Глава 8. – Награда

      Не обращая внимания на протесты и сопротивление сестры, Беллатриса тащила Андромеду за руку прямиком к слизеринской раздевалке. – Белла, да это неприлично, в конце концов! – шикнула Андромеда перед закрытой дверью, из-за которой доносился мужской гогот.       Беллатриса игриво закатила глаза. – Вы помолвлены. Зайти и пожелать удачи перед матчем – святая обязанность невесты. И её очаровательной старшей сестры, – её рука легла на дверь. – Стой! – отдёрнула её Андромеда. – Но разве прилично заходить к Роди? – Это же Роди. Он мне как брат, – фыркнула Беллатриса, и толкнула дверь.       Виляя бёдрами, она зашла в раздевалку, тут же сорвав одобрительные возгласы слизеринцев. – Привет, мальчики! – играла на публику Беллатриса. – Мы пришли вас поддержать.       С разных сторон послышался смех. – Мы? – У тебя раздвоение личности, Белла?       Она обернулась, и обнаружила, что сестра за ней не последовала. – Андроме-еда, заходи. Они все одеты, – намеренно громко огласила Белла. Её игривый чёрный взгляд упал на торс переодевающегося ловца. – Ну, почти.       Капитан команды оживился. Рабастан наспех принялся застёгивать зелёную мантию. – Ваша поддержка для нас бесценна, мадемуазель, – с ухмылкой отозвался смазливый ловец, и легко чмокнул ладонь Беллы. – Теперь мы просто обязаны выиграть. – Позёр, – со смешком фыркнул Родольфус, зашнуровывая ботинки. Завязать бантик не получилось, поскольку на его спину навалилась Беллатриса и агрессивно потрепала по тёмной макушке. – Ты, что, ревнуешь, Роди? – смеясь, спросила она.       Кадык Родольфуса дрогнул. Он ожесточённо сражался со шнурками, с каждой секундой раздражаясь всё больше. – Было бы к кому, – мрачно буркнул Родольфус, смотря вниз на ботинки.       Он вздрогнул, почувствовав почти нежное прикосновение ладоней на своих плечах. Руки Беллатрисы плавно двигались по воротниковой зоне, вызывая россыпь мурашек. – Прибереги злость до игры, – сказала Белла, разминая его мышцы, как опытный тренер.       В пустом коридоре Андромеда переминалась с ноги на ногу в ожидании сестры. Раздражение и необъяснимая тревога струились по её венам. Она отчаянно боролась с желанием убежать, желательно в самый дальний и тёмный уголок Хогвартса. Позади раздался лёгкий скрип двери. Андромеда выдохнула. – Наконец-то. Почему так долго? – недовольным, но подрагивающим голосом спросила она, ожидая, что в спину прилетит саркастичный ответ сестры. – Ну извини. Салазар бы побрал тех, кто шил эту форму, – послышался голос Рабастана.       Он застегнул последнюю пуговицу на зелёной мантии.       Плечи Андромеды нервно приподнялись. Она прикрыла глаза на долю секунды, чтобы успокоиться, после чего развернулась к Рабастану лицом. – Я думала, что это Белла, – тихо пояснила она, зная, что Лейстрендж уже догадался. Андромеда избегала прямого зрительного контакта, поэтому смотрела, куда угодно, лишь бы не в глаза Рабастана. Её блуждающий взгляд упал на его форму. Она мысленно отметила, что его мантия криво застёгнута, но промолчала. – Ты пришла, чтобы… – начал Рабастан, ожидая, что Андромеда продолжит. – Это идея Беллы, – отрезала она, внимательно изучая старинную плитку на полу.       Рабастан повысил голос, привлекая внимание Андромеды. – Может, хватит уже играть во вредную младшую сестру моей подруги?       Нахмурившись, Андромеда вскинула подбородок. – Что? – Мы скоро поженимся, – сухо сказал Рабастан. – Ты могла бы вести себя как невеста. – Предлагаешь носить белое? – губы Андромеды тронула ухмылка. Рабастан не разделял её веселья. Его кустистые брови нахмурились, а в глазах промелькнуло что-то, что заставило Андромеду поёжиться. – Будь нежной и заботливой. Как и положено женщине, – отчеканил Рабастан, не отводя от Андромеды сурового взгляда.       У Андромеды возникло чувство, будто ей указали её место.       Из раздевалки послышался гул. Дверь снова открылась. На этот раз грациозно выскользнула Беллатриса. Уголок её губ пополз вверх, когда она обнаружила сестру и друга, близко стоящих друг к другу. – Нам уже пора на трибуны, – с ухмылкой напомнила Белла сестре. Девушки уже собрались уходить, но Рабастан словил Андромеду за руку. Она не успела сдержать испуганный вздох. – Ты кое-что забыла, – металлическим голосом сказал Рабастан.       Андромеда в недоумении посмотрела на него. – Пожелай мне удачи, дорогая, – с нажимом произнёс Лестрейндж. – Удачи. Дорогой, – ядовито выдала Андромеда.       Беллатриса и Андромеда протиснулись сквозь стайку надоедливых второкурсников, и уселись в почётном первом ряду. Рядом массивной горой приземлился Аластор, полностью загораживая вид широкой спиной зрителям позади себя. Он протянул подруге пакетик со сладостями в виде шоколадных лягушек. Беллатириса нахмурила брови. – Ал, ты что! Есть на спортивном мероприятии – дурной тон! Ты же не невоспитанный магл, в конце концов, – сокрушалась Белла.       Грюм пожал плечами. – Как хочешь, – его рука нырнула в пакетик и ловко забросила шоколадную лягушку в рот. Беллатриса поморщилась.       Пока Белла не видит, Ал, молча, протянул пакетик Андромеде. Она мягко улыбнулась, взяла сладость, и быстро засунула в рот, пока старшая сестра не увидела.       На поле вышла команда Пуффендуя. Трибуны разразились громкими аплодисментами. Беллатриса скучающе разглядывала по-солнечному жёлтую форму и так и не снизошла, чтобы похлопать студентам другого факультета. Но стоило только мелькнуть зелёной форме, Беллатриса встала с места. Она сложила руки лодочкой у рта и приветственно крикнула. – А орать на ухо соседу этикет позволяет? – скривив губы, прокомментировал Аластор. – Уважаемые спортсмены, выйдите в центр поля и оседлайте мётлы, – объявил тренер по квиддичу. – Лестрейнджи вперёд! – крикнула Беллатриса.       Родольфус и Рабастан одновременно обернулись на голос. Губы Родольфуса расплылись в улыбке, а Рабастан послал подруге смачный воздушный поцелуй. Беллатриса звонко засмеялась, а Андромеда поспешила отвести глаза, чтобы не встретиться с ним взглядом. Но она наткнулась на большие голубые глаза. Людской гул смазался в белый шум. Время, словно остановилось. Андромеда видела лишь голубые глаза и слышала стук собственного сердца.       Тонкс первым разорвал зрительный контакт, почувствовав, как соигрок ударил его в плечо. Тед оседлал метлу и взмыл в воздух, подобно остальным игрокам.       Со свистом тренерского свистка началась игра. Квоффл попал в руки пуффундуйцу, но спустя десять секунду его скинул с метлы Рабастан. Капитан Слизерина, ловко и извилисто, пролетая сквозь «преграды» из пуффендуйцев, совсем близко подлетел к кольцам противника. Он встретился взглядом с Тедом. Хищно ухмыльнувшись, Рабастан прицелился в центральное кольцо.       Андромеда задержала дыхание.       С размаху Рабастан бросил квоффл в правое кольцо. Тонкс успел среагировать, и мяч отскочил от задней части метлы, довольно серьёзно её повредив.       Беллатриса ощутила, как сестра сжала её руку. Несмотря на урон, Тед сумел удержаться. – Цепкий ублюдок, – недовольно прокомментировала Белла. Она погладила Андромеду по руке. – Не волнуйся, Рабастан разделается с ним.       Андромеда ощутила комок в горле. Она отняла руку и спрятала её под серебристо-зелёным шарфом.       Рабастан агрессивно плюнул вниз. Мяч снова попал в руки Пуффендуя.       Издалека Родольфус заметил, как железный бладжер на полной скорости мчится в сторону брата. Родольфус практически лёг на метлу, набирая скорость. Он подлетел к Рабастану и почти у самой его головы отбил мяч. Стук железа о биту заставил Рабастана поморщиться. – Спасибо, брат, – они с шумным хлопком пожали друг другу руки и одновременно отлетели от колец Пуффендуя.       Квоффл оказался в руках у щупленького пуффендуйца. Он явно попал в команду только в этом году.       «Новичок», – плотоядно подумал Рабастан. По-капитански он указал «своим» на необходимую цель. Несколько слизеринцев резко развернули направление, и будто истребители направились на парня. Оценив масштаб трагедии, пуффендуец дал дёру с квоффлом подмышкой.       Аластор произнёс: – Хитрый ход. Наши отрезали его от своих. Загнали в угол на открытом пространстве.       Пуффендуец отчаянно искал, кому же дать пас, но слизеринцы действительно отрезали его от сокомандников. Выход оставался лишь один – забросить мяч в кольцо. Этот охотник был быстрым, но, к сожалению, броски его были слабы. Даже если бы он попытался, мяч с лёгкостью бы поймал слизеринский вратарь.       Пуффендуец вдохнул. И когда охотники соперника были в паре метров от него, пуффендуец просто опустил руки, бросая мяч вниз. Один из слизеринцев нырнул вниз и поймал мяч. Двое же других, будто по негласному приказу капитана, продолжили полёт. Они налетели прямо на парня, «забивая» им гол.       Через полминуты Слизерин забил первый гол. – Да! – воскликнула Беллатриса, размахивая слизеринским шарфом, как плакатом. Аластор и Андромеда аплодировали гораздо сдержаннее.       Перед лицом Рабастана пролетел снитч. Он отмахнулся от него, как от мухи. – Лови. Или мне заняться твоей работой? – раздражённо крикнул он ловцу своей команды.       В дальнейшем квоффл в руках держали только слизеринцы. Они бесконечно передавали друг другу пас, не обращая внимания на мельтешащих перед глазами пуффендуйцев. Основным препятствием служил вратарь Тед Тонкс. Каким-то чудом он всё ещё держался на сломанной метле, да ещё и успешно отбивал броски. Это изрядно злило и команду, и болельщиков Слизерина.       Все были так заняты наблюдением за напряжённой игрой, что никто даже и не заметил, как слизеринка, прикрыв рот рукой, шептала заклинания, которые замедляли скорость квоффла. Это позволяло Теду быстрее реагировать и вовремя отбивать мяч.       Она сама не поняла, как получилось так, что она помогает команде противника. Просто в момент, когда Тонкса чуть не сбили с метлы ударом мяча, Андромеда обнаружила у себя в руке палочку. В следующее же мгновение она уже шептала заклинание.       Время на таймере неумолимо сокращалось. Рабастан в грубой манере забрал у своего сокомандника квоффл. Лестрейндж кружил у колец, ища наиболее красивый ракурс для эффектного гола. – Это квиддич, а не балет, – насмешливо сказал Тонкс, успешно отбивая мяч. Глаза Рабастана налились кровью, словно у быка, который увидел красную тряпку. Он ловко поймал отскочивший мяч.       Через секунду поле наполнил вскрик Теда Тонкса. В его плечо прилетел бладжер, намеренно направленный Родольфусом. – Говоришь, не балет, а сделал такой пируэт, – огрызнулся Рабастан, с садистским удовольствием наблюдая за свободным падением пуффендуйца. Без усилий капитан Слизерина забросил квоффл в центральное кольцо. – В матче между Слизерином и Пуффендуем со счётом 2:0 одерживает безоговорочную победу команда Слизерина! – объявил диктор.       Трибуны взревели. Беллатриса бросилась на шею Аластору. Он крепко сжал девушку и приподнял вверх. Как только ноги Беллы коснулись пола, она взялась за Андромеду. Обнимаясь, Беллатриса ощутила влагу на коже. – Ты, что, плачешь, сестрёнка? – с широченной улыбкой спросила Белла. Отмерев, Андромеда тут же стёрла горячую влажную дорожку. – Всё хорошо. Наши победили. Или ты от счастья?       Андромеда кивнула, чувствуя, как подступающие слёзы сдавливают её горло. Она почувствовала, как Беллатриса тянет её за руку. – Пошли к нашим мальчикам.       Беллатриса, Аластор и Андромеда вышли на поле. Слизеринская команда подбрасывала своего победоносного капитана в воздух. Беллатриса, словно ребёнок, прыгала и хлопала в ладоши. Когда ноги Рабастана коснулись земли, он подбежал к Грюму и с рёвом поднял его вверх. – Зверь, – улыбаясь, Грюм потрепал Рабастана по потным волосам.       Родольфус на радостях взял Беллу на руки. – Ты обещал прокатить меня на своей метле, когда вы выиграете матч, – напомнила Белла, с интересом поглядывая на метлу. Квиддич ей никогда не давался, к тому же летать одной она боялась. – Запрыгивайте, миледи, – галантно произнёс Роди, оседлав метлу. Беллатриса радостно уселась позади него, плотно овивая его талию кольцом своих рук. С вскриком «юху-у» они взмыли в воздух.       Андромеда, стоявшая немного поодаль от ребят, заглядывалась на часть поля, которую заняли раздосадованные поражением пуффендуйцы. Она проследила, как колдомедики положили стонущего от боли Тонкса на носилки. Она сделала необдуманный шаг вперёд, но перед ней возник Рабастан. Она едва не ударилась в его грудь, но его пальцы больно впились в плечи. – Где моя награда? – под мужской гогот спросил Рабастан. Он смотрел на Андромеду с хитрым прищуром. Но она не видела ничего. Всем её вниманием завладел отдаляющийся стон вратаря Пуффендуя. Она очнулась только, когда чужие пальцы сжали её щёки и насильно притянули к себе. Андромеда почувствовала, как губы грубо смял Рабастан. Она протестующе замычала, упираясь ладонями в широкую грудь. Но под одобрительное улюлюканье толпы Рабастан лишь углубил поцелуй, проталкивая язык между её губ. Андромеда ощутила вкус пота и соли и поморщилась.       Сполна насладившись моментом близости, Рабастан с громким причмокиванием разорвал поцелуй. Довольное выражение лица слизеринца исказилось, а голова слегка дёрнулась в сторону. Андромеда влепила громкую пощёчину.       Несколько слизеринцев ахнули от неожиданности. Рабастан хрустнул костяшками в кулаке. Моментально среагировав, Аластор подошёл к Рабастану и дёрнул его за руку, чтобы Лестрейндж машинально не ударил Андромеду. – Какого Салазара?! – крикнули они друг на друга.       Ощущая на губах чужую слюну, Андромеда брезгливо вытерла рот. – Да как ты посмел? – Я, что, не могу поцеловать свою невесту? – в той же гневно-ядовитой манере спросил Рабастан. Его рот работал быстрее здравого смысла.       Блэк отшатнулась. Словно тысяча мечи, в Андромеду впились взгляды студентов.       Аластор повернулся к скопившейся группке слизеринцев, которые следили за разворачивающейся драмой с открытыми ртами. – Вам, что, заняться нечем? Валите! – Грюм разогнал студентов.       Рабастан виновато закатил глаза, осознав, что только что нарушил своё обещание. – Андромеда, – с шумным выдохом позвал Рабастан и попытался коснуться её предплечья. – Не приближайся ко мне, – как от огня отдёрнула руку Андромеда. Приподняв полы длинной мантии, Андромеда бросилась прочь с поля. – Ну ты и придурок, – устало огласил Аластор, не больно стукнув друга в плечо. – Да знаю я, – мрачно пробурчал Рабастан, задрав голову вверх. Перед глазами на метле пронеслись счастливые Роди и Белла. – Но женщины любят решительных мужчин. – Будь здесь. Я попробую как-то разрулить… это, – сказал Ал и последовал за отдаляющейся чёрной точкой на горизонте.       Долго искать Грюму не пришлось. Все прекрасно знали, что излюбленное место для плача у девочек – женский туалет на третьем этаже.       Андромеда сидела на подоконнике, свесив ноги вниз. Закрыв лицо руками, она горько плакала. Ей стало страшно. Страшно, что её будущее навсегда будет связано с Рабастаном. Не другом детства сестры, а таким Рабастаном.       Не обращая внимания на заинтересованное выражение лица призрака Плаксы Миртл, Грюм прошёл мимо открытых туалетных кабинок и запрыгнул на подоконник рядом с Андромедой. Она стёрла слёзы. – Это женский туалет, – заикаясь от плача, напомнила она. – Да? – с наивным удивлением спросил Аластор. – А я что-то не заметил.       Они помолчали какое-то время. Андромеда медленно дышала, стараясь обуздать плач. – Он неплохой, – Грюм нарушил молчание. – Просто говорит и делает, прежде чем думает. – Ты так говоришь, потому что он твой лучший друг, – громко всхлипнув, сказала Андромеда. – Я так говорю, несмотря на то, что он мой лучший друг.       Вновь повисло молчание. Аластор нехитрым заклинанием наколдовал для Андромеды бумажную салфетку. Она благодарно кивнула и принялась стирать расплывшиеся от смеси туши и слёз глаза. – Ал. Почему ты с нами дружишь? – внезапно спросила Андромеда. – Эм… в смысле? – растерялся Грюм. – Ну, у меня не было выбора. Мы просто с раннего детства встречались с Лестрейнджами на одних и тех же мероприятиях. Эти приёмы были такими скучными, что нам вместе пришлось выдумывать, как скоротать время. Потом Хогвартс. Но у тебя же всё было не так.       Грюм кивнул. – Не так. В первую же неделю мы подрались. Рабастан сломал мне нос, а я поставил ему здоровенный фингал. Мы были заклятыми врагами весь первый год. – Что поменялось? – На следующий год в Хогвартс поступил Роди. Его тогда как-то обидели старшекурсники. Ты бы видела, с какой яростью Рабастан бросился на них. Двенадцатилетка против трёх здоровых кабанов! – воскликнул Аластор, размахивая большими ладонями, как мухобойками. – Я так впечатлился, что тоже бросился в драку. Огребли мы тогда. И сами, и от директора Диппета. – Я не замечала в Рабастане острого чувства справедливости, – с обидой в голосе сказала Блэк. – Он не разбирается, на чьей стороне правда. Свои – вот его правда. – А мы? – спросила она, а Грюм не понял. – Блэки. – Ну, с Цисси у нас дружбы нет. Ты видела, как она на меня смотрит? – Аластор смешно округлил глаза, вызвав у Андромеды короткий смешок, – будто я собираюсь поубивать всю её семью, а её оставить на десерт. Белла… с ней лучше дружить. Иначе себе дороже. Всегда так было: где Белла - там Роди. Где Роди – там и Белла, и Рабастан. – А я просто оказалась в компании? – она заглянула в его глаза. – Мы никогда с тобой не говорили наедине. – Если представится шанс, я ещё смогу тебя поддержать. – Обещай. – Обещаю.       Вечером того же дня после отбоя по коридорам Хогвартса, оглядываясь, кралась тень. Двери в Больничное крыло отворились. На койках лежало трое пуффендуйцев. Все они пострадали на сегодняшнем матче по квиддичу. Двое уже приняли зелье сна без сновидений, чтобы быстрее встать на ноги. Вратарь Пуффендуя только потянулся к стакану с зельем, но остановился, заметив на пороге неожиданного посетителя. – Как ты? – тихо, боясь разбудить остальных, спросила Андромеда. – Уже значительно лучше, – от боли скривился Тед, но выдавил дружелюбную улыбку. Перед его глазами раздваивалась слизеринка, а комната плыла от сильного головокружения.       Андромеда подошла к его кровати и присела на оставленный рядом стул. – Мне сказали, что у тебя сломано плечо и сотрясение мозга, – констатировала она, разглядывая потрёпанные пшеничные волосы парня. Выглядел он ужасно. – Зачем ты это узнавала? – пытаясь сменить положение тела, от боли поморщился Тонкс. Андромеда, так и не ответив на вопрос, поправила позади него сползающую подушку. – Спасибо.       Они молчали какое-то время. Андромеда неловко заламывала пальцы на своих коленях, а Тед обводил заинтересованным взглядом больничную палату, словно впервые вообще заметил, где он находится. – Как тебе игра? – зачем-то спросила Андромеда, в процессе говорения осознав всю глупость вопроса. – Извини. – Думаю, мы неплохо держались. Вообще удивительно, как я так долго продержался на сломанной метле, – без капли обиды ответил Тонкс.       Почувствовав облегчение от того, что неловкое молчание прекратилось, Андромеда поспешила вступить в небольшую светскую беседу. Это она умела с детства. – Ничего удивительного. Древко сделано из волшебного кедра. Не будет же школа рисковать студентами и закупать некачественные мётлы. – Согласен. Но, но мне кажется, что мне помогло кое-что другое, – усмехнулся Тед. – Странная помощь. Ты в Больничном крыле, – напомнила она.       Губы Теда расплылись в широкой улыбке. – В любом случае, спасибо тебе. Не знаю, что это было – молитвы или заклинания… – Понятия не имею, о чём ты, – несдержанно перебила его Андромеда.       Тонкс усмехнулся и тут же скривился от боли в рёбрах. Тело Андромеды напряглось. – Хочешь сказать, это не ты всю игру зачаровывала мою метлу? – с хитрым прищуром спросил Тонкс. Буквально у него на глазах щёки слизеринки побагровели. – У тебя точно сотрясение мозга. Не понимаешь, что говоришь, – быстро отрезала она. – Андри. Правда. Спасибо, – его большие голубые глаза светились благодарностью. – Не коверкай моё имя, – резко сказала Блэк и встала со стула.       Тонкс посмотрел на неё снизу вверх. – Почему ты пришла? – Ты же ранен, – раздражённо дёрнула плечами Андромеда. – Ты ко всем пострадавшим за игру заходишь? Или я особенный? – с улыбкой спросил Тонкс. – Нет, я… не задавай дурацких вопросов, – занервничала Андромеда. – Ты оказался здесь из-за моего друга и я… – Чувствуешь вину? – пуффендуец вскинул брови. – Не знаю. Наверное. Зря я пришла, – засобиралась Андромеда. Быстрым шагом она подходила к дверям. – Не волнуйся, больше не потревожу.       У самого выхода Тед окликнул её: – Андромеда, – она обернулась и напоролась на блеск его глаз. – Спасибо, что зашла. – Поправляйся, – тихо прошептала она и вышла из Больничного крыла.       В баре «Три метлы» в гордом одиночестве сидел Родольфус Лестрейндж. Он внимательно изучал книгу, одолженную Люциусом Малфоем. До его слуха донеслись обрывки фраз с соседнего столика: – Наконец-то Тёмный Лорд вернулся в Британию. – Ш-ш, говори тише. Я не хочу проблем. – Он собирает сторонников. Первое собрание состоится в Паучьем трактире. В воскресенье… в полночь. – Это безопасно? – Если примкнуть к сильнейшим мира сего, то безопасно. – … а, что, с мракоборцами? – Мракоборцы пускай и дальше вытирают сопли грязнокровкам и прочему отрепью.       Волшебники расплатились за выпивку и ушли, а Родольфус построил планы на воскресенье.