже находясь на территории Дании, они всё ещё молчали. Только лишь сев в вертолёт, японка и немец начали активную беседу. Они разговаривали на всякие темы: погода, настроение, одежда, дешёвые проститутки, еда, всё, что первым приходило в голову.       Приземлившись на специальную площадку, Альфред арендовал автомобиль. Наконец, они подъехали к нужному зданию. Но как только японка хотела открыть дверь и выйти из машины, ариец одёрнул её.       — Хиро, послушай. Если я скажу «бежим», значит бежим; если скажу «стоим», значит стоим; если я говорю «достаём оружия», значит достаём оружия, ясно? — сказал Альфред, останавливаясь перед японкой.       — Да, конечно, но послушайте: если Александр и Джейкоб начнут нападать, то что нам делать, мой Фюрер?       — Думаю, можно начать с того, что ни я, ни СССР первыми не нападут, а вот насчёт вас я не уверен, — послышался так ненавистный Мицуки голос.       О, если бы Альфреда здесь не было, она бы точно дала этому напыщенному американцу в нос, а после зарезала бы катаной. Но, к сожалению, сейчас японке остаётся только посылать в сторону американца гневные взгляды. Джейкоб же воспользовался этим и подошёл ближе к немцу с японкой. Протянув руку Рейху в знак приветствия и ожидая ответа, Джейкоб подмигнул Мицуки. Как же он бесит азиатку! Наглый, напыщенный, самодовольный индюк! Рейх же, пожав ладонь США, схватил вторую руку на кисть ЯИ, тянувшуюся за катаной. Девушка уже готова была достать оружие, но холодная ладонь Фюрера остановила её от ошибки.       — Итак, господа нацисты, прошу за мной. Советский Союз уже ждёт вас в месте нашего заседания. Япония, я буду признателен, если после нашего саммита вы уделите мне минутку, — сказал американец, ведя Рейха и ЯИ за ним в зал заседаний.       Создав приличное расстояние между США и ним с союзницей, он тихо спросил Империю:       — Что этот индюк хочет от тебя, Хиро?       «Если бы я знала, мой Фюрер, я бы не скрывала это от вас, но, к сожалению, мне остаётся лишь гадать, что ему от меня нужно» — грустно подумала ЯИ, посмотрев на Рейха.       Эти серые глаза, отражающие всю жестокость, гордость, презрение к слабым, ну почему, почему ей нужно было влюбиться в мирового тирана?! Хотя, она сама не хуже, напала на страны Азии, США, вступила в Ось…       После минутного молчания, Рейх подумал, что союзник не услышал вопрос и повторил его.              — Хиро? Что США от тебя нужно?       — А? Мой Фюрер, не знаю, если честно.       — Эй-эй! Господа нацисты! Не отставайте! — звучало где-то вдалеке.       Черт! Они потеряли американца из виду! Осталось только ориентироваться по звукам, доносящимся со стороны американца. Дойдя до конца коридора, союзники увидели развилку на ещё три пути. Поняв, что без помощи американца они не выйдут к нужному залу, немец повернулся к Мицуки.       — Нам нужно его позвать. Кто это будет делать? — спросил нацист, смотря японке в глаза.       — Я Вам уступаю, мой Фюрер, — ответила Империя.       — Нет-нет, Хиро, прошу.       — О нет, мой Фюрер, я Вам уступаю.       Этот спор продлился минут пять, пока сам США не пришёл к ним со словами «вы где гуляете?», махнул рукой, чтоб незадачливые ариец с японкой последовали за ним. Ни сказав больше ни слова, вышеупомянутые последовали за американцем.       Наконец придя в зал заседаний, США подсел к Союзу, кивком указав на место напротив их, на который, по идее, должны сесть Третий Рейх и ЯИ. Первый диалог начал, как ни странно, Юхан.       — Кхм… Итак, добрый день, Третий Рейх, Японская Империя, Союз Советских Социалистических Республик, Соединённые Штаты Америки. Перво-наперво я хотел бы сказать, что… — но что хотел сказать швед осталось загадкой, так как тот был прерван Союзом.       — Перво-наперво нужно сказать, что это собрание в первую очередь для меня и нациста. Вас же, — он окинул взглядом Империю и Штаты, — позвали, чтобы я с фрицем не поубивали друг друга. Поэтому сидите и молчите. Итак, главный вопрос — что за тварь нападает на солдат и убивает их. У кого какие идеи?       — А почему это только для тебя и немца? Я, может, как твой союзник, тоже хочу помочь в решении этой проблемы? — воскликнул американец, вскинув брови и смотря на Союза.       — Потому что больше всего жертв на наших территориях, а ты только сегодня узнал о существовании этого монстра, — в той же манере ответил ему коммунист.       — Да ты…       — Что? Что я?!       — Кхм-кхм… — прервал этот ещё не успевший начаться спор Рейх. — Я, конечно, извиняюсь, но не могли бы вы пререкаться где-нибудь в другом месте?.. Что ж, тишина? Тогда я начну: есть какая-то неведомая тварь. Мы так и не поняли, кто это: человек или какое-нибудь потустороннее существо, которое создало нам горы трупов и потрёпанную нервную систему у всех, кто пережил нападение твари. Есть какие-либо выводы?       — Вряд ли это человек. Хотя факт того, что это потусторонняя тварь тоже маловероятен, — ответил СССР.              — Ну знаешь ли, Совок, у нас у каждого есть сверхспособности. Но ты прав, монстры — это полный бред. Только если это не человек, то кто тогда?       — Может, это группа людей, — тихо-тихо, почти шёпотом, сказала Мицуки.       Но после того, как она это сказала, всё внимание было направлено на девушку, отчего ей стало некомфортно.       — Я думаю, твоя теория вполне уместна, и… — задумчивость и смятения промелькнули на лице шведа.       — Хиро, — сказала японка, улыбнувшись уголками губ.       — Да, Хиро. Но вот откуда эти люди и кто и их нанял? Вряд ли это люди из стран Оси, — Юхан нервно покосился на Рейха и Империю. — и вероятность того, что эти люди Антигитлеровской коалиции тоже очень и очень мала. А третьей группы стран в… — швед одними губами произнёс слово «войне», — кроме соблюдающих нейтралитет, нет. Однако я не думаю, что какая-нибудь Португалия или Мексика решат напустить таких людей.       — Но, возможно, это группа людей – некое сопротивление войне, — сказала ЯИ и, будучи уже довольно сильно увлечённой разговором, делая некоторые жесты руками. — По типу: остановите войну, или мы будем убивать ваших людей. Александр, было ли что-то необычное, что Вы нашли в телах трупов? — японка повернулась к коммунисту, ожидая скорейшего ответа.       — Да, у жертв растерзана зачастую грудь. В нём из органов нет сердца, по-моему. А что? — спросил Александр, посмотрев на японку.       — Вот, и у наших тоже этого органа не хватает. А ещё что-то есть?       — Нет, не помню. Но что это нам даёт? — поинтересовался Союз.       — Если продолжать теорию о группе людей, то почему повстанцы вырывали из своих жертв именно сердца?       После вопроса Империи повисла тишина. Александр потёр переносицу, Джейкоб снял и протёр свои солнцезащитные очки, Альфред снял свои пиджак и повесил его на спинку стула, а Мицуки с Юханом неотрывно смотрели друг другу в глаза, будто играя в «гляделки». Спустя минут пять-семь тишина прервалась. Виновником разрыва молчания стал Швеция, первым прекратившая «заглядывать в душу Хиро», как позже сам Юхан начнёт называть после этого мини-саммита.       — Итак, я предлагаю сделать перерыв. Кто за? — после этой фразы все присутствующие в зали подняли руки. — Отлично, единогласно принятое решение. Тогда спустя час ровно на этом месте. Все свободны.       Нацист и коммунист вышли из зала первые, отдаляясь друг от друга в противоположных направлениях. Юхан тоже поспешил удалиться. В зале заседаний остались только Джейкоб и Мицуки. Но тут американец подошёл к двери. Девушка уже надеялась, что США оставит её в тишине и покое, но звук запирания двери на замок убрал все её ожидания. Появился страх.       Недобро улыбнувшись, США начал подходить к японке. И вот, когда между ними осталось сантиметров семь-десять, парень наклонился к азиатке и прошептал ей на ухо:       — Я в курсе, что у тебя течка, Мицуки.