Кошмар, часть 1

Дело было уже хорошо за полдень. Дом заказчика сразу бросался в глаза: он казался и богаче, и новее чем остальные хаты в округе. Внутри куда не посмотри была чистота, но владелец был словно антиподом своего жилища — тучный мужчина с неопрятной бородой и в грязной одежде. Странник, сидевший напротив него прикрывался длинным серым плащом. В помещении стоял едкий запах алкоголя. Поначалу ведьмак не рисковал пробовать пойло старосты, но в ожидании окончания его рассказа все же слегка пригубил местной водки. На вкус было не так плохо. — …Ну а я тогда был в корчме. Праздновал отъезд дочери в Оксенфурт. Уже чувствовал что немного набрался, да и думал идти уж домой. И тут снаружи такой грохот поднялся, в жизни не забуду! Выйти посмотреть я не решился. Поймите, мастер, я человек уже старый, да и честно скажу — ссыкотно было. Стою, прислушиваюсь, а там крики — сначала бабские, потом и мужика. Аж холод пробрал. — Давай к делу. — Пара желтых глаз блеснула из-под капюшона. Болтливый деревенский опешил, явно недовольный тем, что его прервали, но продолжил: — К делу так к делу… Под утро их уже в деревне не было. Похитили. Охотники нашли их тела в лесу. Ядвигу нашу, милую, да батька ее престарелого. Токмо опознали мы их с трудом. Их тела будто сгнили за одну ночь, одним словом — жуть! Человек такое сделать не мог. Сразу было ясно, что тут замешана нечистая сила какая-то. Собрались мы всей деревней тогда, да и решил я вывесить объявление. Мало ли какой убивец чудовищ объявится. Ведьмак вдруг подался чуть вперед, сверля того взглядом: — Объявился. Вот только я за бесплатно не работаю. Бородач фыркнул, понимая к чему ведет разговор, и вдруг повысил голос: — Мы собрали всей деревней пятьдесят оренов. Кровавым потом заработанные. И ни монетой больше заплатить не можем! Странник мысленно скривился и подавил желание поторговаться. — Хорошо, я согласен, но сперва мне нужны подробности. Где сейчас останки жертв? Кто-нибудь все-таки знает что-то про чудовище? — Тела мы уже земле предали. А по поводу твари… Да не видел его никто, милсдарь ведьмак… — Бородач прервался, с усилием поднялся со стула, чтобы скормить пламени очага кусок полена, — У меня то, конечно, свои мысли, но в деревне об этом говорить не заведено. — Твоих односельчан здесь нет. Деревенский замялся, завис, стоя над очагом. Затем, сел обратно, и выдохнув, негромко заговорил: — Три зимы назад в соседнем хуторе такой же случай был. Мне знакомый рассказывал. Подрали трех крепких молодцев, да так, будто и не было их никогда. А в лесу неподалеку оттуда есть старая эльфская башня. Когда-то там какой-то колдун жил и всякую черную магию творил. Хуторян, слава Мелитэле, не трогал, да вот только по ночам оттуда такие звуки доносились… Один раз в месяц он выходил припасы в деревне пополнить, а взамен всякие целебные травки давал — никто и не спорил, страшно ведь, против выродка идти. В общем, как-то раз чародей перестал приходить, ну и подумали — сдох. Да вот только идти и проверять никто не решался… Так и забыли про него. Вот только башня-то, на месте осталась. Вот я и подумал, а что если… — Я понял. — Ведьмак поднял руку, останавливая старосту, — А хутор этот, далеко отсюда? — Да не очень. Главное не сходить с тропы. Она на северо-западе. — Тогда я сначала загляну туда и на кладбище, а потом пойду проверю вашу башню. — На кладбище? — С подозрением спросил он. — Я что, так похож на расхитителя могил? — Странник натянул мрачную ухмылку, — Не переживай. Мне просто нужно поговорить с гробовщицей. — Он поправил плащ и двинулся к выходу. — А тебя звать то как хоть, убивец? Желтоглазый не обернулся: — Тебе ли не все равно? Выйдя на улицу, ведьмак устало вздохнул. — Правду говорят про этих, сука, мутантов… — Поймал он своим острым слухом слова старосты, оставшегося внутри, но проигнорировал их. У него не было желания любезничать с этим мужиком с его притворным дружелюбием. Они и так друг другу не нравились. В лицо ударил запах сырости — осень была в самом разгаре. Белая пелена опустившаяся на хутор едва пропускала дневной свет, сильно снижая видимость. Северная часть деревни практически целиком утопала в болоте, из-за чего дома строились на небольших платформах с деревянными подпорками. Платформы соединялись мостами, которые, по скромному мнению мужчины, были не слишком надежны. Южную же половину, в которой он сейчас находился, построили каким-то образом прорубив путь сквозь кустарники, которые тут росли буквально везде. Ведьмак привык к таким пейзажам, с тех пор как стал избегать большаков, но никогда бы не подумал, что в таких местах обитают люди. «Вот уж, что называется, у черта на куличках.» Его кобыла ждала его на заднем дворе хаты. — Ну идем, Полночь… Кажется, в этот раз что-то как минимум, необычное. — Обращаясь к лошади, Безымянный посмотрел на небо, будто пытаясь разглядеть что-то сквозь туманную мглу. Он почувствовал влагу на лице. Вороной конь вдруг заржал и странник погладил гриву животного. — Ну, ну… Знаю, что моросит. Вот перейдем Понтар, там и распогодится. Еще немного… — Успокоив своего скакуна, мужчина дал ей травы из сумки. Сам тот не ел уже два дня. Вот почему тот не стал спорить со старостой — ему нужен был этот заказ, ведь неизвестно, когда ему удастся отыскать новый. От дома старосты до кладбища было недалеко. Он уже знал где оно находится, так как проезжал мимо него ранее. Погост не впечатлял. Деревянная ограда да домик гробовщицы чуть поодаль от калитки, которая служила входом в это место. Ведьмак вошел внутрь, неизбежно запачкав сапоги в вязкой грязи, которая тут была повсюду. Единственное, что чем выделялось это местечко, это свежие цветы, аккуратно возложенные на каждой могиле. Ему не составило труда отыскать смотрительницу этого места. Она как раз занималась могилами Ядвиги и ее отца. Безымянный не стал прерывать ее, остановившись неподалеку. Это была пожилая женщина носила мешковатую одежду, похожей на ту, что носил староста. Воткнув инструмент в землю подле себя, она вытерла пот со лба. — С чем пришел, сынок? — Да я только спросить, бабушка. Надолго не задержусь. — Ну, коль уж пришел, то говори. — Я тут всего день, но задаюсь вопросом… Кому вообще пришла идея основать деревню в столь… Живописном месте? — Посреди болот да бурьянов? — Старуха добродушно усмехнулась, совсем не так, как обычно представляют себе улыбку гробовщика. Она нравилась страннику куда больше того старосты, — Все проезжие диву даются. Токмо на деле оно все проще чем кажется. Высаживать пшеничку какую-нить тут конечно гиблое дело, но зачем, если лес в округе полон дичи. У нас почти половина деревни — кожевники, а в соседнем хуторе охотники. Так и живем, потихоньку. — Это многое объясняет. — Он вспомнил о доме главы деревни, — Видимо, дело прибыльное. — Как Мелитэле даст, но, обычно да. — Бабушка кивнула, — Наши возят товары на большак, продают в городах. Но ты ведь не за тем, чтобы о деревенской жизни слушать пришел, ведь так? — Верно. Я хочу узнать о ваших погибших. — Это про Людомира и дочурку его? Жалко их конечно. Такая хорошая семья была и ребенок просто золото. Девочка всем в деревне помогала. — Я ищу то, что их убило. Вы помните, как выглядели тела, когда их нашли? — Знаю, что ищешь… Ты же ведьмак, ведь так? Мужчина насторожился. — Как вы узнали? — Я хоть и стара, но глаз у меня наметан. — Она подняла указательный палец, — Кошачьи глаза свои от меня не спрячешь. Знаю, что ты к Митцику ходил. Противный он. Обычный мужик был, да токмо повезло продать тому офирцу то чучело. Старостой стал, да и зажрался. Жена его целыми днями работает, а сам тот бездельничает. Правду говорят: «Богатый совести не купит, а свою погубляет». А тебе я то помогу, конечно. Вы же, ведьмаки, доброе дело делаете. — Ага, доброе. «Только редко получаем добро в ответ.» — мысленно добавил он. Подул ветер и на мгновение повисло молчание. Теперь он понял, что зря он ее подозревал. Вряд ли эта женщина из тех, кто сдаст его, даже если она знает правду. Убийца чудовищ окинул взглядом погост, и вдруг снова заговорил, — Все эти цветы принесли вы? — Ну, а так, надо же кому-то присматривать за могилами. Обеспечить мертвым достойный покой. Сюда еще иногда жричка приходит — из храма Мелитэле, молится за усопших. Добрая девочка. Ох, прости, что-то я отвлеклась. С телами и правда было что-то недоброе. Уж не скажу, что именно. Они были совсем без ран, но у них как будто душу отобрали! Кожа бледная настолько, что аж серая, и худые, будто не ели никогда при жизни. Глаз нет. Бесовщина! Безымянный задумался. — Есть у меня уже кое-какие предположения, но пока мало что понятно. Но в любом случае, спасибо, что уделили время. — Так и не скажешь, как тебя зовут? — Простите, не могу. — Тяжко тебе, наверное. Выглядишь неважно, и по глазам видно, что устал. Ведьмак молчал. — Не знаю, что у тебя там за беда, но удачи тебе. И с чудовищем тоже. Береги себя, сынок. — И вы берегите себя.

***

Копыта выбивали грязь из дороги, которую любой нормальный всадник счел бы непригодной для езды. Ведьмак перешел на рысь, вместе с тем погрузившись в раздумья. Он не прогадал, когда говорил о том, что заказ будет необычным. «Бледная кожа, высушенные тела… Скорее всего, я имею дело с вампиром, но что-то тут не так. Это не гаркаин и не бруколак, потому что они бы разорвали свою жертву перед поеданием. Если это разумный вампир, к примеру, катакан или брукса, то не ясно, почему он атаковал в открытую, а не дождался, пока все деревенские разойдутся по домам. При этом чудовище по какой-то причине все равно утаскивало тела в лес. Староста слышал крики… Либо вампир по какой-то причине сильно осмелел, при этом успев мгновенно скрыться после нападения, либо тут есть что-то еще.» Когда он добрался до соседнего хутора, то понял, что деревня охотников расположена аккурат на опушке того самого леса, о котором, судя по всему, и говорила гробовщица. Он остановился у входа в местную корчму, где его подозрительным взглядом встретил конюх. — Ты кто такой? Чего надобно? — Я ведьмак. Ищу то, что забрало жизни Людомира и Ядвиги из соседнего хутора, что у болот. — С выродками не разговариваю. — Мужик сплюнул ему под ноги, явно намереваясь запачкать их, но промахнулся. — У меня нет времени с тобой возиться, дрянь холопская. — Вдруг не выдержал убийца чудовищ, — Говори, что знаешь. — Ловким движением он нарисовал в воздухе волшебный знак. — Чег… — Секунда возмущения, которая тут же сменилась неестественным для хамоватого кмета смирением. — Из Болотни что ль? — Кмет приподнял бровь, удивляясь, — Ну, тогда, ты, кажись, припозднился малясь. Токмо эта весть до нас дошла, так сразу паре хлопцев храбрость по мозгам ударила. Все кинули и рванули ту башню где курва чародейская когда-то жила искать. Может и подохли уже, хрен его разберет… — Когда это было? — Да и одной луны с того дня еще не прошло. — Меня интересует случай, произошедший три года назад. Три убитых парня. Кожа стала отдавать цветом мертвецов, тела исхудали, лишились глаз. Все верно? — Хах, вот же сука, угадал, все в точку. Это че какой-то ваш мутантский чпокус-шпокус? — Башня далеко отсюда? — Да не очень… Пешочком дойти можно. Во-о-от в ту сторону. — Ясно. Накорми и напои мою лошадь. Оставь в неприметном месте возле дороги. После этого возвращайся домой. — Угу… Денег на конюшню у него не было, поэтому аксий был тут кстати. Эффект был временным, но его было достаточно. За Полночь мужчина не переживал: кобыла была боевая, хорошо обученная. Не медля больше ни секунды, Безымянный направился на поиски башни. Когда он зашел в чащу, вокруг была тишина. Над ним возвышались огромные темные дубы, каждому из которых, наверное, было лет по сто. Древняя роща отличалась неровным рельефом и ему приходилось то спускаться, то подниматься по мелким холмикам. Вскоре лес поглотил вид на хутор и ведьмак остался сам по себе. Он распахнул плащ и сложил его в сумку, чтобы не мешался. Зрачки сузились до тонких линий. Его взгляд был полон хищной внимательности. Без плаща, скрывающего его личность, странник выглядел грозно. Волосы выбриты с одной стороны, на левой половине лица крупный шрам. Легкий кожаный доспех. Укрепленные перчатки и наплечники. И то и другое потрепано боями и временем. За спиной два меча: стальной и серебряный. Второй с виду вычурный, с колдовскими знаками. Ниже мечей висит арбалет. Но больше всего привлекает внимание медальон с изображением животного. Это зверь, хищник, застывший в мгновении перед атакой. Кот. Ныне ведьмак предпочитает не называться, но у него есть имя. Его зовут Шредингер.