2.Начало пути

— Фред Уизли, вы признаёте свою ошибку в данной ситуации? — поинтересовалась Долорес Амбридж. Вздохнув, парень посмотрел на брата. — Нечего смотреть на Джорджа, отвечайте за свой поступок честно и самостоятельно! — потребовала женщина. — Да, я зачинщик той драки. Я не должен был этого делать и подбивать на это брата, — признаваясь, как на смертной казни, смотрел в пустоту Фред. — Я прошу вас об одном — если будете применять наказание ко мне, не трогайте мою семью и моего брата, — взмолился он. Все в зале стали перешёптываться. Уизли повернул голову, словно она на шарнирах и посмотрел на свою девушку. Коррин переводила взгляд с бедной матери на него. С губ спала её милая улыбка. Глаза потускнели, а лицо было бледным. — Посовещавшись, мы приняли решение: мальчик будет лишён памяти, он не будет ничего помнить, кроме себя, своей семьи и этот последний разговор, — объявила женщина. Все присутствующие в зале ахнули от услышанного. — На каком основании? — вмешался мистер Уизли. — На таком, что это высшая степень неуважения и несоблюдение правил. Магия вне Хогвартса категорически запрещена! Вам напомнить про филигранный полёт над Лондоном? — выгибая бровь, ядовито заметила та. — Хорошо, если он и виноват, то почему не оба, а только один? — Все беды в этой паре происходят из-за старшего. Если не будет зачинщика, то всё будет мирно и спокойно. — Вы не можете забрать у меня брата! — встрепенулся младший близнец. Его с силой посадили на стул обратно. — Мальчик мой, — слащаво заметила Долорес Амбридж.— Никто его не забирает, он просто будет жить в мире людей без каких-либо намёков на магию, вот и всё. Джордж болезненно посмотрел на брата и взял его за руку. — Не нужно этого делать, — прошептал старший. — Решено! Мистер Фредерик Гидеон Уизли! Вы, как нарушитель магических законов, лишаетесь памяти и изгоняетесь в мир магглов навсегда. Вы ничего не будете помнить, кроме того, что у вас есть семья, и часть этого разговора останется в ваших воспоминаниях. Мы изымаем у вас палочку и лишаем магии. Вы больше не сможете вернуться в магический мир. — Нет! — мать близнецов вскинула руки к небу, моля о пощаде. — Да будет так! — деревянный молоток стукнул, утверждая приговор. Тогда парня повели в другую комнату, отрезая от семьи, от любимой.

***

Мужчина вздрогнул и подскочил на сидении. Ему опять приснился кошмар. Каждый раз он просыпался в холодном поту с дрожащими руками. Уизли дотронулся до кобуры возле правого бедра и тяжело выдохнул.  — Эй, боец! — окликнул его Дэн. — Что случилось? Кошмар приснился? — строго спросил он. — Всё нормально, — вытирая со лба капельки пота, ответил Фред.  Ханс посмотрел в зеркало заднего вида, оценивая пассажира, а потом метнул взгляд на приятеля. Оба фыркнули и снова уставились на дорогу. — Итак, Коул нас просил ввести тебя в курс дела. Про нашего «товарища» ты уже знаешь. Место для выстрела выбрали в соседнем здании. Пропуск тебе оформят, не переживай, но надо изменить твою внешность, чтобы по базе данных не смогли определить. Поэтому сейчас мы мчим к Тиффани, она разукрасит тебя для пропускного бейджика.  Фред немного поддался вперёд. У него напряглись плечи. Он терпеть не мог малеваться. Однажды для фотографии его слегка приукрасила Коррин, и что потом? Всё дошло до скандала, но он не мог себе позволить рукоприкладства. Поэтому, если соберутся его раскрашивать, как какой-нибудь баннер, он не согласится ни за что. Даже под дулом его собственного пистолета он не позволит себе этого.  — У нас пропуска уже есть. И ты не волнуйся. Из тебя бабу не сделают. Всё будет аккуратно, быстро, как в хирургическом кабинете. — и тут оба громко засмеялись. От этого смеха Уизли стало не по себе. «Значит, у них тоже изменена внешность. Интересно, какие они в реальности?» Он вжался в сиденье и начал подрагивать. Зуб на зуб не приходился. Чертов сон! Вечно из него весь дух выбивает. Откуда только эти обрывки? Была семья: родители, братья, сестра. О какой магии идёт речь? Магии ведь не существует, это всё в книжках для детей и в романтических фэнтези. А эта фраза: «Шалость удалась!» Почему он её помнит? Почему всё время она вертится на языке? Сколько не пытайся, всё равно ничего не добьёшься. Ему это не поможет. Но он всё равно старается не забыть. Так, на всякий случай, вдруг когда-то пригодится.  Машина завернула на соседнюю улицу и тут же заехала на парковку перед домом. Он небольшой: двухэтажный, покрашен в светло-синий цвет, на крыше отколупнулась черепица. Подходя к нему, Фред заметил, что в водосточной трубе не оттаяла вода.  Мужчины позвонили в звонок. Раздалась приятная трель. На небе тускло светило солнце, а хозяйка до сих пор не раскрыла шторы. За дверью послышались шаги, и она отворилась. На пороге их встретила девушка лет двадцати пяти, может быть, чуть меньше. — Здравствуйте, мальчики! Каким ветром вас принесло в мой край? — Тифа, тут такое дело. Нам надо бойца приукрасить. — подталкивая Фреда слегка вперёд, сказал Ханс. Она открыла дверь пошире и впустила их внутрь. Плавно покачивая бёдрами, демонстрируя аппетитные формы, девушка прошествовала на кухню. В комнате было довольно-таки уютно, несмотря на несуразицу снаружи дома, внутри всё выглядело более менее прилично.  — Садитесь, пожалуйста, — она указала на стул и стала собирать тёмно-каштановые волосы.  — Да, только, Тифф, не как в прошлый раз. Бедный паренёк чуть нам истерику не закатил из-за того, что ты его сильно накрасила, — добавил Дэн.  Они сидели сзади за барной стойкой. Ничего не ответив, она лишь хмыкнула, дёрнула плечами и мигом взлетела на второй этаж.  Невзирая на небольшие размеры домика, в него поместилось много чего. Обеденный стол, стул (значит, живёт одна), который, к тому же, иногда покачивался из стороны в сторону; сзади барная стойка с двумя стульями (возможно, заходят гости). Когда они проходили по узенькому коридору, они увидели ещё одну комнату. Либо это ванная комната, либо прачечная.  Уизли достал папироску и закурил. Скорее всего, на втором этаже спальня или ещё пара комнат, но пришлось прервать анализ, так как девушка вернулась обратно.  На стол она расставила различных форм и размеров бутылочки: лосьоны, крема, тоналки, бальзамы и прочую дамскую чепуху. Всё похожее он не раз видел в магазинах и салонах красоты, убивая время, пока жена общалась с консультантами.  — Чего только девушки не придумают, чтобы быть красивыми, — вслух обронил Уизли. — Поверь мне, это не для вас, мужчин. Красота лишь подчёркивает наши достоинства, приближая внешность к идеалу. «Ну, или отдаляя её. Это ведь с какой стороны посмотреть», — подумал про себя он. — Так, я готова. Что мне с ним делать? — обратилась она к амбалам. — Сделай ему горбинку на носу, поменяй цвет глаз и добавь пару-тройку родинок на лице и шее. — кидая на стол стрит-флеш, пробубнил Дэн. Девушка двумя пальцами подняла подбородок, оглядела его, немного поморщила носик своим мыслям и приступила к работе. — Только можно без дыма? У меня может начаться бронхоспазм. Если попроще сказать — астма, — смущаясь, проговорила она. Тиффани подала пепельницу, в которой была одна шелуха от семечек. В ней и пришлось потушить окурок после очередной затяжки. Шатенка взяла полимерную глину, раскатала небольшую колбаску. Холодный материал коснулся ровного бледного носа. Ловкие тоненькие пальчики стали умело лепить горбинку.  Мужчина приоткрыл рот и выдохнул дым, когда она отвернулась за палочкой для выравнивая глины.  — Ну я же просила... — простонала с грустью Тифа. — Извини, но так было нужно. Она наклонилась к носу, подняла снова подбородок и начала творить. Фред смутился, когда она поддалась слишком близко к нему. Кончики ушей порозовели, хотя раньше такого не было. В школьные годы они с братом частенько экспериментировали. Нет, не устраивали групповуху. Так, частенько меняли девчонок: знакомились, заводили небольшой роман, пару раз занимались сексом, а потом расставались на якобы хорошей ноте. Позже по вечерам за кружкой сливочного пива обсуждали свои похождения, комментировали действия партнёрш, а в конце анализировали, как себя ведёт та или иная наивная девчушка после расставания.  Когда к ним на последний курс перевелась Коррин, Фреда будто подменили. Он, не объясняясь, бросил Анджелину и стал крутиться возле новенькой. Но каково было удивление младшего близнеца, когда старший сообщил ему о том, что встречается с француженкой, и у них всё серьёзно. — Ну, ты, брат, даёшь... — Протянул Джордж. — Да, со мной такого ни разу не было, а с ней впервые хочется быть до самого конца.  Фред вздрогнул от неожиданности, когда мокрая кисть дотронулась до бледной, как поганка, кожи.  — Извините, просто вы были в раздумьях, я не хотела вам мешать, — обращаясь на «вы» пролепетала девушка.  Ханс что-то крякнул и выкинул из своего колоды ещё несколько карт. Дэн не на шутку разозлился, стукнул кулаком по столу, и забрал все карты себе. — Ничего страшного, Тиффани. Со всеми бывает, — отводя взгляд в сторону, ответил мужчина. Шатенка вновь принялась усыпать тело мужчины искусственными родинками. Кончик кисти невесомо касался до тела, оставляя тёмно-коричневые пятна.  — Ребят! Я почти закончила, сейчас только линзы вставлю и всё.  Из клипс она достала голубые линзы, покапала на них специальной жидкостью, и вот природные коричневые глаза вмиг превратились в небесно-голубые.  — Готово! Принимай работу, — радостно хлопнув в ладоши, она поднесла зеркало к лицу.  Действительно, изменения хоть и небольшие, но всё же были. В зеркале сейчас отражается совершенно другой человек. Если он так заявится домой, не придётся долго объяснять Коррин, что да как. Она точно его поймёт. Она не глупая, а умная и хитрая.  — Только если вы будете ложиться спать, то снимайте линзы. Вот вам контейнер. А искусственную горбинку вы можете не снимать, она не деформируется.  — Молодец, Тифа! Вот тебе пару баксов, сходи сегодня с подружками в бар. — нахваливая девушку, Ханс достал из заднего кармана деньги, сунул в раскрытую ладонь купюры, и они поспешили на выход.  — Спасибо, Тиффани, — благодаря шатенку, Фред поцеловал тыльную сторону ладони. — Можно попросить тебя ещё об одном одолжении?  — Да, конечно, — воодушевилась девушка. — Можно у тебя одолжить чёрный парик и такого же цвета усы? — Сглатывая ком, попросил мужчина.  — Хм… Думаю, такое можно найти. Одну минуточку, — она быстро побежала в комнату.  Забирая вещи для другого обличья, он ещё раз поблагодарил ее и поспешил убраться. Мужчина вышел со странной смесью эмоций. Конечно, хотелось распробовать, как бывает у всех парней по молодости, но дряхлые кости, которые при каждом шаге скрипят, не позволят. «Интересно. Откуда такое желание? Всегда же хранил верность жене, а тут на чужую грудь посмотрел и всё, поплыл как фаннел-кейк под палящими лучами солнца».  Он дошёл до машины, открывая багажник, убрал принадлежности подальше от глаз помощников Коула. «А, ну всё понятно. Член давно ласки не получал, по этому такая фигня произошла. Надо собраться. Меня ждёт ещё одно важное дело.». Поправив штаны, Уизли опустился на заднее сидение, и только за ним захлопнулась дверь, машина тронулась. — Да-а, хорошо Тифа тебя изменила, — восторгаясь в зеркало заднего вида, оценил рыжий. — Сколько на моей памяти сотрудничали снайперы с Коулом, ни разу такого не было, чтобы так быстро и гармонично изменили человека, — добавил его друг. — Ага. Умничка она, и руки у неё золотые. Жаль её, конечно, — хмуро продолжил широкоплечий. — Конечно, жаль. Уже за тридцать, а мужчина хороший так и не попался. Фред изумился от этого заявления. Оказывается первое впечатление о женщине может быть обманчиво.  «Вот чёрт! А ведь даже и не сразу дошло. Было же видно, что на лице неровным слоем нанесены разные жидкости для макияжа. И как я сразу не догадался? Хорошо, что Коррин редко мудрит со всеми этими дамскими премудростями. Хоть сразу видно, что женщина немолодо выглядит. Зато она у меня всегда красива и свежа. Плевать на всех и на их гадкие языки.» Они снова мчали по дороге. За окном мелькали разноцветные домики. По радио играла пресловутая песня. В который раз ему приходится слушать поп-музыку. От неё из ушей давно «пошла кровь», и одному Богу известно, сколько ему ещё это терпеть. Тут мужчину осенило.  — Парни, а как меня зовут по удостоверению? Они нахмурили брови.  — Коул сказал, что тебя будут звать Джон Бонэм , — сворачивая на Якима-стрит, ответил Ханс. Серая «Тойота» припарковалась возле стеклянного здания, похожего на шайбу. Между первым и вторым этажом бежала ярко-красная строчка: «Мы всегда рады видеть Вас в Якима-Сити». Открыв багажник, амбалы подняли второе дно и достали припасенную одежду. — Тебе надо переодеться. Снимай водолазку, — скомандовал Ханс.  Без лишних вопросов, Фред аккуратно снял одежду (он по прежнему боялся как-то повредить горбинку). Ему всучили голубую рубашку с синими ромбиками. Мужчина закатал рукава. Всё равно сейчас заходить в здание.  — Всё. Ты готов, как никогда, — ещё раз оглядывая, оценил Ханс. — Стой! Мы ещё забыли, — вспоминая что-то, Дэн поспешил на пассажирское место. Закрывая бардачок, он вернулся. — Вот держи. Так будет лучше. И кобуру сними, а то вопросы будут. — Он протянул очки.  Стёкла без диоптрий не давили на зрение, а тёмно-синяя оправа идеально подчёркивала новый цвет глаз. Трое мужчин перешли дорогу и вошли в строение. Оно было в пять, а то и в десять раз больше соседнего.  В помещении было тепло, но в тоже время приятно обдувал ветерок из кондиционера. Мраморный пол был устлан зелёной ковровой дорожкой, приятной глазу. Прямо перед ними, на небольшом постаменте, стояли серые диваны. По бокам стояли такого же цвета кресла. Над ними возвышалось большое зеркало с золотой окантовкой. В центре зала возвышались бронзовая статуя Св.Патрика . Если поднять голову, то можно было увидеть себя в отражении. Тут и там слонялся обслуживающий персонал: развешивали флаги, украшали помещение к предстоящему торжеству. Ханс и Дэн, не разглядывая всей этой прелести, развернулись и направились в сторону ресепшена. Уизли поспешил за ними. — Доброе утро! Мы привезли ещё одного человека. Он с нами, но мы заказывали отдельный одноместный номер с санузлом и кухней, — обратился Дэн к девушке на ресепшн. Маленькая юркая девушка с серыми глазками выслушала их. Одобрительно кивнув, она уткнулась в монитор. Клацая ярко-розовыми ногтями, она что-то сверяла. Минуту спустя она сказала: — Да, на фамилию Бэр был сделан ещё один заказ, всё верно? — хлопая ресничками, уточнила она.  — Да, всё так.  “Ага! Коул пользуется фальшивой фамилией. Это в который раз объясняет, что этот колорадский жук боится копов как огня”, — подумал Фред. — Отлично, тогда пройдемте за мной, — она вышла из-за стойки и повела гостей соседнюю дверь. — Что нужно делать? — не мигая, спросил Фред. — Присаживайтесь, пожалуйста, на стул. Надо сделать фотографию на пропуск. Понимаете, вход в номер осуществляется только с помощью специального пропуска. Там будут указаны ваш номер комнаты, имя и фамилия, даты въезда и выезда, а также у нас есть платная парковка для VIP-гостей, — поясняя, девушка настраивала камеру. — Скажите, пожалуйста, вы курите? — Да, есть такое, — кивнул мужчина. — Хорошо, тогда пользуйтесь балконом: вещи в номере быстро впитывают запах табака. Также на дым может сработать пожарная сигнализация. — Я вас понял. - сухо пробормотал Уизли. — Только можете, пожалуйста, снять очки? — Вынужден отказать. Я с подросткового возраста ношу очки. Ну… снимаю только на ночь, — пришлось врать и при этом не краснеть. — Хорошо. Подбородок чуть ниже, — она ещё раз посмотрела в монитор для сверки.  Прозвучал щелчок вспышки.  — Готово. Можно ваши имя и фамилию? — Джон Бонэм. Она изогнула бровь и поджала губы. Смерила взглядом, что-то анализируя. Потом сощурилась. — Хорошо, так и запишу, — ноготки снова застучали по клавиатуре, вбивая данные. — Всё готово. Ваш номер 4035. Приятного вам отдыха, — она выдала пластиковую карту.  Фред поспешил к охранникам. Они стояли и ждали около лифта. — А у меня какие-то вещи есть? А то вы меня даже не предупредили, — обратился к мужчинам Уизли.  — Да, есть, — Ханс посмотрел в зеркало, отвечая снайперу. — Нам приказали заехать на неделю раньше, и мы твои шмотки разложили по полкам, — будто маленькому мальчику объясняя простые вещи, растолковал амбал. — Кто я для них? Ханс повернулся и посмотрел на Дэна, а потом снова обратился к мужчине. — Адвокат, а мы - твои телохранители. В лифте раздался звон, похожий на настольный звонок для вызова администратора. Металлические двери открылись и впустили яркий свет. Справа и слева по коридору — двери в номера. Под ногами — бордовый узорчатый ковёр. Трое поворачивают налево и, не спеша, идут в номер.  У Фреда ползут брови вверх, когда он видит роскошь своего места проживания. Большая одноместная кровать, заправленная бирюзовым покрывалом, кажется ему двух- или трёхместной, как бы это смешно и нелепо ни звучало. На ней усыпанное лепестками роз расшитое покрывало и два полотенца, свёрнутые в лебедей. Плотный балдахин свисает чуть ли не с потолка. Большой белый шкаф с дверями, как у купе, а посередине — зеркало. Маленький коридорчик для того, чтобы снять обувь, а потом тут же открыть чёрную дверь и отметить масштаб санузла. А если дойти до изножья и повернуть голову вправо, то откроется вид на мини-кухню. Но если при входе коснуться выключателя, то вся комната будет гореть холодным светом вперемешку с радужными цветами.  — Ничего себе! — восхищаясь такой красотой, Фред подошёл к окну и отодвинул шторку, чтобы рассмотреть вид из окна. — Коул заказал мне президентский номер? — не скрывая своего любопытства, поинтересовался Уизли.  — Нет. Это люкс, — будничным тоном ответил широкоплечий. — Да, у нас Дэном такой же номер. Президентские номера тремя этажами выше. И виды у кого-то на лес, а у кого-то на гору, — садясь за туалетный столик, добавил Ханс. Фред открыл балкон и выглянул наружу. Да, люксовые номера лишь кусочек леса захватывают, а в остальном — соседние здания. Видно, как офисные крысы трудятся, не покладая рук, на благо спокойного города. Он достал пачку сигарет и закурил. Ядовитый для здоровых лёгких дым, а для тех, кто встаёт и засыпает с папироской в зубах, — просто бальзам на душу. Он даёт небольшую передышку для мозга, приятно обволакивая лёгкие. Вот такой вот получился оксюморон.  — Стрелять отсюда? — Да, нашего клиента зовут Макс. Всё свою пропаганду и шатию-братию будет вести возле соседнего здания. Того, что похож на шайбу, — рассказывал Дэн, разглядывая на столешнице меню ресторана при отеле. — Уверен, там будут журналисты, блогеры и прочее СМИ. Так что смерть сразу же будет замечена. Не дожидаясь ответа, Ханс продолжил за товарища.  — Поэтому, чтобы в одно мгновение ничего не обнаружилось и не раскрылось, Коул придумал следующий ход: мы установим петарды возле торгового центра, чтобы штук пять взорвалось враз. Люди растеряются, отвлекутся и будут искать причину взрывов. В этот момент ты стреляешь, только не из своего балкона, а на крыше, там потом проще спуститься, — заключает лысый. — Хорошо, а как же постояльцы? — размышляет киллер.  — А за них не переживай, — выходя из кухни, потягивается рыжий. — У кого-то будет экскурсия, кто-то пойдёт по городу гулять. Короче говоря, народу будет мало. Да и потом, он решил это всё замутить в праздник, поэтому всё ахеренно.  Пришлось немного помолчать, чтобы переварить информацию.  — Ну так, — хлопнув в ладоши, Ханс призвал всех ко вниманию. — Уже вечер, пора спать. Мы тебя приглашаем сходить в бар, он вообще работает с шести вечера, но, думаю, мы сможем договориться с персоналом, — вставая со своего места, сказал мужчина. — Приглашаем тебя с утра, когда ещё постояльцы будут спать. Можешь не выпивать с нами, мы просто хотим поближе с тобой познакомиться. — Хорошо, с радостью, — кивая напоследок, Фред закрыл за ними дверь. Он снял с себя всю одежду. Снял очки, линзы, умылся, проверил свой нос на прочность. Разглядывая своё тело, он невольно посмотрел на шрам. Всё-таки медицина XXI века — это сила. Хирурги долго толпились над столом, сначала доставая пулю, которая плотно зашла в мышцы и задела кость, а потом ещё долго пытались остановить кровь. Какой-нибудь неверный шаг, и его бы не стало. Надо оглядываться по сторонам, когда ты покидаешь место выстрела. Невнимательность тогда его чуть не погубила.  На соседнем здании очень ярко горела вывеска, поэтому пришлось поплотнее зашторить окно. Луну не было видно. Либо она была за облаками, либо она была с противоположной стороны здания. Забираясь на кровать, рыжий протёр глаза и отвернулся от назойливого света, который всё равно проникал через маленькую щель.  Уже находясь в полудрёме, он начал прокручивать в своей голове события минующего дня, но тут, словно ошпаренный, он вскочил на месте. — Коррин… Впопыхах он достал из брюк телефон и быстро набрал номер. Длительные гудки. Противный треск из мобильника поднимал в нём тревожные чувства. «Может, ты заснула и выключила звук на телефоне?» На том конце сняли трубку и послышался запыхавшийся голос. — Алло! Да, ты где? Опять задержали? — женщина взволнованно сеяла вопросами.  — Нет, не задержали. Мне дали одно важное и секретное задание. Все подробности не могу раскрыть, но ты, пожалуйста, не волнуйся. Я постараюсь завтра прийти домой, — стал заверять её.  На том конце тяжело вздохнули. Видимо, у неё были какие-то свои планы на вечер, но придётся задвинуть их в дальний ящик. — Ладненько, я всё прекрасно понимаю, но хотя бы давай сходим к Дэнсам? Они давно нас приглашают. — в надежде, что её любимый не откажет хотя бы в посещении их старых знакомых, спросила женщина. Она старалась вложить в свой голос как можно больше теплоты и надежды. Не хотелось портить ей настроение и рушить мечты. Он давненько никуда не выходил. Кроме как поехать за чем-нибудь в торговый центр. Ну, или на работу. — Хорошо, давай завтра пойдём. Я думаю, что после полудня буду свободен. Так что смогу зайти за тобой. Не опаздывай и заранее предупреди Дэнсов.  — Обязательно. Спокойной ночи. Люблю тебя. — И я тебя. Спокойной ночи. Сбрасывая звонок, Фред ощутил, что на душе как-то потеплело. Всё же надо быть к Коррин добрее. Она старается и делает всё возможное для этого.  Рыжий улёгся на мягкие подушки и крепко заснул до утра.