Глава 10. – Сумасшествие

      Неразборчивый шум людских голосов наполнил вокзал. Над суетящейся толпой возвышался Аластор Грюм. Его напряжённое лицо было чем-то встревожено. Он нервно бродил из стороны в сторону, периодически мешая спешащим людям, и вглядывался вдаль. Неприятное колкое чувство крутило живот, а в голове скопился целый клубок сомнительных мыслей. Последний раз он бросил взгляд на вокзальные часы. Тяжело вздохнув, он занёс одну ногу, чтобы зайти в вагон, но издалека послышался крик. Через весь павильон бежали Лестрейнджи и Блэки, пробираясь через помехи в виде людей. Улыбка тут же расползлась по лицу Грюма. – Ты же не думал, что мы не придём тебя проводить? – пытаясь отдышаться, тяжело произнесла Беллатриса. Она держалась за бок, который пронзило колкой болью от длительного бега.       Руки Аластора и Родольфуса с громким хлопком закрепили крепкое рукопожатие. – Поздравляю с поступлением, Ал, – с улыбкой сказал Родольфус. Грюм успел лишь благодарно ему кивнуть, ведь в следующее мгновение на шее повисла Беллатриса. Она смачно поцеловала Ала в щёку. – Ты станешь самым крутым мракоборцем, – заявила Беллатриса. Он с силой сжал её в объятиях. Беллатриса прошептала ему на ухо: – Я буду скучать. Возвращайся скорее. – Я тоже буду скучать, Белла, – в той же манере отозвался Аластор, и Беллатриса нехотя отпустила друга. Взгляд Ала пересёкся с Рабастаном. С гоготом неизвестных магических животных они набросились друг на друга. Их объятия больше походили на вольную борьбу. – Жалко, что ты не записался на курсы мракоборцев.       Рабастан хихикнул: – Драконоборец звучит круче.       Они похлопали друг друга по спинам. – Учись хорошо. Тебе ещё нас защищать, – коротко улыбнувшись, сказала Андромеда. Аластор подмигнул ей.       Неловко мнущаяся рядом Нарцисса не знала, куда себя деть. Аластор посмотрел на Нарциссу, словно ожидая, что она хоть слово произнесёт. Округлив глаза, она смогла из себя выдавить: – Удачи.       Умилившись, Грюм произнёс: – Спасибо, Цисси.       Укрывшись в беседке от палящего полуденного летнего солнца, Андромеда внимательно изучала подаренную Грюмом энциклопедию. На хрустящей от новизны книжной странице расплылась крупная надпись: «Свойства корня волшебной рябины». Перо плавно скользило по бумаге – она делала заметки в лежащий рядом блокнот с эмблемой дома Блэк. Луч попал на помолвочное кольцо, и бриллиант на секунду ослепил свою хозяйку. Она поморщилась, сняла с пальца кольцо и отложила его в тень.       Совсем рядом раздалось хлопанье крыльев и птичий вскрик. Нос Андромеды вынырнул из книги, и она увидела, как на стол приземлилась незнакомая белая сова. Она успела сакцентировать внимание на этом факте, ведь в Роду Блэков использовали исключительно чёрных сов.       Из клюва Андромеда осторожно вынула небольшой конвертик, накрест перевязанный тонкой бечёвкой с вложенным полевым цветочком. Андромеда пристально разглядывала неизвестный ей синий цветок. Она ощутила острое любопытство, ведь ей были известны все растения магического мира.       Андромеда вскрыла письмо. Глаза побежали по косым строчкам. Она не заметила, как ускорился её пульс.

«Привет, Андромеда, Я очень плох в написании писем. А ещё у меня плохой почерк, что ты, наверняка, уже заметила. Но я понял, что буду последним дураком, если не напишу тебе. Хочу поздравить тебя с успешно сданными экзаменами».

      Андромеда саркастично ухмыльнулась. «Как будто бы могло быть по-другому».

«Лето – чудовищное время года. Три месяца не иметь возможности увидеться. Хоть совы летают исправно.       Р. S. Если не хочешь получать от меня писем, то проигнорируй это письмо.

Безнадёжно надеющийся на ответ Эдвард Тед Тонкс».

      Андромеда перечитала короткое письмо несколько раз, прежде чем обнаружила, что глупо улыбается кривым, но старательно выведенным буквам.       Она посмотрела на сову, которая выжидающе бродила по столу. Кончик пышного пера окунулся в чернила. Андромеда принялась выводить витиеватые буквы на чистом пергаменте, позабыв о корнях волшебной рябины. Рядом в свете солнечных лучей осуждающе поблёскивал бриллиант на кольце.       Братья Лестрейндж, озираясь, бежали по узким тёмным улочкам сомнительного района. Они упёрлись в тупик. Родольфус торопливо стукнул кончиком волшебной палочки по одному из камней в каменной кладке стены. Заскрипев, пыльная стена сама себя разобрала и открыла парням тайный проход. Как только они переступили его, стена снова собралась в целостную конструкцию. – Хвоста нет? – спросил Родольфус. – Я не заметил, – последовал ответ брата. – Идём скорее. Нам нельзя опаздывать, – сказал Родольфус, и они снова побежали.       Через несколько минут они оказались в большом подвальном помещении, чем-то напоминающим стадион. Все сидения были заняты. Братья прислонились спинами к холодной стене. – В прошлый раз было не так многолюдно, – подметил Родольфус, всматриваясь в пустующую сцену. Он, как и все присутствующие, с нетерпением ждал, когда выйдет тёмный маг. – Хорошо, что здравомыслящих волшебников становится всё больше и больше.       Родольфус только успел договорить, как в центр вышел высокий мужчина в чёрной мантии. Зал разразился громкими аплодисментами.       Маг сбросил с головы капюшон. Тёмными глазами он пристально обвёл собравшихся, на долю секунды задержавшись на прислонившихся к стене Лестрейнджах. На бледных губах промелькнула тень самодовольной ухмылки. Приятно осознавать, что его последователям не хватает места. – Зачем вы пришли? – спокойно задал вопрос Реддл, наслаждаясь вкусом замешательства публики. Он прохаживался по сцене размеренным шагом. Со всех сторон посыпались первые ответы, но Том делал вид, что ничего не слышит.       Внезапно он спрыгнул со сцены и подлетел к одному из волшебников, сидящих в первом ряду. Ткнув в него волшебной палочкой, будто указкой, Реддл громко спросил: – Ты. Зачем ты пришёл?       Волшебник растерялся и промямлил что-то неразборчивое.       Реддл направил палочку на его соседа. – А ты?       Раздражённо цыкнув, Реддл вновь поднялся на сцену. – Каждому из вас нужно задать себе вопрос, – держа публику взглядом, Том практически криком произносил: – Что я здесь делаю? Чего я хочу?       Выдержав небольшую паузу, словно давая людям подумать, Реддл продолжил более спокойным голосом: – Возможно, у вас нет стоящего ответа на эти вопросы. Тогда я задам вам ещё два: в каком мире я живу? – он снова выдержал паузу, – и в каком мире я хочу жить?       Из его волшебной палочки вырвался поток зелёного света. За спиной Тома появилось что-то напоминающее голограмму. Том продолжал говорить, а за его плечами разворачивался настоящий фильм. – Мы живём в мире, где нормально маглорождённым и чистокровным волшебникам ходить в одну школу. Сидеть за одной партой. Нам пытаются навязать опасную идею – будто мы… равны, – в его голосе проскользнули презрение и насмешка. – Волшебник, чьи славные предки учились у великого Салазара, равен тому, чьи предки сжигали ведьм на центральных площадях своих городов. Самое могущественное создание равно самому бесполезному.       Зелёная голограмма превратилась в гигантское пламя. Напуганные зрители вжались в свои сидения.       Не спеша, Том поднял волшебную палочку вверх. Кончик палочки всасывал в себя зелёное пламя. Во всех сторон послышались вздохи облегчения. – Маглы – слабые, беспомощные суррогаты человеческой формы жизни. Разве это справедливо: сегодня магловские выродки забирают у чистокровных волшебников рабочие места, гранты, стипендии. А завтра что? Что они заберут завтра?       Публика неодобрительно забухтела. – Хотите ли вы жить в мире, где волшебник и магл стоят на одной ступени? Хотите ли вы, чтобы маглы были равны вам? – кричал Том. Зрители, как один, нахмурившись, принялись кричать в ответ. Том, будто бы специально, молчал, давая им возможность, как следует проявить свой гнев. – Я предлагаю справедливый мир. Готовы ли вы последовать за мной? – спрашивал Реддл. Его глаза казались вездесущими. Он смотрел буквально на каждого, проникая под кожу. – Вместе мы построим мир, в котором каждый волшебник займёт своё истинное место.       Люди одобрительно кивали, кто-то согласно выкрикивал.       Теперь Том выжидал, пока люди смогут выразить с ним своё согласие.       Он широко расставил руки в стороны. – Моё имя Лорд Волдеморт, – оглушительно произнёс он. Прикрыв глаза, он купался в сорвавшихся аплодисментах. Коротко переглянувшись, впечатлённые Лестрейнджи присоединились к толпе, скандируя имя своего кумира.       Люди повскакивали со своих мест. Том превратился в чёрный дым и улетел прочь, оставляя публику восхищённо ахать.       Тёплым летним вечером Беллатриса возвращалась домой от давней знакомой. Приятельницу выдали замуж, и она была вынуждена переехать к супругу. Беллатриса испытывала лёгкое раздражение – молодожёны ещё не успели установить волшебный камин, поэтому волшебнице приходилось идти по незнакомой части Лондона. Высокие каблуки врезались в трещины между брусчаткой, а колодки от долгой ходьбы начали натирать лодыжки. Солнце неумолимо укатывалось за горизонт, всё больше затрудняя ориентирование на местности.       Решив сократить путь, Беллатриса свернула в безлюдный магловский переулок. Идя какое-то время, она стала замечать необычные надписи. Так, её внимание привлекла реклама: «Телевизоры на любой вкус». Заглянув через прозрачное стекло витрины закрытого магазина, Беллатриса обнаружила множество пузатых ящиков с выключенными экранами. Логика подсказывала ей, что этот прибор и называется телевизор, однако она всё равно не могла понять, что значит «на любой вкус». Как эту бандуру можно съесть?       Сделав вывод, что маглы – крайне странные существа, которые питаются гигантскими чёрными коробками, она продолжила свой путь. Замыленное сумерками зрение не сразу позволило разглядеть, что впереди, прислонившись к стене, стоят двое мужчин. До слуха донеслись обрывки их разговора, в котором, в основном, слышалась нецензурная брань. Их головы, как по команде, развернулись на стук женских каблуков.       Напрягшись от нежелательного внимания, Беллатриса выше вскинула подбородок и собралась пройти мимо них. Дорогу ей перекрыла, словно шлагбаум, чужая рука, уперевшись в соседнюю стенку. – Что это за птичка к нам залетела? – сбоку раздался голос одного из мужчин. – Дай пройти, магл, – сказала Беллатриса. Она почувствовала, как второй магл сдёрнул ридикюль с её локтя. Сумка оказалась в грязных руках. – Да как ты смеешь?! – Посмотрим, что тут у нас, – ковыряясь в сумке, гоготал мужчина, предвкушая скорое обогащение.       Беллатриса притронулась к платью, пытаясь нащупать волшебную палочку, чтобы проучить негодяев. Её глаза округлились от ужаса. Палочка мирно лежала в сумке, которую потрошил бандит. Она запаниковала. – Ну что там? – бросил мужчина, всё ещё не дающий пройти Беллатрисе. Второй бестолково покрутил перед глазами галлеон и, словно безделушку, отбросил назад. – Пусто, – отозвался он.       Бандит сделал шаг к Беллатрисе. – Но мы что-нибудь придумаем. Да, кукла? – мужчина накрутил на палец свисающую чёрную кудряшку. Беллатриса дёрнулась. – Убери свои руки!       Мужчины гоготнули. Беллатриса почувствовала, как оба магла зажали её между своими телами. Запах пота и алкоголя ударили в нос. Она попыталась закричать, но её крик тут же заткнули грязные магловские пальцы. Беллатриса почувствовала, как подол её платья задирает спереди стоящий мужчина. Её зубы впились в просунутые в рот чужие пальцы. Он вскрикнул от боли и с размаху ударил Беллатрису по лицу. Она отшатнулась, но упасть ей не дал второй магл. – Не вежливо, – сказал он, положив руки на её грудь. Слёзы ужаса брызнули из её глаз. – Держи её, – зло сказал другой, разбираясь с ремнём на брюках. Беллатриса заметалась, но крепкая хватка не позволяла ей вырваться. Даже в сгущающихся сумерках она смогла разглядеть очертания обнажённого возбуждённого члена. Она заорала, что было мочи, но последовавший удар заставил её потерять сознание.       Она пришла в себя, когда лежала на холодной брусчатке. Её насильник заправлял член в штаны. Второй мужчина навис над ней и мастурбировал на оголённые измазанные кровью ягодицы.       Беллатриса попробовала закричать снова, но из горла слетал лишь жалкий хрип. Она попыталась отползти, но магл ухватился за подаренную Родольфусом цепочку из драконьего золота. Украшение впилось в горло, перекрыв дыхание. Чёрные мушки залетали перед её глазами. Чувствуя, словно она покидает собственное тело и смотрит на всё происходящее сверху, Беллатриса в одночасье перестала испытывать боль. Эмоции и телесные ощущения, будто притупились, а мысли поставили на паузу.       Она очнулась только ночью. Она всё также лежала на дороге, только маглов уже не было рядом. Беллатриса попыталась пошевелиться, но острая боль расползлась по её тазу. Мерзкое липкое ощущение на бёдрах, заставило её поморщиться. Из глаз самопроизвольно стекали слёзы. С трудом обернувшись, она обнаружила брошенный раскрытый ридикюль, с торчащим древком волшебной палочки.       Кряхтя, Беллатриса медленно поднялась на ноги. Спотыкаясь, она подошла к сумке и вынула палочку. Прошептав заклинание поиска, Беллатриса встряхнула палочкой, и из кончика вылетел маленький синий огонёк. Он, словно путеводная звезда, указал своей хозяйке путь домой.       Беллатриса не помнила, как очутилась дома. Она поняла, где находится только, когда на кожу полилась горячая вода. Стоя под душем в испачканном платье, Беллатриса подставила свою голову быстрым струям. Она выкрутила кран практически на кипяток, не чувствуя температуры. В облаке пара Беллатриса посмотрела в зеркало.       Опухшее от ударов лицо, сбившиеся в колтуны волосы, заплывшие от слёз глаза.       Внезапно она содрала с себя намокшую и прилипшую к телу одежду. Платье с громким хлопком ударилось об стену, разбрызгивая капли в разные стороны. Беллатриса взяла грубую мочалку, намылила её неадекватным количеством ароматного геля для душа и принялась неистово тереть своё тело. Остервенело она отмывала с бёдер застывшую смесь крови и спермы. Вода под ногами окрасилась в бледно-красный.       Она намыливала тело, до красноты натирала кожу, после чего смывала обжигающей водой. Затем всё повторялось снова.       Беллатриса вылезла из душа, когда совершила цикл мытья около восьми раз. Взяв волшебную палочку, покоившуюся на бортике ванной, Беллатриса подошла к зеркалу. Она накладывала одно за другим исцеляющие и обезболивающие заклинания, пока не почувствовала удовлетворение от своего отражения.       Утром Беллатриса, как и положено, спустилась к завтраку и села рядом с сёстрами. – Ты поздно вчера пришла, – намазывая джем на тост, буднично произнёс Сигнус Блэк. – Не знала, что наш дом работает по часам, как хогвартская библиотека, – огрызнулась Беллатриса. Нарцисса и Андромеда отвлеклись от своих тарелок и округлили глаза. – Беллатриса, как ты смеешь разговаривать с отцом в таком тоне? – поперхнувшись чаем, произнесла Друэлла. – Я говорил тебе. Её давно следовало выдать замуж, – не обращая внимания на дочь, к жене обратился мистер Блэк.       Беллатриса хлопнула ладонями по столу. Зазвенела посуда. Она перегнулась через стол и безумно выпучила глаза. – А вдруг я порченый товар? Кто ж меня тогда возьмёт? – улыбаясь, как чеширский кот, говорила Беллатриса. Родители задохнулись от возмущения. Беллатриса с садистским наслаждением наблюдала за тем, как багровеет лицо её отца. Она почувствовала, как её ладонь нежно накрыла Андромеда, но Белла с жутким криком отдёрнула руку. – Завтра же, Друэлла! Завтра же ты поведёшь её к колдомедику! И остальных тоже! – орал Сигнус, а Беллатриса смеялась оглушительным безумным смехом. Нарцисса заплакала, а Андромеда с ужасом смотрела на старшую сестру, которую, словно за ночь подменили. – Я не потерплю шлюх в своём доме!       Следующим же днём Андромеда и Нарцисса подверглись унизительному осмотру на девственность. Когда дошла очередь Беллатрисы, она хлопнула дверью врачебного кабинета прямо перед носом у матери. – Тронете меня, и я Вас на месте убью, – сказала она молоденькому колдомедику, который уже надел перчатки. Она покрутила перед его носом галлеоном. – Скажете, что я девственница, и за приём получите больше, чем зарабатываете в этом клоповнике за год.       Спустя пару секунд раздумий, колдомедик кивнул. Беллатриса направилась к двери, но волшебник остановил её: – Если Вы вот так скоро выйдете, всем будет ясно, что осмотра не было.       Беллатриса раздражённо фыркнула и плюхнулась на кушетку. – Позвольте, я хоть проведу диагностическое заклинание. Если вдруг увидят, что на палочке не было заклинаний, то меня накажут, а Вас разоблачат.       Беллатриса согласилась, и колдомедик провёл диагностику. В какой-то момент он бросил на Блэк ошарашенный взгляд. Он, молча, достал какое-то зелье из шкафа и протянул его Беллатрисе. – Вот. Оно заживляет повреждённые ткани, – деликатно сказал колдомедик. – Спрячьте его в сумку.       Беллатриса скосила взгляд на маленький флакон, и нехотя запихнула его в свою сумочку. У дверей колдомедик осторожно ей сказал: – Вы не беременны.        Беллатриса посмотрела на него убийственным взглядом. – К пятнице пришлю Вам сову с деньгами.